Содержание журналов

Баннер
PERSONA GRATA

Content of journals

Баннер
Баннер
Баннер
Баннер


Правовое регулирование селекционных достижений в свете модернизации гражданского законодательства России
Научные статьи
20.03.12 11:24

вернуться


Синельникова В.Н.

Дудургов Р.М.
 
ЕврАзЮж № 2 (45) 2012
Гражданское право
Синельникова В.Н., Дудургов Р.М.
Правовое регулирование селекционных достижений в свете модернизации гражданского законодательства России
В статье рассматриваются теоретические и практические вопросы создания и использования селекционных достижений как результатов интеллектуальной деятельности, которые, по мнению авторов, нуждаются в совершенствовании.

      Задачи, поставленные Президентом Российской Федерации, по кодификации и совершенствованию гражданского законодательства  нашли свое отражение в «Концепции  развития гражданского законодательства Российской Федерации»  и Проекте изменений ГК РФ,  которые предусматривают существенное обновление правового регулирования многих институтов отечественной цивилистики. 

      Вместе с тем, анализ этих документов позволяет сказать, что селекционным достижениям как объекту правового регулирования по-прежнему не уделяется должного внимания. Дело в том, что существующая в настоящее время правовая база в сфере селекции сформировалась почти двадцать лет назад, когда был принят Закон РФ от 6 августа 1993 г. № 5605-1 «О селекционных достижениях»,  действовавший до вступления в силу части Четвертой ГК РФ, где селекционным достижениям посвящена глава 73, воспринятая специалистами отечественной юридической науки без особой критики, поскольку ее содержание во многом соответствует Закону РФ от 6 августа 1993 г. Интересно отметить, что этот закон за период своего действия ни разу не изменялся.

     Между тем прошедшие десятилетия не только внесли свои коррективы в селекционную деятельность, но и обусловили необходимость принципиальных изменений правового регулирования отношений, возникающих в процессе создания и использования данных объектов. Однако законодатель не учел этих моментов ни в 2008 г., когда вступила в силу часть Четвертая ГК РФ, ни в настоящее время, когда разрабатывался Проект изменений ГК РФ, ограничившись редакционными правками, которые обусловлены изменениями либо Общей части, либо отдельных статей части Четвертой ГК РФ.

    С учетом изложенного полагаем актуальным обратить внимание ученых и практиков на некоторые недостатки главы 73 ГК РФ и предложить  авторский вариант их преодоления.

    Во-первых, несмотря на разработанные в научной литературе дефиниции, селекционные достижения не имеют легального определения, поэтому при формулировании их понятия приходится обращаться к нормам ст. 1225, 1412 и 1413 ГК РФ и на основе признаков, в них установленных, делать вывод, что под селекционными достижениями понимаются результаты интеллектуальной деятельности в виде сортов растений и пород животных, отвечающих критериям охраноспособности, относящихся к определенным ботаническим и зоологическим родам и видам и зарегистрированных в Государственном реестре охраняемых селекционных достижений.

     Казалось бы, проблема решена. Однако без указания отличительных признаков ту или иную структурную группу растений или животных признать селекционным достижением невозможно. Эти вопросы активно обсуждались при разработке Закона РФ от 6 августа 1993 г. По результатам научно-практической дискуссии было принято решение ввести понятие «селекционное достижение» в этот Закон, поскольку данный термин объединяет новые сорта растений и породы животных. В нем аккумулируется всё положительное, что было создано в области селекции за историю нашего государства. Для отечественных ученых и практиков «селекционные достижения» – родовое понятие. Они используют его для новых сортов растений и пород животных, прошедших государственное испытание (апробацию) и зарегистрированных в установленном законом порядке. Именно поэтому при принятии Закона РФ от 6 августа 1993 г. было признано, что термин этот устоявшийся, и отказываться от него, не заменив новым, более совершенным, нецелесообразно. И хотя новое определение в тот период не было сформулировано, тем не менее, в ст. 1 Закона РФ внесли фразу: селекционное достижение – сорт растений, порода животных. Истекший период времени характеризуется очень серьезными научными достижениями вообще и в селекции в частности, поэтому остается сожалеть, что данное понятие так и не получило своего глубокого научного обоснования и последующего легального закрепления в законодательстве.

