Содержание журналов

Баннер
  PERSONA GRATA

Фарида Мамад:
О праве человека – взгляд Комиссара по правам человека Республики Мозамбик


Группа ВКонтакте

Баннер
Баннер
Баннер
Баннер


Имя человека как причина преступления, или к вопросу о профанации криминологии и ономастики
Научные статьи
09.10.11 15:05

вернуться

 
ЕврАзЮж № 9 (40) 2011
Уголовное право и криминология
Бахарев Д.В.
Имя человека как причина преступления, или к вопросу о профанации криминологии и ономастики
В статье содержится критический анализ книги Б.Ю.Хигира, в которой декларируется теория о влиянии имени человека на предрасположенность его к совершению преступления.

      Выяснение причин преступности в целом и индивидуального преступного поведения является одной из основных задач криминологической науки, при этом даже в научном сообществе мнения по этому вопросу кардинально различаются. Естественно, что у непосвященных, далеких от данной проблемы граждан, представления о причинах преступности в масштабе всего социума тем более расплывчаты и туманны. К сожалению, нередко еще большую сумятицу в умы простого обывателя вносят различного рода «научно-популярные» издания по данной теме, которые иначе как профанацией криминологической, а нередко и других наук, и не назовешь. К их числу следует отнести и книгу Б.Ю. Хигира «Имя и преступление» , в которой автор, основываясь на анализе значительного количества уголовных дел, сделал попытку связать факт совершения человеком тяжкого преступления (убийства или изнасилования) с  наличием у него определенного имени или отчества.

      Для начала автором был сделан беглый обзор основных концепций причин преступности: биологических (влияния пола, возраста, наследственности), социальных (экономики, политики, нравственности, культуры и т.д.), а также влияния климата, времени года, плотности населения и других факторов на криминальную активность людей. При этом для иллюстрации своих совсем не оригинальных идей автор, не понятно по какой причине использовал как статистику, так и теоретические положения ученых преимущественно XIX в., особое внимание уделив мыслям Ч. Ломброзо. Ни в коей мере не умаляя заслуг этого, без всякого преувеличения, великого человека (по сути, основателя криминологической науки), следует заметить, что за прошедшее более чем столетие со дня кончины замечательного итальянца, границы представлений человека о причинах преступности благодаря творчеству многих других ученых были значительно расширены. Однако автор, судя по всему, изучение этого массива знаний проигнорировал, и далее становится понятно, почему он это сделал. Подводя итог своему обзору концепций причин преступности, Б.Ю. Хигир говорит: «Не будем спорить о том, что такое преступление – болезнь или иное отклонение от нормы. Одно следует сказать с полной уверенностью: если можно под влиянием какого-то стечения обстоятельств украсть, скажем, буханку хлеба, то нет таких обстоятельств, которые способны заставить нормального человека пойти на умышленное убийство. Это не просто то или иное действие, а свойство души, и люди, обладающие этим свойством, подобны лишь раковым клеткам».

       В чем же конкретно проявляется такое «свойство» преступника, отличающее его от законопослушного человека? Его описанию, а точнее, иллюстрации автор далее посвящает практически треть от общего объема своего и так не очень обширного труда. Под заголовком «Случаи из криминологической практики» он приводит подробные описания преступников-убийц, сделанные как в 20-е, так и в 90-е гг. прошлого столетия. В итоге, автор не может скрыть своего изумления, установив, что «никого из преступников не гложут испепеляющие, достойные шекспировских героев страсти, у них весьма ограничен круг интересов, они в подавляющем большинстве полуграмотны и крайне заземлены в своих жизненных притязаниях» . В подавляющем большинстве из описанных случаев он констатирует «удручающий примитивизм душевных порывов…, приземленность мотивов…, сокрушающую власть алкоголя и атавистических инстинктов» . Однако, совершенно справедливо отмечает автор, все эти качественные характеристики относятся к великому множеству людей, среди которых преступники составляют лишь небольшой процент. В чем же тогда, - вопрошает автор, - состоит это преступное свойство, эта «раковая клетка», отличающая убийцу и насильника от остального добропорядочного люда? Этим «нечто», по мнению Б.Ю. Хигира, наличие которого и создает «предпосылки для нарушения заповеди «не убий», является определенное имя человека. «Нет преступных имен, - заявляет он, - есть имена преступников (курсив Б.Ю. Хигира. – прим. авт.), несущие в себе закодированную программу, и с этим фактором нельзя не считаться» . И далее автором представлен ономастический (т.е., с точки зрения их литературного и метафизического значения) анализ мужских и женских имен, являвшихся либо доминирующими (для мужчин), либо фигурирующими в конкретных случаях (у женщин) в общем списке лиц, изученном автором, осужденных в 90-х гг. Харьковским областным судом за тяжкие насильственные преступления.

