Содержание журналов

Баннер
PERSONA GRATA

Content of journals

Баннер
Баннер
Баннер
Баннер


Особенности сложного объекта в части четвертой Гражданского кодекса России
Научные статьи
16.10.12 13:30

вернуться

  
ЕврАзЮж № 9 (52) 2012
Гражданское право
Хайруллин Ф.Р.
Особенности сложного объекта в части четвертой Гражданского кодекса России
В статье рассматривается интеллектуальная деятельность в составе сложного объекта в части четвертой ГК РФ. Показан ряд недостатков, которые затрудняют эффективную деятельность в данной сфере.

   Одной из важнейших новелл IV части Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), вступившего в силу 1 января 2008 года, является включение в ГК отдельной статьи, регулирующей вопросы, связанные с использованием результатов интеллектуальной деятельности в составе сложного объекта (ст. 1240 ГК РФ).

    Прежнее законодательство не учитывало специфики новой группы сложных объектов и предоставляло правовую охрану только отдельным ее элементам. На ранних этапах развития кинематографа ему нередко отказывали в творческой составляющей и, как следствие, не признавали объектом авторского права. Кинофильм не вписывался в устоявшееся к тому времени представление о художественном творении. То обстоятельство, что съемка кинофильма и его демонстрация осуществлялись при помощи технических приспособлений, давало повод отрицать творческий элемент в создании кинематографических произведений.

    В соответствии со ст. 13 Закона РФ «Об авторских и смежных правах» 1993 г., исключительное право на фильм принадлежало группе физических лиц – постановщику, композитору, сценаристу, кинооператору и т.п. В этом случае результат деятельности всех творцов сложного комплексного результата ставился в зависимость от произвола одного из них, интересы каждого из участников были подвержены риску, связанному с судьбой прав другого участника.  Стало очевидно, что правовой режим единого, но сложного результата, состоящего из множества разнородных объектов, нуждается в специальном правовом регулировании.    

    В результате был введен правовой институт сложного объекта. В тех целях, в которых данное понятие используется в ГК, оно означает объект, который «включает» несколько разных результатов интеллектуальной деятельности (п. 1 ст. 1240 ГК) в том или ином сочетании (п. 1 ст. 1542 ГК). Эти результаты входят в состав сложного объекта в качестве его компонентов. При этом очевидно имеется в виду не просто механическое составление такого объекта, а определенное, как правило, творческое объединение, соединение в нем разных результатов интеллектуальной деятельности, поскольку сложный объект всегда создается с какой-то целью и имеет определенное назначение (ч. 1 ст. 1543 ГК).

    В статье 1240 ГК РФ установлены основания возникновения права на сложный объект. Наряду с созданием сложного объекта следует различать юридические основания возникновения права на сложный объект, а также юридические основания использования этого права, которые могут отличаться от оснований возникновения этого права.

     Юридические основания возникновения права на сложный объект подчиняются двум основным правилам: 1) правилу заключения договора об отчуждении исключительного права (ст. 1234 ГК РФ); 2) правилу заключения лицензионного договора (ст. 1235 ГК РФ). При этом особенности, касающиеся заключения того или иного договора, напрямую зависят от вида сложного объекта (кинофильма, иного аудиовизуального произведения, театрально-зрелищного представления, мультимедийного продукта, единой технологии). То есть договорные условия на использование результатов интеллектуальной деятельности в составе сложного объекта должны, с одной стороны, соответствовать общим требованиям заключения договора, а с другой – специальным требованиям, которые предъявляет действующее законодательство к конкретному объекту.

    Как отмечает Ю.П. Свит, в нормах, регулирующих сложный объект, законодатель поддержал интересы в первую очередь организаторов создания сложных объектов (продюсеров) (см. п.п. 1, 2, 4 ст. 1240 ГК РФ), чтобы исключить возможность отдельных авторов парализовать использование «сложных объектов».  Наличие лица, организовавшего создание сложного объекта, – основный и неотъемлемый признак данного правового института. 

    В п. 19.1 Постановления Пленума Верховного суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного суда РФ от 26 марта 2009 года № 5/29 «О некоторых вопросах, возникших в связи с введением в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 5/29) разъясняется, что под лицом, организовавшим создание сложного объекта, следует понимать лицо, ответственное за организацию процесса создания такого объекта, в частности, лицо, взявшее на себя инициативу и ответственность за создание соответствующего объекта (продюсер и т.п.).

