Содержание журналов

Баннер
PERSONA GRATA

В кризисе юридической науки во многом виноваты сами учёные
Интервью с доктором юридических наук, профессором, заслуженным юристом Российской Федерации Николаем Александровичем Власенко

Группа ВКонтакте

Баннер
Баннер
Баннер
Баннер


Договоры об обмене части внешнего долга на экологические проекты («debt-for-nature swaps»): благо или угроза неотъемлемому суверенитету над природными ресурсами?
Научные статьи
13.01.12 08:20

вернуться


Копылов М.Н.
Басырова Е.Р.
 
ЕврАзЮж № 12 (43) 2011
Международное право
Копылов М.Н., Басырова Е.Р.
Договоры об обмене части внешнего долга на экологические проекты («debt-for-nature swaps»): благо или угроза неотъемлемому суверенитету  над природными ресурсами?
В статье анализируются договоры об обмене части внешнего долга на экологические проекты государств Северной Америки, Латинской Америки, Европы, Африки и Юго-Восточ­ной Азии.

   Одному из авторов настоящей статьи уже приходилось анализировать договоры об обмене в ряде своих публикаций.  Но делалось это, главным образом, применительно к проблемам внешней задолженности развивающихся государств и возможному их решению с помощью заключения такого рода договоров. В этой же статье мы попытаемся дать им чисто эколого-правовую оценку и ответить на, как нам представляется, главный вопрос: способствуют ли договоры об обмене реальному улучшению экологической ситуации в развивающихся государствах и обеспечению их экологической безопасности либо они ведут к утрате закреплённого в качестве одного из принципов международного экологического права неотъемлемого их суверенитета над природными ресурсами? Это тем более важно, что по существу сразу же после заключения первых договоров об обмене в 1987 г. на различных конференциях и форумах в выступлениях политиков и правоведов из развивающихся государств стала раздаваться критика такого рода соглашений как проводников неоколониализма и неоколониалистской политики в новых исторических условиях.

     Напомним, что своим появлением в 1980-х гг. договоры об обмене обязаны, прежде всего, глобальному кризису внешней задолженности развивающихся стран. И хотя к этому времени международные финансовые институты Бреттон-Вудской системы существенно экологизировали свои механизмы предоставления кредитов,  тем не менее, новые финансовые поступления по их каналам в развивающиеся страны уже не приводили к желаемым результатам, поскольку в большинстве случаев их хватало только на выплаты процентов по ранее полученным кредитам  (о каких-либо инвестициях в охрану окружающей среды речь даже не велась).

    На таком политико-правовом фоне 4 октября 1984 г. в газете «Нью-Йорк Таймс» появилась статья в то время вице-президента Всемирного фонда дикой природы (ВФДП) Томаса Лавджоя,  в которой он впервые предложил направить часть внешнего долга наименее развитых развивающихся стран на природоохранные цели. Предполагалось, что с помощью так называемых договоров об обмене удастся решить двуединую задачу: с одной стороны, пусть незначительно, но снизить бремя внешней задолженности этой группы государств, а с другой – изыскать скрытые источники финансирования природоохранных мероприятий.

     В то время эта идея была встречена с определенной долей скепсиса в силу казавшихся непреодолимыми препятствий. Необходимо было убедить:
– государства-должники в том, что предлагаемая программа не является попыткой стран-кредиторов получить контроль над их природными ресурсами;
– банки, что подобного рода программы осуществляются в их интересах;
– правительства стран-кредиторов, что договоры об обмене не противоречат национальному законодательству, регулирующему деятельность некоммерческих организаций;
– природозащитные организации, что заключение договоров об обмене является наилучшим способом использования их персонала и финансовых ресурсов по сравнению с альтернативными проекта-ми, и их отношения будут успешно развиваться со всеми сторонами, вовлеченными в данный процесс.

      Кроме того, в ряде стран-кредиторов не совсем ясен был также вопрос о налогообложении пере-вода части внешнего долга природозащитным организациям.

     Тем не менее, начиная с 1987 г. ВФДП стал практиковать заключение договоров об обмене с рядом стран Латинской Америки, Африки, Юго-Восточной Азии, действуя через свои филиалы в США. Сегодня системой таких договоров охвачено около 40 государств мира: Аргентина, Бангладеш, Белиз, Болгария, Боливия, Ботсвана, Бразилия, Вьетнам, Гана, Гватемала, Гвинея Бисау, Гондурас, Доминиканская Республика, Египет, Замбия, Индонезия, Иордания, Камерун, Колумбия, Коста-Рика, Мадагаскар, Мексика, Нигерия, Никарагуа, Панама, Парагвай, Перу, Польша, Сальвадор, Сирия, Танзания, Тунис, Уругвай, Филиппины, Чили, Эквадор, Ямайка. В 2001 г. с предложением заключить такой до-говор к Российской Федерации обратились США, но это предложение было отклонено.