        Так, например, одной из причин «повышенной криминогенности» имени Александр, по мнению автора, можно считать «нередко встречаемое несоответствие между благородством и широтой имени Александр и нервным, взъерошенным, закомплексованным человеком, которому по странной иронии судьбы это имя досталось» . Носители имени Николай, считает автор, «отличаются редким рационализмом, редким деспотизмом и при этом редкой взрывоопасностью натуры» . Причину преступного поведения Петров он видит в «неадекватной реакции на различного рода неудачи, которые сами по себе у других людей не вызвали бы столь бурных и негативных последствий» , а способность Сергеев легко подвергать ревизии и преступать традиционные моральные нормы, Б.Ю. Хигир считает корнем их агрессивности, проявляющейся в том, что «количество насильников среди них заметно превышает количество убийц…» . И так далее. Таким образом, автор полагает, что наличие у человека определенного имени повышает многократно возможность совершения им тяжкого насильственного преступления.

        В качестве подтверждения своей гипотезы он приводит элементарные статистические выкладки. Так, исходя из осуществленного им анализа 1428 уголовных дел по обвинению мужчин в убийствах и изнасилованиях, автор выделил следующие имена, «лидирующие» в списке преступников и, соответственно, обладающие, по его мнению, повышенной криминогенностью: Александр – 205 случаев (14,28% от общего числа), Владимир – 169, Сергей – 144, Николай – 143, Виктор – 118, Юрий – 82, Анатолий – 81, Василий – 55, Иван – 54, Валерий – 46, Алексей – 36 и т.д . Кроме того, автором отдельно были выделены 82 случая наиболее тяжких преступлений, позволивших Б.Ю. Хигиру назвать список лиц, их совершивших, назвать «черным». Как он констатирует, во втором списке «зеркально отразились» закономерности первого: здесь также наибольшее количество лиц с именем Александр, Далее следуют Владимиры, Николаи, Сергеи, Анатолии, Иваны, Валерии, Викторы и т.д. Кроме имен, автор выделил еще и наиболее часто встречающиеся отчества преступников. Например, наиболее криминогенным практически для всех имен является отчество Иванович, далее идут Николаевичи и Владимировичи. И наконец, представлена автором и характеристика лиц из второго списка с точки зрения их гороскопа – зодиакального и восточного . В итоге, как заявляет автор, не смотря на то, что он не ставит перед собой цели «сделать неприкасаемыми» всех лиц, имеющих подобные сочетания имен и отчеств, а также дат рождения, «однако, если их данные в точности совпадут с вышеуказанными, да еще с проявлениями факторов криминогенности…, то…обычным гражданам лучше держаться от них подальше, а тем, кто служит в правоохранительных органах, быть особо внимательными и готовыми к любым неприятным неожиданностям».

         Оставим на совести автора последний пассаж, который был навеян ему, похоже скорее фантастическими голливудскими фильмами, в которых каждый человек находится под полным контролем государственных органов, нежели действующей практикой работы российских правоохранительных органов по профилактике преступлений. Нас, прежде всего, очень заинтересовал вопрос о том, как же подобные выводы автора согласуются с реальной статистикой распространенности тех или иных русских имен. Действительно, если общая распространенность конкретного имени на территории страны минимальна, а количество преступников, его носящих, наоборот, велико, то, вполне возможно, что к вышеуказанным размышлениям Б.Ю. Хигира следует отнестись внимательно.

           Для начала нами был проанализирован список наиболее известных серийных убийц, совершавших свои преступления на территории СССР и России в период с 70-х гг. ХХ в. по 2000-е годы. Их общее количество составило 64 человека, т.е. выборка вполне сопоставима со вторым, «черным» списком ранее цитируемого автора. Среди них на первом месте так же следует имя Александр (9 человек), и далее идут со значительным отрывом от остальных – Владимир (8), Сергей (6) и Николай (5). Таким образом, распространенность имен из нашего списка абсолютно соответствует  первому списку Б.Ю. Хигира и почти совпадает с данными из второго списка (там на 3-м месте стоит имя Николай). Следовательно, исходная посылка уважаемого автора подтверждается – указанные имена являются наиболее распространенными среди не только «обычных» убийц и насильников, но и преступников-маньяков.

         Однако что же нам говорит статистика использования мужских имен на территории России и бывшего СССР? Возьмем для анализа те четыре имени, которые фигурируют на первых местах во всех наших списках и проследим динамику их распространенности с 50-х по 80-е гг. прошедшего столетия, то есть, в то время, когда родилось подавляющее количество лиц, совершавших преступления в указанный выше период. Статистика показывает, что имя Владимир, начиная с послеоктябрьского периода и, очевидно, отражая моду «на Ленина», вплоть до середины 50-х гг. являлось самым распространенным мужским именем. В 1957 году Владимир «впервые за 40 лет «скатился» до второго места, уступив место Александру, в 1967 на первое место вышло имя Сергей, сделав Александра вторым, а Владимир ушел на четвертое место…В число самых массовых имен ХХ века входят, меняя свои позиции от десятилетия к десятилетию: Владимир, Александр, Николай, Виктор, Сергей, Андрей» . Как видим, все вышеуказанные имена являлись самыми распространенными среди мужчин в интересующий нас период, и уже знание одного этого факта позволило бы Б.Ю. Хигиру избежать столь скоропалительных выводов.

