Содержание журналов

Баннер
  PERSONA GRATA

Фарида Мамад:
О праве человека – взгляд Комиссара по правам человека Республики Мозамбик


Группа ВКонтакте

Баннер
Баннер
Баннер
Баннер


Особенности судебной экспертизы при расследовании преступлений против свободного волеизлияния | Уголовный процесс и криминалистика
Научные статьи
20.03.12 14:27

вернуться

  
ЕврАзЮж № 2 (45) 2012
Уголовный процесс и криминалистика
Амрахов Н.И.
Особенности судебной экспертизы при расследовании преступлений против свободного волеизлияния
Статья исследует особенности назначения и производства судебной экспертизы по делам, связанным с незаконным воспрепятствованием деятельности религиозных организаций, профессиональной деятельности журналистов и иными нарушениями, предусмотренными ст. 148 УК РФ.

          Расследование преступлений против свободного волеизлияния может потребовать производства экспертиз самых различных родов и видов, в частности, в различных ситуациях при раскрытии нарушений, предусмотренных ст. 140, 144, 148 и 149 УК РФ, может потребоваться:
– фоноскопическая экспертиза (например, для идентификации голоса – в случае, если в адрес журналистов или лиц, желающих по собственной воле принять участие в митинге, собрании, получить определённую информацию, а также принявших определённое вероисповедание, по-ступали угрозы, записанные на диктофон, аудио-, видеокассету и т. п.);
– почерковедческая экспертиза (если угрозы либо какие-нибудь документы, например, об отказе предоставления заинтересованному лицу определённой информации, заполнялись подозреваемыми (обвиняемыми) от руки);
– речеведческая экспертиза текстов (например, автороведческая, направленная на установление автора печатного текста по стилю, содержанию и т. п.); и др.

    Несмотря на важность вышеперечисленных экспертиз для установления обстоятельств по уголовным делам, мы не будем рассматривать их в связи с наличием в юридической литературе многочисленных трудов в данном направлении.

    Остановимся на анализе более специфических и редко реализуемых в современной право-вой практике экспертиз, которые могут быть полезными при раскрытии преступлений против свободного волеизлияния.

    К одной из таковых можно отнести проведение судебно-религиоведческой экспертизы, результаты которой могут прояснить конкретные детали и особенности преступлений, предусмотренных ст. 148 УК РФ.

     Как справедливо замечает Ю.В.Тихонравов, одной из ключевых целей подобной судебно-религиоведческой экспертизы является диагностика того либо иного вероисповедания.  При этом в качестве предмета судебно-религиоведческой экспертизы могут выступать:
– определение религиозного характера объединения на базе учредительной документации;
– выявление информации о ключевых основах конкретного вероучения, а также соответствующей таковому практики (методы и формы деятельности объединения, история его возникновения и развития, отношение руководителей и членов этого объединения к браку, семье, здоровью, образованию, последователи этой религии и т. п.);
– оценка и проверка достоверности информации, содержащейся в имеющихся у конкретно-го религиозного объединения ключевых основах вероучения, а также иных документах;
– установление других возникающих в ходе расследования аспектов, связанных непосредственно с религиозной деятельностью соответствующего объединения и требующих качественной экспертной оценки.

    В исследовании Е.Лапина отмечается, что непосредственными объектами изучения данной экспертизы могут быть: «устав религиозной организации и протокол учредительного собрания; сведения об основах вероучения и соответствующей ему практике; список учредителей религиозной организации; свидетельство установленного образца о государственной регистрации религиозной организации и выписка из государственного реестра юридических лиц о государственной регистрации религиозной организации». Кроме того, исследованию могут подлежать: «произведённая, приобретённая, импортированная и распространяемая религиозная литература, печатные, аудио- и видеоматериалы; предметы религиозного назначения; протоколы следственных действий, содержащие сведения, необходимые эксперту для производства исследований и дачи заключения (протоколы следственного осмотра культовых зданий и сооружений, иных объектов, специально предназначенных для богослужений, молитвенных и религиозных собраний, помещений, предметов...)».