    Хронологически первый договор об обмене датируется 13 июля 1987 г.,  когда некоммерческая организация «Консервэйшн Интернэшнл» (США), используя в качестве агента «Ситибанк», приобрела за 100 тыс. долларов США часть задолженности коммерческого банка Боливии на сумму 650 тыс. долларов США с 85%-ной скидкой, т. е. по цене 15 центов за один доллар. Финансовое покрытие данной трансакции было предоставлено Фондом Франка Уиденна и составило 100 тыс. долларов США.

     В обмен на это Боливия повысила степень правовой защиты и статус биосферного заповедника Бени площадью в 135245,94 га, регионального парка Якума, расположенного рядом на площади в 354992,27 га, бассейна реки Кордебент и лесного заказника Чимэйт площадью в 1161674,82 га. Правительство Боливии также согласилось учредить операционный фонд в местной валюте в размере, эквивалентном 250 тыс. долларов США, для управления и защиты биосферного заповедника Бени и расположенной вокруг него буферной зоны.

    В свою очередь «Консервэйшн Интернэшнл», действуя через местную неправительственную ор-ганизацию, согласилась оказывать на длительной основе техническую, финансовую помощь, а также предоставлять услуги в области менеджмента в вопросах, связанных с подпадающими под защиту районами.

     Свое продолжение по отношению к Боливии договоры об обмене получили 19 мая 1993 г., когда природозащитная организация «Нэйче Консёрванси» со штаб-квартирой в США, ВФДП совместно с трастовой компанией «Морган Гаранти» (основной кредитор) приобрели 11 млн. 465 тыс. 795 долларов США внешнего долга Боливии у Центрального Банка этой страны в рамках программы снижения задолженности. Взамен были выпущены облигации стоимостью в 50 % от номинала. В результате «Нэйче Консёрванси» направило высвобожденные средства в национальной валюте на развитие национальных парков Амборо и Ноэль Кемпф Меркадо, ВФДП – на комплексную программу обучения с целью повышения рационального использования природных ресурсов в лесах юго-восточной низменности Боливии и на совершенствование управления лесами за пределами сети особо охраняемых природных территорий через работу с правительством, местными неправительственными организациями и сообществами.

     Вторым договором об обмене явился договор с Эквадором. 8 октября 1987 г. «Фундасьон натура», ведущая некоммерческая природозащитная организация Эквадора, заключила договор с финансовым бюро правительства, в соответствии с которым она получила право обменять до 10 млн. долларов США из объема внешней задолженности страны на национальную валюту.

     В декабре 1987 г. американский филиал ВФДП подписал соглашение с «Фундасьон натура», в соответствии с которым он согласился приобрести часть внешнего долга Центрального Банка Эквадора на сумму 1 млн. долларов США.  В итоге эта часть внешнего долга была продана по цене 35 центов за один доллар, т. е. за 354 тыс. долларов США. Финансовое покрытие этой трансакции было предоставлено правительством Эквадора на номинальную стоимость выкупаемой части внешнего долга страны с одновременным ее переводом в национальную валюту по официальному обменному курсу, существенно более низкому, нежели плавающий курс.

    Высвобожденные средства были направлены на финансирование экологических программ, которые касались особо охраняемых природных территорий и объектов, развития инфраструктуры парков, учреждения природных заповедников, подготовки работников парков и более широкой эколого-просветительской деятельности среди населения.

     «Фундасьон натура», в свою очередь, приняла на себя обязательство на передаваемые ей денеж-ные средства на девять лет (до 1996 г.) учредить фонд в поддержку различного рода экологических инициатив.

     22 марта 1989 г. «Фундасьон натура» продолжила реализацию программы обмена полученного титула на внешний долг на экологические проекты, заключив договор с природозащитной организацией «Ботанический сад штата Миссури». По этому соглашению часть внешнего долга Эквадора размером в 3 млн. 600 тыс. долларов США была продана по цене 424 тыс. 80 долларов США. В ответ на это в Эквадоре был создан фонд охраны окружающей среды в местной валюте в размере, эквивалент-ном 3 млн. 600 тыс. долларов США, призванный содействовать защите и управлению национальными парками.

     4 апреля того же года «Фундасьон натура» заключила договор с ВФДП о продаже последнему части внешнего долга Эквадора на сумму в 5 млн. 389 тыс. 473 доллара США за 640 тыс. долларов США. В ответ на это в Эквадоре был создан фонд охраны окружающей среды в местной валюте в раз-мере, эквивалентном 5 млн. 389 тыс. 473 доллара США, средства которого пошли на защиту и управ-ление такими особо охраняемыми природными территориями и буферными зонами, как экологиче-ские заповедники Каямбе-Коко, Котакачи и Куябено, национальные парки Сангай, Ясуни, Подокар-пус, Галапагос и Мачалилья, а также на обучение эквадорцев делу охраны окружающей среды.