      По нашему мнению, глава 73 ГК РФ приобретет логическую завершенность, если будет содержать понятие селекционного достижения, под которым предлагается понимать новые сорта растений или породы животных, созданные или выведенные в результате целенаправленной интеллектуальной деятельности селекционера, обладающие уникальными генетическими признаками, соответствующие установленным законом критериям охраноспособности и внесенные в Государственный реестр охраняемых селекционных достижений.

     Обращаем внимание, что в этом определении селекционного достижения особо выделен признак: результат целенаправленной деятельности человека.  В ныне действующей редакции части Четвертой ГК данный критерий отсутствует. Поэтому охраняемым селекционным достижением может быть признан новый сорт растения или порода животного, не только созданный или выведенный творческим трудом селекционера, но и выявленный, т. е. случайно обнаруженный в природе, а лицо, выявившее новый сорт или породу, признается его автором (ст. 1410 ГК РФ). Такая редакция позволяет сделать лишь один вывод – сорта или породы, НЕ являющиеся результатом целенаправленной интеллектуальной деятельности человека, тем не менее, признаются достижениями его деятельности. Соответственно, статья 1410 ГК РФ содержит императивную норму – автором любого нового сорта или породы признается только гражданин. Исключение для открытых в природе новых сортов растений или пород животных отсутствует.

     С нашей точки зрения, ст. 1410 ГК РФ нуждается в оговорке, которая позволит разделить новые сорта растений и породы животных на селекционные достижения, т. е. являющиеся результатом целенаправленной интеллектуальной деятельности человека, и выявленные в природе, на которые (по аналогии с открытиями) не должны распространяться авторские права (п. 5 ст. 1259 ГК РФ).

      В свете изложенного научный и практический интерес представляет дискуссия относительно определения момента возникновения прав автора на селекционное достижение, поскольку среди отечественных цивилистов отсутствует общепризнанная позиция о понятии «селекционное достижение». К примеру, те авторы, которые рассматривали в качестве селекционного достижения результат селекционной деятельности, уже признанный государством и защищенный патентом (Б.С.Антимонов, С.А.Флейшиц и др.),  утверждают, что специфическое право авторства на селекционное достижение возникает в момент вынесения решения о выдаче патента и авторского свидетельства, т. е. только после признания данного селекционного достижения охраняемым. Основанием для такого утверждения является тот факт, что согласно ст. 1416 ГК РФ авторское свидетельство выдается федеральным органом исполнительной власти по селекционным достижениям каждому автору, не являющемуся патентообладателем. Что же касается периода от момента создания охраноспособного результата селекционной деятельности до момента его официального признания и выдачи его правообладателям охранных документов, то в качестве наиболее приемлемого решения рассматривается необходимость охраны прав селекционеров нормами авторского права.

    Иное решение предлагают те авторы, которые квалифицируют в качестве селекционного достижения охраноспособный результат селекционной деятельности. Так, А.П.Сергеев считает основанием возникновения авторских прав «объективный факт возникновения охраноспособного селекционного результата».  Аналогичную точку зрения высказали Н.Г.Кузьмина и другие соавторы Комментария к части четвертой ГК.

   Исходя из того, что нами ранее обосновано мнение о необходимости признания селекционным достижением охраноспособного результата интеллектуальной деятельности селекционеров,  считаем необходимым поддержать вторую точку зрения, согласно которой фактическое право авторства на селекционное достижение возникает в момент его создания, т. е. существенно раньше его официального признания и выдачи авторского свидетельства. В то же время есть и другая точка зрения. Так, К.М.Гаврилов отстаивает мнение о том, что ВЕСЬ комплекс прав на охраняемые результаты интеллектуальной деятельности возникает с даты подачи заявки.  Кроме того, авторское право в селекции охраняет отчеты, дневники с записью наблюдений, статьи с описанием созданных растений и животных. При этом главным объектом охраны авторским правом является тот селекционный материал, который получен в результате творческой деятельности: семена растений, посадочный материал кустарников, семя животных, сами животные и др.

