Содержание журналов

Баннер
PERSONA GRATA

В кризисе юридической науки во многом виноваты сами учёные
Интервью с доктором юридических наук, профессором, заслуженным юристом Российской Федерации Николаем Александровичем Власенко

Группа ВКонтакте

Баннер
Баннер
Баннер
Баннер


Регулирование нормами обычного права земельных отношений у карачаевцев и балкарцев в первой половине xix века
Научные статьи
16.10.12 12:48

вернуться

  
ЕврАзЮж № 9 (52) 2012
Теория и история государства и права
Доклаев Н.С.
Регулирование нормами обычного права земельных отношений у карачаевцев и балкарцев в первой половине xix века
В статье рассмотрены особенности регулирования земельных отношений у карачаевцев и балкарцев в I половине XIX в.

   Исторические источники отражают наличие в первой половине XIX века у карачаевского и балкарского народов феодальных отношений, которые вместе с тем были связаны массой патриархальных пережитков, связанных с кровнородственными взаимосвязями и с наличием общей собственности на землю. Вместе с тем, как отмечает Ф.Д. Эдиева, «…в то время карачаевское общество связывали не столько кровные узы, сколько разъединяли частнособственнические интересы».  Можно сказать, что единство родственников было лишь на социально-психологическом уровне и при реализации способа производства не имело существенного значения.

   Основными видами хозяйствования карачаевцев и балкарцев являлись земледелие и скотоводство, что обусловливало роль и значение земли как основного средства производства. В связи с этим интерес представляет рассмотрение вопроса о принадлежности земли, о праве собственности на землю у карачаевцев и балкарцев в период зарождения феодальных отношений, в период завоевания Карачая и Балкарии Российской империей.

   Ряд авторов считали, что социальный строй горских народов Кубанской области является, по сути, родовым строем, отрицали наличие классовых противоречий и частного землевладения.

   В то же время Б.В. Миллер, исследовавший карачаевскую общину в XIX веке, отмечал, что «родовой организации, собственно говоря, не существует. Родовой быт не кладет почти никакого отпечатка на земельные отношения карачаевцев, и принцип индивидуализации всецело восторжествовал над общинно-родовым строем».  При этом под принципом индивидуализации Б.В. Миллер понимал возникновение частной собственности. В карачаевском обществе она распространялась не только на дом и двор, но также на пахотные и покосные земли, зимние пастбища, на скот.

    Развитие феодальной земельной собственности прослеживается в адатах – нормах обычного права горских народов, которые отражали и закрепляли те отношения, которые уже сложились в обществе. Адаты, относящиеся к первой половине XIX  века, содержали положения, в соответствии с которыми разрешалось отчуждение земельных участков путем их купли-продажи, залога, дара и т.п. К этому времени в соответствии с адатами можно выделить три формы существовавших земельных отношений, в том числе общинную собственность, частную феодальную собственность и подворно-наследственное землевладение.

    Общинную собственность составляли леса и джайлыки (летние пастбища). Летними пастбищами были заняты альпийские луга, а также земли, непригодные для пашен и покоса. Они были расположены по северным склонам Главного Кавказского хребта и высоко в горах к северо-западу от Эльбруса. Общинные пастбища находились достаточно далеко от селений, в связи с чем прогон к ним скота представлял определенные трудности и был возможен и выгоден не для всех. По мере развития скотоводства летние пастбища постепенно стали переходить во владение крупных скотоводов.

   Регулирование выпаса скота на общинных землях регулировалось нормами обычного права. Как отмечает Ф.Д. Эдиева, «на общинных собраниях селений определялись сроки и порядок выпаса скота, перегон его на летние и зимние пастбища. Обычное право строго наказывало волю общины в виде бойкота или штрафа, поступавшего в пользу всей общины».  В низменной местности скот обычно пасли с начала июня по сентябрь, а в высокогорных районах – с начала июля до середины августа.

   Относительно пахотных участков (сабанов) и сенокосных земель (биченликов) можно заметить, что в середине XIX века они уже практически вышли из общинной собственности. О прежней их принадлежности общине свидетельствует целый ряд сохранившихся к этому времени адатов, согласно которым после уборки хлебов и сена земли переходили под общий выпас, жители имели право пользования общинными пастбищами даже в случае их переселения в другие аулы, все имели право пользоваться инвентарем во время запашки, а также весной при недостатке кормов брать сено из чужого стога.

