Содержание журналов

Баннер
PERSONA GRATA

Content of journals

Баннер
Баннер
Баннер
Баннер


Понятие и юридическая природа освобождения от гражданско-правовой ответственности и её исключения
Научные статьи
07.02.12 16:30

вернуться

 
ЕврАзЮж № 1 (44) 2012
Гражданское право
Богданов Д.В.
Понятие и юридическая природа освобождения от гражданско-правовой ответственности и её исключения
Статья посвящена комплексному исследованию институтов освобождения от гражданско-правовой ответственности и ее исключения.

 
  В теории права освобождение от юридической ответственности определяют как «снятие необходимости (обязанности) восстанавливать право, возмещать вред либо претерпевать меры возмездия (кары, наказания) за совершенное правонарушение».

     На основе общетеоретической дефиниции и с указанием на отраслевую специфику были разработаны понятия освобождения от ответственности в различных юридических науках.

    В гражданском праве работы, специально посвященные освобождению от ответственности, единичны. Одну из первых попыток дефинирования гражданско-правового понятия освобождения от ответственности предприняла в диссертационном исследовании С.В.Розина: «Освобождение от гражданско-правовой ответственности – это избавление решением суда лица, совершившего противоправное деяние, от обязанности возмещения вреда при наличии предусмотренных для этого законом оснований».

    Такое определение в целом соответствует общетеоретическим представлениям об этом явлении, однако, на наш взгляд, не учитывает его отраслевых особенностей, а кроме того, не позволяет отграничить его от некоторых смежных явлений.

    Использование термина освобождение от гражданско-правовой ответственности в гражданско-правовой литературе и в законодательстве происходит, во-первых, хаотично, во-вторых, не в общетеоретическом юридическом понимании, а в общеупотребительном смысле.

    Так, мы можем видеть, что об одном и том же обстоятельстве пишут одновременно и как об основании освобождения от ответственности, и как об основании для исключения её.

    Например, А.П.Сергеев отмечает: «Ответственность должника за неисполнение, ненадлежащее исполнение обязательства или за причинение вреда исключается при наличии действия непреодолимой силы (форс-мажорных обстоятельств) (от лат. vis maior – внешнее действие высшей силы против воли человека, непредвиденное событие)». И далее пишет: «Для освобождения должника от ответственности он должен доказать наличие как самой непреодолимой силы, так и причинной связи между нарушением обязательства и непреодолимой силой».

      «Должник может быть освобожден от ответственности, – пишут М.И.Брагинский и В.В.Витрянский, – если докажет, что само нарушение субъективных гражданских прав (неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства) не носит противоправного характера в силу невозможности исполнения обязательства, которая возникла по обстоятельствам, за которые должник не отвечает, невиновного причинения вреда».  А.П.Сергеев отмечает: «Отсутствие вины правонарушителя по общему правилу освобождает его от гражданско-правовой ответственности».

   Е.С.Калпунова определяет непреодолимую силу как разновидность объективного случая, представляющего собой внешнее по отношению к поведению субъекта природное или социальное явление, объективная непредотвратимость (независимо от предвидения) последствий которого исключает юридическую ответственность.  Однако далее в работе она пишет о непреодолимой силе как об обстоятельстве, освобождающем от ответственности.

    Думается, что в этих случаях освобождение от ответственности упоминается в общеупотребляемом смысле – как избавление от обязанности возместить вред.

    Но такое избавление может иметь разные причины в своем основании. Лицо может не нести ответственность в связи с тем, что в его поведении отсутствует состав правонарушения (исключение ответственности). Правонарушитель «избавляется» от ответственности, например, при возмещении вреда, при смерти, если отсутствует правопреемство, при ликвидации юридического лица (прекращение ответственности). Субъект права, застраховавший свою гражданско-правовую ответственность перед третьими лицами (потерпевшими), также «избавляет» себя от возмещения вреда при его причинении (нейтрализация ответственности). Во всех этих случаях можно говорить, что правонарушитель разными способами правомерно «избегает» обязанности нести ответственность.
Важно отметить, что многие общеупотребляемые термины имеют в юриспруденции иной, более узкий или конкретный смысл, и это обстоятельство нельзя не учитывать при дефинировании правовых понятий.

    Использование для определения оснований освобождения от ответственности и её исключения родового термина «избавление от ответственности» без указания на какие-либо видовые признаки этих понятий некорректно.

    Основаниями освобождения от применения мер юридической ответственности признаются юридические факты, с наличием которых связывается освобождение претерпевать данные меры за совершенное правонарушение, имеющее все элементы состава. Это такой межотраслевой институт, нормы которого регулируют ситуацию, когда правонарушение совершено, имеются все элементы его состава, но при этом имущественная сфера правонарушителя не уменьшается, он не испытывает неблагоприятные последствия от своего противоправного деяния. Причем имущественная сфера потерпевшего может оказаться как невосстановленной, так и восстановленной, например, если причиненный вред «возмещается» через страховые институты.