     Таким образом, авторское право возникает не только на само селекционное достижение, но и на способы его создания. При этом некоторые из них могут быть защищены как самостоятельный результат интеллектуальной деятельности. Кроме того, авторское право распространяется на литературное описание свойств и качеств сорта, породы, их формы. На основе изложенного сделаем вывод: автор имеет право как на полученный селекционный результат, так и его научное описание.

     Говоря об авторстве на селекционные достижения, нельзя обойти вниманием вопрос: имеет ли официальное признание права авторства на селекционное достижение какие-либо правовые последствия, отличные от тех, которые имеет автор любого произведения по авторскому праву?

    Анализируя указанную проблему, отметим характерный признак селекционных достижений как объектов правового регулирования, который состоит в том, что селекционные достижения вне материальных носителей не существуют и не могут существовать. В то же время авторские произведения, изобретения, исполнения мыслимы и фактически существуют и вне этих материальных носителей (вещей), вне связи с ними.  Эта особенность селекционных достижений наиболее ярко проявляется в праве авторства селекционеров, в частности, будучи признанными создателями сорта или породы, они не могут использовать и распоряжаться своим достижением как объектом интеллектуальной собственности, если обладателем патента является другое лицо. Авторское право в данном случае принципиально ничего не меняет.

     Аналогичная ситуация складывается и со служебным селекционным достижением. В силу прямого указания ст. 1430 ГК РФ право авторства на служебное селекционное достижение принадлежит работнику (автору). Вместе с тем, исключительное право на служебное селекционное достижение и право на получение патента принадлежат работодателю, если трудовым или иным договором между работником и работодателем не предусмотрено иное. Эта диспозитивная норма не создает проблем правоприменения в рамках ГК РФ. Однако если обратиться к трудовым отношениям работника (автора селекционного достижения) и работодателя, то возникает несколько дискуссионных моментов, связанных с правами и обязанностями обеих сторон трудового договора.

       Э.П.Гаврилов довольно подробно проанализировал их и пришел к выводу, что содержащаяся в абз. 1 п. 4 ст. 1430 ГК РФ норма, обязывающая работника письменно уведомить работодателя о созданном им служебном селекционном достижении, является серьезной правовой ошибкой.  С нашей точки зрения, норма абз. 1 п. 4 ст. 1430 ГК РФ принята отечественным законодателем не случайно, она обусловлена спецификой селекционной деятельности. Любое селекционное достижение – живой организм и момент завершения формирования в нем признаков, отвечающих критериям охраноспособности, следует, что называется, «поймать на лету». Поэтому селекционер не может ждать, когда работодатель придет с очередной проверкой результатов его деятельности. Работник должен письменно уведомить работодателя о создании, выведении или выявлении в порядке выполнения своих трудовых обязанностей или конкретного задания работодателя результата, в отношении которого возможно предоставление правовой охраны в качестве селекционного достижения.

     Аналогичная ситуация складывается и с моментом подачи заявки на охрану селекционного достижения. Закон РФ от 6 августа 1993 г. устанавливал, в первую очередь, право работодателя подать заявку на выдачу патента на селекционное достижение, созданное или выявленное его работником в процессе выполнения служебного задания или служебных обязанностей. Только при наличии договора между работодателем и селекционером-работником последнему предоставлялось право подачи такой заявки. Поэтому довольно часто возникали ситуации, когда работодатель не использовал свое право на получение патента в течение наиболее благоприятного времени с точки зрения состояния признаков охраноспособности нового сорта или породы, и при отсутствии специального соглашения между работником и работодателем селекционер, по сути, лишался права оформить свое исключительное право на использование селекционного достижения, а также утрачивал возможность получать вознаграждение.

     В этом смысле положения п. 4 ст. 1430 ГК РФ можно назвать достижением законодателя – если работодатель в течение четырех месяцев со дня уведомления его работником о созданном, выведенном или выявленном им результате не подаст заявку на выдачу патента на это селекционное достижение и не передаст право на получение патента на такое селекционное достижение другому лицу или не сообщит работнику о сохранении информации о соответствующем результате в тайне, право на получение патента на такое селекционное достижение переходит к работнику со всеми вытекающими последствиями.