   В ст. 1263 ГК РФ указанное лицо именуется «изготовителем». Это может быть как физическое, так и юридическое лицо (организация). Такое лицо иногда является автором одного из результатов, вошедших в состав сложного объекта, но это необязательно.

    Выражение «лицо, взявшее на себя инициативу и ответственность» за создание определенного объекта и приобретающее в результате этого права на данный объект, фигурирует и в ст. 1322 ГК РФ при определении изготовителя фонограммы. Это выражение используется и в некоторых национальных законодательствах (Франция, Бельгия и др.).

    О поддержке законодателем интересов продюсеров в 4 части ГК РФ свидетельствует ряд презумпций, облегчающих их положение (ст. 1240 ГК РФ).

    Во-первых, согласно п. 1 ст. 1240 ГК РФ, в случае если результат интеллектуальной деятельности создается специально для включения в сложный объект, соответствующий договор считается договором об отчуждении исключительного права, если самим договором не предусмотрено иное. Эта специальная презумпция прямо противоположна той, которая в виде общего правила установлена в п. 3 ст. 1233 ГК. Кроме того, она практически неопровержима: не имеет значения доказывание того, что стороны в действительности имели в виду, заключая договор, важно, что в ней прямо не указано иное.

    Необходимо отметить, что у авторов «сложного объекта» и авторов отдельных результатов интеллектуальной деятельности, из которых в совокупности и состоит «сложный объект», после отчуждения своего исключительного права одному лицу сохраняются только личные неимущественные права на результат (иногда – право на получение вознаграждения). По нашему мнению, данная норма дает возможность недобросовестным продюсерам наносить вред авторам результатов интеллектуальной деятельности. Так если, например, театральный или шоу-продюсер для осуществления своего проекта привлек авторов, заключил с ними договоры на создание произведений (либретто, сценария, музыки, оформления, хореографии и т.д.) для включения в этот проект и не упомянул в этих договорах о передаче прав, исключительные права на их использование окажутся у продюсера. А художник-мультипликатор, создавший культовый персонаж, уже не сможет самостоятельно передавать право использования своего произведения третьим лицам.

    Во-вторых, лицо, организовавшее создание сложного объекта, получает право указывать свое имя, если оно само использует этот объект, или требовать указания своего имени от других лиц, использующих такой объект. Следует отметить, что лицо, организовавшее создание сложного объекта, не считается автоматически автором этого объекта: абз. 2 п. 1 ст. 1228 ГК РФ организационные действия не относит к творческим действиям. Тем не менее, п. 4 закрепляет за таким лицом особое «право на имя».

    В-третьих, согласно п. 2 ст. 1240 ГК РФ, лицензионный договор, предусматривающий использование результата интеллектуальной деятельности в составе сложного объекта, заключается на весь срок и в отношении всей территории действия соответствующего исключительного права, если договором не предусмотрено иное, причем любые условия лицензионного договора, ограничивающие использование результата интеллектуальной деятельности в составе сложного объекта, недействительны.  То есть для этого случая закон вводит два существенных ограничения прав лицензиара по сравнению с тем, как эти права очерчены в ст.ст. 1235–1237 ГК. Таким образом, условия лицензионного договора, относящиеся к предоставляемому лицензиаром использованию исключительного права, не могут ограничивать использование сложного объекта, в состав которого входит соответствующий результат интеллектуальной деятельности (п. 2 ст. 1240 ГК). Эта норма практически означает, что для случаев использования по лицензии результата интеллектуальной деятельности в составе сложного объекта сфера действия правил, установленных в абз. 2 п. 1 ст. 1235 и п. 3 ст. 1237 ГК, серьезно сужается: допускаемые способы использования соответствующего результата в составе сложного объекта зависят не от условий лицензионного договора, а от допускаемых законом способов использования самого сложного объекта, то есть от их правомерности.