     Если попытаться сравнить эти два первых опыта договорного обмена части внешнего долга на природоохранные цели, то можно прийти к некоторым предварительным выводам.

     В отличие от договора с Боливией, который по своему существу представлял собой акцию ad hoc, вариант с Эквадором явился первым шагом в осуществлении одобренной правительством этой стра-ны программы по обмену 10-миллионного внешнего долга. Хотя в сравнении с абсолютными цифра-ми внешней задолженности Эквадора эта сумма может показаться «каплей в море», тем не менее, за-ключение такого договора позволило правительству страны уже в первый год практически удвоить объем выделяемых им средств на развитие паркового хозяйства. И кроме того, правительство Эквадо-ра пошло на такой шаг в тот момент, когда программа освобождения страны от долгового бремени не получала вообще никакого продолжения.

    Обращает на себя внимание и тот факт, что договор с Эквадором является одним из первых примеров обмена долга на долги, когда долг в иностранной валюте погашался в обмен на новый долг в национальной валюте. Данный договор продемонстрировал интересную возможность для отдель-ных коммерческих банков или иных инвесторов вести переговоры со странами-должниками относи-тельно освобождения долга от разного рода ограничений, поскольку стороны в подобного рода обме-не, как правило, свободны устанавливать любые условия по отношению к новым вариантам долгов.

  В дальнейшем практика выработала три типа договоров об обмене:
– коммерческие или трехсторонние договоры об обмене. В этом случае неправительственная приро-дозащитная организация, выступая в роли донора, приобретает титул на долг коммерческого банка на вторичном рынке. В дальнейшем неправительственная организация передает титул на долг государ-ству-должнику в обмен на обязательство последнего либо осуществлять конкретную экологическую политику, либо выпустить государственные облигации от имени природозащитной организации с це-лью финансирования природоохранных программ. Всего за период с конца 1980-х гг. до 2010 г. с по-мощью таких трехсторонних договоров об обмене на цели охраны окружающей среды было высвобо-ждено 140 млн. долларов США;
– двусторонние договоры об обмене. В этой схеме принимают участие два государства, одно из кото-рых – государство-кредитор – прощает часть причитающегося ему публичного долга государства-должника в обмен на экологические обязательства последнего. Примером двустороннего договора об обмене может служить заключенный в октябре 1991 г. договор с Ямайкой, по которому правительство США при посредничестве предприятия «Американские Инициативы» простило часть официального долга Ямайки, разрешив направить эквивалентную сумму на счета национальных фондов, финанси-рующих природозащитные проекты. С помощью средств таких фондов на Ямайке в 1993 г. был учре-жден Экологический благотворительный фонд Ямайки в размере, эквивалентном 437 тыс. 956 долларов США. Через систему национальных парков Фонд должен был способствовать сохране-нию биологического разнообразия в морском парке Монтего Бей и в национальном парке «Голубые горы»;
– многосторонние договоры об обмене во многом схожи с двусторонними договорами об обмене. От последних их отличает лишь то, что в трансакции принимает участие более двух государств. С помо-щью двухсторонних и многосторонних договоров об обмене в период с 1987 по 2010 г. на цели охраны окружающей среды было направлено 900 млн. долларов США.

     Договоры об обмене продемонстрировали оперативную связь между природоохранением и фи-нансовыми рынками и свою способность существенно уменьшить реальные затраты развивающихся стран на дело охраны окружающей среды и обеспечения экологической безопасности. Их заключение возможно только в том случае, если в стране-должнике существует авторитетная сильная неправи-тельственная природозащитная организация (при этом переговоры могут вестись с тремя ключевыми партнерами: правительством, центральным банком и соответствующей неправительственной приро-дозащитной организацией). Трансакция может иметь место только в том случае, когда имеются серь-езные основания на получение одобрения со стороны государства-должника (в противном случае ста-вится под вопрос возможность конвертации долга в национальную валюту). Решая вопрос о передаче титула на долг, природозащитная организация государства-кредитора может либо приобрести долг и в дальнейшем подарить его своему партнеру в государстве-должнике, либо простимулировать своими ресурсами передачу долга напрямую природозащитной организации государства-должника (это зави-сит от условий налогообложения). Конвертация обмениваемого долга в национальную валюту произ-водится в соответствии с положениями достигнутого с государством-должником договора.

      Абстрагируюсь от тех критических замечаний в адрес договоров об обмене, в которых акцент де-лается на их неадекватности с точки зрения снижения бремени внешней задолженности, на невоз-можности их заключения при отсутствии уважаемой авторитетной неправительственной природоза-щитной организации, на недостаточность высвобождаемых ресурсов для решения всего комплекса экологических проблем и на отсутствии в них должного учета интересов общин и коренного населе-ния, постараемся ответить на, на наш взгляд, центральный вопрос: приводит ли заключение догово-ров об обмене к подрыву такого основополагающего международно-правового принципа, как неотъ-емлемый суверенитет государств над своими природными ресурсами? Это тем более важно, поскольку даже в последних научных публикациях за рубежом можно встретить утверждения, что в процессе реализации таких договоров государство-должник, просто напросто, распродает свои природные бо-гатства.

