Содержание журналов

Баннер
PERSONA GRATA

Content of journals

Баннер
Баннер
Баннер
Баннер


Нюрнбергский процесс и его уроки
Научные статьи
01.08.11 10:29

вернуться

 
ЕврАзЮж № 7 (38) 2011
Международное право
Нечевин Д.К.
Нюрнбергский процесс и его уроки
В статье рассмотрены вопросы, связанные с определением исторического и политико-правового значения Нюрнбергского процесса.

      
     НЮРНБЕРГСКИЙ ПРОЦЕСС И ЕГО УРОКИ

    Светлой памяти видного отечественного ученого, замечательного педагога, доктора юридических наук, профессора, заслуженного деятеля науки России, орденоносца, участника Нюрнбергского процесса Лунева Александра Ефремовича посвящается

     Тою бо мерою, ею же мерите, возмерится вам.

    Евангелие от Луки, Гл. VI

      В новой истории Нюрнбергский процесс  стал эпохальным мировым событием правовой цивилизации. Он не только подвел и юридически закрепил итоги Великой Отечественной войны, где Советский Союз сыграл главную роль в разгроме германского фашизма, но и послужил рождению нового правопорядка в мире, заложил основу правовой цивилизации – права и свободы личности. Нюрнберг дал импульс всестороннему развитию межгосударственных отношений, активизировал процесс международного сотрудничества в правовой и гуманитарной сфере, но главное – это формирование договорно-правовой базы коллективной безопасности и противодействия новым военным вызовам и угрозам.

     65 лет назад в городе Нюрнберг (Германия) в ночь на 16 октября 1946 года был приведен в исполнение приговор над главными военными преступниками фашистской Германии, вынесенный им Международным военным трибуналом. Он и сегодня служит предупреждением тем, кто вынашивает планы мирового господства, развязывания новой мировой войны.

      Важность этого приговора заключается в том, что впервые в истории человечества и мировой юридической науки и практики документально было зафиксировано: «Война по самому своему существу – зло. Ее последствия не ограничены одними только воюющими сторонами, но затрагивают весь мир. Поэтому развязывание агрессивной войны является не просто преступлением международного характера – оно является тягчайшим международным преступлением».

      В наш ядерный век это утверждение приобрело необычайную актуальность. Вот почему в настоящее время важное значение имеет борьба за реализацию принципов, сформулированных Нюрнбергским трибуналом. Кроме того, неуклонное соблюдение этих принципов – необходимая предпосылка предупреждения агрессии, соблюдения прав человека, укрепления международного правопорядка, норм и принципов международного права.

      Следует особо отметить, что Нюрнбергским процессом впервые в мировой истории агрессия была признана тягчайшим преступлением. Поэтому он стал важным шагом к созданию новой международной системы правосудия, а в международное право были введены такие понятия, как «международный заговор», «планирование, подготовка и ведение агрессивной войны», «пропаганда войны». Деятельность, охватываемая этими понятиями, была признана преступной, то есть уголовно наказуемой.

     Кроме того, Международный трибунал указал роль промышленных монополий в захвате нацистами власти в Германии, отметив, что в самый ответственный момент борьбы за власть именно монополии оказали решительную поддержку Гитлеру. Достаточно сказать, что еще в августе 1936 года Рехлинг направил Гитлеру свой меморандум, озаглавленный «Предложения для подготовки к войне и их проведение в жизнь».

    Германские монополисты еще до передачи власти в стране Гитлеру и другим лидерам нацистской партии оказывали им колоссальную финансовую поддержку, всячески пропагандировали национал-социализм внутри Германии и далеко за ее предела-ми, активно участвовали в идеологической, экономической и военной подготовке реализации разбойничьих планов германского фашизма.

      Особую активность в этом отношении проявляли руководители гигантского  химического концерна «И.Г.Фарбениндустри» и военно-промышленного комплекса «Крупп», который более 130 лет был «кузницей войны», символом самых зловещих сил, угрожавших миру в Европе.

      В разделе «Мероприятия по перевооружению» приговора Международного трибунала было особо отмечено, что в стране проводилась подготовка экономики к войне. Трибунал установил, что «при этой реорганизации экономической жизни Германии для военных целей нацистское правительство встретило со стороны германской промышленности вооружения полное желание сотрудничать и сыграть свою роль в про-грамме перевооружения. Густав Крупп фон Болен от имени имперского объединения германских промышленников представил Гитлеру план реорганизации германской промышленности, который, как он заявил, характеризовался желанием координировать экономические меры с политической необходимостью».

       Полностью было доказано, что монополии приступили к тому, ради чего они привели нацистских главарей к власти, – подготовке Германии к агрессивным войнам. Тиссен, Флик, Клекнер... Имена этих промышленных магнатов были хорошо известны еще до второй мировой войны. Кстати говоря, Фриц Тиссен вступил в нацистскую партию еще в 1923 году. Промышленным магнатам принадлежала власть в Германии, они поставили Гитлера во главе государства, вложили оружие в его руки, с их благословения, ради их целей и интересов германский фашизм зажег кровавый факел войны. Международный трибунал неопровержимо доказал, что они не только не были напуганы гитлеровским тоталитаризмом, но, напротив, объединили свое фактическое господство с фашистской диктатурой.

     5 июня 1945 года в Берлине была подписана Декларация о поражении Германии и взятии на себя верховной власти в отношении Германии правительствами СССР, Великобритании, США и Франции. Именно в ней были намечены первые шаги по организации судебного процесса над главными немецкими военными преступниками, заключавшиеся в подходе к определению состава «скамьи подсудимых» будущего процесса: «Главные нацистские лидеры, указанные представителями союзников, и все лица, чьи имена, ранг, служебное положение или должность будут время от времени указываться представителями союзников в связи с тем, что они подозреваются в совершении, подстрекательстве или издании приказов и проведении военных или аналогичных преступлений, будут арестованы и переданы представителям союзников».

        Дальнейшие шаги по определению круга подсудимых были предприняты в решениях Потсдамской конференции трех держав, состоявшейся 17 июля – 2 августа 1945 года, где было предельно ясно записано: «Военные преступники и те, кто участвовал в планировании и осуществлении нацистских мероприятий, влекущих за собой или имеющих своим результатом зверства или военные преступления, должны быть арестованы и преданы суду».

          При этом правительства всех трех стран заявили, что «они считают делом огромной важности, чтобы суд над этими главными преступниками начался как можно скорее».