    Здесь необходимо отметить, что абз. п. 1 ст. 1240 ГК, позволяющий изменить условия лицензионного договора соглашением сторон, входит в определенное противоречие с п. 2 данной статьи, указывающим на невозможность сторон в лицензионном договоре ограничить использование результатов интеллектуальной деятельности в составе сложного объекта. Норма абз. 3, как видно из ее построения, является диспозитивной, и очевидно, что, если стороны договора «предусмотрят иное», будет нарушена норма, содержащаяся в п. 2 ст. 1240. На это противоречие в доктрине уже обращалось внимание.  По мнению С.П. Гришаева, в абзаце 3 п. 1 ст. 1240 ГК и в целом в п. 1, речь идет о лицензионных договорах, касающихся использования РИД не только в составе сложного объекта, но и иным образом.  При этом такие договоры могут предусматривать исключения из предоставляемых прав использования. Однако в соответствии с п. 2 такие исключения, ограничивающие право использования РИД в составе сложного объекта, являются недопустимыми. Мы же считаем, что указанное противоречие может быть разрешено только законодателем. До такого решения вопроса Постановление № 5/29 предписывает считать норму абз. 3 п. 1 ст. 1240 исключением из общей нормы, зафиксированной в п. 2 ст. 1240.

    Безусловно, положения ст. 1240 ГК, предоставляющие широкие возможности продюсерам, ухудшают положение авторов результатов интеллектуальной деятельности, входящих в сложный объект. Мы считаем, что императивный характер нормы, не позволяющей ограничивать использование результатов интеллектуальной деятельности в составе сложного объекта, может на практике породить серьезные проблемы, в том числе касающиеся толкования условий заключаемых договоров, разрушить наработанную судебную практику. Исходя из имеющихся формулировок и наличия у авторов, в частности, «права на неприкосновенность произведения», на практике возможна неопределенность относительно принадлежности прав.

   Как представляется, издательства, заинтересованные в использовании произведений, вошедших в сложные объекты, теперь будут вынуждены весьма непростым образом строить свои отношения как с их производителями, так и с авторами вошедших в них произведений. Причем лица, организовавшие создание сложного объекта, могут считать себя вправе без согласия автора осуществлять и разрешать любое использование любых вошедших в такие сложные объекты произведений, в том числе отдельно от фильма или иного аудиовизуального произведения, например, при выпуске литературной версии кинематографического произведения и т.д.

     Таким образом, по нашему мнению, в правовом регулировании сложного объекта существует ряд недостатков, которые затрудняют эффективную деятельность в данной сфере.


Следующие материалы:

Предыдущие материалы:

 

от Монро до Трампа


Узнать больше?

Ваш email:
email рассылки Конфиденциальность гарантирована
email рассылки

Blischenko 2017


ПОЗДРАВЛЕНИЯ!!!




КРУГЛЫЙ СТОЛ

по проблемам глобальной и региональной безопасности и общественного мнения в рамках международной конференции в Дипломатической академии МИД России

МЕЖДУНАРОДНОЕ ПРАВО

Право международной безопасности



Инсур Фархутдинов: Цикл статей об обеспечении мира и безопасности

№ 4 (104) 2016
Московский журнал международного права
Превентивная самооборона в международном праве: применение и злоупотребление (С.97-25)

№ 2 (105) 2017
Иранская доктрина о превентивной самообороне и международное право (окончание)

№ 1 (104) 2017
Иранская доктрина о превентивной самообороне и международное право

№ 11 (102) 2016
Стратегия Могерини и военная доктрина
Трампа: предстоящие вызовы России


№ 8 (99) 2016
Израильская доктрина o превентивной самообороне и международное право


7 (98) 2016
Международное право о применении государством военной силы против негосударственных участников

№ 2 (93) 2016
Международное право и доктрина США о превентивной самообороне

№ 1 (92) 2016 Международное право о самообороне государств

№ 11 (90) 2015 Международное право о принципе неприменения силы
или угрозы силой:теория и практика


№ 10 (89) 2015 Обеспечение мира и безопасности в Евразии
(Международно правовая оценка событий в Сирии)

Индексирование журнала

Баннер

Актуальная информация

Баннер
Баннер
Баннер

Дорога мира Вьетнама и России

Ирина Анатольевна Умнова (Конюхова) Зав. отделом конституционно-правовых исследований Российского государственного университета правосудия


Вступительное слово
Образ жизни Вьетнама
Лицом к народу
Красота по-вьетнамски
Справедливость и патриотизм Вьетнама
Дорогой мира вместе


ФОТО ОТЧЕТ
Copyright © 2007-2017 «Евразийский юридический журнал». Перепечатывание и публичное использование материалов возможно только с разрешения редакции
Яндекс.Метрика