    Прежде всего, отметим, что право на неотъемлемый суверенитет над природными ресурсами является действующей нормой международного права,  формирование которой происходило под влиянием идеологии молодых независимых государств «третьего мира», получившей название «де-сарролизм».

     Право народов молодых освободившихся государств на постоянный и неотъемлемый суверени-тет над своими богатствами и природными ресурсами было зафиксировано в целом ряде междуна-родных актов. Впервые это право было упомянуто на VII сессии Генеральной Ассамблеи ООН в 1952 г., которая приняла специальную резолюцию «Право свободной эксплуатации богатств и ресур-сов». В ней, в частности, отмечалось, что «право народов распоряжаться своими естественными богат-ствами и ресурсами и свободно их эксплуатировать является их неотъемлемым суверенным правом». В этой же резолюции содержался призыв ко всем государствам – членам ООН содействовать осущест-влению этих суверенных прав народов в отношении их природных ресурсов.

      В дальнейшем это право было подтверждено в резолюции Генеральной Ассамблеи ООН 1314 (XIII) «Рекомендации относительно международного уважения права народов и наций на самоопре-деление» в 1958 г., а затем в Декларации Генеральной Ассамблеи ООН о предоставлении независимо-сти колониальным странам и народам 1960 г., которая подтвердила право всех народов «свободно распоряжаться своими богатствами и природными ресурсами». В 1962 г. Генеральная Ассамблея ООН приняла специальную резолюцию 1803 (XVII) «Неотъемлемый суверенитет над естественными ресур-сами», а в 1966 г. – резолюцию 2158 с тем же наименованием. В 1972 г. была принята резолюция 3016/XXVII «О неотъемлемом суверенитете развивающихся стран над своими природными ресурса-ми».

    Наиболее удачное и полное, с нашей точки зрения, раскрытие рассматриваемое здесь право по-лучило в следующих 15 пунктах, предложенных А.Я.Капустиным:
1. Право народов и государств на постоянный и неотъемлемый суверенитет над своими богатст-вами и природными  ресурсами должно осуществляться в интересах их национального развития и благополучия населения в соответствии с духом и принципами Устава ООН.
2. ООН должна приложить максимальные согласованные усилия для того, чтобы направить свою деятельность таким образом, чтобы все страны могли полностью осуществлять это право.
3. Такие усилия должны помочь в достижении максимально возможного развития естественных ресурсов развивающихся стран и в повышении их способности осуществлять это развитие своими соб-ственными силами, с тем, чтобы они могли эффективно использовать свое право выбора при приня-тии решения о методе эксплуатации и сбыта своих естественных ресурсов.
4. Эксплуатация естественных ресурсов в каждой стране должна всегда осуществляться в соот-ветствии с ее собственными законами и постановлениями.
5. Разведка и эксплуатация этих ресурсов и распоряжение ими, равно как и привлечение ино-странного капитала для этих целей, должны соответствовать правилам и условиям, которые народы и нации по своему свободно принятому решению считают необходимым установить в отношении раз-решения, ограничения или запрещения этой деятельности.
6. В тех случаях, когда такое разрешение предоставлено, условия импорта иностранного капита-ла регулируются действующим национальным законодательством и международным правом. При-быль от эксплуатации природных ресурсов должна справедливо распределяться между инвесторами капитала и государствами-получателями этого капитала. Должное внимание должно быть уделено предотвращению нарушения принципа суверенитета государства над своими богатствами и природ-ными ресурсами.
7. Право всех стран, в особенности развивающихся, на участие и на расширение их доли участия в управлении предприятиями, которые полностью или частично финансируются иностранным капи-талом, и на большую долю в преимуществах и прибылях, получаемых от них на справедливой основе, с должным учетом потребностей развития и целей заинтересованных народов, а также с учетом взаи-моприемлемой договорной практики, и призыв всех стран, из которых поступают такие капиталы, воздерживаться от всяких действий, которые могли бы препятствовать осуществлению этого права.
8. В тех случаях, когда естественные ресурсы развивающихся стран эксплуатируются иностран-ными вкладчиками, последние должны проводить соответствующую и ускоренную подготовку на-ционального персонала на всех уровнях и во всех областях, связанных с такой эксплуатацией.
9. Развитые страны должны предоставить развивающимся странам по их просьбе помощь, включая средства производства и технические знания, необходимые для эксплуатации и сбыта их ес-тественных ресурсов, с целью ускорить их экономическое развитие, а также воздерживаться от сбыта на мировом рынке некоммерческих запасов сырьевых товаров, который может отрицательно повли-ять на валютные поступления развивающихся стран.
10. Национализация, экспроприация или реквизиция природных ресурсов должны основывать-ся на государственной пользе, национальном интересе, которые превалируют над личными интере-сами, интересами частных компаний, как национальных, так и иностранных. В этих случаях владель-цу выплачивается компенсация в соответствии с действующим национальным законодательством и международным правом. В тех случаях, когда вопрос компенсации вызывает спор, государства могут по взаимному соглашению решить этот спор через международный арбитраж или передать его на разрешение международного судебного органа.
11. Свободное осуществление суверенитета народов и наций над своими природными ресурсами должно сопровождаться взаимным уважением интересов других государств на основе принципа суве-ренного равенства.
12. Международное сотрудничество в целях экономического развития развивающихся стран, будь то в форме частных или государственных капиталовложений, обмена товарами или услугами, оказания технической помощи и обмена научной информацией, должно содействовать независимому национальному развитию этих стран и основываться на уважении их суверенитета над богатствами и природными ресурсами.
13. Нарушение прав народов и наций на суверенитет над своими богатствами и природными ре-сурсами противоречит духу и принципам Устава ООН и препятствует развитию международного со-трудничества и поддержанию мира.
14. Соглашения по иностранным капиталовложениям между суверенными государствами долж-ны добросовестно соблюдаться. Государства и международные организации должны уважать сувере-нитет народов и наций над их богатствами и природными ресурсами в соответствии с Уставом ООН и принципами перечисленных резолюций.
15. Национальные и международные организации, созданные развивающимися странами для развития и сбыта их естественных ресурсов, играют важную роль в обеспечении осуществления не-отъемлемого суверенитета этих стран в данной области и поэтому должны пользоваться поощрением.