    Именно эта характеристика оснований освобождения от ответственности позволяет увидеть критерий её отграничения от оснований исключения ответственности как отсутствия элементов состава правонарушения.

    С.В.Розина критикует авторов, разграничивающих основания освобождения и исключения ответственности и считающих, что отсутствие элементов состава приводит именно к исключению юридической ответственности. Её аргументы сводятся к тому, что, во-первых, для гражданско-правовой ответственности не требуется устанавливать наличие всех элементов состава правонарушения, а достаточно только наличия факта противоправного деяния, а во-вторых, гражданско-правовая ответственность основывается на презумпции вины.

     На наш взгляд, основанием гражданско-правовой ответственности, как и любого другого вида юридической ответственности, является наличие в поведении лица всех элементов состава конкретного правонарушения. При этом стоит отметить, что многие гражданские правонарушения имеют не полный, состоящий из четырех элементов, а усеченный состав, состоящий из одного (противоправное поведение), двух (противоправное поведение и вина) или трех (противоправное поведение, вред, причинно-следственная связь) элементов. Например, такая мера ответственности, как неустойка, взыскиваемая с лица, занимающегося предпринимательской деятельностью, применяется при наличии только одного элемента состава – противоправного поведения в виде просрочки платежа. Однако в большинстве случаев привлечения к гражданско-правовой ответственности требуется наличие не только противоправного деяния, но и других элементов состава гражданского правонарушения. Поэтому в определении освобождения от гражданско-правовой ответственности следует отразить, что избавляется от ответственности не лицо, совершившее противоправное деяние (как у С.В.Розиной), а лицо, совершившее конкретное гражданское правонарушение, имеющее все элементы его состава.

    Каким образом презумпция вины влияет на исключительные особенности гражданско-правового института освобождения от ответственности, из рассуждений С.В.Розиной так и осталось непонятным.

    Смешение в гражданском праве институтов освобождения и исключения ответственности презумпций вины объясняет и А.А.Андреев, считающий, что в публично-правовых отраслях права, где действует принцип презумпции невиновности, при отсутствии вины ответственность вообще не возникает. Поэтому отсутствие вины рассматривается там не как основание освобождения от юридической ответственности, а как обстоятельство, исключающее ее.

     Презумпция вины распределяет бремя доказывания вины и обязывает суд при недоказанности ответчиком невиновности признать его виновным, тогда как в публичных отраслях права бремя доказывания виновности лица возлагается на компетентные органы и обязывает суд в случае недоказанности виновности признать лицо невиновным. Однако эти презумпции никак не влияют на конструкцию состава правонарушения и тем более на основания освобождения от ответственности.
Кроме того, С.В.Розина, указывая на необходимость разграничения оснований исключения и освобождения от ответственности, так и не называет в работе ни одного основания, исключающего гражданско-правовую ответственность.

    При этом заметим, что второй выделяемый С.В.Розиной признак понятия «освобождение от ответственности» – «по основаниям, предусмотренным законом», – характерен и для исключения ответственности, и для смежных с ними понятий (нейтрализация ответственности, прекращение ответственности и другие).

      Для определения понятия освобождение от ответственности и разграничения его от исключения ответственности следует обратить внимание прежде всего на сущность оснований, по которым российский законодатель допускает освобождение от юридической ответственности.

    Согласно УК РФ основанием освобождения от уголовной ответственности являются деятельное раскаяние, примирение с потерпевшим, истечение срока давности. Согласно ст. 2.9 и ст. 4.5 КоАП РФ основанием освобождения от административной ответственности является малозначительность и истечение срока давности. Как мы видим, эти обстоятельства носят «извинительный» характер для правонарушителя, «прощают» совершенное им правонарушение, несмотря на наличие всех элементов состава. Обстоятельства, освобождающие от ответственности, свидетельствуют о том, что деяние или правонарушитель потеряли или не имели (как при малозначительности) общественной опасности (вредности), необходимой для привлечения к ответственности, и поэтому нецелесообразно привлечение к ответственности. Причем основания освобождения от ответственности являются безусловными и окончательными.

    В отличие от оснований, исключающих ответственность, эти обстоятельства являются нереабилитирующими.

    «Социальное значение института освобождения от уголовной ответственности состоит в том, что государство оказывает лицу, совершившему преступление, доверие и рассчитывает на его законопослушное поведение в будущем. Освобождение от уголовной ответственности – это не реабилитация обвиняемого… Оно скорее свидетельствует об оказании виновному лицу снисхождения со стороны государства при наличии возможности достижения целей уголовного законодательства без осуждения виновного.

