Содержание журналов

Баннер
  PERSONA GRATA


Группа ВКонтакте

Баннер
Баннер
Баннер
Баннер


Наследственная правоспособность усыновленного ребенка в отношении его родственников
Научные статьи
27.04.11 10:25

вернуться

 
ЕврАзЮж № 4 (35) 2011
Семейное право
Казанцева А.Е.
Наследственная правоспособность усыновленного ребенка в отношении его родственников
В статье анализируется спорные вопросы наследственной правоспособности усыновленного ребенка в случае смерти одного или обоих его родителей по отношению к своим родственникам.

      
       При жизни каждый гражданин является потенциальным наследодателем и потенциальным наследником, поэтому каждый знает круг своих возможных наследодателей и наследников по закону, который может быть изменен завещанием, а также некоторыми другими обстоятельствами, предусмотренными законом. До наступления смерти потенциального наследодателя  никому из потенциальных наследодателей  не принадлежит право наследования, а только возможность  его приобретения (наследственная правоспособность). В качестве потенциальных наследников по закону первой очереди ст. 1142 ГК РФ не указывает усыновителей и усыновленных в отличие от ст. 532 ГК РСФСР. Это не означает, что усыновители и усыновленные исключены из числа законных потенциальных наследников первой очереди. Наследованию этих лиц посвящена специальная статья, что является правильным, поскольку в ней решены вопросы наследования усыновленным ребенком и после своих родственников в определенных случаях.

        Статья  1147 ГК РФ повторяет правило, закрепленное ст. 137 СК РФ о том, что усыновленный и его потомки и усыновитель и его родственники приравниваются в личных неимущественных и имущественных правах и обязанностях к кровным родственникам.   Это означает,  что усыновленный и его потомки и усыновитель и его родственники  являются возможными наследниками и  наследодателями по отношению  друг  друга так же, как  родители,  другие родственники и дети, их потомки. Поэтому, хотя усыновленные и усыновители не указаны в качестве возможных наследников первой очереди, не может быть сомнений, что они являются таковыми.

         С момента вступления решения суда об усыновлении (удочерении) ребенка в законную силу по общему правилу прекращаются правоотношения усыновленного по отношению к родителям и другим родственникам, в числе и их способность наследовать после смерти друг друга. Из этого правила сделаны исключения, потому что при определенных условиях усыновленный ребенок может сохранить родственные отношения, а, следовательно, сохраняется их наследственная правоспособность. Правда, ст. 137 СК РФ, к которой отсылает  ст. 1147 ГК РФ,  сформулирована нечетко, что явилось основанием для разногласий как в доктрине, так и на практике относительно род-ственников, в отношении которых усыновленный сохраняет возможность наследовать. 

     Согласно п. 3 ст. 137 СК РФ при усыновлении ребенка одним лицом личные неимущественные и имущественные права и обязанности могут быть сохранены по желанию матери, если усыновитель - мужчина, или по желанию отца, если усыновитель - женщина.   То, что в этом случае единственный родитель и ребенок сохраняют родственную связь, а, следовательно, и возможность наследовать после смерти друг друга  сомнений не вызывает. Дискутируется вопрос  относительно сохранения в таком случае родственных отношений, а потому и возможности наследователь, с другими родственниками по линии того родителя, с которым сохранились семейные пра-воотношения.

      Некоторые авторы и судебная практика  исходят из того, что, если при усыновлении ребенка сохранились семейные правоотношения с одним из родителей, то и наследовать ребенок может только после смерти такого родителя, а последний может наследовать после смерти ребенка или его потомков. Но усыновленный ребенок и его потомки не могут наследовать после смерти других родственников по линии данного родителя и наоборот, другие родственники не могут наследовать после смерти усыновленного ребенка и его потомков. В данном случае дается буквальное толкование п. 3 ст. 137 СК РФ.