   В августе 1945 года правительства СССР, США, Великобритании и Франции заключили в Лондоне Соглашение «О судебном преследовании и наказании главных военных преступников европейских стран Оси», которым был учрежден Международный военный трибунал для суда над военными преступниками, преступления которых не связаны с определенным географическим местом. Одновременно были утверждены Устав Трибунала и Соглашение четырех держав об учреждении Комитета по расследованию дел и обвинению главных военных преступников.  В его состав на паритетных на-чалах вошли: от СССР – заместитель председателя Верховного суда генерал-майор юстиции И.Т.Никитченко, от США – член федерального Верховного суда Ф.Биддл, от Великобритании – главный судья лорд Д.Лоренс, от Франции – профессор уголовного права Д. де Вабр.

      Председательствующим на заседаниях Международного военного трибунала был избран англичанин Лоренс, который подчеркнул, что процесс в Нюрнберге «является единственным в своем роде в истории мировой юриспруденции, и он имеет величайшее общественное значение для миллионов людей на всем земном шаре». Уникальность данного судебного процесса заключалась в том, что впервые в истории не ка-кой-то отдельно взятый народ, а все мировое сообщество, Объединенные Нации выразили готовность законно покарать тех, кто преступно попрал общепризнанные нормы международного права, совершил злодеяния против мира и человечества, и добиться, чтобы подобное никогда не повторилось.

     Перед международным военным трибуналом предстали 24 высших государственных и военных деятеля фашистской Германии, оставшихся к этому времени в живых, в том числе: Геринг – рейхсмаршал, второе лицо в гитлеровской правительственной верхушке; Гесс – заместитель Гитлера по фашистской партии; Риббентроп – министр иностранных дел; Лей – один из главных руководителей фашистской партии, возглавлявший «Германский трудовой фронт»; Кейтель – фельдмаршал, начальник верховного командования вооруженных сил Германии; Кальтенбруннер – начальник главного имперского управления безопасности и начальник полиции безопасности и СД; Розенберг – имперский министр по делам оккупированных восточных территорий с 1941 по 1945 г., идеолог фашизма и активный проповедник «расовой» теории; Франк – имперский министр юстиции, генерал-губернатор Польши; Фрик – имперский министр внутренних дел, протектор Богемии и Моравии в 1943–1944 гг.; Штрейлер – один из организаторов фашистской партии, идеолог антисемитизма; Функ – имперский министр экономики, президент имперского банка и генеральный уполномоченный по во-енной экономике; Шахт – президент имперского банка в 1933–1943 гг., имперский ми-нистр экономики; Крупп – крупнейший немецкий промышленный магнат, организатор перевооружения германской армии; Денниц – главнокомандующий военно-морскими силами Германии в 1943–1945 гг., преемник Гитлера на посту главы государства с 1 мая 1945 г.; Редер – главнокомандующий военно-морскими силами Германии в 1935–1943 гг.; Ширах – организатор и руководитель гитлеровской молодежной организации «Гитлерюгенд» в 1933–1940 гг., имперский наместник Вены с 1940 г.; Заукель – генеральный уполномоченный по использованию рабочей силы; Иодль – начальник штаба оперативного руководства верховного командования германских вооруженных сил; Папен – немецкий дипломат, посланник в Вене в 1934–1935 гг., посол в Турции в 1939–1944 гг., один из организаторов захвата власти гитлеровцами в 1933 г.; Зейс-Инкварт – видный руководитель фашистской партии, организатор захвата Австрии, имперский уполномоченный по оккупированным Нидерландам в 1940–1945 гг.; Шпеер – имперский министр вооружения и всей военной промышленности; Нейрит – министр иностранных дел в 1932–1933 гг., протектор Богемии и Моравии; Фриче – начальник отдела внутренней прессы министерства пропаганды; Борман – заместитель Гитлера по руководству фашистской партией.

      На скамье подсудимых, таким образом, оказалась почти вся правящая верхушка нацистской Германии, за исключением главы государства А.Гитлера, руководителя управления имперской безопасности рейхсфюрера СС Гиммлера и министра пропаганды Геббельса, покончивших жизнь самоубийством. Борман был привлечен к суду заочно, так как скрылся от правосудия, и место его пребывания не было установлено. Дело разбитого параличом Круппа было выделено в отдельное производство и приостановлено. Лей избежал скамьи подсудимых, повесившись в тюремной камере до начала процесса.

        В соответствии с п. «б» Устава Международного военного трибунала всем им были предъявлены следующие обвинения: 1) убийства и жестокое обращение с гражданским населением на оккупированной территории и в открытом море; 2) обращение гражданского населения оккупированных территорий в рабство и использование его для других целей; 3) убийства и жестокое обращение с военнопленными и другими военнослужащими, с которыми Германия находилась в состоянии войны, а также лица-ми, находящимися в открытом море; 4) убийства заложников; 5) наложение колониальных штрафов; 6) бесцельные разрушения городов, поселков и деревень и опустошения, не оправданные военной необходимостью; 7) принудительная вербовка гражданской рабочей силы; 8) германизация оккупированных территорий; 9) совершение иных тягчайших военных преступлений.

        Лица, преданные суду, обвинялись в развязывании агрессивной войны в целях установления мирового господства – то есть в преступлениях против мира; в убийствах и истязаниях военнопленных и мирных жителей оккупированных стран, угоне гражданского населения в Германию для принудительных работ, убийствах заложников, ограблении общественной и частной собственности, бесцельном разрушении городов и деревень, бесчисленных разорениях, не оправданных военной необходимостью, – то есть в военных преступлениях; в истреблении, порабощении, ссылках и других жестокостях, совершенных в отношении гражданского населения по политическим, расовым или религиозным мотивам, – то есть в преступлениях против человечности. Идеологи фашизма считали, что захват чужих земель всегда должен сопровождаться зверствами, жестокостью, истреблением целых народов, уничтожением их материальных и духовных ценностей. Так и германский милитаризм был особенно безжалостен. Кровавую сущность довольно отчетливо выразил еще в 1900 году кайзер Вильгельм II, который, напутствуя германских солдат, отправляющихся на китайский фронт, сказал: «Пощады не давать, пленных не брать. Кто попадет к вам в руки – должен погибнуть. Как тысячу лет тому назад гунны под предводительством короля Атиллы создали свое имя, так пусть и имя «немцы» станет в Китае через вас таким знаменитым, что и через тысячу лет ни один китаец не осмелится косо взглянуть на немца». В первые дни войны 1914–1918 годов Вильгельм в письме к императору Францу Иосифу писал: «Все должно быть утоплено в огне и крови. Необходимо убивать мужчин и женщин, детей и стариков. Нельзя оставлять ни одного дома, ни одного дерева».

       Гитлер развязал против СССР не просто войну, а войну на истребление целых народов, в первую очередь славянского, русского. Войну без правил. Был разработан план «Ост» – чудовищная программа геноцида на оккупированной территории СССР. Цель этой программы – создание Великой Германии до Урала. «Для нас, немцев, – говорилось в одном из обоснований плана «Ост», – важно ослабить русский народ в та-кой степени, чтобы он не был в состоянии помешать нам установить немецкое господство в Европе». Рассчитывали с ходу уничтожить 30–40 млн человек, прежде всего интеллигенцию. Начинали с военнопленных, евреев и цыган.

