Содержание журналов

Баннер
  PERSONA GRATA

НИКОЛАС РОБИНСОН:
ЭКОЛОГИЧЕСКОЕ ПРАВО В ЭПОХУ АНТРОПОЦЕНА

Интервью с профессором Юридической школы им. Элизабет Хауб Университета Пейса (США, Нью-Йорк).


Группа ВКонтакте

Баннер
Баннер
Баннер
Баннер


Развитие государственно-конфессиональных отношений в России в контексте международно-правовых стандартов
Научные статьи
07.09.11 10:25


вернуться



ЕврАзЮж № 8 (39) 2011
Международное право
Пашенцев Д.А.
Развитие государственно-конфессиональных отношений в России в контексте международно-правовых стандартов
В статье проанализированы особенности развития государственно-конфессиональных отношений в России на разных этапах, предложена авторская трактовка международно-правовых стандартов в данной сфере и особенностей их реализации.

Международно-правовые стандарты государственно-конфессиональных отношений закреплены в ст. 18 Международного пакта ООН о гражданских и политических правах и в ст.9 (ч.1) Европейской Конвенции о защите прав и основных свобод. В этих документах говорится, что каждый человек имеет право на свободу мысли, совести и религии; это право включает свободу менять свою религию или убеждения и свободу исповедовать свою религию и убеждения как единолично, так и сообща с другими, публичным или частным порядком, в отправлении культа, учении и выполнении религиозных и ритуальных обрядов.


     Существуют национально-государственные особенности понимания и реализации данных положений. Все государства в зависимости от их взаимоотношений с церковью делятся на три группы:
теократические (политическая власть принадлежит главе церкви, как, например, в Ватикане);
клерикальные (государство с церковью не слито, но последняя через законодательные институты, включая конституционные нормы, активно влияет на государственную политику, а школьное образование в обязательном порядке включает изучение церковных догматов (Италия, ФРГ, Великобритания);
светские - государства, в которых церковь отделена от государства, а школа от церкви (Франция, Россия, Турция).

    Очевидно, что теократические государства, которых сегодня весьма немного, не в полной мере соответствуют мировым стандартам государственно-конфессиональных отношений, так как реализация права граждан этих государств свободно менять свою религию затруднено. Индивиды, принадлежащие к любой конфессии, кроме официальной, встречаются в таких государствах, прежде всего, с объективными трудностями, которые связаны с отсутствием храмов для иных конфессий, а также с субъективным отрицательным восприятием их убеждений со стороны населения и официальных лиц.

      Светских государств, прямо провозглашающих всякое отделение религии от государственной и общественной жизни, в мире также немного. Но даже и эти государства не всегда могут уйти от того, чтобы не подчеркнуть приоритет той или иной конфессии. В качестве примера можно привести Конституцию Грузии, которая в ст.9, провозглашая независимость церкви от государства, в то же время признает исключительную роль   Грузинской православной церкви в истории страны . Нарушает ли такое признание международно-правовые стандарты? Полагаем, что не нарушает. Признание исключительной роли одной из конфессий, тем более, в историческом плане, не препятствует гражданам свободно исповедовать иную религию либо оставаться атеистами. То же самое относится и к клерикальным государствам, которых, в частности, большинство среди стран Европы. Если государство тесно сотрудничает с той конфессией, которую считает основной и к которой принадлежит большинство граждан, но при этом не запрещает деятельность иных конфессий, не препятствует реализации права граждан на свободу вероисповедания, то это вполне соответствует международно-правовым стандартам государственно-конфессиональных отношений.

     Достаточно большое количество клерикальных государств также косвенно свидетельствует о том, что их существование не нарушает международно-правовых стандартов государственно-конфессиональных отношений. В качестве примера таких государств можно привести Данию, конституция которой признает лютеранство государственной религией и устанавливает обязательность данного вероисповедания для монарха; Норвегию, где евангелическо-лютеранская религия является официальной; Грецию, где Православие признается господствующей религией. В Германии преподавание религии в государственных школах является обязательным. В число государств, которые не до конца расстались ос своими религиозными традициями, входят также Лихтенштейн и Монако.

     Конституция Российской Федерации устанавливает в ст.14, что Россия – светское государство. Никакая религия не может устанавливаться в качестве государственной или обязательной. Религиозные объединения отделены от государства и равны перед законом.