       Иного мнения придерживались  и придерживаются  другие авторы, считающие, что в таком случае ребенок сохраняет правоотношения и с другими родственниками по линии того родителя, с которым сохраняется правовая связь. Очень тщательно этот вопрос исследован О. Ю. Шилохвостом, аргументацию которого  можно свести к следующему: 1. целью сохранения семейных право-отношений усыновленного с одним из своих родителей является обеспечение личных и имущественных прав  усыновленного, в том числе, права на наследование; 2. ребенок приобретает родственные отношения с братьями, сестрами, бабушками и дедушками и другими родственниками не непосредственно, а через своего родителя и поскольку сохраняются отношения с родителем, то они должны сохраняться и с другими родственниками; 3. при усыновлении не должны нарушаться интересы усыновляемого, в связи с чем, нет никаких объективных причин не признавать сохраняющимися правоотношений усыновленного  с другими  родственниками по линии такого ро-дителя.

       С такой аргументацией следует согласиться, но с некоторыми поправками. Необходимо учесть, что    родственные отношения с братьями, сестрами, бабушками и дедушками и другими родственниками ребенок хотя и приобретает  через своего родителя, но они являются  автономными. С рождением ребенка возникает родство, являющееся уникальным юридическим фактом, потому что сразу и непосредственно порождает у ребенка не только гражданскую правоспособность и элементы содержания другой отраслевой правоспособности, но и различные правоотношения с участием  разных субъектов.  В силу родства возникают семейные правоотношения меж-ду: 1) ребенком и каждым из родителей; 2) между отцом и матерью; 3) между ребенком и другими родственниками (бабушкой, дедушкой, как по линии матери, так и по линии отца, братьями, сестрами и другими родственниками). 4)  между каждым из родителей и дедушками, бабушками ребенка. Государственные правоотношения могут возникать  между родителем и государством в лице органа опеки и попечительства, поскольку семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства (ст. 38 Конституции РФ). Орган опеки и попечительства обязан оказывать семье определенную помощь в воспитании ребенка и вправе контролировать выполнение родителями своих родительских прав и обязанностей, обращаясь в суд с требованиями о привлечении родителя к ответственности, если имеет место злоупотребление родительскими правами или не выполнение, либо ненадлежащее выполнение родительских обязанностей.  Правоотношение по социальной защите возникает между родителями и  органом социальной защиты, в частности, по выдаче сертификата на материнский капитал. Могут возникать и иные правоотношения с участием родителей в связи с рождением ребенка .   

     Прекращение прав и обязанностей по отношению к ребенку родителем, например, лишенным родительских прав, не влечет прекращения прав и обязанностей других родственников  по отношению к ребенку.

       Не продуманность положения, закрепленного в  п. 3 ст. 137 СК РФ, если толковать его буквально, грубо нарушает права и интересы усыновленного ребенка, который оказывается без вины виноватый. Ребенка лишают права не только на общение со своими  родственниками по линии родителя, с которым сохраняются семейные правоотношения, но ограничивают его наследственную правоспособность по отношению к ним. Для ребенка в этом случае наступают худшие правовые последствия, чем при лишении родителя родительских прав. При этом наказанными оказываются и  близкие родственники ребенка, которые также лишаются права общения с ребенком и ограничиваются в своей наследственной правоспособности по отношению к нему. Это противоречит принципу приоритетной защиты прав и интересов несовершеннолетних и нетрудоспособных членов семьи.  Если иметь в виду, что при усыновлении ребенка не может ухудшаться  положение ребенка, то п. 3 ст. 137 СК РФ нуждается в изменении.

       По мнению О. Ю. Шилохвоста,  «De lege ferenda суд должен иметь возможность в интересах ребенка принять решение о не распространении решения о сохранении отношений усыновленного  с родителем  на кого-либо из родственников этого родителя и даже на всех родственников, помимо самого родителя…».

      В данном случае нельзя передавать решение данного вопроса на усмотрение суда,   хотя, безусловно, до внесения  изменений в   п. 3 ст. 137 СК РФ его положение должно толковаться расширительно.