        В подтверждение нашей мысли о наличии простого статистического совпадения имен насильственных преступников и распространенности данных имен вообще в отдельный период времени, нам показалась необходимым провести статистический анализ соответствующих цифровых показателей. Сложность возникла в том, что данных о процентном соотношении мужчин, имеющих определенное имя, по отношению к своим сверстникам, носящих иные имена, в масштабах всей страны не существует. В нашем распоряжении имелись только данные отдельных локальных наблюдений, которые, однако, охватывали значительный промежуток времени и содержали достаточную статистическую выборку . В таблице представлены данные о динамике распространенности вышеуказанных четырех имен в период с 50-х по 80-е гг. прошедшего столетия и общем количестве серийных убийц с подобными именами совершивших преступления в период с  70-х гг. ХХ в. по 2000-е годы.


      где Ryx – коэффициент корреляции между индексами распространенности имени и количества серийных убийц, носивших его; x – индекс распространенности имени;   - средний индекс распространенности имени; y – индекс количества серийных убийц;   - средний индекс количества серийных убийц.

     Вычисленный коэффициент корреляции между указанными массивами данных составляет 0,58, что говорит о наличии значительной положительной связи между данными переменными и подтверждает отстаиваемую нами гипотезу о том, что существует простая статистическая закономерность между распространенностью имени и количеством преступников, носящих его.

         Таким образом, представляется, что мысли, высказанные Б.Ю. Хигиром в книге «Имя и преступление» не имеют какого-либо обоснованного научного подтверждения, и наличие у человека определенного имени никак не связано с возникновением повышенной возможности совершения им преступления. Скорее всего, и самому автору этот факт очевиден, а его книга является лишь, по большей части, средством рекламы собственной коммерческой деятельности, связанной с проведением индивидуальных консультаций через Интернет по выбору имени ребенка, сочетанию его с отчеством, фамилией и датой рождения. Однако особым спросом подобная литература у читателя, похоже, не пользуется, поскольку книга Б.Ю. Хигира (выпущенная тиражом в 7 тыс. экз.) ни разу с 2004 года больше не переиздавалась, да и мной была обнаружена с большим трудом в книжном магазине – во втором ряду книг на полке раздела «Уцененная литература».


Следующие материалы:

Предыдущие материалы:

 

Blischenko 2017


Узнать больше?

Ваш email:
email рассылки Конфиденциальность гарантирована
email рассылки

ПОЗДРАВЛЕНИЯ!!!




КРУГЛЫЙ СТОЛ

по проблемам глобальной и региональной безопасности и общественного мнения в рамках международной конференции в Дипломатической академии МИД России

МЕЖДУНАРОДНОЕ ПРАВО

Право международной безопасности



Инсур Фархутдинов: Цикл статей об обеспечении мира и безопасности

№ 4 (104) 2016
Московский журнал международного права
Превентивная самооборона в международном праве: применение и злоупотребление (С.97-25)

№ 2 (105) 2017
Иранская доктрина о превентивной самообороне и международное право (окончание)

№ 1 (104) 2017
Иранская доктрина о превентивной самообороне и международное право

№ 11 (102) 2016
Стратегия Могерини и военная доктрина
Трампа: предстоящие вызовы России


№ 8 (99) 2016
Израильская доктрина o превентивной самообороне и международное право


7 (98) 2016
Международное право о применении государством военной силы против негосударственных участников

№ 2 (93) 2016
Международное право и доктрина США о превентивной самообороне

№ 1 (92) 2016 Международное право о самообороне государств

№ 11 (90) 2015 Международное право о принципе неприменения силы
или угрозы силой:теория и практика


№ 10 (89) 2015 Обеспечение мира и безопасности в Евразии
(Международно правовая оценка событий в Сирии)

Индексирование журнала

Баннер

Актуальная информация

Баннер
Баннер
Баннер

Дорога мира Вьетнама и России

Ирина Анатольевна Умнова (Конюхова) Зав. отделом конституционно-правовых исследований Российского государственного университета правосудия


Вступительное слово
Образ жизни Вьетнама
Лицом к народу
Красота по-вьетнамски
Справедливость и патриотизм Вьетнама
Дорогой мира вместе


ФОТО ОТЧЕТ
Copyright © 2007-2017 «Евразийский юридический журнал». Перепечатывание и публичное использование материалов возможно только с разрешения редакции
Яндекс.Метрика