    Справедливости ради следует отметить, что работодатель в течение срока действия патента имеет право на использование служебного селекционного достижения в собственном производстве на условиях простой (неисключительной) лицензии с выплатой патентообладателю компенсации, размер, условия и порядок выплаты которой определяются договором между работником и работодателем, а в случае спора – судом.

     Обращает на себя внимание факт отсутствия ответственности работодателя за нарушение сроков выплаты вознаграждения работнику-селекционеру (последний абзац п. 5). По нашему мнению, этот пробел вполне может восполнить согласованное сторонами условие договора.

      Характерно, что диспозиция п. 6 ст. 1430 ГК РФ содержит признаки (созданное, выведенное или выявленное работником с использованием денежных, технических или иных материальных средств работодателя), позволяющие отграничить служебные селекционные достижения от иных, полученных не в порядке выполнения трудовых обязанностей селекционера или конкретного задания работодателя, несмотря на то, что при этом могли быть использованы денежные, технические или иные материальные средства работодателя.

     Право на наименование селекционного достижения известно отечественному законодательству довольно давно. В то же время исторический экскурс о становлении и развитии данного права показал, что в основном это право использовалось применительно к изобретениям, поскольку селекционные достижения не имели самостоятельного правового регулирования. Тем не менее, название сорта указывалось, как правило, уже в заявке, хотя такая запись приобретает правовой характер лишь после вынесения решения о признании представленного сорта (породы) селекционным достижением, т. е. право на присвоение наименования производно (вторично) от права авторства. Оценивая эту ситуацию, К.Н.Наменгенов отмечал, что авторство может существовать без права на присвоение изобретению имени автора или специального названия, а появление последнего немыслимо без возникновения права авторства.  Этот вывод можно дополнить мнениями О.С.Иоффе и М.И.Бару: закрепление права авторства означает, что предложение действительно является изобретением, что оно разработано данным лицом, и никто уже не сможет оформить на свое имя хотя бы и самостоятельно разработанное, но тождественное изобретение. Все лица, ссылающиеся на изобретение, обязаны в качестве его автора указывать только того, чье авторство официально признано, а если изобретению присвоено имя автора или специальное название, они должны также приводить это имя или название.

     Э.П.Гаврилов подчеркивает, что право на имя – личное право, принадлежащее только автору, – заключается в том, что в любой документации, относящейся к изобретению, должно упоминаться имя его автора (фамилия, инициалы). При нарушении правомочия (например, имя не указано или искажено) автор может требовать внесения исправления в документацию, опубликования соответствующих сведений в печати и т. д. Далее уважаемый профессор отмечает, что если открытию или изобретению присваивается имя автора, то это, прежде всего, носит характер специального названия. Поэтому такое правомочие точнее было бы именовать правом на специальное название.  На основании сказанного можно сделать вывод: право на имя создателя выражается в том, что оно упоминается в любой документации, относящейся к результату интеллектуальной деятельности.

    По-иному складывается ситуация с наименованием селекционного достижения. Дело в том, что в соответствии со ст. 1419 ГК РФ автор имеет право присвоить селекционному достижению наименование, руководствуясь при этом требованиями п. 2 ст. 1419 ГК РФ. Если же автор присваивает такому результату свое имя, то тем самым он осуществляет свое право на наименование селекционного достижения. При этом возникает вопрос, будет ли считаться правом на специальное название требование автора присвоить достижению имя другого лица. И.Э.Мамиофа и В.П.Рассохин на этот вопрос дали отрицательный ответ.

      Такие высказывания ограничивают свободу автора в выборе названия созданного им произведения. В то же время использование чужого имени без разрешения его носителя можно рассматривать как нарушение личного права. Для устранения подобных ситуаций необходимо получить предварительное согласие носителя, если же его нет в живых, то разрешение должны дать наследники (правопреемники). На практике такие названия считаются почетными и на них, как правило, не спрашивают согласия. Например, после смерти Председателя Госкомиссии по сортоиспытанию сельскохозяйственных культур М.А.Федина появился сорт Памяти Федина. Госкомиссия приняла сорт с таким названием к испытанию, хотя к заявке не было приложено согласие родственников. Однако это частный случай, общие же требования при осуществлении данного правомочия сводятся к следующему: название не должно противоречить морали и не должно вводить потребителя в заблуждение. В остальном автор вправе выбирать и комбинировать название по своему усмотрению.