       Недостатком положения п. 3 ст. 137 СК РФ является также то, что сохранение прав и обязан-ностей даже с одним из родителей ставится  в зависимость от желания такого родителя. Этим по-ложением родителю фактически предоставляется право отказаться от своих родительских прав и обязанностей, а, следовательно, и от ребенка. Семейный кодекс РФ непосредственно не предоставляет родителю права отказаться от своего ребенка. Фактически же родитель, в частности, мама, иногда  отказывается от новорожденного ребенка путем оставления его в роддоме или ином медицинском учреждении, где ребенок родился.   Закон конкретно  не устанавливает обязанности медицинского учреждения на оставление новорожденного ребенка в учреждении после отказа родителя или родителей взять ребенка. Фактически же такая обязанность обосновывается кон-ституционными  положениями, что  материнство и детство, семья находятся под защитой госу-дарства  и что каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь (п. 1 ст. 38, п. 1 ст. 41 Конституции РФ). Поэтому медицинское учреждение не может передать новорожденного ребенка матери или родителям, зная, что при таком отношении к ребенку с их стороны создается реальная угроза его жизни и здоровью.  Отказ без уважительных причин взять своего ребенка из родильного дома (отделения) либо из иного лечебного, воспитательного учреждения, учреждения социальной защиты населения или из аналогичных организаций является основанием для лишения родителя  родительских прав (ст. 69 СК РФ), а также для усыновления ребенка без согласия такого родителя (ст. 130 СК РФ).

      Согласно же п.3 ст. 137 СК РФ единственный родитель ребенка, которого желает усыновить  лицо противоположного пола,  может отказаться от своих прав и обязанностей в отношении сво-его ребенка. Такое положение закона противоречит праву ребенка жить и воспитываться в семье, насколько это возможно, право знать своих родителей, право на их заботу, право на совместное с ними проживание, за исключением случаев, когда это противоречит его интересам. В данном случае родитель, не лишенный и даже не ограниченный в родительских правах сам может опре-делить, что проживание с ним ребенка противоречит  интересам ребенка, потому что сохранение его семейных правоотношений с ребенком зависит от его желания, что, полагаю, является недо-пустимым. В связи с этим п. 3 ст. 137 СК РФ необходимо  изменить, изложив в следующей редак-ции: «При усыновлении ребенка одним лицом сохраняются личные неимущественные и имущественные права и обязанности  матери и его родственников, если усыновитель - мужчина, или  отца и его родственников, если усыновитель – женщина».

       Вопрос о сохранении семейных правоотношений единственного родителя с ребенком, которого хочет усыновить или удочерить лицо противоположного пола, должен решаться органом опеки и попечительства на стадии подготовки заключения по делу об усыновлении. Если он выяснит, что имеются основания для лишения такого родителя родительских прав или для ограничения его в родительских правах, то в этом случае вначале необходимо принимать меры по отношению к такому родителю, а затем решать вопрос о передаче ребенка на усыновление. Во всяком случае, нельзя допускать, чтобы сохранение семейных отношений ребенка с родителем и его родственниками зависело от воли и желания родителя. Все это является также подтверждением недопустимости буквального толкования п. 3 ст. 137 СК РФ.  Сохранение родственных отношений с единственным родителем при усыновлении ребенка  лицом противоположного пола не может влечь правовые последствия, ухудшающие положение ребенка по сравнению с лишением родите-ля родительских прав.

      Согласно п. 4 ст. 137 СК РФ, если один из родителей усыновленного ребенка умер, то по просьбе родителей умершего родителя (дедушки или бабушки ребенка) могут быть сохранены личные неимущественные и имущественные права и обязанности по отношению к родственникам умершего родителя, если этого требуют интересы ребенка. Право родственников умершего родителя на общение с усыновленным ребенком осуществляется в соответствии со статьей 67 настоящего Кодекса. Данное положение также неоднозначно трактуется в литературе. Некоторые авторы исходят из его ограничительного толкования, считая, что в этом случае правовая связь сохраняется только между усыновленным ребенком и его бабушкой и дедушкой по линии умершего родителя.

