Содержание журналов

Баннер
  PERSONA GRATA


Группа ВКонтакте

Баннер
Баннер
Баннер
Баннер


Международное экологическое право в исторической ретроспективе
Научные статьи
07.09.11 11:00


вернуться


ЕврАзЮж № 8 (39) 2011
Международное право
Мохаммад С.А.
Международное экологическое право в исторической ретроспективе
В статье анализируются основные этапы в истории развития международного экологического права, определяются временные рамки этих этапов, а также характерные для каждого из них особенности и тенденции.

В составе авторского коллектива монографии «История международного экологического права»  нам уже приходилось обращаться к исследованию проблемы становления и развития международного экологического права как самостоятельной отрасли международного права. Однако, появившиеся за рубежом в последние годы научные труды , а также оказавшиеся в руках автора стенограммы некоторых важнейших международных конференций по проблемам окружающей среды заставляют нас внести некоторые коррективы в периодизацию истории международного экологического права и оценку тех событий, которые предопределили будущее этой отрасли международного права на достаточно длительную перспективу.


    Сразу подчеркнем, что в плане познания международного экологического права и его науки исторический аспект имеет, безусловно, основополагающее значение. «...Знание истории предмета и истории его науки, - замечал Г.И. Тункин, - необходимое условие развития любой науки» . Наука международного экологического права не является в этом отношении исключением.

      При этом важно иметь в виду, что в процессе познания мы, так или иначе, работаем с материалом, открытым, изученным и систематизированным в той или иной мере личностями, жившими до нас. Напомним в этой связи высказывание русского ученого Д.И. Каченовского, сделанное им еще в 1863г.: «Пора понять, что наука обширна и глубока ..., что она разрабатывается преемственно. Самое деятельное и добросовестное поколение вносит скромную долю в капитал, добываемый усилиями нескольких веков».

     Международное экологическое право, равно как и его наука, не находятся в статическом состоянии. Разные эпохи порождают разные международно-правовые нормы, регулирующие международные экологические отношения, которые, в свою очередь, влекут за собой новые взгляды, трактовки, научные концепции. «Право, - констатировал русский международник М.А. Таубе, - не есть что-нибудь неподвижное, неизменное, неизвестно откуда явившееся: оно есть одна из многих сторон или проявлений нашей жизни; оно растет и изменяется вместе с нею; это своего рода живой организм, и понять его современное без его истории немыслимо».

    Но было бы недостаточно мотивировать изучение истории международного экологического права лишь необходимостью понять его современное состояние. Определение перспектив его развития, динамики, положительного и негативного, предвосхищение того, что пока закрыто годами – невозможно без знания истории. Мы должны изучить факты прошлой жизни человечества для того, чтобы открыть в них законы его прогресса. Будущее способен предвидеть только тот, кто понял прошедшее.

     Сегодня можно с уверенностью констатировать, что как в отечественной, так и в зарубежной юридической литера-туре существует полное единодушие относительно условного деления истории международного экологического права на 4 этапа (эпохи) и относительно рамок первого этапа: 1839 г. – 1948 г.  Что же касается временных рамок трех других этапов, то здесь мнения ученых расходятся и прежде всего в связи с различными оценками тех событий, которые, по их мнению, могли кардинально изменить характер, формы и принципы международного природоохранного сотрудничества. В этой связи попытаемся внести некоторую ясность в этот вопрос, предложив свои аргументы и доводы в обоснование своей периодизации истории международного экологического права.

     Как принято считать, первый этап в истории развития международного экологического права берет свое начало с заключения двусторонней Конвенции о ловле устриц и рыболовстве у берегов Великобритании и Франции от 2 августа 1839 г. . Конвенция устанавливала правила рыболовства в проливе Ла-Манш и Северном море. В соответствии с ней была образована Смешанная комиссия, которая разрабатывала рекомендации о сроках промысла, районах лова. По рекомендации Комиссии Великобритания и Франция в 1843 г. утвердили правила рыболовства за пределами трехмильных территориальных вод.