     Как следует из ч. 2 ст. 195 УПК РФ, судебная экспертиза производится государственными судебными экспертами и иными экспертами из числа лиц, обладающих специальными знаниями. Заметим, что к осуществлению судебно-религиоведческой экспертизы могут быть привлечены учёные, специализирующиеся в сфере государственно-церковных взаимоотношений, а также религиоведы из религиозных организаций и вузов. Как правило, такая экспертиза реализуется вне соответствующих государственных экспертных учреждений и производится не государственными экспертами, а другими экспертами, «из числа лиц, обладающих специальными знаниями». Реальной проблемой является то обстоятельство, что большинство этих экспертов не имеют какого-либо опыта реализации судебных экспертиз, что, в свою очередь, требует от уполномоченного должностного лица, которое назначило судебно-религиоведческую экспертизу, не только ознакомления их с соответствующими обязанностями и правами, но и детальное разъяснения их. Кроме того, мы убеждены, что в подобных случаях уполномоченному должностному лицу целесообразно давать как можно более подробное задание, формулировать предельно подробный и конкретный перечень вопросов для эксперта.

     Рассматриваемая экспертиза, как уже отмечалась, может оказаться полезной при раскрытии преступлений, предусмотренных ст. 148 УК РФ. Поясним указанную мысль более подробно.

     Заявление (сообщение) от пострадавшего нередко сопровождается одновременными обвинениями со стороны подозреваемого (обвиняемого) лица. Встречаются и противоположные ситуации, когда обвинение со стороны лица в определённом преступлении (нередко сопровождаемое возбуждением уголовного дела по другой статье, отличной от ст. 148 УК РФ) провоцирует уже обвиняемое (подозреваемое) лицо писать заявление о производстве в отношении него незаконно-го воспрепятствования совершению религиозных обрядов или иных действий, свобода реализации которых гарантирована законом.

    Так, по версии лица, обвиняющегося в производстве незаконного воспрепятствования деятельности религиозных организаций или совершении религиозных обрядов, пострадавший может являться виновным в организации объединения, посягающего на личность и права граждан, либо в организации экстремистского сообщества, либо в возбуждении ненависти или вражды и т. п., чем, в свою очередь, и спровоцировано воспрепятствование первого в реализации такой дея-тельности вторым, и наоборот.

    Очевидно, что в условиях спорности подобных ситуаций судебно-религиоведческая экспертиза может стать незаменимым элементом всего расследования по преступлениям рассматриваемой категории. В частности, в результате таковой могут быть решены вопросы о том, можно ли ту или иную деятельность, обряды, выступления духовных лидеров отнести к законной деятельности конкретных религиозных организаций, течений, вероисповеданий либо в ней содержатся элементы, совершенно не относящиеся к той либо иной религиозной традиции.

    В последнем случае эксперт должен выявить такие элементы, подробно описать их и указать на имеющиеся в них противоречия официально декларируемой соответствующим религиозным объединением духовной традиции.

    Необходимо подчеркнуть, что рассматриваемые в рамках гл. 19 УК РФ нормы, в частности предусмотренные ст. 140, 144, 148 и 149 указанного Кодекса, относятся к делам публичного обвинения. Следовательно, преступления против свободного волеизлияния (при поступлении в уполномоченные правоохранительные структуры встречных обвинений по условно обозначенным нами «перекрёстным статьям») нельзя рассматривать в одном производстве (то есть в данных случаях по одному и тому же уголовному делу обвиняемый не может быть одновременно и заявителем, как это допускается по делам частного обвинения).

     Таким образом, следователь не должен брать на себя работу, которую должно проделывать другое уполномоченное лицо по отдельному заявлению (поступившему по «перекрёстной статье»). Тем не менее, проведение соответствующих «разграничивающих» экспертиз позволит следствию с высокой долей вероятности проверить возможную версию об инсценировке воспрепятствования, произведённой в интересах заявителя, то есть опровергнуть либо, напротив, под-твердить таковую. Кроме того, соответствующая экспертиза способна помочь в установлении истинных мотивов имевшего место воспрепятствования (в случае, если оно действительно производилось).

     При этом, если у следователя будут реальные основания полагать, что виновными в разных «перекрёстных» нарушениях одновременно являются и заявитель (потерпевший), и лицо, выступающее по уголовному делу о преступлении против свободного волеизлияния в качестве подозреваемого (обвиняемого), данные соображения им могут быть изложены на допросе такого лица. Как показывает следственная практика, такие предположения, высказанные следователем допрашиваемому лицу, могут мотивировать потерпевшего к более правдивым и искренним показаниям, а в некоторых случаях – и к активному сотрудничеству со следствием.