      Правильной следует признать позицию тех авторов, которые исходят из буквального толкования закона, полагая, что в данном случае сохраняются правоотношения усыновленного не только с бабушкой и дедушкой, но и с другими родственниками умершего родителя.  

      Нельзя допускать, чтобы объективная родственная связь между людьми могла по усмотрению судьи в одних случаях сохраняться, а в других – прекращаться.  Родственные отношения являются объективными, поэтому суд не может выбирать, с кем эти связи должны сохраняться при усыновлении ребенка, родитель которого умер, а с кем они прекращаются. Интересам усыновленного  отвечает сохранение родственных связей со всеми родственниками по линии умершего родителя. Но при этом необходимо учитывать и интересы усыновителей. 

       Не исключены ситуации одновременной смерти обоих родителей ребенка,  в связи с чем, возникает вопрос о возможности сохранения родственных отношений родственников со стороны обоих родителей с усыновленным ребенком, на который опять-таки решается неоднозначно. По По мнению З. Г. Крыловой и  Т. Д. Чепиги, в таком случае возможно сохранение родственных отношений усыновленного с родственниками по линии обоих умерших родителей . Не соглашаясь с данной позицией, О. Ю. Шилохвост полагает, что «п. 4 ст. 137  СК РФ должен толковаться и при-меняться в качестве логического продолжения правила, допускающего сохранение отношений с родственниками усыновленного только при усыновлении его одним лицом (1) и только с родственниками усыновленного со стороны родителя, противоположного с усыновителем пола (2)».

     Если исходить из равенства всех граждан перед законом и существование объективной род-ственной связи ребенка с родственниками по линии обоих умерших родителей, а также учитывая отсутствие в п. 4 ст. 137 СК РФ запрета на сохранение усыновленным родственных связей с родст-венниками по линии обоих родителей, то можно было бы согласиться с мнением З. Г. Крыловой и Т. Д. Чепиги.  В то же время это противоречит целям усыновления.

       Данный вопрос, полагаю, должен решаться с учетом того, что в случае, когда ребенок остается без попечения родителей, преимущественное право взять заботу о нем принадлежит его родст-венникам,  как по линии отца, так и по линии матери. Родственникам принадлежит и преимуще-ственное право на усыновление такого ребенка (ст. 124 и 127 СК РФ),  Поэтому в случае смерти ро-дителей ребенка любой его родственник,  как по линии отца, так и по линии матери, отвечающий предъявляемым требованиям, может усыновить ребенка как один, так и со своим супругом. Если такое произойдет, то нет  никаких препятствий для сохранения родственных правоотношений усыновленного ребенка с родственниками со стороны другого родителя. Если же в случае сиротства ребенка никто из его родственников не пожелал взять заботу о нем, то суд должен осторожно  относиться к решению вопроса о сохранении родственных отношений  по просьбе дедушек (бабушек) осиротевшего ребенка. Сохранение родственных связей ребенка с бабушкой (дедушкой) в настоящее время решается судом в процессе об усыновлении ребенка без согласия лиц, усыновляемых ребенка, которым едва ли понравится приобретение прав и обязанностей по отношению даже к нескольким родственникам усыновляемого ребенка, не пожелавших самостоятельно позаботиться об осиротевшем ребенке. С целью обеспечения интересов усыновляемого ребенка все-таки правильней было бы выяснять желание дедушек и бабушек, мнение потенциальных усыновителей в период подготовки органом опеки и попечительства заключения по вопросу усыновления ребенка.

      Имеется также мнение, что в целях обеспечения тайны усыновления сохранение правовой связи усыновляемого ребенка с бабушкой (дедушкой)  умершего родителя должно иметь место, если ребенок достиг возраста 10 лет или если усыновитель не заявляет требования об изменении  фамилии, имени и отчества ребенка.