   Следующим видом земельных отношений являлось подворно-наследственное владение, которое возникало в результате осваивания, отвоевывания земель у природы, их приспособление для нужд сельскохозяйственного производства. Основанием возникновения данного вида земельных отношений выступала реализация обычного права трудовой заимки, т.к. подготовка диких участков общинной земли к использованию требовала трудоемких вложений: расчистку от камней, кустарников, леса, неоднократную вспашку, поливку и удобрения, нередко требовалось проведение оросительной системы, что требовало немалых усилий. То же самое можно сказать и относительно использования сенокосных участков.

   Сабаны и биченлики поступали в частную собственность определенных семей в результате частной заимки и в дальнейшем передавались в порядке наследования. Такие участки выступали предметом купли-продажи, дарения, в качестве выкупа при убийстве, за калым и за воспитание ребенка при аталычестве. 

    Архивные документы, приводимые Ф.Д. Эдиевой, подтверждают факты владения землей, полученной в качестве выкупа за убийство. Так «Болуровы отделились от Чотчаевых, с которыми поделили и родовую землю, но землю эту впоследствии за убийство одним из Болуровых одного из Чотчаевых отдали Чотчаевым в уплату крови. Земля эта лежит по берегу реки Хурзук».

    Что касается отношений феодальной собственности, то ее субъектами в карачаево-балкарском обществе выступали, прежде всего, представители высших сословий: бии – у карачаевцев и таубии – у балкарцев. При этом наилучшие земли у карачаевцев принадлежали всего трем бийским фамилиям – Крымшамхаловым, Дудовым и Карабашевым.

   Труды комиссии по исследованию современного положения землепользования и землевладения карачаевского народа Кубанской области свидетельствуют: «Владения эти, как установлено исследованиями, образовались путем захватов сильных фамилий. Захваты производились в то время, когда карачаевское племя управлялось старшинами и узденями, которые, пользуясь своими владениями, стояли во главе народа, распоряжались земельным имуществом, захватывали лучшие земли, беспрепятственно пользовались ими и присваивали их впоследствии себе как собственность; народ же, находясь в полной зависимости от этих лиц, подчинялся этим земельным распорядкам».

    Захват земель феодальной знатью проходил постепенно. При этом существовавшие адаты не давали оснований для этого. Вследствие чего феодалы прибегали к различным ухищрениям, ссылаясь, прежде всего, на давность владения землями как на основание перехода их в частную собственность.

    Распределение общинных пастбищных и сенокосных земель происходило по количеству скота, что также обеспечивало переход этих угодий в частную собственность прежде всего феодалов, которые владели значительным количеством голов скота. Особенно это касалось зимних пастбищ – кышылыков, которые в первую очередь перешли в  собственность зарождающейся феодальной знати, тогда как основная масса населения вообще не имела ни сенокосных угодий, ни зимних пастбищ. В связи с этим А.В. Фадеев отмечал: «…главная причина малоземелья, обрекавшая трудящихся горцев на тяжкий труд и полуголодное существование, коренилась в аграрном строе горского общества и прежде всего в господстве крупного феодального землевладения и эксплуататорских притязаний местной знати в отношении общинной и мелкой крестьянской собственности. К середине  XIX века лучшие зимние пастбища в Карачае перешли во владение феодальной верхушки, хотя и не считались частновладельческими землями».

   Существенной чертой, свидетельствующей о развитии феодальных отношений в недрах карачаево-балкарского народа, является то, что захваченные феодалами общинные земли использовались не только непосредственно для нужд соответствующей фамилии, но и передавались представителям подвластных сословий. Категория «узденлик» означает земельный участок, который передавался бием узденю. Как свидетельствуют документы, «значительную часть этих земель поотдавали в разное время тем из узденей, которые наиболее заслужили этого своею приверженностью к ним, или же тем, от которых сами получали немало подарков».  Посредством раздачи земель в узденлик возникали вассальные отношения, и уздени в ответ должны были нести определенные повинности в виде добровольных приношений и взаимопомощи. Наследники «вознагражденного» могли осуществлять раздел полученной земли, но при этом каждый из них становился данником бия. Вместе продажа таких земель и передача их в наследство по женской линии не допускались, т.к. в таких случаях бий лишался поданного.