   Что означает конституционный принцип светского государства?

     Ответ на этот вопрос содержится в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 15 декабря 2004г.

      В соответствии с данным постановлением, конституционный принцип светского государства и отделения религиозных объединений от государства означает, что государство, его органы и должностные лица не вправе вмешиваться в законную деятельность религиозных объединений, возлагать на них выполнение функций органов государственной власти и местного самоуправления. В свою очередь, религиозные объединения не вправе вмешиваться в дела государства, участвовать в формировании государственных органов, выполнять их функции, участвовать в выборах, оказывать помощь политическим партиям.

    Таким образом, по смыслу данного постановления, церковь не должна, прежде всего, участвовать в политической жизни. Именно на этом аспекте сделал акцент Конституционный Суд.

       Такой подход также вполне соответствует международно-правовым стандартам, которые, как показано выше, позволяют в своих рамках выбирать те или иные направления государственно-церковного взаимодействия. В то же время, текст Конституции, если исходить из его официального толкования, не препятствует развитию отношений государства и церкви в тех сферах, которые непосредственно не связаны с политикой.

     В современных условиях нельзя не заметить определенное сближение государства с Русской Православной Церковью. Несмотря на то, что в современной России представлено свыше 30 различных религий, включая все мировые, нельзя отрицать, что исторически именно Православие играло в нашей стране ведущую роль.

     В период татаро-монгольского ига и разрушения отечественной государственности именно Православная церковь стала той единственной силой, которая объединяла раздробленные русские земли и княжества, препятствовала их окончательному обособлению, тем самым подготавливая предстоящее объединение.

    В период абсолютной монархии Православная церковь была полностью подчинена государству, стала частью государственного аппарата. Полное подчинение церковной организации государству предполагало непосредственное управление церковью со стороны государственных органов, введение органов церковного управления в состав государственного аппарата и бюрократизацию приходского духовенства путем перевода его на государственное содержание. Этот процесс в определенной мере затруднялся сохранением собственной экономической базы церкви и наличием сословной структуры общества.

     Надо отметить, что такое положение церкви, хотя и давало ей определенные преимущества перед другими конфессиями, не лучшим образом сказалось на ее развитии.  В то же время, государство и народ также не выиграли от подчиненного положения церкви. Как справедливо отмечал протоиерей Г. Флоровский в своей работе «Пути русского богословия», с Петра начался великий русский раскол – раскол между властью и народом. Если раньше народ мог находить отдушину от чрезмерного государственного гнета в православии, если церковь могла определенным образом сглаживать противоречия между народом и государственным аппаратом, то теперь она сама стала частью этого аппарата.

      В целом, взаимоотношения государства и церкви в дореволюционный период достаточно ярко определил философ В.Соловьев, отмечавший, что церковь сначала «тянулась за государственною короною, потом крепко схватилась за меч государственный, и, наконец, принуждена была надеть государственный мундир». 

      При советской власти положение церкви в государстве значительно изменилось. В соответствии с Декретом Совета народных комиссаров от 23 января 1918 г., у нее отняли функцию ведения записи актов гражданского состояния, ей запретили владеть собственностью, лишили прав юридического лица . Если раньше она составляла часть государственного аппарата, то новая власть провозгласила отделение церкви от государства, что сопровождалось гонениями против церковнослужителей и верующих, насильственным насаждением атеизма. Конституция РСФСР 1918 г. лишила священнослужителей и монахов избирательного права. Таким образом, отделение церкви от государства фактически стало правовым поводом для организации гонений на нее.

      В современных условиях, когда фактически происходит возрождение Православия, когда в России строятся новые храмы и растет число прихожан, когда позиции Православной Церкви значительно укрепились, возникает соблазн упрекнуть государство в том, что, оказывая такое внимание одной конфессии, оно тем самым ущемляет права других и нарушает международные стандарты государственно-конфессиональных отношений.