      Немецкий историк Вольфрам Ветте описывает цель и смысл войны за «жизненное пространство» против СССР: «По окончании завоевания страны на Востоке численность славян должна быть сокращена, а выжившие должны были стать рабами «германских господ». Чтобы они не роптали под этим новым господством, их культурный уровень должен был впредь удерживаться на низком уровне». Ветте приводит предписание М.Бормана, постоянного истолкователя воли фюрера. «Спустя год после начала войны против Советского Союза, – пишет историк, – (Борман) так уточнил антиславянскую политику нацистского режима: «Славяне должны работать на нас. Когда они нам больше не понадобятся, они могут умирать... Мы господа, и они уступят нам дорогу».

        «Памятка немецкому солдату», которая вручалась в вермахте каждому, требовала: «У тебя нет сердца и нервов, на войне они не нужны. Уничтожь в себе жалость и со-страдание, убивай всякого русского, не останавливайся, если перед тобой старик или женщина, девочка или мальчик. Убивай, этим самым спасешь себя от гибели, обеспечишь будущее своей семьи и прославишься навек».

        Напомню тем, кто пытается поставить на одну доску нацистскую Германию и Советский Союз: советские солдаты вступали на немецкую землю с прямо противоположной памяткой: «Гитлеры приходят и уходят, а народ германский остается». И это был не лозунг фронтовой газеты, а приказ Верховного главнокомандующего Сталина. Потому жителям Берлина наши повара и раздавали еду из походных котлов.

         Кроме жертв, связанных с фашистским террором, ужасом оккупации, большие потери население понесло от боевого воздействия врага в прифронтовых районах, в блокадных и осажденных городах. В Ленинграде умерло от голода 641 тыс. человек, от артиллерийских обстрелов – 17 тыс. А ведь были еще полностью разрушенный Сталин-град, Смоленск, Минск и 1710 городов и поселков городского типа, 70 тыс. сожженных деревень, в том числе сотни сел, которые постигла участь белорусской Хатыни.

   С учетом этих жертв гражданское население потеряло 17,9 млн человек.

           Обвинительный акт содержал также требование о признании преступными следующих групп и организаций гитлеровской Германии: 1) имперского кабинета министров; 2) руководящего состава фашистской партии; 3) охранных отрядов фашистской партии (СС), включая службу безопасности (СД); 4) государственной тайной полиции (гестапо); 5) штурмовых отрядов фашистской партии (СА); 6) генерального штаба и верховного командования германских вооруженных сил (ОКВ). Также трибунал поста-вил вопрос о признании преступными шести организаций фашистской Германии, включая Национал-социалистскую партию (НСДАП), ее штурмовые (СА) и охранные (СС) отряды, службу безопасности (СД) и государственную тайную полицию (гестапо).

          У главного обвинителя от СССР были все основания заявить, что перед судом предстали преступники, завладевшие целым государством и сделавшие само государство орудием своих чудовищных преступлений. Обвинительное заключение, подписанное главными обвинителями от СССР, США, Великобритании и Франции, более чем за месяц до начала судебного разбирательства было вручено подсудимым. Таким образом, они имели все возможности, чтобы заблаговременно подготовиться к защите. В интересах справедливого суда с самого начала права подсудимых соблюдались строжайшим образом – каждый из них располагал адвокатами-немцами, которые с согласия обвинителей получали копии всех документальных доказательств на немецком языке, за-щите также оказывалась помощь в розыске и получении документов, доставке свидетелей.

       Нюрнбергский процесс отличался невиданной гласностью: все 403 судебных заседания были открытыми. На них присутствовали более 60 тыс. человек, в том числе немцев. Процесс велся одновременно на четырех языках, включая немецкий. В миро-вой прессе его ход освещали около 250 корреспондентов. Важнейшей чертой процесса также стала безукоризненная правовая обоснованность. Суд заслушал 116 свидетелей, вызванных как обвинителями, так и защитниками, было исследовано более 4 тыс. документальных доказательств. При этом решающая роль принадлежала официальным документам, составленным в свое время подсудимыми.

          Трибунал с полным основанием указал, что преступления против международного права совершаются людьми, а не абстрактными категориями, и только путем наказания отдельных лиц, совершающих такие преступления, могут быть соблюдены установления международного права. Привлечь к ответственности конкретных виновников позволило и признание трибуналом преступными организациями таких структур германского фашизма, как СС, СД, гестапо, а также руководящего состава национал-социалистской партии. Это дало право национальным судам привлекать отдельных лиц за принадлежность к организациям, признанным преступными. Был реализован основополагающий принцип: «Уголовной ответственности подлежат конкретные физические лица». При этом признание преступного характера организации Международным трибуналом не могло быть подвергнуто пересмотру судами отдельных стран.

      По оценкам российских ученых и мнению автора, «криминализация агрессии как тягчайшего международного преступления обрела прочную легитимную базу. В этом главная заслуга Нюрнберга. Здесь была законодательно установлена и проведена в жизнь ответственность тех, кто формировал, направлял и реализовывал политику войны как источника ненависти и массовых злодеяний».

    На процессе были заложены новые принципы международного права: введено понятие «международные преступники»; установлено, за какие преступления они должны отвечать; определены сроки давности преступления (не имели сроков давности преступления нацистов).

         Нюрнбергский процесс заложил основы новых правовых идей, была создана Организация Объединенных Наций (ООН) для предотвращения войны в будущем.

       Трибунал приговорил Геринга, Риббентропа, Кейтеля, Кальтенбруннера, Розен-берга, Франка, Фрика, Штрейхера, Заукеля, Йодля, Зейсс-Инкварта, а также Бормана (заочно) к смертной казни через повешение, Гесса, Функа и Редера – к пожизненному заключению, Шираха и Шпеера – к 20, Нейрата – к 15 и Деница – к 10 годам тюремно-го заключения. Фриче, Папен и Шахт были оправданы. В ночь на 16 октября 1946 года, после отклонения Контрольным советом ходатайств осужденных на смертную казнь о помиловании, приговор был приведен в исполнение.

       Р.А.Руденко высказал предусмотренное процедурой особое мнение, заявив о не-согласии с оправданием Фриче, Папена и Шахта и непризнанием генерального штаба и членов правительственного кабинета преступными организациями, хотя доказательств их виновности у трибунала было более чем достаточно. В данном случае на судебном решении, видимо, отразился политический фактор – нараставшее охлаждение между вчерашними союзниками по антигитлеровской коалиции.