      Не вдаваясь в сугубо теоретический вопрос относительно того, принципом какой отрасли совре-менного международного права является неотъемлемый суверенитет над природными ресурсами (здесь мнения разделились: одни ученые считают его принципом международного экологического права,  другие – принципом международного экономического права,  третьи же полагают, что он яв-ляется принципом и международного экологического, и международного экономического права),  подчеркнем, что все изложенные выше составляющие права народов на суверенитет над природными ресурсами получили синтетическое выражение в Хартии экономических прав и обязанностей госу-дарств 1974 г., принятой Генеральной Ассамблеей ООН в форме резолюции 3281 (XXIX). В этом доку-менте суверенитет государств над своими природными ресурсами закреплен в гл. II «Экономические права и обязанности государств». В статье 2 Хартии подтверждается право каждого государства сво-бодно осуществлять полный постоянный суверенитет над всеми своими богатствами, природными  ресурсами и экономической деятельностью, включая право на владение, использование и эксплуата-цию. В этой же статье перечислены некоторые из наиболее важных прав государств. В статье 3 Хартии предусматривается, что при разработке природных ресурсов, принадлежащих двум или более стра-нам, каждое государство обязано сотрудничать на основе системы информации и предварительных консультаций с целью достижения оптимального использования этих ресурсов, не причиняя ущерба законным интересам других стран.

       В дальнейшем право на неотъемлемый суверенитет над своими природными ресурсами получи-ло закрепление в Международных пактах о правах человека 1966 г. (ст. 1 обоих Пактов, ст. 25 Между-народного пакта об экономических, социальных и культурных правах, ст. 47 Международного пакта о гражданских и политических правах) и в Африканской хартии прав человека и народов 1981 г., кото-рые, в отличие от резолюций Генеральной Ассамблеи ООН, носят договорный, а, следовательно, юри-дически обязательный характер.

    В последнем из названных международно-правовых актов рассматриваемое право раскрывается в ст. 21: «Все народы свободно распоряжаются своим национальным богатством и природными ресур-сами. Это право используется исключительно в интересах народа. Ни в коем случае народ не может быть лишен этого права. В случае грабежа своего достояния обездоленные народы имеют право на законное возвращение его, а также соответствующую компенсацию. Свободное распоряжение нацио-нальным богатством и природными ресурсами осуществляется без ущерба для обязательства разви-тия международного экономического сотрудничества, основанного на взаимном уважении, справед-ливом обмене и принципах международного права. Государства – участники настоящей Хартии ин-дивидуально или коллективно пользуются правом свободно распоряжаться своим национальным бо-гатством и природными ресурсами для укрепления африканского единства и солидарности. Государ-ства – участники настоящей Хартии обязуются ликвидировать все формы иностранной экономиче-ской эксплуатации, особенно те, которые практикуются международными монополиями, с тем, чтобы использовать свои природные ресурсы полностью на благо своих народов».