     Заключенный за 85 лет до этого в Ваприо 17 августа 1754 г. Договор между ее величеством Императрицей Австрии, выступавшей как Герцогиня Милана, и ее светлостью Республикой Венеция об определении границ относительно свободного течения вод пограничной реки Олио и использования их для рыболовства  явился лишь единичным событием, не положившим начало системному подходу в договорном регулировании охраны живых ресурсов международных рек. В нем вопросы рыболовства рассматривались как сопутствующие решению главной проблемы – определению гра-ниц относительно свободного течения вод пограничной реки Олио.

      В рамках первого этапа предпринимались разрозненные усилия на двустороннем субрегиональном и региональном уровнях по защите и сохранению отдельных объектов живой природы. Усилия проводимых конференций не координировались, и они не пользовались эффективной поддержкой правительств . Хотя в этот период и было проявлено государствами определенное внимание к экологическим вопросам, выразившееся в заключении более 10 региональных международных соглашений, тем не менее, удалось в какой-то мере решить лишь частные, локальные проблемы.

    Следующие шесть ключевых событий определили характерные черты, свойственные этому этапу.

•    Конвенция по защите конкретных видов птиц, полезных в сельском хозяйстве, заключенная в Париже 19 марта 1902 г. . Она явилась первым глобальным соглашением, вступившим в силу. Принятие Конвенции было продиктовано стремлением остановить истребление тех особей животных, которые считались полезными и неопасными для человека. Одновременно договор поощрял уничтожение животных, признанных вредными для человека, в частности львов, леопардов, крокодилов и ядовитых змей.

    Уже само название Конвенции 1902 г. указывает на те цели, которые преследовались ее участниками.

      Соглашение касалось полезных птиц, особенно насекомоядных, и было нацелено, прежде всего, на увеличение сельскохозяйственного производства. Приложение 2, названное «Неполезные птицы», включало в себя большинство птиц, используемых на охоте, включая некоторые разновидности орлов и соколов, находящиеся сегодня под строгой защитой. Критерием защиты было избрано их краткосрочное использование, сиюминутная полезность защищаемых особей. Значение других птиц для экосистем, особенно охотников на грызунов, полностью игнорировалось.

•    Вашингтонская конвенция о сохранении и защите морских котиков, подписанная США, Великобританией, Россией и Японией 7 июля 1911 г. Она также как и Конвенция 1902 г. имела откровенно утилитарный характер.

     По признанию американских экспертов, объединение усилий четырех государств в рамках данной Конвенции должно было положить конец истреблению морских котиков и обеспечить их сохранение.
Конвенция вступила в силу 14 декабря 1911 г. и явилась одним из первых международных договоров, в ко-тором регулировались вопросы сохранения диких животных.

    Конвенция в ст. I объявила район открытого моря, расположенный к северу от 30º с.ш., включая Берингово море, запретным для охоты на морских котиков. Сам же термин «охота» по смыслу Конвенции означает «убийство, поимку или преследование в какой-либо форме морских котиков в открытом море» (ст. IX).

     Основу Конвенции составляют следующие три базовые ее положения:
    - запрет на охоту на морских котиков в открытом море;   
- предоставление юрисдикции США на управление береговой охотой. В обмен на это другим участникам Конвенции гарантировались выплаты и/или определенный процент шкур морских котиков (ст. XI-XIV);
- из сферы действия ограничений, налагаемых Конвенцией, исключаются представители коренного насе-ления, занятые охотой в некоммерческих целях с применением традиционных видов орудий (ст. IV).

      Сразу после вступления Конвенции в силу США объявили пятилетний мораторий на охоту на морских котиков, который сыграл важную роль в восстановлении поголовья этих животных.

     Действие Конвенции было сначала приостановлено, а затем и прекращено второй мировой войной.

    •    17-19 ноября 1913 г. в Берне состоялась хронологически первая межправительственная Конференция по международной охране природы.