     В.М.Сергеев, посвящая праву на имя и специальное название монографическое исследование, рассматривал данное правомочие как одну из форм морального стимулирования изобретателей, которая закрепляет общественное признание их заслуг и является престижной в числе других поощрений. Реже учитывается информативная роль специального наименования изделия, хотя значение ее существенно. Так, являясь удобным средством обозначения изобретения, сорта растения, породы животного, специальное наименование может быть использовано в рекламе, при идентификации, а также установлении приоритета.

   Имя может быть представлено полной фамилией, в различных сочетаниях с инициалами. Скажем, сельдерей Красиловский. Однако чаще всего сорту растения или породе животного присваивают специальное название, отражающее место выведения: томат Алтаечка, люпин Брестский. Иногда добавляют особые признаки: Адлерский ранний, Панфиловская белая. В названии может отражаться способ создания: вика яровая Гибридная 2, тутовый шелкопряд Молд. 9ХТуркмен 16. Используются названия на родном языке: малина Хелкал, кукуруза Эрбилил. Есть традиционные названия культур. Например, слива Смуглянка, Венгерка. Они служат основой для конкретных наименований. При регистрации сорта в эти названия включают отличительные признаки: Венгерка самая ранняя, Смуглянка харьковская. Не исключаются и другие конкретные названия – слива Ника. Некоторые культуры традиционно обозначают цифрами либо цифрами в сочетании с буквами: хлопчатник 1541, 8605-В, 9939-И. Применяют иные сочетания: Термез 21, Чимбай 3104, Ашхабад 88.

    Эти традиции были восприняты при разработке Закона РФ от 6 августа 1993 г., ст. 6 которого устанавливала, что селекционное достижение должно было иметь название, предложенное заявителем и одобренное Госкомиссией по селекционным достижениям. Диспозиция статьи 1419 ГК РФ практически повторяет эти требования к наименованию селекционного достижения, что свидетельствует об их эффективности. Поэтому можно говорить о преемственности правовых норм, в соответствии с которыми название селекционного достижения:
— должно позволять идентифицировать селекционное достижение;
— быть кратким;
— отличаться от названий существующих селекционных достижений того же или близкого ботанического или зоологического вида.

   Кроме того, оно не должно состоять из одних цифр, вводить в заблуждение относительно свойств, происхождения, значения селекционного достижения, личности селекционера, не должно противоречить принципам гуманности и морали.

      Наименование селекционного достижения, предложенное автором или с его согласия иным лицом (заявителем), подающим заявку на выдачу патента, должно быть одобрено федеральным органом исполнительной власти по селекционным достижениям.

    Если предложенное наименование не отвечает требованиям, установленным в ст. 1419 ГК РФ, заявитель по требованию указанного федерального органа обязан в тридцатидневный срок предложить иное наименование.

    Если до истечения указанного срока заявитель не предложит другого наименования, соответствующего указанным требованиям, или не оспорит отказ в одобрении наименования селекционного достижения в судебном порядке, федеральный орган исполнительной власти по селекционным достижениям вправе отказать в регистрации селекционного достижения.

      По нашему мнению, такое основание прекращения действия патента на селекционное достижение является не вполне обоснованным, так как оно лишает правовой защиты результат длительного труда селекционеров на том лишь основании, что это достижение не имеет соответствующего названия.

   Более приемлемым из создавшейся ситуации видится следующий выход: если патентообладатель не предлагает собственного названия селекционного достижения, которое соответствует предъявляемым требованиям, полномочие подобрать такое название могло бы быть предоставлено Федеральному органу исполнительной власти по селекционным достижениям. Однако предусмотреть данную норму в отечественном законодательстве довольно сложно из-за того, что международное законодательство в сфере селекционной деятельности, в частности статья 22 Конвенции 1961 г., императивно относит такие случаи к основаниям аннулирования прав селекционера.

     Это обстоятельство в итоге обусловливает необходимость признать факт присвоения селекционному достижению оригинального наименования, соответствующего изложенным в ГК РФ требованиям, дополнительным критерием охраноспособности селекционного достижения.