     В Федеральном законе «О свободе совести и религиозных объединениях» имеется преамбула, в которой, с одной стороны, подтверждается свобода совести и свобода вероисповедания, с другой стороны, признается особая роль Православия в истории России, в становлении и развитии ее духовности и культуры. Помимо этого, говорится об уважении христианства, ислама, буддизма, иудаизма и других религий, составляющих неотъемлемую часть исторического наследия народов России. Таким образом, мы видим, наряду с признанием особой исторической роли Православия, проявление уважения к другим религиям и к свободе вероисповедания. Такой взвешенный подход, несомненно, соответствует международно-правовым стандартам и практике европейских государств. 
Государство не может полностью дистанцироваться от взаимоотношений с религиозными объединениями хотя бы в силу того, что они являются частью гражданского общества, представляют интересы значительной части населения страны. При Президенте Российской Федерации действует Совет по взаимодействию с религиозными объединениями, в состав которого входят представители христианства (Русской Православной Церкви, Римско-католической церкви, протестантских церквей), мусульманства, буддизма и иудаизма.

    При Правительстве Российской Федерации работает Комиссия по вопросам религиозных объединений. Консультативные структуры, куда входят местные религиозные лидеры, существуют и при большинстве губернаторов и глав администраций субъектов Российской Федерации.

    На федеральном и региональном уровнях сложилась практика заключения соглашений о сотрудничестве между органами исполнительной власти и различными религиозными организациями. Религиозные лидеры работают и в составе Общественной палаты Российской Федерации.

      Безусловно, государство сегодня несколько выделяет Православие по сравнению с другими религиями, что вызывает обеспокоенность представителей иных конфессий, которые справедливо говорят о много конфессиональном и многонациональном характере России. В то же время, большинство населения страны считают себя именно православными. Не стоит забывать и про историческую государствообразующую роль Православной церкви. В связи с этим, необходим поиск гибких, взвешенных подходов в выстраивании государственно-конфессиональных отношений в соответствии с международными стандартами. Что касается самой Русской Православной Церкви, она, на наш взгляд, сама должна противиться излишнему сближению с государством, чтобы оставаться в народном сознании своего рода третьей силой, дистанцированной от власти, той сферой, где можно найти духовное убежище, той силой, что всегда готова стать на защиту социально незащищенных и духовно униженных. Только тогда Церковь сможет успешно выполнять свои функции в обществе, а функции эти отличны от функций государства.


Следующие материалы:

Предыдущие материалы:

 

Blischenko 2017


Узнать больше?

Ваш email:
email рассылки Конфиденциальность гарантирована
email рассылки

ПОЗДРАВЛЕНИЯ!!!




КРУГЛЫЙ СТОЛ

по проблемам глобальной и региональной безопасности и общественного мнения в рамках международной конференции в Дипломатической академии МИД России

МЕЖДУНАРОДНОЕ ПРАВО

Право международной безопасности



Инсур Фархутдинов: Цикл статей об обеспечении мира и безопасности

№ 4 (104) 2016
Московский журнал международного права
Превентивная самооборона в международном праве: применение и злоупотребление (С.97-25)

№ 2 (105) 2017
Иранская доктрина о превентивной самообороне и международное право (окончание)

№ 1 (104) 2017
Иранская доктрина о превентивной самообороне и международное право

№ 11 (102) 2016
Стратегия Могерини и военная доктрина
Трампа: предстоящие вызовы России


№ 8 (99) 2016
Израильская доктрина o превентивной самообороне и международное право


7 (98) 2016
Международное право о применении государством военной силы против негосударственных участников

№ 2 (93) 2016
Международное право и доктрина США о превентивной самообороне

№ 1 (92) 2016 Международное право о самообороне государств

№ 11 (90) 2015 Международное право о принципе неприменения силы
или угрозы силой:теория и практика


№ 10 (89) 2015 Обеспечение мира и безопасности в Евразии
(Международно правовая оценка событий в Сирии)

Индексирование журнала

Баннер

Актуальная информация

Баннер
Баннер
Баннер

Дорога мира Вьетнама и России

Ирина Анатольевна Умнова (Конюхова) Зав. отделом конституционно-правовых исследований Российского государственного университета правосудия


Вступительное слово
Образ жизни Вьетнама
Лицом к народу
Красота по-вьетнамски
Справедливость и патриотизм Вьетнама
Дорогой мира вместе


ФОТО ОТЧЕТ
Copyright © 2007-2017 «Евразийский юридический журнал». Перепечатывание и публичное использование материалов возможно только с разрешения редакции
Яндекс.Метрика