     По приглашению швейцарского правительства на конференцию собрались представители 17 государств: Австрии, Аргентины, Бельгии, Великобритании, Венгрии, Германии, Дании, Испании, Италии, Нидерландов, Норвегии, Португалии, России, США, Франции, Швейцарии, Швеции (Румыния и Япония приглашения получили, но от участия отказались). В своем стремлении положить конец истреблению ценных видов растений и животных, которое приняло «действительно ужасающие размеры», прежде всего, в Африке, и которое было квалифицировано участниками Конференции как «истребительное неистовство»  (Л. Форрер, Швейцария), участники Конгресса учредили совещательную Комиссию, полномочия которой касались сбора, обобщения и опубликования всех данных о состоянии природы мира и ее охране, а также пропаганды международной охраны природы.
Такое половинчатое решение основной задачи, которая стояла перед Конгрессом, - учредить действенный межправительственный орган с широкими полномочиями в области международной охраны флоры и фауны, сохранения биологического разнообразия, охраны исчезающих видов флоры и фауны, международной поддержки устроения природных заповедников, охраны ландшафтов и охраны исчезающих человеческих племен – было обусловлено тем, что мнения участников разделились. Одни государства (Россия, Швейцария и др.) стремились к созданию дееспособного международного органа, который обладал бы правом разрабатывать международные соглашения и следить за их выполнением . Другие не были готовы наделить международный орган широкими полномочиями в сфере охраны окружающей среды.

        Представление о полномочиях будущей комиссии можно составить из следующих выступлений участников Конгресса:
-  Поль Саразин (Швейцария, инициатор Конгресса): «Природа не знает политических границ, и ее охрана не может ограничиваться какими-либо отдельными государствами. Охранить живую красоту всего земного шара от грозящего ей уничтожения является задачей столько же национальной, сколько и международной охраны природы. Соревнование наций должно разгореться и здесь, и та нация, которая в пределах своей страны сумеет создать что-либо большее для охраны своей природы, тем самым много сделает и для миро-вой охраны природы».
- Л.Форрер (Швейцария): «Если же государство не может своими собственными усилиями добиться необходимых результатов в том случае, например, когда области, требующие охраны, не принадлежат никакому государству или принадлежат нескольким державам, как это может быть с океанами, пустынями, степями, или если вмешательство государства только повредило бы промышленности его собственных подданных и не принесло бы никакой пользы делу охраны, тогда все цивилизованные государства или определенная группа их должны положить конец истреблению при помощи международного соглашения, которое объединило бы эти государства в их общих мероприятиях или принудило бы их к одинаковому образу действий».

      К сожалению, в связи с началом первой Мировой войны международный акт об учреждении Комиссии так и не вступил в силу. Однако усилия международного сообщества по созданию межгосударственного органа в сфере охраны окружающей среды не прошли даром. Позднее, в 1922 г., появился Международный совет по охране птиц, в 1923 г. было учреждено Международное общество по охране зубра, в 1929 г. - Постоянный комитет по охране природы Тихого океана, а в 1935 г. в Брюсселе возникло Международное бюро по охране природы, в задачи которого входило ведение реестра национального природоохранного законодательства и национальных парков и заповедников.

     Как отмечают российские юристы А.Х.Абашидзе и А.М.Солнцев, «главным итогом Бернской конференции было то, что впервые на межгосударственном уровне при широком представительстве государств прозвучала идея необходимости международного сотрудничества для защиты окружающей среды. Это была революционная идея для начала XX века».
•    В 1930-е гг. принятие двух международно-правовых актов ознаменовало появление чисто экологических подходов, явившихся предшественниками современных экологических концепций. Первый из этих доку-ментов – Лондонская Конвенция об охране флоры и фауны в их естественном состоянии на Африканском континенте 1933 г.  – действовал в отношении колониальной Африки, за исключением территории метро-полий (ст.1). Конвенцией предусматривались создание национальных парков и строгая защита некоторых видов диких животных. Она также регулировала экспорт охотничьих трофеев и запрещала некоторые спо-собы охоты. Хотя в своей основе Конвенции была свойственна все та же утилитарность, тем не менее, она предусматривала такие ограничения, которые не влияли на сохранение охоты как развлечения (сафари) (ст.4(2)). Кроме того, она призывала к осуществлению мер по одомашниванию диких животных, представ-ляющих собой экономический интерес (ст.7(8)) и разрешала принятие дополнительных мер защиты в от-ношении животных и растений, которые «по всеобщему признанию являются полезными для человека или представляют научный интерес» (ст.8(4)).
Второй документ – это Конвенция о защите окружающей среды и сохранении дикой природы в западном полушарии 1940 г. . Подобно Лондонской Конвенции она предусматривала создание заповедников и за-щиту диких животных и растений, особенно мигрирующих птиц; хотя в целом многие положения этого документа являются более общими и менее ограничивающими по сравнению с Лондонской Конвенцией.
•    Решение международного арбитражного трибунала от 11 марта 1941 г. по делу «Трейл Смелтер», в котором впервые был сформулирован отраслевой принцип международного экологического права, в соответствии с которым «ни одно государство не имеет права использовать свою территорию или разрешать ее использование таким образом, чтобы это причиняло ущерб территории (или на территории другого государства собственности и лицам)» .
Таким образом, появились первые элементы кодекса охраны окружающей среды. Доктрина международного права также внесла свой вклад, предложив основополагающие принципы, которые должны составлять фундамент права трансграничного загрязнения.