    Модернизация гражданского законодательства России вообще и в сфере селекционных  правоотношений в частности предполагает совершенствование основополагающих норм. С этой точки зрения представляется актуальным обратиться к основаниям признания патента на селекционное достижение недействительным (статья 1441 ГК РФ). В целом условия признания патента на селекционное достижение недействительным повторяют положения ст. 26 Закона РФ от 6 августа 1993 г. Не является новеллой и право любого лица обратиться в Федеральный орган исполнительной власти по селекционным достижениям с заявлением о признании патента недействительным. И в этом смысле говорить о новизне п. 1 и п. 2 статьи 1441 ГК РФ вряд ли правомерно. Эти нормы уже апробированы практикой и  е вызывают нареканий.

    Иное дело п. 3 указанной статьи, который предусматривает последствия признания патента недействительным, этот документ аннулируется со дня подачи заявки на выдачу патента, т. е. решению Федерального органа исполнительной власти по селекционным достижениям придается обратная сила.

     Однако лицензионные договоры, заключенные до принятия решения о недействительности патента, сохраняют свое действие в той мере, в какой они были исполнены к этому дню. Данное положение является новеллой закона, этим можно объяснить его неудачную редакцию. Дело в том, что законодатель оставил открытым вопрос о судьбе договоров, заключенных на основе патента на селекционное достижение, таких как договор о залоге исключительных прав, договор коммерческой концессии, учредительный договор о внесении исключительных прав на селекционное достижение в уставный капитал и т. п.

    Научно-теоретический анализ п. 3 статьи 1441 ГК РФ показал его несовершенство с точки зрения точности формулировок нормы закона. Как отмечено выше, патент аннулируется со дня подачи заявки на выдачу патента. Однако со дня подачи заявки на выдачу патента и до его получения охраноспособному селекционному достижению предоставляется временная правовая защита, но не собственно патент. Патент как юридический документ в этот период еще не существует; соответственно он не может быть аннулирован «со дня подачи заявки на выдачу патента». Моментом, с которого действие патента на селекционное достижение прекращается, а сам патент аннулируется, следует признать дату его выдачи.

    Дополнительным же правовым последствием признания патента на селекционное достижение недействительным будет лишение данного селекционного достижения временной правовой охраны на период рассмотрения заявки о выдаче патента и проведения государственного испытания (апробации).

    Научный и практический интерес вызывает досрочное прекращение действия патента на селекционное достижение (ст. 1442 ГК РФ). Содержание данной нормы обладает относительной новизной, поскольку Закон РФ от 6 августа 1993 г., хотя и не содержал такого положения, но признание патента недействительным (ст. 26) и аннулирование патента (ст. 27) можно рассматривать как основания досрочного прекращения его действия, которые можно классифицировать на объективные и субъективные. К объективным основаниям относятся такие, которые не зависят от воли и действий субъектов, скажем, селекционное достижение более не соответствует критериям однородности и стабильности. В качестве примера субъективных оснований, повлекших досрочное прекращение действия патента, следует привести такие, которые обусловлены неисполнением патентообладателем возложенных на него обязанностей (не представил семена, племенной материал, документы и информацию, которые необходимы для проверки сохранности селекционного достижения, и др.; не уплатил в установленный срок пошлину за поддержание патента в силе); являются проявлением воли патентообладателя (подал в заявление о досрочном прекращении действия патента и т. п.).

     Время, истекшее с момента вступления в силу данной нормы, позволило выявить ее недостаток, который проявляется в том, что законодатель не определил срок, в течение которого Федеральный орган исполнительной власти по селекционным достижениям принимает решение о досрочном прекращении действия патента при наличии указанных оснований.

     В целях преодоления пробела законодательной нормы предлагаем статью 1442 ГК РФ «Досрочное прекращение действия патента на селекционное достижение» дополнить частями 2–4 следующего содержания:
   «2. В случае, предусмотренном пп. 3 части 1 данной статьи, федеральный орган исполнительной власти по селекционным достижениям принимает решение о признании патента на селекционное достижение утратившим действие досрочно в течение двух месяцев с момента поступления соответствующего заявления. В остальных случаях извещение о рассмотрении вопроса о досрочном прекращении действия патента на селекционное достижение федеральный орган исполнительной власти по селекционным достижениям направляет патентообладателю, который в течение трех месяцев со дня направления ему такого извещения может представить мотивированное возражение.
   3. Патент, признанный федеральным органом исполнительной власти по селекционным достижениям прекратившим свое действие досрочно, прекращает свое действие с даты принятия соответствующего решения.
   4. О досрочном прекращении действия патента на селекционное достижение вносится соответствующая запись в Государственный реестр охраняемых селекционных достижений».