      Мы сознательно так подробно изложили содержание ст. 21 Африканской хартии прав человека и народов, поскольку именно после принятия Хартии среди развивающихся государств (и не только) широкое хождение получил тезис о праве народов свободно распоряжаться своими естественными богатствами и ресурсами. Иными словами, сколько народов – столько и «свободных распоряжений».
В экологической области такой свободы быть не должно. Государства не должны «свободно» распоряжаться природными ресурсами своей территории (народы вообще ими не распоряжаются. Это, на наш взгляд, сугубо политический лозунг.)

    Сегодня необходимо ставить вопрос о праве государств распоряжаться ресурсами своей террито-рии только в пределах стандартов экологической безопасности. Иными словами, «свобода в рамках дозволенного». Полный и исключительный суверенитет государств (во всяком случае, в данном от-ношении) все более утрачивает свое традиционное значение. В этом плане мы согласны с мнением о том, что государственный суверенитет, точнее его «консервативное понимание... помешало осущест-вить совместные действия по предотвращению экологического кризиса».  В этой связи в последнее время вспоминают мысль Г.Кеннана, высказанную им в 1970 г. в статье «Предупредите гибель мира», о том, что «глобальная экоугроза должна быть ликвидирована легитимной военной угрозой потери национального суверенитета с постепенной его ликвидацией».
Остается рассчитывать на то, что непосредственная опасность всеобщей экологической катаст-рофы вынудит весь мир (в том числе те развивающиеся государства, которые наиболее упорны в от-стаивании своего абсолютного суверенитета и независимости в их одностороннем понимании) при-знать природные ресурсы общим достоянием человечества.

    Пока же перспективы объявления ресурсов планеты общим достоянием человечества даже в от-даленном будущем выглядят весьма призрачными:  необходимо самым тщательным образом анали-зировать появляющиеся новые дополнительные механизмы и средства через призму принципа не-отъемлемого суверенитета над своими природными ресурсами в условиях доминирования экологиче-ского императива. Данный вывод с полным основанием можно отнести и к практике заключения до-говоров об обмене.

    В частности, по договорам об обмене с Боливией от 13 июля 1987 г. и от 19 мая 1993 г. природные заповедники и прилегающие к ним земли оставались в собственности и под контролем правительства Боливии. Указанная трансакция не привела к переходу права собственности к «Консервэйшн Интер-нэшнл». «Консервэйшн Интернэшнл» по существу превращалась в научного и технического консуль-танта правительства Боливии по вопросам, связанным с сохранением и управлением данными ресур-сами.

    В Боливии была создана Национальная комиссия, отвечающая за осуществление экологических программ.

    Управление созданным операционным фондом в местной валюте размером в 250 тыс. долларов США, из которых вклад правительства Боливии составил 100 тыс. долларов США, а остальные 150 тыс. долларов США были выделены Агентством США по международному развитию, осуществля-ется Министерством сельского хозяйства Боливии и некоммерческой боливийской организацией, на-значаемой «Консервэйшн Интернэшнл» в качестве своего агента и утверждаемой Министерством сельского хозяйства.

     Программа обмена части внешнего долга Коста-Рики на экологические проекты включила в се-бя 6 этапов.

    В соответствии с договором, заключенным в феврале 1988 г. Коста-Рикой с многочисленными иностранными природозащитными организациями и фондами, включая ВФДП, Шведское общество защиты природы и национальный банк штата Род-Айленд (США), часть внешнего долга Коста-Рики размером в 5,4 млн. долларов США была приобретена с 80 %-ной скидкой за 918 тыс. долларов США, т. е. по цене 17 центов за один доллар. На высвобожденные средства был учрежден операционный фонд в национальной валюте размером, эквивалентным 4 млн. 50 тыс. долларов США. Свои финан-совые ресурсы Фонд направил на повышение экологического образования населения страны, на рас-ширение и развитие сети национальных парков, таких как Гуанакасте, Корковадо, Монтеверде, Ами-стад и др. Особо необходимо отметить проект покупки дополнительных земель для расширения и улучшения инфраструктуры национального парка Гуанакасте, который после завершения всех работ перешел в собственность государства.

     На втором этапе был заключен двусторонний договор об обмене с Нидерландами в июле 1988 г. В соответствии с этим договором 33 млн. долларов США из объема внешнего долга Коста-Рики были приобретены за 5 млн. долларов США, и был учрежден операционный фонд в национальной валюте в размере, эквивалентном 9,9 млн. долларов США. Управление Фондом осуществлялось совместно пра-вительствами Нидерландов и Коста-Рики, а его средства были направлены на реализацию программы лесовосстановления и управления лесами, на поддержку местных общин и фермерских хозяйств, за-нятых в программе лесовосстановления на территории в 4 тыс. га.

     По договору об обмене, заключенному в январе 1989 г. правительством Коста-Рики с «Нэйче Консёрванси», часть внешнего долга размером в 5,6 млн. долларов США была продана за 784 тыс. долларов США, а за счет образовавшейся разницы был учрежден Национальный Фонд охраны при-родных ресурсов, управление которым было возложено на Национальный Банк Коста-Рики.