      Такое мнение является ошибочным, потому что, во-первых, хорошо знает своих родителей и других родственников  ребенок младше 10 лет.  Не случайно при усыновлении, как и в других случаях, касающихся ребенка, должно учитываться мнение ребенка любого возраста, если только он может его выразить. Для такого ребенка усыновление не представляет тайны, а поэтому нечего ее сохранять. Усыновление ребенка старше одного года вообще порождает трудности с сохране-нием тайны усыновления, если только усыновители не меняют при этом место жительства. Когда не требуется согласие ребенка на его усыновление прямо указано в п. 2 ст. 132 СК РФ, который нельзя толковать расширительно. Во-вторых, сохранение тайны усыновления недопустимо в ущерб  интересам ребенка.

       Для устранения причин различного понимания вопроса относительно сохранения наслед-ственной правоспособности усыновленным ребенком в отношении своих родственников,  необхо-димо также дополнить пункт 3 ст. 1147 ГК РФ  после слов «с одним из родителей» указать «и его родственниками». В этом пункте следует убрать слова «по происхождению», потому что в некоторых случаях этого происхождения как биологической связи может и не быть (например,  рождение и передача ребенка суррогатной матерью).

       Подводя итог, можно сделать вывод, что п. 3 и 4 ст. 137 СК РФ, как и п. 3 ст. 1147 ГК РФ нуж-даются в изменениях с целью исключения оснований для их различного толкования. Пока же было бы желательным разъяснение всех указанных спорных вопросов Верховным Судом Россий-ской Федерации, хотя бы путем дополнения Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.04.2006 N 8 "О применении судами законодательства при рассмотрении дел об усыновлении (удочерении) детей" .



Следующие материалы:

Предыдущие материалы:

 

Blischenko 2017


Узнать больше?

Ваш email:
email рассылки Конфиденциальность гарантирована
email рассылки

ПОЗДРАВЛЕНИЯ!!!




КРУГЛЫЙ СТОЛ

по проблемам глобальной и региональной безопасности и общественного мнения в рамках международной конференции в Дипломатической академии МИД России

МЕЖДУНАРОДНОЕ ПРАВО

Право международной безопасности



Инсур Фархутдинов: Цикл статей об обеспечении мира и безопасности

№ 4 (104) 2016
Московский журнал международного права
Превентивная самооборона в международном праве: применение и злоупотребление (С.97-25)

№ 2 (105) 2017
Иранская доктрина о превентивной самообороне и международное право (окончание)

№ 1 (104) 2017
Иранская доктрина о превентивной самообороне и международное право

№ 11 (102) 2016
Стратегия Могерини и военная доктрина
Трампа: предстоящие вызовы России


№ 8 (99) 2016
Израильская доктрина o превентивной самообороне и международное право


7 (98) 2016
Международное право о применении государством военной силы против негосударственных участников

№ 2 (93) 2016
Международное право и доктрина США о превентивной самообороне

№ 1 (92) 2016 Международное право о самообороне государств

№ 11 (90) 2015 Международное право о принципе неприменения силы
или угрозы силой:теория и практика


№ 10 (89) 2015 Обеспечение мира и безопасности в Евразии
(Международно правовая оценка событий в Сирии)

Индексирование журнала

Баннер

Актуальная информация

Баннер
Баннер
Баннер

Дорога мира Вьетнама и России

Ирина Анатольевна Умнова (Конюхова) Зав. отделом конституционно-правовых исследований Российского государственного университета правосудия


Вступительное слово
Образ жизни Вьетнама
Лицом к народу
Красота по-вьетнамски
Справедливость и патриотизм Вьетнама
Дорогой мира вместе


ФОТО ОТЧЕТ
Copyright © 2007-2017 «Евразийский юридический журнал». Перепечатывание и публичное использование материалов возможно только с разрешения редакции
Яндекс.Метрика