     Общим основанием освобождения лица, совершившего преступление, от уголовной ответственности является нецелесообразность привлечения его к суду и применения к нему иных мер уголовно-правового характера… Данный институт применяется к лицам, совершившим преступление, но при таких обстоятельствах и условиях, когда имеется возможность неприменения мер уголовной репрессии».

    Кроме того, «освобождение лица, совершившего преступление, от уголовной ответственности означает отказ государства от реализации своего права потребовать от этого лица отчет в содеянном и подвергнуть его принуждению в судебном порядке».

     В уголовно-правовой литературе также отмечается, что основание освобождения от уголовной ответственности «альтернативно складывается из следующих субъективных и объективных признаков: а) субъективные – отсутствие, утрата или снижение опасности (вредности) лица для общества, б) объективные – утрата или снижение вредности (общественной опасности) совершенного деяния к моменту освобождения».

    К сожалению, цивилистические представления об освобождении от ответственности и её исключении не согласуются ни с общетеоретическими разработками, ни с подходами, сложившимися в других отраслях российского права.

    Следует отметить, что вслед за учеными также непоследовательно использует термин «освобождение от ответственности» и законодатель, что создает трудности и для теории, и для практики.

    В соответствии со ст. 794 ГК РФ «перевозчик и отправитель груза освобождаются от ответственности в случае неподачи транспортных средств либо неиспользования поданных транспортных средств, если это произошло вследствие:
– непреодолимой силы, а также иных явлений стихийного характера (пожаров, заносов, наводнений) и военных действий;
– прекращения или ограничения перевозки грузов в определенных направлениях, установленного в порядке, предусмотренном соответствующим транспортным уставом или кодексом;
– в иных случаях, предусмотренных транспортными уставами и кодексами».

     Согласно п. 1 ст. 888 ГК РФ хранитель, взявший на себя по договору хранения обязанность принять вещь на хранение (пункт 2 статьи 886), не вправе требовать передачи ему этой вещи на хранение.

    Однако поклажедатель, не передавший вещь на хранение в предусмотренный договором срок, несет ответственность перед хранителем за убытки, причиненные в связи с несостоявшимся хранением, если иное не предусмотрено законом или договором хранения. Поклажедатель освобождается от этой ответственности, если заявит хранителю об отказе от его услуг в разумный срок.

  В ст. 922 ГК РФ установлено, что если договором хранения ценностей в банке с предоставлением клиенту индивидуального банковского сейфа не предусмотрено иное, банк освобождается от ответственности за несохранность содержимого сейфа, если докажет, что по условиям хранения доступ кого-либо к сейфу без ведома клиента был невозможен либо стал возможным вследствие непреодолимой силы.

    Аналогичное правило содержит ст. 925 ГК РФ: «Гостиница освобождается от ответственности за несохранность содержимого такого сейфа, если докажет, что по условиям хранения доступ кого-либо к сейфу без ведома постояльца был невозможен либо стал возможным вследствие непреодолимой силы».

    В силу ст. 925 ГК РФ постоялец, обнаруживший утрату, недостачу или повреждение своих вещей, обязан без промедления заявить об этом администрации гостиницы. В противном случае гостиница освобождается от ответственности за несохранность вещей.

    На основании ст. 1022 ГК РФ доверительный управляющий несет ответственность за причиненные убытки, если не докажет, что эти убытки произошли вследствие непреодолимой силы либо действий выгодоприобретателя или учредителя управления.

    В ст. 1079 ГК РФ содержится следующее правило: владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.

    Согласно ст. 1098 ГК РФ продавец или изготовитель товара, исполнитель работы или услуги освобождается от ответственности в случае, если докажет, что вред возник вследствие непреодолимой силы или нарушения потребителем установленных правил пользования товаром, результатами работы, услуги или их хранения.

   Во всех этих случаях речь должна идти не об освобождении, а об исключении гражданско-правовой ответственности, поскольку наличие указанных в данных статьях обстоятельств свидетельствует об отсутствии одного из элементов состава правонарушения, что ведет к исключению ответственности, а не освобождению от неё.

    Таким образом, мы видим, что большинство актов, содержащих нормы гражданского права, при наличии как оснований для освобождения от ответственности, так оснований для исключения ответственности используют оборот «освобождение от ответственности».

    Пожалуй, единственным актом, правильно (с позиций общей теории права) использующим терминологию института юридической ответственности, является Кодекс торгового мореплавания РФ, ст. 311 которого называется «Обстоятельства, исключающие ответственность» и закрепляет, что в случае, если столкновение судов произошло случайно или вследствие непреодолимой силы либо невозможно установить причины столкновения судов, убытки несет тот, кто их потерпел.

     В связи с этим справедливо замечание Н.В.Витрука о том, что «исключение юридической ответственности следует отличать от освобождения от юридической ответственности. К сожалению, эти понятия не нашли должной разработки в общей теории права и государства. Не всегда они различаются и в законодательстве (например, в гражданском законе)».