   В апреле 1989 г. еще по одному двустороннему договору об обмене Швеция приобрела у Коста-Рики часть внешнего долга размером в 24,5 млн. долларов США за 3,5 млн. долларов США. Высвобо-жденные средства были направлены на расширение территории национального парка Гуанакасте, на совершенствование системы управления парками, на исследовательские цели и на цели экологиче-ского образования населения.

      В марте 1990 г. Швеция, «Нэйче Консёрванси» и ВФДП приобрели у правительства Коста-Рики часть внешнего долга на сумму 10,8 млн. долларов США за 1,9 млн. долларов США. Был образован операционный фонд в размере, эквивалентном 9,6 млн. долларов США, средства которого пошли на финансирование деятельности региональной природнозащитной организации Амистад, на экологи-ческое образование, научные исследования и на развитие экологического туризма.

     Последний по времени договор об обмене, в котором в качестве приобретателя долга выступили «Нэйче Консёрванси» и Альянс влажных тропических лесов, датируется февралем 1991 г.
Мы сознательно столь подробно остановились на практике заключения договоров об обмене Коста-Рики, поскольку, на наш взгляд, именно в ней наиболее наглядно и рельефно прослеживаются все три типа такого рода соглашений.

    Обратимся теперь выборочно к практике государств, представляющих другие регионы земного шара. И начнем этот обзор с Мексики.

    Программа обмена части внешнего долга Мексики включила в себя 14 договоров об обмене: в апреле и в августе 1991 г., в январе 1992 г., в июне 1993 г., три договора в 1994 г., в декабре 1995 г., три договора в 1996 г., два договора в 1997 г. и один в июне 1998 г. Во всех указанных случаях приобрета-лась с небольшой скидкой незначительная часть внешнего долга Мексики, и учреждались операци-онные фонды. Во всех трансакциях была замечена небезызвестная «Консервэйшн Интернэшнл», компанию которой в двух случаях составило Агентство США по международному развитию, один раз – Фонд Макартура и один раз – Фонд Секвойя. Средства фондов пошли на финансирование Про-граммы малых грантов, мониторинга окружающей среды, экологического образования населения, мероприятий в рамках законодательства о защите животных и растений, усиления режима защиты уже существующих и создания новых особо охраняемых природных территорий и водно-болотных угодий в районе Калифорнийского залива.

      Европейские государства в сети договоров об обмене представлены Болгарией и Польшей. Так, 9 января 1990 г. правительство Польши продало 50 тыс. долларов США своего внешнего долга ВФДП за 11,5 тыс. долларов США. В результате этой трансакции был учрежден Национальный Фонд охраны окружающей среды, который инвестировал свои средства (эквивалент – 50 тыс. долларов США) в ис-следовательский проект по изучению бассейна реки Висла.

    Из стран африканского континента наиболее обширная программа обмена представлена Мада-гаскаром. Она охватывает 8 лет с 1989 по 1996 г., в течение которых были заключены 9 договоров об обмене: 17 июля 1989 г., 21 августа 1990 г., в январе 1991 г., три договора в 1993 г., 29 апреля 1994 г., в мае 1994 г., 13 февраля 1996 г. В результате иностранным организациям («Консервэйшн Интер-нэшнл» – в трех случаях, ВФДП – в пяти, Агентству США по международному развитию – в трех слу-чаях, по одному разу ПРООН, Дойчебанку, Генеральному директорату Нидерландов по международ-ному сотрудничеству и «Ботаническому саду штату Миссури») в общей сложности было продано 12 млн. 482 тыс. 445 долларов США. Во всех случаях учреждались операционные фонды, средства из которых направлялись на финансирование сети особо охраняемых природных территорий (нацио-нальных парков Адрингитра, Марудзедзи, заповедника Захамена и др.), на подготовку специалистов в области лесного хозяйства, на составление полной карты лесов Мадагаскара, на создание Департа-мента окружающей среды и лесов, на расширение программы подготовки малагасийских студентов в области ботаники.

      Страны Юго-Восточной Азии в программах обмена части внешнего долга на экологические про-екты представлены Филиппинами и Индонезией. И если для Индонезии этот процесс находится на самой начальной стадии (в 2009 г. был заключен первый договор об обмене), и, следовательно, в от-ношении этого государства пока еще трудно говорить о каких-либо конкретных результатах и успехах, то Филиппины в общей сложности заключили 4 таких договора (24 июня 1988 г., в марте 1990 г., в феврале 1992 г., 4 августа 1993 г.), которые уже принесли конкретные плоды. В результате обмена уч-реждались операционные фонды, которые финансировали работы по защите и управлению особо ох-раняемыми природными территориями, включая национальный парк Сен-Полс-Сабтерраниэн-Ривер и морской парк Эль Нидо на острове Палаван, деятельность по совершенствованию филиппинского законодательства в области международной торговли видами дикой фауны и флоры в соответствии с требованиями Вашингтонской конвенции о международной торговле видами дикой фауны и флоры 1973 г., а также создание интегрированной системы особо охраняемых территорий Филиппин, после-вузовскую академическую и полевую подготовку национальных кадров.

