Содержание журналов

Баннер
  PERSONA GRATA


Группа ВКонтакте

Баннер
Баннер
Баннер
Баннер


Единые государственные реестры как предмет посягательств при рейдерстве: проблемы теории и практики
Научные статьи
20.09.12 09:47

вернуться

  
ЕврАзЮж № 8 (51) 2012
Уголовное право и криминология
Шагиева Р.В., Букалерова Л.А.
Единые государственные реестры как предмет посягательств при рейдерстве: проблемы теории и практики
В статье рассматриваются проблемы несовершенства правового регулирования единых государственных реестров.

      В 2010 году вступили в силу антирейдерские поправки в Уголовный кодекс Российской Федерации. Однако это не привело к ожидаемому законодателем результату. Наоборот, как было указано 11 апреля 2012 года на заседании Совета при Президенте РФ по противодействию коррупции, количество рейдерских захватов в России стремительно выросло. По данным Следственного комитета России (далее – СКР), если в 2010 году следователи получили 69 сообщений о рейдерских захватах, то в 2011 году заявлений было почти 400. Количество уголовных дел также увеличилось в три раза: с 82 – в 2010 году до 251 – в 2011 году.

    Статистика МВД России также говорит о двукратном росте рейдерской активности. Так в 2010 году было зарегистрировано более 30 экономических преступлений, связанных с рейдерством, а в 2011 году – 77. Всего в МВД России расследуются 150 уголовных дел против рейдеров.

    К сожалению, мы можем прогнозировать высокую латентность рейдерских захватов, они стали все более высокотехнологичными, масштабными, продуманными. Вместо «братков» и «ЧОПов» в рейдерских захватах участвуют юристы, коррумпированные чиновники, сотрудники ФСБ, МВД и прокуратуры. Поэтому нас не могут успокоить данные официальной статистики: по подсчетам СКР, если в позапрошлом году ущерб от рейдеров оценивался в 16 млрд. рублей, то в 2011 году – лишь в 2 млрд.

     В связи с этим хотелось бы специально остановиться на том, насколько информационные преступления, в частности, незаконный оборот единых государственных реестров, способствуют совершению рейдерства. Председатель Следственного комитета России А. Бастрыкин отмечал, что практика расследования рейдерства показывает, что почти во всех случаях помощь рейдерам оказывают чиновники органов госвласти и местного самоуправления. По многим уголовным делам следователи видят по сути своей неправосудные судебные решения, в которых право собственности на захваченное имущество признается за рейдерами. Нередко сотрудники правоохранительных органов тоже оказывают «помощь» захватчикам –  изымают носители информации с реестрами акционеров, а в них потом вносят изменения. В помощь рейдерам возбуждаются заказные уголовные дела. Не гнушаются участием в рейдерских захватах и представители выборных органов. Они инициируют депутатские запросы, искажают освещение событий в СМИ, выполняют другие заказы рейдеров.

    Официальный представитель Главного управления экономической безопасности и противодействия коррупции МВД А. Пилипчук подтвердил, что сотрудники Росреестра за взятки позволяют аферистам вносить изменения в правах собственности на предприятия.

     В настоящее время реестры обозначены в качестве предметов посягательства в трех статьях УК РФ:  Федеральным законом от 30.10.2009 г. № 241-ФЗ была введена статья 185.2 УК РФ «Нарушение порядка учета прав на ценные бумаги», Федеральным законом от 01.07.2010 №147-ФЗ – две статьи – 170.1 УК РФ «Фальсификация единого государственного реестра юридических лиц, реестра владельцев ценных бумаг или системы депозитарного учета» и статья 285.3 УК РФ «Внесение в единые государственные реестры заведомо недостоверных сведений».

   Эти законодательные новеллы хотя и направлены на противодействие незаконному обороту реестров, оказались, как свидетельствует практика, недостаточно эффективны. Опубликованных уголовных дел мы не нашли.

    Считаем, что у правоприменителя возникли объективные сложности  с толкованием ряда формулировок элементов составов преступлений, предусмотренных ст. 170.1, 185.3, 285.3  УК РФ, а также – с доказыванием наличия причинных связей между совершенными деяниями и наступившими общественно-опасными последствиями и с определением размера ущерба.

    В качестве примеров можно привести случаи незаконного информационного оборота, способствующего рейдерству.