        Как проходила процедура казни военных преступников, мне рассказал много лет назад Виктор Антонович Темин, освещавший этот процесс из Нюрнберга:
«...Перед нами камеры одиннадцати осужденных Международным военным трибуналом. У каждой камеры стоит американский солдат и через окошко в двери внимательно наблюдает за поведением заключенного. Нас предупреждают: «Говорить тихо!».

          Через маленькое решетчатое окошко в двери видно, чем заняты осужденные. Они еще не знают, что приговор будет приведен в исполнение сегодня.

         Геринг лежит на койке, закрывшись одеялом: в углу камеры стоят его большие сапоги. Риббентроп разговаривает с пастором. Кейтель разбирает постель перед сном. Иодль пишет, вокруг него множество листков бумаги. Кальтенбруннер читает лежа. Заукель нервно ходит по камере...

     Раздается удар гонга. 21 час 30 минут – время, официально установленное в тюрьме для отхода ко сну.
     Мы проходим через двор, вернее, тюремный сад, к небольшому одноэтажному зданию, утопающему в зелени.
    Здесь должна состояться казнь.
     Время – 22 часа.
Полковник Эндрюс оставляет нас и идет в камеры, чтобы через некоторое время объявить каждому осужденному об утверждении Контрольным советом по Германии смертного приговора, об отказе в помиловании... Но вот он вбегает в комнату журналистов и растерянно восклицает:
– Геринг умер!
Несколько успокоившись, Эндрюс рассказывает:
– Геринг молча встретил сообщение об отклонении его ходатайства о помиловании. Но когда узнал, что казнь состоится сегодня, яростно сжал кулаки. Затем пошел к койке и сел, опустив голову. Примерно в половине одиннадцатого американский солдат, дежуривший у камеры, услышал странный хрип. Он сейчас же вызвал дежурного офицера и врача. Когда они вошли в камеру Геринга, тот уже был в предсмертной агонии. Врач обнаружил у него во рту мелкие кусочки стекла и констатировал смерть от цианистого калия.

   Еще один испугался виселицы.

           Я вспомнил Геринга, каким увидел впервые: толстый, злой, властный. Он яростно и энергично защищался на процессе, охотно давал интервью журналистам буржуазных газет, позировал перед фотокорреспондентами. Он собирался жить и властвовать. Он знал, что деньги – огромная сила, а он сказочно богат. Награбленные им сокровища запрятаны в банках нейтральных стран. Он не хотел думать, что за преступления придется расплачиваться жизнью. А когда понял, что надежды больше нет, испугался виселицы...

    В 0.55 всех нас, восьмерых журналистов, проводят к месту казни, и мы останавливаемся в 3–4 метрах от эшафота. Входят члены комиссии, медицинские эксперты, офицеры американской охраны.
Первым вводят под руки Иоахима фон Риббентропа. Он бледен, пошатывается, секунду–две стоит с полузакрытыми глазами, как бы в состоянии полной прострации.
Его спрашивают:
– Имя?
– Иоахим фон Риббентроп...
     Ему предлагают сказать последнее слово. Риббентроп говорит о том, что желает мира и союза между Западом и Востоком. До сих пор этот человек играет роль великого дипломата. А на его совести спланированные массовые убийства и ограбление стран Европы.

      Затем вводят Кейтеля. Впервые я увидел генерал-фельдмаршала Кейтеля в Карлсфорсте, под Берлином, когда он подписывал акт о безоговорочной капитуляции гитлеровской Германии. Но тогда он не знал, что путь позора приведет его сюда.

      Кейтель бледен. Поднявшись на эшафот, говорит:
     – Я призываю всемогущего бога и прошу его сжалиться над немецким народом. Больше двух миллионов немецких солдат умерли за родину до меня, я ухожу теперь за моими сыновьями.

         Это звучит кощунственно. Немецкий народ страдал только потому, что правите-ли фашистской Германии, в том числе и он, Кейтель, развязали эту бесчеловечную бойню. Не два миллиона, а значительно больше немецких солдат полегли на полях Ев-ропы и России, они погибли не за Германию, а по прихоти обезумевших завоевателей...

          Вводят Кальтенбруннера. Этот изверг был правой рукой Гиммлера. У него бегающие глаза и огромные руки душителя. Фашист с ученой степенью доктора был организатором СС в Австрии, затем начальником полиции безопасности и СД. Генерал полиции Кальтенбруннер был одним из самых изобретательных, самых изощренных убийц. Под его руководством осуществлялись казни людей по расовым и политическим мотивам. По его распоряжению уничтожались все, кто совершал побеги из концлагерей. Преступления, в которых он повинен, трудно перечислить... Кальтенбруннер бросает умоляющий взгляд на пастора. Тот читает молитву. Кальтенбруннер блуждающим взглядом смотрит вокруг...

        В дверях – Альфред Розенберг, автор бесчеловечной «расовой теории». Едва слышно, с трудом он произносит свое имя. На предложение сказать последнее слово отрицательно качает головой, невнятно произносит: «Нет...». Краснобай, демагог, от-правивший на смерть миллионы невинных людей, теряет здесь дар речи...

     Один за другим проходят эти люди-изверги, как тени мрачного прошлого.

     Последний из осужденных – Зейс-Инкварт, прихрамывая, идет к эшафоту.

        Фашистский палач с интеллигентной внешностью ученого, он проводил жестокую оккупационную политику в Польше и в Нидерландах, свирепо насаждая гитлеровский «новый порядок». Теперь, в час расплаты, он бормочет что-то о полученном уроке...

         2 часа 46 минут 30 секунд. Все кончено. Два американских солдата вносят на носилках покрытый черным одеялом труп Геринга и присоединяют к телам казненных. «Приговор народов приведен в исполнение».

     И все же, какова неотвратимость наказания военных преступников?

         Можно с огорчением отметить, что очень многим военным преступникам, бежавшим на Запад, удалось остаться безнаказанными. «Вашингтон пост» писала, что всего в мире насчитывается до 50 тыс. беглых нацистских преступников, причем 10 тыс. из них скрывается от возмездия в Соединенных Штатах. США, как правило, отказываются их выдавать, фактически обеспечивая им убежище.

       По сведениям газеты «Тат», только 7 % из представленных в ФРГ перед судами лиц были признаны виновными и осуждены. Из 10 тысяч охранников концлагеря Освенцим, где было умерщвлено более 4 млн. человек, до сего времени только 30 привлекались к ответственности в 5 процессах и только 5 из них до сих пор отбывают наказание. Пять с половиной лет длился в Дюссельдорфе процесс в отношении 16 нацистских преступников, виновных в уничтожении в концлагере Майданек более 250 тыс. чело-век. В результате 11 подсудимых были оправданы или освобождены из-за «отсутствия доказательств, 4 – приговорены к незначительным срокам лишения свободы», таковы факты.