      Второй этап истории международного экологического права, который иногда еще называют «достокгольмской эрой», по нашему мнению, берет свое начало в 1948 г. Он характеризуется, прежде всего, укреплением институциональной базы международного природоохранного сотрудничества, что связано, главным образом, с созданием ООН и ее специализированных учреждений, а также образованием целого ряда международных неправительственных экологических организаций, ведущая роль среди которых принадлежит учрежденному в 1948 г. Международному союзу охраны природы и природных ресурсов (МСОП).

    Произошло осознание того, что человек стал фактором фундаментальных изменений в природных системах Земли, включая истощение стратосферного озонового слоя, глобальное изменение климата и утрату биологического разнообразия . В этой связи напомним,  что еще в 1925 г. основоположник биогеохимии В.И. Вернадский писал, что превратившись в существенный экологический фактор биосферного целого, в мощный фактор эволюции органического мира, человеческое общество «становится в биосфере…единственным в своем роде агентом, могущество которого рас-тет с ходом времени со все усиливающейся быстротой. Оно одно изменяет новым образом и с возрастающей быстротой структуру самих основ биосферы».

     Параллельно с этим политическая власть во всём мире становилась все более фрагментарной после распада обширных колониальных империй Великобритании, Франции, Нидерландов, Бельгии и Португалии. Появление новых государств отразилось на росте числа членов ООН с 51 в 1945 г. до 192 в 2011 г. Тот факт, что каждое государство, независимо от численности населения или уровня экономического развития, утверждает исключительное право устанавливать условия использования его природных ресурсов , значительно усложнил задачу достижения международного сотрудничества в решении региональных и глобальных экологических проблем. У государств есть тенденция к чрезмерному использованию или злоупотреблению областями, находящимися за пределами их территориальной юрисдикции, такими как Мировой океан и атмосфера, что ведет, по образному выражению Г. Хардина, к «трагедии общин» в глобальном масштабе.

     Центробежные тенденции систем национальных государств были сдержаны в некоторой степени появлением и созреванием международных режимов, обеспечивающих меры международного управления для решения многочисленных экологических проблем . Понятие «международный режим» широко применялось для обозначения сочетания международных учреждений, обычных норм и принципов, а также резолюций и формальных договоров, предписывающих действия государств в отношении конкретного предмета, проблемы или региона . Например, существуют международные режимы сохранения биологического разнообразия, сокращения трансграничного загрязнения воздуха в Европе, ограничения захоронения токсичных веществ в океанах, регулирующие использование космического пространства, сохранения исчезающих видов и защиты окружающей среды Антарктики.

    Международные учреждения играют основную роль в создании, развитии и осуществлении международных экологических режимов. Они включают не только универсальные международные межправительственные организации (ММПО) системы ООН, но и региональные, такие как Европейский Союз и Африканский Союз (бывшая Организация Африканского Единства). Большинство ММПО, игравших роль в процессе эволюции международных экологических режимов, не создавались специально для решения экологических вопросов, но со временем их цели стали включать и экологические проблемы.