     Как недостаток правового регулирования селекционных достижений следует рассматривать отсутствие в ГК РФ статьи, регламентирующей основания восстановления патента на селекционное достижение. В то же время статья 1400 ГК РФ посвящена не только основаниям восстановления действия патента на изобретение, полезную модель или промышленный образец, но и праву послепользования. Думается, что в процессе модернизации гражданского законодательства этот пробел необходимо устранить.

     Анализируя перспективы развития селекции, обратимся к статье 1417 ГК РФ, которая, хотя и носит декларативный характер, тем не менее, предусматривает обязанности государства: стимулировать создание и использование селекционных достижений, предоставлять их авторам, а также иным обладателям исключительного права на селекционное достижение (патентообладателям) и лицензиатам, использующим селекционные достижения, льготы в соответствии с законодательством Российской Федерации. Как видим, субъектами правоотношений, регулируемых данной статьей, являются фактически все участники селекционной деятельности: с одной стороны, это селекционеры (авторы селекционных достижений), патентообладатели, лицензиаты, а с другой – государство в лице его органов, устанавливающих и обеспечивающих реализацию тех или мер в сфере стимулирования селекционной деятельности (льгот по использованию селекционных достижений, льготного кредитования либо финансирования селекционной деятельности и др.).

     Содержание статьи 1417 ГК РФ обладает большой актуальностью, но ее реализация на сегодняшний день требует продуманных и последовательных решений, поскольку объектами правоотношений должны быть конкретные, устанавливаемые государством способы и формы стимулирования создания и использования селекционных достижений. Принимая во внимание, что в статье 1417 ГК РФ лишь обозначены общие направления указанной деятельности государства, в качестве правовой основы исполнения государством возложенных на себя обязанностей могут использоваться общие положения главы 73 ГК РФ, посвященные защите прав селекционеров и обладателей патентов на селекционное достижение, а также подзаконные нормативные правовые акты, определяющие меры государственной поддержки и стимулирования селекционной деятельности. Так, основная часть этих мер осуществляется в рамках национального проекта «Развитие агропромышленного комплекса», который среди прочего предусматривает предоставление из федерального бюджета субсидий субъектам Российской Федерации на государственную поддержку племенного животноводства, овцеводства, северного оленеводства и табунного коневодства, на возмещение части затрат на уплату процентов по кредитам, взятым для приобретения племенного скота.  Вместе с тем, следует отметить, что в указанном проекте и иных документах, принятых в его исполнение, основное внимание уделяется развитию племенного животноводства. Хотя селекционная деятельность в растениеводстве нуждается в неменьшей поддержке.

     В специальной литературе подчеркивается, что современные генетика и селекция должны решать не только сиюминутные задачи сельскохозяйственной, лесной или иной отрасли, которые экономически слабы и плохо восприимчивы к новым веяниям, а развиваться свободно, в испытании альтернативных подходов и методов, работать на более отдаленную перспективу по утвержденным целевым программам, которые обязано финансировать государство. Так, например, финансирование научной деятельности в лесной отрасли, по мнению Р.Шеверножука, должно осуществляться на основе конкурса селекционных программ по этапам их проработки на срок не менее 5 лет.

     С нашей точки зрения, для эффективного стимулирования основных направлений селекционной деятельности требуется разработка комплексной системы льготных условий кредитования селекционной деятельности, предоставление налоговых льгот производителям, использующим селекционное достижение, и др. На сегодняшний день такая система мер не разработана и нормативно не закреплена, имеются лишь отдельные документы, регламентирующие некоторые виды льгот, связанных с созданием и использованием селекционных достижений.  В связи с этим говорить о существенной поддержке селекционной деятельности со стороны государства  пока не приходится.
Исследователи обращают также внимание, что в нормативных документах сегодняшнего дня не отражены такие направления селекционной работы, как интродукция  (от лат. introductio – введение) и селекция на ее основе. Хотя на практике ввоз интродукционного материала из других стран для селекции – обычное явление. Именно поэтому широкое распространение получила селекция, исходными формами которой служит интродукционный материал, так называемая интродукционная селекция.