        Советский народ, разгромивший шестьдесят пять лет назад фашистский рейх,  наглядно и убедительно показал всю нелепость и несбыточность претензий гитлеровцев с их лозунгом «Германия превыше всего» на перестройку мира по национал-социалистской модели. Тем не менее, после завершения второй мировой войны появились новые претенденты. 19 декабря 1945 года Трумэн в своем выступлении в Белом доме заявил: «Хотим мы того или нет, но мы должны признать, что одержанная нами победа возложила на американский народ бремя ответственности за дальнейшее руководство миром». В таком же духе разглагольствовал и Д.Эйзенхауэр: «Постоянной ба-зой руководства миром... должны быть Соединенные Штаты». А вице-президент в администрации демократов Г.Хэмфри патетически восклицал: «В завтрашней Америке я вижу истинную столицу мира!».

        В течение 1946–1947 годов в США друг за другом последовал ряд документов, выступлений и статей, составивших концептуальную основу длительной борьбы США с Советским Союзом: «длинная телеграмма» дипломата американского посольства в Москве Дж.Кеннана; речь Черчилля о «железном занавесе» и объявлении «холодной вой-ны» в Фултоне; меморандум государственного департамента США X.Фримена Мэтьюза; доклад специального советника президента США К.Клиффорда «Американская политика в отношении Советского Союза»; статья Дж.Кеннана «Истоки советского поведения» и др.

        В данных документах Россия была представлена как морально ущербное государство с врожденным, унаследованным с древних времен чувством экспансионизма, присущего всем русским царям и современному руководству, традиционным, инстинктивным русским чувством неуверенности в собственной безопасности, постоянным страхом «перед более компетентными, более могущественными, более высоко организованными сообществами».

         Конкретно были определены цели и задачи по внутренней трансформации и уничтожению советского общества: дискредитация коммунистической идеологии; перемена образа мыслей советского руководства; разрушение единства коммунистической партии; формирование недовольства советского народа деятельностью партии и правительства; навязывание коммунистическим «соискателям верховной власти», привыкшим к железной партийной дисциплине и не обладавшим «искусством компромисса и взаимного приспособления», демократического порядка передачи власти в среде «политически незрелых и неопытных масс».

       Безусловно, последствия от проводимой в СССР такой войны подтверждают алгоритм информационно-психологического влияния, разработанный А.Даллесом – руководителем политической разведки США в Европе, ставшим в последствие директором ЦРУ, против СССР.

          Данный алгоритм поражения СССР (Директива № 20/1 «Цели США против России» от 18.08.48) был впервые публично опубликован в Сборнике «Сдерживание. Документы об американской политике и стратегии 1945–1950 гг.» (США, 1978 г.), в котором раскрывались основные направления подрыва общественно-политического строя в России, а именно:
– постепенная подмена российских нравственных и культурных ценностей на фальшивые;
– насаждение культа секса, насилия, садизма и предательства;
– разрушение представлений о необходимости ведения плановой системы экономики и развития новых способов промышленного производства в СССР;
– рекламирование необходимости создания в СССР социальной прослойки (мелких собственников), которая могла бы свободно распоряжаться государственной собственностью как своей собственной, т. е. создание коррупционной системы в госу-дарственном управлении (в этот период как раз начали формироваться основы понятия «демократия вместо коммунизма»);
– постоянное вытравливание из русской литературы и искусства социальной сущности российского народа;
– уничтожение понятия «культурное наследие российского народа»;
– культивация национализма и вражды народов, живущих в России, и т. п.
Сегодня ведущие российские политологи выделяют в проекте А.Даллеса три этапа низвержения русских, а именно:
– первый этап – низвержение русского народа на уровень народов третьестепенных, отсталых, неспособных на существование в качестве суверенного народа;
– второй этап – направление русского народа на путь биологической деградации и вымирания, вплоть до исчезновения его в качестве этнически значительной группы.

        Интересен тот факт, что сегодня планы США предполагают сокращение русского народа до пятидесяти и даже тридцати миллионов человек, а также стимулирование детских заболеваний, алкоголизма, наркомании, проституции, гомосексуализма, сектантства, преступности.

          Более того, планируется «сжатие» русских в сравнительно небольшом пространстве европейской России. Возможно введение закона пропорционального разделения территорий в зависимости от числа людей. Тогда на «законных» основаниях русских просто сгонят в резервации, как индейцев в Северной Америке;
– третий этап – вычеркивание русских как народа из мировой истории.

         В директиве президента США «СНБ-68» от 30 сентября 1950 года были поставлены задачи вести «открытую психологическую войну» с целью вызвать массовое предательство в отношении Советов и разрушить иные замыслы Кремля.

       В апреле 1951 года при активном участии в том числе и российских ученых, тесно сотрудничавших с ЦРУ, для президента США был подготовлен документ «Психологическое наступление против СССР. Цели и задачи». В нем предлагалось, прежде всего, убедить советский народ в отсутствии враждебности США по отношению к нему (хотя именно в это время шла интенсивная подготовка США к коалиционной атомной войне против Советского Союза), внушить ему мысль о возможности иного, более «справедливого» строя, альтернативного коммунистическому.

        Для этого рекомендовалось на основе внимательного изучения духовных ценностей, моральных и этических концепций советского народа установить, какие из ценностей советского общества идентичны ценностями западного мира. Затем предлагалось использовать эту идентичность в пропагандистских материалах (радиопередачах, кинофильмах, книгах, газетных и журнальных статьях), предназначавшихся советскому народу, для подстройки к нему и постепенного изменения его ценностей, навязывания стремления к американской системе ценностей, а затем и к тому социальному устройству общества, которое обеспечит реализацию этих ценностей. Безусловно, теоретические основы «психологической войны» против Советского Союза, разработанные гос-департаментом, научными структурами Центрального разведывательного управления и министерства обороны США в течение первых лет после окончания второй мировой войны, оказались недостаточно эффективными для решения поставленных задач и бы-ли существенно модифицированы и пополнены новым психологическим инструментарием.

         Так, появились многочисленные исследования и книги, посвященные разработке отдельных аспектов: «Пособие по ведению психологической войны» У.Догерти и М.Яновица; «Психологическая война» Лайнбарджера; «Психологическая война» По-довера и Ласвелла; «Характер психологической войны» Шрамма и др.

     Идеологическая война, изначально сориентированная на реализацию политики «с позиций силы», открытую борьбу с коммунистическими идеями, выразившаяся в доктрине «отбрасывания коммунизма», сменилась в конце 50-х гг. доктриной «сдерживания», а в начале 1960-х г. дополнилась теориями «размягчения коммунизма», концепциями «пробуждения», «обволакивания», «градуализма».