     Работа этих международных учреждений была дополнена ростом числа и влияния международных неправительственных организаций (МНПО). Среди них есть научные объединения, такие как Международный Совет по Науке (бывший Международный Совет научных союзов) и многочисленные экологические организации пропагандистской направленности, такие как Гринпис Интернешнл и Всемирный Фонд дикий природы (ВФДП). Говорят, что совместно МНПО образуют международное гражданское общество с учетом их роли в сближении людей и групп из нескольких стран для продвижения общих интересов и мотивов.

    Когда после второй Мировой войны была основана ООН, существовало слабое понимание экологических проблем. И хотя деятельность новой Организации была значительно шире, чем у Лиги Наций, особенно по экономическим, социальным и гуманитарным вопросам, в Уставе ООН не было упомянуто о природной среде.

     В последующие десятилетия растущее число ММПО, в частности, в значительной степени автономные специализированные учреждения, слабо координируемые ООН, включили экологические проблемы в свои цели. ФАО, чей широкий портфель полномочий включает отношения между производством продуктов питания и окружающей средой, способствовала развитию оценки международных комиссий по рыболовству в области управления и сохранения морских рыбных запасов. ВОЗ исследует воздействие загрязнения воды и воздуха на здоровье человека, в то время как МОТ стремится защитить работников от экологических опасностей, таких как отходы (пыль) и пестициды. ИМО выступила спонсором ряда международных соглашений, направленных на регулирование загрязнения океанов с судов, особенно – танкеров . ЮНЕСКО поддержала исследования в области вопросов, связанных с окружающей средой, включая Программу «Человек и биосфера». За рамками ООН в 1946 г. была создана Международная китобойная комиссия для со-хранения исчезающих видов китов.

      Внимание международного сообщества к экологическим вопросам в 1960-е гг. было направлено на довольно узко определённые экологические проблемы, такие как предотвращение определённых видов загрязнения и сохранение конкретных видов диких животных. Не существовало крупных международных организаций, основные цели которых были бы экологическими. В экономической сфере три мощные Бреттон-Вудские организации – МБРР, МВФ и Генеральное соглашение по тарифам и торговле (которое в 1995 г. стало Всемирной Торговой Организацией) – сформировали развитие все более глобализирующейся мировой экономики. Напротив, существовавшие формы международного экологического управления были в зачаточном состоянии и раздроблены по многим крупным автономным ММПО, для которых экологические проблемы стояли на втором месте в их главных задачах в таких секторах, как транспорт, трудовые отношения, погода, здравоохранение, ресурсы, энергия и наука.

    Третий этап в истории развития международного экологического права, который может быть назван «стокгольмской эрой», берет свое начало в 1968 г. Именно в этом году Генеральная Ассамблея ООН приняла решение о созыве Конференции ООН по проблемам окружающей человека среды резолюцией 2398 (ХХIII) от 3 декабря 1968 г. В этой резолюции Генеральная Ассамблея ООН определила, что «главная цель конференции должна состоять в том, чтобы служить практическим средством поощрения и направления действий правительств и международных организаций по защите и улучшению окружающей человека среды, по восстановлению и предотвращению ее загрязнения с помощью международного сотрудничества, имея ввиду, что это даст возможность развивающимся странам не допустить возникновения таких проблем».

     Волна общественной озабоченности вопросами окружающей среды во главе с НПО в Европе и Северной Америке поднялась в конце 1960-х гг. и достигла пика в начале 1970-х гг. Среди конкретных проблем, оказавшихся в центре внимание, были распространение ДДТ и других токсичных веществ через экосистемы, радиоактивное загрязнение в результате наземных испытаний ядерного оружия и нанесение ущерба лесам и водной флоре и фауне в результате кислотных осадков. Огромный разлив нефти из-за посадки на мель супертанкера Торри Каньон в Английском канале в 1967 г. был назван политологом Р. Фальком «Хиросимой экологического возраста» . Разрушительное воздействие вой-ны на окружающую среду во Вьетнаме стало спорным вопросом на Стокгольмской конференции, на которой Швеция предложила термин «экоцид» по отношению к американскому использованию средств воздействия на окружающую среду в качестве тактики ведения войны, например, путём уничтожения растительности и вырубки лесов для того, что-бы помешать партизанам там укрываться.