    Однако в настоящее время данный вид селекционной деятельности используется в сельском хозяйстве без надлежащего правового обоснования. В этой связи некоторые авторы предлагают закрепить в нормативных актах по селекции охрану результатов интродукции и предусмотреть материальное вознаграждение за такую деятельность не только отечественных, но и зарубежных селекционеров, сотрудничающих с российскими учеными.

    По нашему мнению, приведенные точки зрения, несомненно, заслуживают тщательного анализа и осмысления перспектив интродукционной селекции, которая может принести не только положительные, но и отрицательные результаты. К примеру, подписав Конвенцию по международной торговле видами дикой фауны и флоры, находящимися под угрозой исчезновения (Вашингтон, 3 марта 1973 г.),  Российская Федерация приняла на себя обязательства по соблюдению не только правил международной торговли определенными видами дикой фауны и флоры,  но и интродукции из моря образцов осетровых видов рыб, подпадающих под действие Конвенции. Несомненно, эти направления деятельности человека оказывают положительное воздействие на окружающий мир. В то же время известны многочисленные отрицательные результаты интродукции растений и животных (можно вспомнить последствия завоза кроликов в Австралию). Для предотвращения подобных последствий на территориях государственных природных заповедников запрещается интродукция живых организмов в целях их акклиматизации.  Поэтому вопрос об охране результатов интродукционной селекции нуждается в дополнительной проработке.

      В завершение авторы обращают внимание читателя, что коснулись лишь некоторых актуальных вопросов правового регулирования создания и использования селекционных достижений в свете модернизации гражданского законодательства России, и приглашают  специалистов к продолжению дискуссии.


Следующие материалы:

Предыдущие материалы:

 

от Монро до Трампа


Узнать больше?

Ваш email:
email рассылки Конфиденциальность гарантирована
email рассылки

Blischenko 2017


ПОЗДРАВЛЕНИЯ!!!




КРУГЛЫЙ СТОЛ

по проблемам глобальной и региональной безопасности и общественного мнения в рамках международной конференции в Дипломатической академии МИД России

МЕЖДУНАРОДНОЕ ПРАВО

Право международной безопасности



Инсур Фархутдинов: Цикл статей об обеспечении мира и безопасности

№ 4 (104) 2016
Московский журнал международного права
Превентивная самооборона в международном праве: применение и злоупотребление (С.97-25)

№ 2 (105) 2017
Иранская доктрина о превентивной самообороне и международное право (окончание)

№ 1 (104) 2017
Иранская доктрина о превентивной самообороне и международное право

№ 11 (102) 2016
Стратегия Могерини и военная доктрина
Трампа: предстоящие вызовы России


№ 8 (99) 2016
Израильская доктрина o превентивной самообороне и международное право


7 (98) 2016
Международное право о применении государством военной силы против негосударственных участников

№ 2 (93) 2016
Международное право и доктрина США о превентивной самообороне

№ 1 (92) 2016 Международное право о самообороне государств

№ 11 (90) 2015 Международное право о принципе неприменения силы
или угрозы силой:теория и практика


№ 10 (89) 2015 Обеспечение мира и безопасности в Евразии
(Международно правовая оценка событий в Сирии)

Индексирование журнала

Баннер

Актуальная информация

Баннер
Баннер
Баннер

Дорога мира Вьетнама и России

Ирина Анатольевна Умнова (Конюхова) Зав. отделом конституционно-правовых исследований Российского государственного университета правосудия


Вступительное слово
Образ жизни Вьетнама
Лицом к народу
Красота по-вьетнамски
Справедливость и патриотизм Вьетнама
Дорогой мира вместе


ФОТО ОТЧЕТ
Copyright © 2007-2017 «Евразийский юридический журнал». Перепечатывание и публичное использование материалов возможно только с разрешения редакции
Яндекс.Метрика