       В соответствии с этими теориями путь к разрушению социализма лежал через два направления ликвидации строя в Советском Союзе:
– во-первых, сопровождение марксистской и партийной фразеологией «объективной» и «доброжелательной» критики социалистического строя;
– во-вторых, разложение социалистических государств через длительный пери-од «инфильтрации» антисоциалистических элементов в коммунистические партии, руководящие государственные органы и т. д. психологической доктриной и иных государств, заинтересованных в максимальной полезности для себя, целью которого является дестабилизация национального бытия, превращение наций в «атомизированных индивидуумов», готовых ради «финансового успеха» на любые действия.

         Ещё в 70-е годы З.Бжезинский в книге «План игры. Геостратегическая структура ведения борьбы между США и СССР» заявил, что США для осуществления вышеназванного плана разрушения СССР должны будут решить три главные задачи:
1) внести (при помощи дезинформирования) изменения в структуру, приоритеты и шкалу базовых национальных ценностей русских;
2) обеспечить «распад связи времен», т. е. сделать очевидным разрыв поколений;
3) сделать жизнь в стране невыносимой, одновременно соблазняя её население «химерами благостей иноземного быта», якобы доступных при другом политическом режиме.

         Кроме этого американский президент Рейган санкционировал проект «Истина», нацеленный на пропагандистскую кампанию по объединению всех западных сил против «советской военной угрозы» (заложенная в проекте идея «крестового похода» была развита в программе «Демократия и публичная дипломатия»).

           Как подчеркивает в своих работах А.Е.Тарас, важный вклад в развитие теоретических основ психологической войны внесли также стратегическая концепция «соперничества», разработанная Министерством обороны (во времена правления президента Рейгана), и «Доктрина освобождения», подготовленная исследовательским центром «Фонд наследия» администрации Д.Буша.

       В соответствии с концепцией «соперничества» дезинформационные мероприятия, осуществлявшиеся с помощью открытых публикаций, были выбраны в качестве одного из решающих средств экономического изматывания Советского Союза, перенапряжения его сил в военном противостоянии с США, а информационно-психологическое воздействие на сознание, чувства и волю советского народа с учетом новых условий гласности предполагалось сделать максимально активным и наступательным, особенно в направлении искажения целей и задач советской внешней и внутренней политики, «раздувания» существующих объективных и субъективных трудностей.

      Таким образом, целью внешнего информационно-психологического воздействия западных государств на Советский Союз были ликвидация его политического режима и развал «советской империи».

           Если США опирались на методы информационно-психологического воздействия на все жизненно важные стороны существования и характеристики общественного сознания в нашей стране, то в СССР не было даже настоящего понимания сути происходящего, что привело к тому, что к концу 80-х годов страна была подведена к порогу разрушения. В России к началу XXI века с созданием информационного общества ситуация резко изменилась, и возникли уже противоречия иного уровня: между стремлением развитых держав мира управлять Россией по собственному сценарию развития и самостоятельным существованием государства; между существующей так называемой российской идеологией и идеологией, ориентированной на Запад, и т. п.

          Более того, сегодня существующие противоречия переросли в разряд психологической войны против России, в которой иностранными государствами применяются различные методы влияния на общественное сознание российских граждан, порождающие кризисные ситуации в общественно-политической жизни общества. Их можно разделить, по мнению автора, на три уровня: верхний, основной и глубинный:
– к верхнему уровню можно отнести общественное мнение, которое носит изменчивый характер (оно относительно неустойчиво и имеет сравнительно малое время жизни);
– основной уровень является аналогом картины мира у отдельного человека;
– глубинный уровень (или подоснову общественного сознания) можно грубо сравнить со слоями индивидуального сознания, формируемыми в раннем детстве и накладывающими свой отпечаток на всю жизнь (данный уровень находит свое выражение в морали, идеалах, целях, ценностях, понятиях добра и зла, а также в духовных традициях народов).

          Сегодня на фоне созданного эмоционального состояния «ошеломления» и «со-мнения» в правильности целей, поступков, ценностей как раз и осуществляется внедрение иностранными государствами в сознание российского общества ориентиров из-вне. Причем делается это замаскировано, скрытно, так, чтобы не заметили те, на кого оказывается информационно-психологическое воздействие. Вследствие чего начало XXI века в России по существу и характеризуется потерей старинных русских традиций, преемственности поколений, связи времен и в целом изменением духовной среды.

       Кроме того, в конце XX века возникло серьёзное противоречие между двумя сторонами общественного сознания: личностной и общественной, где в конечном итоге определяющей стала первая, и в Российской Федерации установился новый культ – культ потребления (если у тебя есть доллары и ты силен, то имеешь все, что хочешь, но если нет веры, то «все дозволено», как писал Ф.М.Достоевский в романе «Братья Карамазовы»). Сегодня в России суть психологического воздействия иностранных государств составляет воздействие на общественно-политическую сферу, способное управлять людьми, заставить их действовать против своих интересов. Это можно рассматривать как определенный аналог вирусного заболевания, внедряющегося в клетку организма (в нашем случае в общественно-политическую сферу государства) и встраивающегося в управляющие процессы молекулы ДНК, при котором клетка внешне остается такой же, как и была, и даже процессы в ней идут такого же типа, но управляет ею вирус. Болезнь же при этом проходит три фазы: внедрение, выделение токсинов (на дан-ном этапе появляются противоречия, ведущие к разрушению структуры клетки) и гибель.

        Со своей стороны, в таких условиях пропаганда, шпионаж, диверсии могут иметь лишь вспомогательное значение, а роль вируса в России играет управляемая извне «пятая колонна» внутри страны, которая должна внедриться именно в управление общественным сознанием, в идеологическую сферу и, как вирус в ДНК, быть неотличимой от окружения.

      Интересен тот факт, что представителей «пятой колонны» в России как бы и нет. В СССР они делали то же, что и все (встраиваясь в процессы, они не только не критиковали существующие порядки, но, напротив, выглядели «суперпатриотами» или «сверх-коммунистами», выражали высшую преданность режиму, клеймили империализм).

         Идеологическая сфера СССР в результате закрепления в ней «пятой колонны» стала ядром, основой психологического воздействия, ведущегося внутри страны. Среди применявшихся ею методов один из наиболее эффективных – постепенное доведение идеологических кампаний и лозунгов до абсурда, что компрометировало существующий режим в общественном сознании и вызывало противоречия между существующим строем и массовым сознанием населения.

       К примеру, в последние годы XX в. нарушались взаимосогласованные сверстанные планы. Вождям давался совет вставить еще (и еще) одно супернеобходимое мероприятие в пятилетку.