      Что ещё более важно, так это то, что в этот период можно было увидеть нарастающую тенденцию рассматривать окружающую среду более целостно. Такая точка зрения берёт своё начало в Международном геофизическом году (1957-1958 гг.), т.е. глобальном научном проекте, рассчитанном на 18 месяцев, который привнёс дополнительные научные знания о наиболее отдалённых участках планеты, включая Антарктику, океаны, атмосферу и космическое пространство . Этот целостный подход был также основан на фотографиях Луны и Земли, полученных со спутников, которые побуди-ли Б. Уорд ввести в оборот выражение «космический корабль Земля». В конце 1960-х гг. наблюдалось растущее беспокойство по поводу перспективы того, что экспоненциальный рост и бум промышленного развития быстро разрушат природные ресурсы планеты и серьёзно ухудшат ее окружающую среду.

    Откровения шведского ученого С. Оддна о том, что увеличение подкисления окружающей среды в южной части Скандинавии вызвано загрязнителями воздуха, исходящими из далеко расположенных Британских островов и стран континентальной Европы, побудили Швецию предложить в 1968 г. созвать Конференцию ООН по проблемам окружающей человека среды, проведённую в Стокгольме в 1972 г. Следуя рекомендациям конференции, Генеральная Ассамблея ООН учредила Программу ООН по окружающей среде (ЮНЕП). Стокгольмская конференция стала прототипом волны крупных международных конференций, иногда называемых «глобальными городскими совещаниями», сосредоточивающих внимание всего мира на важнейших международных вопросах. Среди таких конференций, имевших экологоориентированный предмет, были Всемирная конференция по народонаселению в Бухаресте в 1974 г., Всемирная продовольственная конференция в Риме в 1974 г., Конференция ООН по населённым пунктам в Ванкувере в 1976 г., Конференция ООН по водным ресурсам в Мардель-Плата в 1977 г., Конференция ООН по борьбе с опустыниванием в Найроби в 1977 г. и Конференция по образованию в области охраны окружающей среды в Тбилиси в 1977 г. В каждом случае, включая и саму Стокгольмскую конференцию, проводился ряд подготовительных совещаний для выработки официальных документов, как правило – декларации принципов и плана действий, которые были пересмотрены и приняты к концу конференции . Большинство государств-членов ООН направляли своих представителей на эти конференции, как и специализированные учреждения ООН и другие межправительственные организации, заинтересованные в вопросах для обсуждения. Многочисленные неправительственные организации, некоторым из которых были предоставлены ограниченные возможности участия в официальных правительственных совещаниях, организовывали одновременно общественные форумы, обмен мнениями по рассматриваемым проблемам, на которых зачастую принимались более интересные решения.

      Рост экологических проблем в первые годы Стокгольмской эры наблюдался в основном в промышленно развитых странах, которые к началу 1970-х гг. стали создавать природоохранные министерства, департаменты или агентства для решения внутренних проблем, таких как загрязнение воздуха и воды. Развивающиеся страны скептически отнеслись к новой экологической повестке дня, поскольку для них более насущными приоритетами были их собственное экономическое развитие и сокращение бедности. Они также были обеспокоены тем, что презумпция конечности ресурсов Зем-ли и их быстрого истощения или деградации, как это было предсказано в книге Римского клуба «Пределы роста», ста-нет основанием для того, чтобы отказаться от своего более высокого уровня развития и потребления . Кроме того, ко времени проведения Стокгольмской конференции развивающиеся страны испытывали потребность в «новом между-народном экономическом порядке», который повлёк бы серьёзные реформы в управлении глобальной экономической системой. Таким образом, развивающиеся страны отказались вступить в серьёзный диалог по экологическим вопросам, представляющим интерес для промышленно развитых стран,  без гарантий того, что новые международные экологические инициативы не будут реализованы за счёт их законного стремления к экономическому росту, а также не заморозят неравенство в распределении богатств в мире.