      Даже такого, по возможности краткого, обзора практики обмена части внешнего долга на эколо-гические проекты государств, представляющих различные регионы нашей планеты, достаточно для того, чтобы сделать однозначный вывод о том, что договоры об обмене не противоречат ни одному из изложенных выше 15 пунктов, раскрывающих содержание принципа неотъемлемого суверенитета над природными ресурсами, среди которых особо выделим п. 8 и 9. Договоры об обмене стали объектив-ной реальностью, с которой необходимо считаться, а их вклад в дело охраны окружающей среды и обеспечения международной экологической безопасности несомненно высок.

    В этой связи попытаемся оценить дальнейшие перспективы договоров об обмене в XXI в. Будет ли увеличиваться число государств, практикующих заключение такого рода соглашений? На какие новые, еще неохваченные имеющимися договорами об обмене, области могут быть направлены вы-свобождаемые средства?

    Ответить на эти вопросы сегодня представляется исключительно важным еще и потому, что не-которые западные исследователи предрекают «плачевное» будущее договорам об обмене, прежде все-го, в связи с участившимися случаями прощения внешнего долга развивающимся странам со стороны Всемирного Банка, Международного Валютного Фонда, а вслед за ними и странами «Большой Вось-мерки».

     Представляется, что далеко не все резервы договоров об обмене нашли свое практическое во-площение. Не следует воспринимать охрану окружающей среды в узком понимании этого термина. Охрана окружающей среды имеет прямое отношение к таким социальным явлениям, как водоснаб-жение, санитария, развитие инфраструктуры. А в этих направлениях в рамках договоров об обмене сделано пока недостаточно.

     Не оказались пока востребованными и потенциальные возможности договоров об обмене в рам-ках переговорного процесса, направленного на выработку механизмов и инструментов борьбы с гло-бальным изменением климата.  Кроме того, на самых ранних этапах разработки и осуществления до-говоров об обмене необходим учет мнения коренного населения, общин, ведущих традиционный ук-лад жизни, которые, как никакая иная группа населения, напрямую зависят от природных условий и ресурсов.

     Если указанные аспекты проблемы найдут свое систематическое, а не эпизодическое отражение в будущих соглашениях такого рода, то «благополучие» договоров об обмене будет гарантировано еще на многие годы вперед.


Следующие материалы:

Предыдущие материалы:

 

от Монро до Трампа


Blischenko 2017


Узнать больше?

Ваш email:
email рассылки Конфиденциальность гарантирована
email рассылки

ПОЗДРАВЛЕНИЯ!!!




КРУГЛЫЙ СТОЛ

по проблемам глобальной и региональной безопасности и общественного мнения в рамках международной конференции в Дипломатической академии МИД России

МЕЖДУНАРОДНОЕ ПРАВО

Право международной безопасности



Инсур Фархутдинов: Цикл статей об обеспечении мира и безопасности

№ 4 (104) 2016
Московский журнал международного права
Превентивная самооборона в международном праве: применение и злоупотребление (С.97-25)

№ 2 (105) 2017
Иранская доктрина о превентивной самообороне и международное право (окончание)

№ 1 (104) 2017
Иранская доктрина о превентивной самообороне и международное право

№ 11 (102) 2016
Стратегия Могерини и военная доктрина
Трампа: предстоящие вызовы России


№ 8 (99) 2016
Израильская доктрина o превентивной самообороне и международное право


7 (98) 2016
Международное право о применении государством военной силы против негосударственных участников

№ 2 (93) 2016
Международное право и доктрина США о превентивной самообороне

№ 1 (92) 2016 Международное право о самообороне государств

№ 11 (90) 2015 Международное право о принципе неприменения силы
или угрозы силой:теория и практика


№ 10 (89) 2015 Обеспечение мира и безопасности в Евразии
(Международно правовая оценка событий в Сирии)

Индексирование журнала

Баннер

Актуальная информация

Баннер
Баннер
Баннер

Дорога мира Вьетнама и России

Ирина Анатольевна Умнова (Конюхова) Зав. отделом конституционно-правовых исследований Российского государственного университета правосудия


Вступительное слово
Образ жизни Вьетнама
Лицом к народу
Красота по-вьетнамски
Справедливость и патриотизм Вьетнама
Дорогой мира вместе


ФОТО ОТЧЕТ
Copyright © 2007-2017 «Евразийский юридический журнал». Перепечатывание и публичное использование материалов возможно только с разрешения редакции
Яндекс.Метрика