    1. Депутат села Новая Брянь В. Синюшкин по поддельным документам  сменил руководство одной из местных компании и продал ее имущество на сумму в 1,6 миллионов рублей. Депутат, воспользовавшись недействительными печатями, изготовил заведомо подложный протокол общего собрания акционеров, где вновь назначил себя гендиректором предприятия. Получив на основании этого протокола в налоговых органах необходимые документы, он снял с государственного учета принадлежащие на праве собственности акционерному обществу транспортные средства (два КамАЗа, прицепы к ним, а также трактор), продал их, а вырученные 1,6 миллиона потратил. 

     2. В январе 2011 года в Москве возбудили уголовное дело против группировки рейдеров, в которую входили два оперативника МВД. Рейдеры пытались захватить активы «Машиноимпорт» на сумму почти 300 млн. рублей.

    3. Генеральный директор ЗАО «Управляющая компания многоквартирными жилыми домами Октябрьского округа города Калуги» обвиняется в хищении 17,5 миллионов рублей, поступивших на счета компании в качестве оплаты жителями коммунальных услуг. По данным следователя по особо важным делам следственного отдела по городу Калуге В. Киреева, директор управляющей компании предоставил в налоговую инспекцию поддельный протокол собрания Товарищества собственников жилья Октябрьского округа Калуги, на основании которого был сменен директор данной организации и назначен лояльный к подозреваемому человек, с которым директор управляющей компании планировал заключать дальнейшие договоры по обслуживанию домов. Виновный обвиняется в совершении следующих преступлений: злоупотребление полномочиями в коммерческой организации (часть 1 статьи 201 УК РФ), присвоения в крупном размере (часть 4 статьи 160 УК РФ), отмывание денежных средств (часть 1 статьи 174.1 УК РФ) и фальсификация единого государственного реестра юридических лиц (часть 1 статьи 170.1 УК РФ).

    Проблема заключается в том, что уголовная ответственность за незаконный оборот реестров установлена, а их правовой режим не определен.

    Основной Федеральный закон от 27.07.2006 г. № 149-ФЗ в сфере информации «Об информации, информационных технологиях и о защите информации»  о реестрах вообще не упоминает, хотя в России действуют достаточное количество единых государственных реестров, о которых говорится в других более ранних законодательных актах. В их числе можно назвать «Градостроительный кодекс Российской Федерации» от 29.12.2004 г. № 190-ФЗ, который говорит о едином государственном реестре объектов культурного наследия (памятников истории и культуры) народов Российской Федерации;  Федеральный закон от 08.08.2001 г. № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей», упоминающий о едином государственном реестре юридических лиц,  и многие другие.

    Все существующие единые государственные реестры имеют разное назначение, круг регулируемых вопросов, выписки из них влекут неодинаковые правовые последствия. Целью создания реестров является учреждение единых банков данных, позволяющих в масштабах государства организовывать централизованный учет для надлежащей организации и контроля в соответствующих сферах государственной и общественной жизни, прежде всего в экономической сфере.

     Важное уточнение имеется в ст. 4 Федерального закона от 08.08.2001 г. № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей», где указано, что государственные реестры являются федеральными информационными ресурсами, ведутся на бумажных и электронных носителях.  Однако этого недостаточно, поэтому В. Плескачевский справедливо отметил, что понятие «реестр» по нынешнему законодательству – это то ли набор информации, то ли вещь.

    В целом один из авторов статьи давно последовательно обосновывал тезис о том, что хотя официальная статистика не свидетельствует о массовом совершении служебных подлогов и иных информационных преступлений, тем не менее изученные уголовные дела позволяют сделать вывод о наличии разновидностей незаконного оборота охраняемой государством официальной информации практически в каждом должностном преступлении.  Неслучайно достаточно давно И.Л. Бачило выделяла в качестве проблем в сфере информационного законодательства помимо общих вопросов информации, правового режима информационных ресурсов сложности регулирования таких видов информационных ресурсов, как архивы, архивные фонды; библиотечные фонды; реестры, кадастры, классификаторы; научно-техническая информация; правовая информация; служебная информация, официальная информация; массовая информация; деловая информация и другое.

    В аспекте приведенных рассуждений следует признать, что в целях унификации оборота указанных информационных ресурсов назрела  необходимость разработки и принятия отдельного законодательного акта о единых государственных реестрах.