     Волна международного экологического интереса, достигшего пика ко времени Стокгольмской конференции, стихла к концу 1970-х гг., уменьшилась частота проводимых всемирных конференций. Несмотря на ограниченное и неопределённое финансирование, ЮНЕП, однако, добилась заметного прогресса в осуществлении ключевых частей плана действий, принятого на Стокгольмской конференции. Некоторые специализированные учреждения ООН приняли дополнительные экологические проекты, часто сотрудничая друг с другом, с ЮНЕП и неправительственными организация-ми, такими как МСОП. Тем не менее, ответ системы ООН на экологические проблемы в этот период оставался фрагментарным и в значительной степени нескоординированным. Кроме того, международные усилия в сфере охраны окружающей среды и развития экономики шло по большей части по раздельным институциональным путям, несмотря на настойчивые усилия развивающихся стран связать эти два важнейших приоритета.

      Наконец, начало четвертого (современного) этапа в истории развития международного экологического права, который иногда в юридической литературе называют «эрой Рио-де-Жанейро», принято связывать с 1986 г. Именно во второй половине 1980-х гг. происходит нарастание  второй крупной волны международных экологических вопросов, требующих решения, достигнув своего пика в 1992 г., когда была проведена Конференция ООН по окружающей среде и развитию в Рио-де-Жанейро. Проблемы, получившие наибольшее внимание в этот период, включали истощение озонового слоя, глобальное изменение климата, вырубку тропических лесов, утрату биологического разнообразия, распространение пустынь. Международное научное сообщество использовало понятие «глобальное изменение», чтобы обратить внимание на то, каким образом деятельность человека оказывает воздействие на основное функционирование системы Земли.

      В эру Рио также меняется отношение международных организаций к экологическим проблемам. Началось движение по приспособлению международных экологических инициатив к стремлению стран «Юга» к экономическому развитию и справедливости, что нашло свое отражение в идее  «устойчивого развития». Эта переориентация была предложена Всемирной комиссией по окружающей среде и развитию под председательством Г.Х. Брунтланд. Именно комиссия обратила внимание на опасения развивающихся стран, что экологическая повестка дня ООН явилась ответ-ной реакцией на разочарования, вызванные медленным экономическим развитием в течение 1980-х гг. и на неудачи богатых развитых стран в попытке удовлетворить свои потребности в реформировании международного экономического порядка. Доклад Комиссии Брунтланд «Наше общее будущее» имел важнейшее значение для признания того, что бедность и низкий уровень экономического развития развивающихся стран являлись важными причинами деградации окружающей среды. Доклад убедительно аргументировал, что экологические приоритеты не могут быть достигнуты без сокращения бедности посредством устойчивого экономического роста в развивающихся странах и решения вопроса несправедливости между богатыми и бедными странами в потреблении ограниченных ресурсов планеты.

    Доклад Комиссии Брунтланд определил рамки Конференции ООН по окружающей среде и развитию, проведённой в июне 1992 г. В Конференции приняли участие 116 глав государств, что подтвердило возрастание приоритета экологических проблем в плеяде всемирных вопросов, стоящих перед ООН. Конференция приняла пересмотренный спи-сок принципов и детализированный план действий под названием «Повестка дня на XXI век», а также международные договоры по изменению климата и биологическому разнообразию, одновременно утвердив «Лесные принципы». Сессия Генеральной Ассамблеи ООН в 1992 г. завершилась созданием Комиссии по устойчивому развитию (КУР) для облегчения осуществления широкого круга целей и рекомендаций, установленных «Повесткой дня на XXI век».

      Кроме Конференции в Рио-де-Жанейро в 1990-е гг. были проведены: Всемирная конференция по правам человека в Вене 1993 г., Конференция ООН по населению и развитию в Каире 1994 г., Всемирный саммит по социальному развитию в Копенгагене 1995 г. и Четвёртая Всемирная конференция по положению женщин в Пекине 1995 г. Эти конференции имели значение еще и потому, что они увеличили вовлеченность неправительственных организаций на всех стадиях, начиная с подготовительных совещаний через выполнение принятых программ действий. В последующее десятилетие также проводились совещания, обычно созываемые через пять или десять лет после изначального проведения все-мирных конференций для оценки хода  выполнения их рекомендаций, которые обычно не оправдывали ожиданий. Таким образом, целью Всемирного саммита по устойчивому развитию, проведённого в Йоханнесбурге в 2002 г., было не предложение новых амбициозных инициатив, а воскрешение усилий по продвижению рекомендаций, содержащихся в «Повестке дня на  XXI век». Экологические вопросы отошли на второй план, уступив место проблемам развития более бедных стран, представители которых уверяли, что они не участвуют в росте, стимулированном экономической глобализацией, и что неравенство между богатыми и бедными государствами мира продолжает расширяться.