       Более того, вирусное заболевание имеет скрытый латентный период, но после его окончания наступает острая стадия – весь организм (в нашем случае государство) переходит в возбужденное неустойчивое состояние. И именно в этот период возникает вероятность гибели организма. Точно так же при организации изменения существующего строя необходимо подвести общество к неустойчивости, к возникновению противоречий в общественно-политической сфере государства. Примером служат действия гитлеровцев в начале 30-х годов и полное бездействие и безответственность многих наших  политиков перед страной и ее народом в конце XX и начале XXI столетия.

       Именно в создании и раздувании кризисных ситуаций и состоит основной механизм действия идеологического вируса в Российской Федерации, способствующий рос-ту противоречий в общественно-политической сфере общества (это позволяет использовать многих людей «втемную», когда они, борясь с конкурентом, фактически выполняют задачи «пятой колонны»).

        Если вдуматься в содержание происходящих в России процессов в общественно-политической сфере, то необходимо отметить, что конец ХХ столетия и начало нынешнего, особенно последние 20 лет, характеризуются постоянным усилением роли информационно-психологического влияния иностранных государств на все важнейшие сферы жизни нашего государства, целью которого является перераспределение власти и, в конечном счете, ресурсов (материальных, интеллектуальных и т. п.), с одной стороны, и бездействие властей Российской Федерации – с другой.

        В результате идеологической войны к началу нового столетия произошло раз-рушение структуризованности общества, его «атомизация». Это способствует замене декларируемого для демократического общества социального управления через систему согласования и учета интересов основных социальных групп – социального партнерства на «информационное управление» – управление посредством манипулирования.

       История убедительно свидетельствует: любая война – идеологическая или насилие – постоянные и неизбежные спутники великодержавного шовинизма, и допустить, чтобы они диктовали свою волю России или мировому сообществу, – означало бы толь-ко одно – сползание к ядерной войне.

        Приговор Трибунала, признавший агрессию тягчайшим международным преступлением и покаравший организаторов и исполнителей преступных планов агрессивной войны, справедливо расценивается всеми прогрессивными людьми мира как приговор истории. Удалось достичь главного: фашистские главари сели на скамью под-судимых и понесли кару в соответствии с тяжестью содеянного. Удалось утвердить в международном праве положение о том, что, поскольку фашистские военные преступники и их преступления против мира по самой своей природе являются преступления-ми международными, к ним неприменима общеуголовная давность. Проще говоря, преступник должен понести неотвратимое наказание, сколько бы времени ни отделяло суд от момента совершения преступления.

            В чем актуальность Нюрнбергского процесса сегодня? Это, прежде всего, суд над фашизмом – теми силами, которые развязали вторую мировую войну, породили массовые чудовищные преступления против мира и человечества. Основная задача процесса состояла не только в наказании преступных руководителей гитлеровской Германии. Главный обвинитель от США Джексон 21 ноября 1945 года сказал: «Мир мало волнует их судьба как отдельных личностей». Восстановление международного правопорядка, исключающего агрессивные войны как источник преступлений против мира, военных преступлений и преступлений против человечности, утверждение норм и принципов международного права и прав человека там, где они были попраны массовыми убийствами, насилием, пытками и порабощением, – вот цель Нюрнберга. Нельзя допустить, чтобы сегодня люди рассматривали фашизм в любых его формах как уже преодоленную для мира опасность. Поэтому спустя 65 лет мы должны в полной мере отдавать себе отчет в том, что вынесенный Международным трибуналом в Нюрнберге приговор и в наши дни может служить юридической основой пресечения агрессивных войн и при-влечения к уголовной ответственности физических и юридических лиц за преступления против мира и человечества.

        Планируя создание Международного военного трибунала и проведение между-народного судебного процесса над главными нацистскими военными преступниками, державы антигитлеровской коалиции руководствовались принципами неотвратимости ответственности и наказания всех нацистских преступников, виновных в массовых зло-деяниях против народов Европы и самого немецкого народа. Нюрнбергский процесс должен был создать международно-правовую основу уголовной ответственности всех физических лиц и организаций, виновных в тягчайших преступлениях. Его опыт и решения должны были в дальнейшем лечь в основу деятельности немецких судов по преследованию и наказанию нацистских преступников. С этой целью четыре оккупационные державы в лице их высшего органа власти на территории оккупированной Германии – Союзного контрольного совета – создали правовую основу судебного преследования и наказания нацистских преступников.

        20 декабря 1945 г. был издан Закон № 10, по которому к уголовной ответственности немецкими судами должны были привлекаться виновные не только в преступлениях, определенных Лондонским статусом от 8 августа 1945 г. как военные преступления, преступления против мира и человечности, но и в преступлениях, совершенных до начала войны. Кроме того, закон объявлял уголовно наказуемым деянием членство в организациях, признанных Нюрнбергским военным трибуналом преступными, что считалось доказанным и не могло оспариваться в других судебных процессах. Это позволяло в дальнейшем ликвидировать сложности при доказывании вины подсудимых. В закон входили положения, определявшие деятельность немецких судов в области восстановления правовой культуры и нормализации государственно-правовых отношений в послевоенной Германии на базе права и морали. С самого начала он подвергался резким нападкам со стороны консервативных немецких юристов. Его критиковали за то, что он был якобы плохо составлен и не соответствовал традициям немецкой юридической мысли, был отягощен расплывчатыми определениями составов преступлений и неясными дефинициями вины. Нападкам подвергались также решения верховного суда, учрежденного в британской зоне оккупации, за будто бы имевшие место нарушения принципов о запрете обратной силы закона и неприменении сроков давности, допускавшихся судом вопреки заповедям германского уголовного права и вследствие Закона № 10.

         После образования ФРГ западногерманские судебные органы при расследовании дел о нацистских преступлениях стали пользоваться только германским уголовным правом, произвольно отказавшись от применения закона № 10. Этому способствовало и общее политическое развитие страны, приведшее к тому, что западные оккупационные власти по настоянию правительства Аденауэра в 1951 г. упразднили действие упомянутого закона. Таким образом, была ликвидирована не только единая правовая ос-нова наказания нацистских преступников, созданная Союзным контрольным советом. Фактически суды ФРГ и в политическом отношении были избавлены от необходимости руководствоваться важными принципами Нюрнбергского процесса, признанными к тому времени во многих документах ООН нормами международного права. Тем самым подчеркивались особо значимые в плане осуждения нацистских преступников положения ст. 7 и 8 Устава Международного военного трибунала: должностное положение подсудимых, их положение в качестве глав государств или ответственных чиновников различных правительственных ведомств не должно рассматриваться как основание к освобождению от ответственности или смягчению наказания; тот факт, что подсудимый действовал по распоряжению правительства или приказу начальника, не освобождает его от ответственности и может рассматриваться лишь как довод для смягчения наказания.