    На основании результатов такой экспертизы может быть разрешён важный вопрос о том, содержались ли в действиях самой религиозной организации элементы каких-либо преступлений. При установлении таких признаков уголовное преследование в отношении подозреваемых (обвиняемых) по ст. 148 при одновременном выявлении других необходимых факторов и обстоятельств может быть прекращено, а уголовное дело закрыто. В частности, это относится к ситуациям, когда лицо, обвиняемое (подозреваемое) в совершении незаконного воспрепятствования, действовало в особых условиях, отмеченных в законодательстве, исключающих преступность деяния.
Как справедливо отмечает автор одного из комментариев к Уголовному кодексу РФ, «не об-разует состав преступления, предусмотренного комментируемой статьёй, воспрепятствование не-законной или противоречащей уставу деятельности религиозной организации. В частности, до-пускается воспрепятствование деятельности религиозной организации, если такая деятельность связана с: нарушением общественной безопасности и общественного порядка; с осуществлением экстремистской деятельности; принуждением к разрушению семьи; посягательством на личность, права и свободы граждан; нанесением установленного в соответствии с законом ущерба нравст-венности, здоровью граждан, в том числе использованием в связи с их религиозной деятельно-стью наркотических и психотропных средств, гипноза, совершением развратных и иных противо-правных действий; склонением к самоубийству или к отказу по религиозным мотивам от оказа-ния медицинской помощи лицам, находящимся в опасном для жизни и здоровья состоянии; вос-препятствованием получению обязательного образования; принуждением членов и последовате-лей религиозного объединения и иных лиц к отчуждению принадлежащего им имущества в поль-зу религиозного объединения; воспрепятствованием выходу гражданина из религиозного объе-динения под угрозой причинения вреда жизни, здоровью, имуществу (если есть опасность реаль-ного её исполнения) или применения насильственного воздействия, либо другими противоправ-ными действиями; побуждением граждан к отказу от исполнения установленных законом граж-данских обязанностей и совершению иных противоправных действий».

    При этом А.А.Чекалин, В.Т.Томин и В.В.Сверчков подчёркивают, что незаконным следует считать воспрепятствование деятельности религиозных организаций только в тех случаях, когда «...сама деятельность религиозных организаций осуществляется в соответствии с действующим российским законодательством и уставом религиозной организации».  Таким образом, помимо прочих факторов в процессе судебно-религиоведческой экспертизы особое внимание должно быть уделено исследованию устава конкретной религиозной организации.

     Вкратце затронем и вопрос, связанный с возможностью проведения экспертных исследова-ний при раскрытии преступлений, предусмотренных ст. 144 УК РФ. Данный аспект на сегодняш-ний день так же недостаточно изучен и столь же актуален, как и предыдущий.

      Как справедливо отмечает Б.Н.Пантелеев, «актуальность вопроса о глубине и беспристраст-ности изучения результатов журналистского труда сегодня, похоже, практически никто не оспа-ривает. Во всяком случае, публично признаётся не только общественная значимость этого рода деятельности, но и её специфические, профессиональные особенности... Несомненно, положи-тельную роль в этом сыграл возобладавший ныне комплексный подход к информационным об-менам в целом и обучению журналистов в частности, когда даже факультеты, где их сегодня гото-вят, ориентированы одновременно и на социологию, и на информатику, и на психологию, а не только на общий политико-пропагандистский ликбез».  Однако до недавнего времени при рас-следовании преступлений, связанных с журналистской деятельностью, проведением некоторых специфических экспертиз нередко пренебрегалось. «Даже при наличии законодательных предпо-сылок для привлечения экспертов многие правоприменители полагали это процессуальным из-лишеством. Видимо, этому способствовал целый комплекс причин... Упрощённый бытовой под-ход к продукции средств массовой информации приводил к тому, что каждый потребитель, вла-деющий языком, на котором она распространялась, считал себя одновременно и окончательным арбитром. Порою для вынесения решения считалась достаточной оценка по принципу «нравит-ся – не нравится», «правильно – неправильно» даже без предъявления мотивов. Вышестоящие судебные инстанции не давали принципиальной оценки подобным постановлениям, а сосредота-чивались лишь на корректировке размеров... сумм компенсации морального вреда».

     Заметим, что на сегодня сложные ситуации, связанные прямым или косвенным образом с профессиональной деятельностью журналистов, нередко эффективно исследуются сотрудниками Гильдии лингвистов-экспертов по документационным и информационным спорам (ГЛЭДИС). Данные моменты должен учитывать следователь, для того чтобы произвести расследования пре-ступления против свободного волеизлияния оптимально качественно и эффективно. В частности, мы рекомендуем не пренебрегать помощью соответствующих специалистов и экспертов при рас-крытии преступлений рассматриваемой подгруппы, но, напротив, прибегать к таковой как можно более часто, что, в свою очередь, положительно отразится на результатах всего расследования.