    Кроме этого, следует обратить внимание на то, что Уголовный кодекс не унифицировал реестры как предметы посягательств. Так в ст. 285.3 УК РФ речь идет о единых государственных реестрах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, а в ст. 170.1 УК РФ они значительно сужены: здесь говорится только о двух из них – о едином государственном реестре юридических лиц и реестре владельцев ценных бумаг. Представляется, что такие разночтения должны быть законодательно устранены.

   Наконец, вряд ли можно согласиться с мнением Д.А. Семенова о том, что государственные служащие, не являющиеся должностными лицами, из корыстной или иной личной заинтересованности совершившие подлог официальных документов, являющихся составной частью соответствующего единого реестра, должны нести ответственность по ст. 292 УК РФ.

    Во-первых, реестры, даже имеющие статус единых государственных, предусмотренных законодательством Российской Федерации, не являются официальными документами. Во-вторых, официальный документ не будет в данном случае составной частью соответствующего единого реестра.

    В этой связи не совсем ясно, какая  ответственность должна наступать в случае, если иной субъект – не должностное лицо умышленно фальсифицирует иной единый государственный реестр?

    Логичнее усмотреть в деяниях, например, оператора ЭВМ (при наличии умысла) признаки статьи 272 УК РФ «Неправомерный доступ к компьютерной информации». Однако, учитывая реальную общественную опасность такого посягательства, необходимо опираться на характеристику объекта, а главное – на последствия такого посягательства.

     Поэтому считаем необходимым законодательно ввести в уголовный закон новую статью в следующей редакции: «Статья 327. 2 Внесение в единые государственные реестры заведомо недостоверных сведений.

     1. Умышленное внесение в один из единых государственных реестров, предусмотренных законодательством Российской Федерации, заведомо недостоверных сведений, а равно умышленное уничтожение или подлог документов, на основании которых были внесены запись или изменение в указанные единые государственные реестры, если обязательное хранение этих документов предусмотрено законодательством Российской Федерации, – наказываются…

   2. Те же деяния, совершенные с целью скрыть другое преступление или облегчить его совершение, – наказываются…

   3. Деяния, предусмотренные частями первой или второй настоящей статьи, повлекшие тяжкие последствия, –
наказываются …».

     Сформулированная уголовно-правовая новелла снимет ряд правоприменительных проблем и будет способствовать противодействию рейдерству.


Следующие материалы:

Предыдущие материалы:

 

Blischenko 2017


Узнать больше?

Ваш email:
email рассылки Конфиденциальность гарантирована
email рассылки

ПОЗДРАВЛЕНИЯ!!!




КРУГЛЫЙ СТОЛ

по проблемам глобальной и региональной безопасности и общественного мнения в рамках международной конференции в Дипломатической академии МИД России

МЕЖДУНАРОДНОЕ ПРАВО

Право международной безопасности



Инсур Фархутдинов: Цикл статей об обеспечении мира и безопасности

№ 4 (104) 2016
Московский журнал международного права
Превентивная самооборона в международном праве: применение и злоупотребление (С.97-25)

№ 2 (105) 2017
Иранская доктрина о превентивной самообороне и международное право (окончание)

№ 1 (104) 2017
Иранская доктрина о превентивной самообороне и международное право

№ 11 (102) 2016
Стратегия Могерини и военная доктрина
Трампа: предстоящие вызовы России


№ 8 (99) 2016
Израильская доктрина o превентивной самообороне и международное право


7 (98) 2016
Международное право о применении государством военной силы против негосударственных участников

№ 2 (93) 2016
Международное право и доктрина США о превентивной самообороне

№ 1 (92) 2016 Международное право о самообороне государств

№ 11 (90) 2015 Международное право о принципе неприменения силы
или угрозы силой:теория и практика


№ 10 (89) 2015 Обеспечение мира и безопасности в Евразии
(Международно правовая оценка событий в Сирии)

Индексирование журнала

Баннер

Актуальная информация

Баннер
Баннер
Баннер

Дорога мира Вьетнама и России

Ирина Анатольевна Умнова (Конюхова) Зав. отделом конституционно-правовых исследований Российского государственного университета правосудия


Вступительное слово
Образ жизни Вьетнама
Лицом к народу
Красота по-вьетнамски
Справедливость и патриотизм Вьетнама
Дорогой мира вместе


ФОТО ОТЧЕТ
Copyright © 2007-2017 «Евразийский юридический журнал». Перепечатывание и публичное использование материалов возможно только с разрешения редакции
Яндекс.Метрика