     Сущность оснований освобождения от ответственности заключается в нецелесообразности привлечения к ответственности правонарушителя. Если, например, вред возник в результате нарушения покупателем правил использования или хранения товара, то нет оснований говорить не только об освобождении от ответственности продавца, но и даже о привлечении его к ответственности, поскольку отсутствует его противоправное деяние.

     В таких ситуациях законодателю следует указывать, что ответственность исключается, а не происходит освобождение от неё.

      В теории права основания освобождения от ответственности традиционно делятся на две группы – основные, общеправовые, и дополнительные, характерные для отдельных отраслей права.

     Глубокое теоретическое исследование оснований освобождения от юридической ответственности было проведено И.Н.Тихоненко. Она обосновано выделила четыре группы оснований освобождения от юридической ответственности: 1) невысокая степень общественной опасности совершенного правонарушения; 2) невысокая степень общественной опасности личности правонарушителя; 3) истечение сроков давности с момента возникновения юридической ответственности; 4) социально одобряемое поведение лица после совершения им правонарушения.

   При этом первые две группы связаны с характеристикой правонарушения и правонарушителя на момент совершения противоправного деяния, а вторые две – на период времени после его совершения.

     Безусловно, эти основания освобождения от ответственности нельзя инкорпорировать в гражданское законодательство полностью, без учета отраслевой специфики. Например, очевидно, что второе и четвертое основания освобождения от ответственности, характеризующие личность субъекта правонарушения и его поведение после совершения правонарушения, в гражданском праве не будут иметь значения с учетом действия принципа полного возмещения вреда. А первое и третье из названных оснований освобождения от юридической ответственности вполне применимы в гражданском праве.

   Не вполне верным представляется указание С.В.Розиной в дефиниции освобождения от гражданско-правовой ответственности на то, что правонарушитель избавляется от обязанности возмещения вреда, поскольку возмещение вреда – это не единственная форма гражданско-правовой ответственности.

     Поэтому полагаем, что основания освобождения от ответственности избавляют не только от возмещения вреда, но и от применения иных мер гражданско-правовой ответственности, что также должно быть учтено в дефиниции.

    Таким образом, освобождение от гражданско-правовой ответственности – это безусловное и окончательное избавление от обязанности претерпевать меры ответственности за совершенное, имеющее все элементы состава, гражданское правонарушение в связи с нецелесообразностью привлечения к ответственности по основаниям, предусмотренным законом.

     Исключение гражданско-правовой ответственности – это избавление от привлечения к ответственности в связи с отсутствуем в деянии лица всех элементов (условий) конкретного гражданского правонарушения.


Следующие материалы:

Предыдущие материалы:

 

от Монро до Трампа


Узнать больше?

Ваш email:
email рассылки Конфиденциальность гарантирована
email рассылки

Blischenko 2017


ПОЗДРАВЛЕНИЯ!!!




КРУГЛЫЙ СТОЛ

по проблемам глобальной и региональной безопасности и общественного мнения в рамках международной конференции в Дипломатической академии МИД России

МЕЖДУНАРОДНОЕ ПРАВО

Право международной безопасности



Инсур Фархутдинов: Цикл статей об обеспечении мира и безопасности

№ 4 (104) 2016
Московский журнал международного права
Превентивная самооборона в международном праве: применение и злоупотребление (С.97-25)

№ 2 (105) 2017
Иранская доктрина о превентивной самообороне и международное право (окончание)

№ 1 (104) 2017
Иранская доктрина о превентивной самообороне и международное право

№ 11 (102) 2016
Стратегия Могерини и военная доктрина
Трампа: предстоящие вызовы России


№ 8 (99) 2016
Израильская доктрина o превентивной самообороне и международное право


7 (98) 2016
Международное право о применении государством военной силы против негосударственных участников

№ 2 (93) 2016
Международное право и доктрина США о превентивной самообороне

№ 1 (92) 2016 Международное право о самообороне государств

№ 11 (90) 2015 Международное право о принципе неприменения силы
или угрозы силой:теория и практика


№ 10 (89) 2015 Обеспечение мира и безопасности в Евразии
(Международно правовая оценка событий в Сирии)

Индексирование журнала

Баннер

Актуальная информация

Баннер
Баннер
Баннер

Дорога мира Вьетнама и России

Ирина Анатольевна Умнова (Конюхова) Зав. отделом конституционно-правовых исследований Российского государственного университета правосудия


Вступительное слово
Образ жизни Вьетнама
Лицом к народу
Красота по-вьетнамски
Справедливость и патриотизм Вьетнама
Дорогой мира вместе


ФОТО ОТЧЕТ
Copyright © 2007-2017 «Евразийский юридический журнал». Перепечатывание и публичное использование материалов возможно только с разрешения редакции
Яндекс.Метрика