    В целом заметим: учитывая сложность квалификации и расследования всех нарушений, предусмотренных гл. 19 УК РФ, наличие множества смежных составов, а также типичные призна-ки личности субъектов исследуемых преступлений (обладание знаниями в сфере практической психологии, управления и манипуляции людьми, юриспруденции, нередко – наличие высокой должности и руководящего положения, экономических «рычагов давления» на участников уго-ловного процесса и т. п.), мы пришли к выводу о назревшей необходимости повышения квалифи-кации следователей Следственного комитета РФ, занимающихся раскрытием рассматриваемых нарушений. При этом мы предлагаем ввести отдельную специализацию – специализацию по де-лам о преступлениях против конституционных прав человека.

   Полагаем, что при Следственном комитете должны быть организованы специальные обу-чающие курсы и программы, дающие следователям, помимо прочего, также необходимые позна-ния из других отраслей науки. В частности: в сфере практической психологии, основ журналисти-ки, религиоведения, документооборота, бухгалтерии предприятия, современных компьютерных и Интернет-технологий, в области конституционного, административного, избирательного и трудо-вого права. Очевидно, что следователю, специализирующемуся на расследовании преступлений против конституционных прав и свобод человека и гражданина, будет значительно легче ориен-тироваться и в раскрытии преступлений против свободного волеизлияния.

    Так, зная особенности того либо иного вероисповедания, следователь может чётче предста-вить мотивы нарушителя конкретного конституционного права, личность пострадавшего и пре-ступника и т. д. То же самое можно сказать и в отношении пользы от предложенной специализа-ции, которую может получить следователь при раскрытии преступлений против равноправия и трудовых прав человека. В частности, базовые знания в сфере бухгалтерского учёта и кадрового дела позволят лучше подготовиться и осуществить выемку и следственный осмотр соответствую-щей документации, в то время как практические познания в области психологии позволят лучше спланировать и реализовать допросы потерпевших, обвиняемых (подозреваемых) и свидетелей.

     Однако подчеркнём: внесённое нами предложение о введении дополнительной специализа-ции для следователей Следственного комитета РФ нисколько не умаляет роли специалистов. Оче-видно, что познания таковых в конкретной отрасли знания будут намного глубже, нежели у пер-вых. В связи с отмеченным рекомендуем следователям при раскрытии преступлений рассматри-ваемой категории как можно чаще обращаться именно к ним.


Следующие материалы:

Предыдущие материалы:

 

Blischenko 2017


Узнать больше?

Ваш email:
email рассылки Конфиденциальность гарантирована
email рассылки

ПОЗДРАВЛЕНИЯ!!!




КРУГЛЫЙ СТОЛ

по проблемам глобальной и региональной безопасности и общественного мнения в рамках международной конференции в Дипломатической академии МИД России

МЕЖДУНАРОДНОЕ ПРАВО

Право международной безопасности



Инсур Фархутдинов: Цикл статей об обеспечении мира и безопасности

№ 4 (104) 2016
Московский журнал международного права
Превентивная самооборона в международном праве: применение и злоупотребление (С.97-25)

№ 2 (105) 2017
Иранская доктрина о превентивной самообороне и международное право (окончание)

№ 1 (104) 2017
Иранская доктрина о превентивной самообороне и международное право

№ 11 (102) 2016
Стратегия Могерини и военная доктрина
Трампа: предстоящие вызовы России


№ 8 (99) 2016
Израильская доктрина o превентивной самообороне и международное право


7 (98) 2016
Международное право о применении государством военной силы против негосударственных участников

№ 2 (93) 2016
Международное право и доктрина США о превентивной самообороне

№ 1 (92) 2016 Международное право о самообороне государств

№ 11 (90) 2015 Международное право о принципе неприменения силы
или угрозы силой:теория и практика


№ 10 (89) 2015 Обеспечение мира и безопасности в Евразии
(Международно правовая оценка событий в Сирии)

Индексирование журнала

Баннер

Актуальная информация

Баннер
Баннер
Баннер

Дорога мира Вьетнама и России

Ирина Анатольевна Умнова (Конюхова) Зав. отделом конституционно-правовых исследований Российского государственного университета правосудия


Вступительное слово
Образ жизни Вьетнама
Лицом к народу
Красота по-вьетнамски
Справедливость и патриотизм Вьетнама
Дорогой мира вместе


ФОТО ОТЧЕТ
Copyright © 2007-2017 «Евразийский юридический журнал». Перепечатывание и публичное использование материалов возможно только с разрешения редакции
Яндекс.Метрика