   К середине  XIX века под воздействием русской администрации вассальные отношения стали ослабевать. При этом бии не желали мириться с утратой прав на земли, отданные в узденлик, а уздени протестовали против таких притязаний биев: «За полученные нами земли мы уплатили гораздо больше, чем они стоят, а следовательно земли эти сделались нашей полной собственностью, которую мы можем продавать или дарить, как родовые свои земли».  С 1830 г. передача земель в узденлик прекратилась, а в 1850 году прекратилось принесение подарков за эти земли.

     Повинности зависимых крестьян за полученную от феодалов землю состояли в натуральной и отработочной ренте. Как отмечает Ф.И. Леонтович, в соответствии с адатами, «кулы и казаки за получаемую от старшины землю должны были обрабатывать поля, косить и свозить в дом старшины на своих ишаках».  Отработочная рента предполагала осуществление различных видов работ, в том числе доставку дров, создание и очистку оросительных систем, уход за скотом феодала и др. К середине XIX  века появляется также денежная рента, при которой крестьянин должен был отдать своему хозяину больше половины заработанных денег. «Если владелец сам отдавал крестьянина в работники, то он получал весь его заработок».

     Таким образом, к середине XIX  века в карачаево-балкарском обществе шло постепенное развитие феодальных отношений, которые характеризовались возникновением крупной феодальной собственности на землю, выступающей, прежде всего, как индивидуальная собственность. В то же время эти феодальные отношения были опутаны массой патриархально-общинных пережитков,  которые закреплялись в нормах обычного права – адатах и которые выступали сдерживающим фактором на пути развития феодализма. В связи с этим зарождающаяся феодальная верхушка была вынуждена искать пути для развития соответствующих производственных отношений, для перехода в свою собственность, прежде всего, земель, выступающих в то время в силу своей недостаточности главной материальной ценностью для карачаево-балкарского народа. Одним из основных путей такого развития является обоснование своих захватнических действий существующими нормами обычного права, а также создание новых адатов, отражающих интересы феодальной знати.


Следующие материалы:

Предыдущие материалы:

 

от Монро до Трампа


Blischenko 2017


Узнать больше?

Ваш email:
email рассылки Конфиденциальность гарантирована
email рассылки

ПОЗДРАВЛЕНИЯ!!!




КРУГЛЫЙ СТОЛ

по проблемам глобальной и региональной безопасности и общественного мнения в рамках международной конференции в Дипломатической академии МИД России

МЕЖДУНАРОДНОЕ ПРАВО

Право международной безопасности



Инсур Фархутдинов: Цикл статей об обеспечении мира и безопасности

№ 4 (104) 2016
Московский журнал международного права
Превентивная самооборона в международном праве: применение и злоупотребление (С.97-25)

№ 2 (105) 2017
Иранская доктрина о превентивной самообороне и международное право (окончание)

№ 1 (104) 2017
Иранская доктрина о превентивной самообороне и международное право

№ 11 (102) 2016
Стратегия Могерини и военная доктрина
Трампа: предстоящие вызовы России


№ 8 (99) 2016
Израильская доктрина o превентивной самообороне и международное право


7 (98) 2016
Международное право о применении государством военной силы против негосударственных участников

№ 2 (93) 2016
Международное право и доктрина США о превентивной самообороне

№ 1 (92) 2016 Международное право о самообороне государств

№ 11 (90) 2015 Международное право о принципе неприменения силы
или угрозы силой:теория и практика


№ 10 (89) 2015 Обеспечение мира и безопасности в Евразии
(Международно правовая оценка событий в Сирии)

Индексирование журнала

Баннер

Актуальная информация

Баннер
Баннер
Баннер

Дорога мира Вьетнама и России

Ирина Анатольевна Умнова (Конюхова) Зав. отделом конституционно-правовых исследований Российского государственного университета правосудия


Вступительное слово
Образ жизни Вьетнама
Лицом к народу
Красота по-вьетнамски
Справедливость и патриотизм Вьетнама
Дорогой мира вместе


ФОТО ОТЧЕТ
Copyright © 2007-2017 «Евразийский юридический журнал». Перепечатывание и публичное использование материалов возможно только с разрешения редакции
Яндекс.Метрика