    Похоже, что к началу XXI в. «эра Рио» подходит к закату, и мы являемся свидетелями зарождения новой эры, которую Т. Фридман называет «энергетическая/климатическая эра» . Начинается третья волна «экологизации» международных отношений, которая была вызвана, в частности, тем, что темпы глобального изменения климата превысили ожидания, и что в различных частях мира наглядно проявилось разнообразное и разрушительное воздействие изменения климата. Серьёзность ситуации была подчёркнута во влиятельном докладе Межправительственной комиссии по изменению климата 2007 г. В последние годы многие индустриально развитые страны усилили свои попытки снизить эмиссию парниковых газов для достижения ограничений, о которых они договорились в Киотском протоколе 1997 г. Переговоры о следующей фазе международных усилий для решения проблемы изменения климата начались в декабре 2007 г. на конференции на Бали, где была принята дорожная карта для дальнейших переговоров в направлении нового договора о глобальном изменении климата, который должен был быть принят в Копенгагене в декабре 2009 г. Противостояние вопросам, поставленным глобальным изменением климата, потребует фундаментального перехода от ископаемого топлива к возобновляемым источникам энергии и «зелёным» технологиям. Именно необходимость такого реформирования энергетического сектора, по нашему мнению, во многом предопределила неудачное завершение, в частности, работы состоявшейся в конце 2010 г. Конференции по изменению климата в Канкуне.




Следующие материалы:

Предыдущие материалы:

 

Blischenko 2017


Узнать больше?

Ваш email:
email рассылки Конфиденциальность гарантирована
email рассылки

ПОЗДРАВЛЕНИЯ!!!




КРУГЛЫЙ СТОЛ

по проблемам глобальной и региональной безопасности и общественного мнения в рамках международной конференции в Дипломатической академии МИД России

МЕЖДУНАРОДНОЕ ПРАВО

Право международной безопасности



Инсур Фархутдинов: Цикл статей об обеспечении мира и безопасности

№ 4 (104) 2016
Московский журнал международного права
Превентивная самооборона в международном праве: применение и злоупотребление (С.97-25)

№ 2 (105) 2017
Иранская доктрина о превентивной самообороне и международное право (окончание)

№ 1 (104) 2017
Иранская доктрина о превентивной самообороне и международное право

№ 11 (102) 2016
Стратегия Могерини и военная доктрина
Трампа: предстоящие вызовы России


№ 8 (99) 2016
Израильская доктрина o превентивной самообороне и международное право


7 (98) 2016
Международное право о применении государством военной силы против негосударственных участников

№ 2 (93) 2016
Международное право и доктрина США о превентивной самообороне

№ 1 (92) 2016 Международное право о самообороне государств

№ 11 (90) 2015 Международное право о принципе неприменения силы
или угрозы силой:теория и практика


№ 10 (89) 2015 Обеспечение мира и безопасности в Евразии
(Международно правовая оценка событий в Сирии)

Индексирование журнала

Баннер

Актуальная информация

Баннер
Баннер
Баннер

Дорога мира Вьетнама и России

Ирина Анатольевна Умнова (Конюхова) Зав. отделом конституционно-правовых исследований Российского государственного университета правосудия


Вступительное слово
Образ жизни Вьетнама
Лицом к народу
Красота по-вьетнамски
Справедливость и патриотизм Вьетнама
Дорогой мира вместе


ФОТО ОТЧЕТ
Copyright © 2007-2017 «Евразийский юридический журнал». Перепечатывание и публичное использование материалов возможно только с разрешения редакции
Яндекс.Метрика