          Большое значение имела квалификация Нюрнбергским трибуналом массовых уничтожений узников концлагерей и в целом деятельности лагерей смерти как «механизма убийств». Это было единственно верное определение. Участие в такой деятельности, по мнению Международного военного трибунала, служит достаточным основанием для обвинения в пособничестве или соучастии в убийстве и в дополнительных доказательствах не нуждается, как и в случае участия в признанных трибуналом преступных организациях – СС, гестапо, НСДАП и др. Руководствуясь данными принципами, западногерманская юстиция в ходе судебных процессов над нацистскими преступниками могла бы с самого начала избежать ставших характерными для нее сложностей с предъявлением доказательств, приводивших к вынесению многочисленных неправо-мерных оправдательных приговоров и назначению до смешного мягких наказаний. Этому же способствовали и длительные проволочки и затягивания судебных разбирательств. Нацистские преступники зачастую избегали наказания по той причине, что к ним применялись сроки давности на основании обычного уголовного права. Игнорирование Нюрнбергских принципов противоречит и ст. 25 Основного закона ФРГ, в которой общепризнанные нормы международного права провозглашаются в качестве составной части права страны.

         Еще до оглашения приговора Международного военного трибунала его заявлением от 20 сентября 1945 г. и Законом № 2 Союзного контрольного совета от 10 октября 1945 г. были запрещены основные нацистские организации, в том числе СС, и их подразделения. Несмотря на то, что все они были объявлены преступными, а членство в них – уголовно наказуемым деянием, это не смогло предотвратить восстановление их деятельности и активности в ФРГ. Постоянные требования демократической общественности запретить эсэсовские союзы и объединения отклонялись властями под тем несостоятельным предлогом, будто отсутствует законное основание для их запрета. Очевидно, и приговор Нюрнбергского трибунала таким законным основанием ими не признается. Между тем ст. 139 Основного закона ФРГ содержит четко сформулированное предписание, по которому решения союзников, «принятые в целях освобождения германского народа от национал-социализма и милитаризма, остаются в силе и не могут затрагиваться постановлениями Основного закона», что служит юридическим обоснованием положения о запрете СС, содержащегося в Законе № 2 Союзного контрольного совета и приговоре Нюрнбергского трибунала. Именно исходя из этих юридически незыблемых положений, следовало бы запретить любую деятельность эсэсовских организаций, в том числе собрания и демонстрации, проводимые союзами ветеранов СС, которые не вправе ссылаться на гарантируемую Основным законом свободу собраний. Нежелание запретить эсэсовские организации выявляет не слабость права, а отсутствие политической воли.

           Историческая ценность процесса состоит в том, что его материалы решительно разоблачают всякие попытки реабилитировать преступную германскую военщину. На-цистская партия была выпестована монополистическим капиталом и милитаристскими кругами, рассматривавшими ее как свою опорную организацию. По сути, осуждено само фашистское государство, превращенное в орудие преступлений.

            Суровый, но справедливый суд в Нюрнберге и его уроки – предостережение всем тем силам, которые намерены ввергнуть человечество в пучину ядерного безумия.

          Победа в Великой Отечественной войне далась советскому народу ценой жизни миллионов лучших сыновей и дочерей. Но не только это побуждает нас сохранять па-мять о величайших испытаниях; память о павших и безмерные страдания выживших продолжают незримо присутствовать в душах людей. Это подчас неосязаемое и, во вся-ком случае, нематериальное присутствие учит нас думать и сострадать. Это и есть одна из краеугольных основ национальной идеи России.

          Но духовная память только тогда обладает животворящей силой, когда сочетается с мудрой и беспристрастной оценкой суровых уроков, оставленных нам в назидание. Потеряв в Великой Отечественной войне и в ходе истребления собственного народа десятки миллионов жизней, в конце XX века страна потерпела новую катастрофу, не менее, а возможно, и более разрушительную. Кроме распада некогда великой державы, кроме несвойственных мирному времени людских потерь, утраты значительной части экономического и военного потенциала мы понесли трудновосполнимые утраты в нравственной и моральной сфере, допустили вымывание таких общественных ценностей, как единство и общность народа, нацеленность людей на созидательный труд. По-следствия этой катастрофы не преодолены до сих пор, а объективный взгляд на вещи показывает, что потребуется еще не одно десятилетие упорного и настойчивого труда, чтобы по крайней мере восстановить утраченное.

      Наша святая обязанность, наш неоплатный долг перед памятью героев, в жесточайших битвах отстоявших свободу и независимость нашей Родины, состоит в обязанности неустанным трудом укреплять могущество Российского государства, бережно и настойчиво воссоздавать систему общественной нравственности и народных традиций.



Следующие материалы:

Предыдущие материалы:

 

от Монро до Трампа


Узнать больше?

Ваш email:
email рассылки Конфиденциальность гарантирована
email рассылки

Blischenko 2017


ПОЗДРАВЛЕНИЯ!!!




КРУГЛЫЙ СТОЛ

по проблемам глобальной и региональной безопасности и общественного мнения в рамках международной конференции в Дипломатической академии МИД России

МЕЖДУНАРОДНОЕ ПРАВО

Право международной безопасности



Инсур Фархутдинов: Цикл статей об обеспечении мира и безопасности

№ 4 (104) 2016
Московский журнал международного права
Превентивная самооборона в международном праве: применение и злоупотребление (С.97-25)

№ 2 (105) 2017
Иранская доктрина о превентивной самообороне и международное право (окончание)

№ 1 (104) 2017
Иранская доктрина о превентивной самообороне и международное право

№ 11 (102) 2016
Стратегия Могерини и военная доктрина
Трампа: предстоящие вызовы России


№ 8 (99) 2016
Израильская доктрина o превентивной самообороне и международное право


7 (98) 2016
Международное право о применении государством военной силы против негосударственных участников

№ 2 (93) 2016
Международное право и доктрина США о превентивной самообороне

№ 1 (92) 2016 Международное право о самообороне государств

№ 11 (90) 2015 Международное право о принципе неприменения силы
или угрозы силой:теория и практика


№ 10 (89) 2015 Обеспечение мира и безопасности в Евразии
(Международно правовая оценка событий в Сирии)

Индексирование журнала

Баннер

Актуальная информация

Баннер
Баннер
Баннер

Дорога мира Вьетнама и России

Ирина Анатольевна Умнова (Конюхова) Зав. отделом конституционно-правовых исследований Российского государственного университета правосудия


Вступительное слово
Образ жизни Вьетнама
Лицом к народу
Красота по-вьетнамски
Справедливость и патриотизм Вьетнама
Дорогой мира вместе


ФОТО ОТЧЕТ
Copyright © 2007-2017 «Евразийский юридический журнал». Перепечатывание и публичное использование материалов возможно только с разрешения редакции
Яндекс.Метрика