Содержание журналов

Баннер
PERSONA GRATA

Content of journals

Баннер
Баннер
Баннер
Баннер


Ответственность за преступления против свободы человека в истории уголовного права России
Научные статьи
17.10.12 10:01

вернуться

  
ЕврАзЮж № 9 (52) 2012
Уголовное право и криминология
Казамиров А.И., Филиппов О.А.
Ответственность за преступления против свободы человека в истории уголовного права России
Статья посвящена истории развития уголовной ответственности за преступления против свободы личности в России. Авторы анализируют источники российского права в период с X по XX века.

  В истории человечества не было периода, когда бы не нарушалось право человека на свободу и личную неприкосновенность. Как справедливо отмечал Б. Чичерин, «к числу учреждений, составляющих завещанное веками наследие всех народов, по крайней мере в известную эпоху их жизни, принадлежало состояние несвободы. Рабство мы видим уже в глубочайшей древности: нет народа, у которого оно бы не проявлялось в той или иной форме».

    С образованием такого института как государство, основной функцией которого стало регулирование общественных отношений, а также отношений человека и власти, защита свободы и личной неприкосновенности, заняла не последнее место в праве разных народов.

    Анализируя тексты документов русского права, мы попытаемся определить, в какой степени и каким образом в России осуществлялась уголовная защита права на свободу и личную неприкосновенность.

   Наиболее крупным памятником в истории русского права периода начала феодализма является «Русская правда».

    Так Краткая редакция «Русской правды» содержит норму (ст. 29), предусматривающую штраф за увод (похищение) холопа, размер которого превышает даже штраф за убийство холопа: «А оже уведеть чюжь холоп любо робу, платити ему за обиду 12 гривне».  Как видим, таким образом закон «защищает» холопа лишь как собственность феодала.

   Следует отметить, что в «Русской правде» закреплена попытка государства урегулировать процесс обращения свободного человека в холопа.

    Так ст. 61 Пространной редакции «Русской правды» запрещает продажу закупа как холопа и предусматривает ответственность господина за подобную сделку: «Продастъ ли господин закупа  обель, то наймиту свобода во всех кунах, а господину за обиду платити 12 гривен продаже».

    Среди источников древнерусского рабства Б.Н. Чичерин называет плен, женитьбу, заем, наем, добровольное подданство. «Все могло свободного человека сделать рабом, не говоря уже о способностях производственных, как то купля и рождение в холопском состоянии».

  В ст. 110 «Русской правды» устанавливаются три случая утраты личной свободы и перехода в состояние холопства:
а) продажа человека при свидетелях;
б) женитьба на рабе без соответствующего соглашения;
в) вступление в должности тиуна и ключника также без соответствующего соглашения.

   Перечислив все источники рабства, «Русская правда» старается указать путь, как можно его избежать. Интересно то, что плен не являлся источником рабства, что было характерно для многих государств Европы.

   Предпосылкой развития в русском праве понятия личной свободы и неприкосновенности можно считать, на наш взгляд, наличие статьи 2 в Уставе Князя Яро-слава (краткая редакция), направленной против языческого обряда умыкания невесты.  Следует отметить, что объектом данного преступления являлась свобода и личная неприкосновенность только свободной женщины (не рабыни). Кроме этого, умыкание невесты нарушало церковные обычаи и считалось скорее преступлением против интересов церкви, нежели интересов и свободы женщины.

   Среди нормативно-правовых документов XV–XVII вв. особо важными являются Судебники 1497 и 1550 года, Статут Великого княжества Литовского 1529 г., Соборное уложение 1649 года.

    Судебник 1497 года предусматривал ответственность за головную татьбу (ст. 9). Относительно понятия татьбы нет единого мнения. По словам В.Н. Татищева, «головной тать на местах разумеет смертоубийцу, да и всякий тать, по словам христовым, из того не выключен»;  т.е. тать – вор и убийца. Л.В. Черенкин считал, что под головной татьбой следует рассматривать воровство, сопровождавшееся убийством.  Оспаривая это положение, Е.И. Комячева присоединяется к сложившейся в историко-правовой литературе позиции, согласно которой головная татьба – это по-хищение людей, преимущественно холопов.  Мера наказания за похищение «говорящей собственности» феодала ужесточилась. Кража холопов, по мнению одних авторов, каралась смертной казнью, по мнению других –  «похолоплением» виновных: «А государственному убойце и коромолнику, церковному татю, и головному, и подынщику, и зажигальнику, ведомому лихому человеку живота не дати, казнити его смертною казнью».

    В Судебнике 1550 года появляется положение, запрещающее холопам-родителям «холопить» своих детей, рожденных на свободе. На наш взгляд, данную норму можно рассматривать как начало формирования некоторого воспрепятствования росту холопства на Руси.

    Впервые в Судебнике 1550 г. в ст. 70 закрепляется норма, контролирующая деятельность наместничьего суда со стороны выборного управления наместников и волостей при производстве ими арестов и дачи на поруки местных жителей. Статья признает незаконным арест и наложение оков на людей, нуждавшихся в поручительстве, без ведома выборных от дворянства властей – приказчиков, городовых, выполнявших судебные обязанности и присутствовавших на суде наместника в качестве представителей уездного дворянства. Если родственники арестованных предъявят выборным властям жалобу на незаконный арест, арестованный освобождается  под их поручительство. Виновные в незаконном аресте выплачивают арестованному «бесчестье» и возмещают в двойном размере нанесенный ущерб.

    Появление этой нормы, как справедливо отмечает Б.А. Романов, позволяет сделать заключение о распространенности (до Судебника 1550 г.) таких арестов как приема для всяческого вымогательства и наживы, не говоря уже о сведении любых личных счетов.

   «Статут Великого княжества Литовского» 1529 г., вошедший в «Уставную книгу разбойного приказа», содержал три нормы, касающиеся защиты свободы человека:
а) Еврей, татарин не должен держать в неволе христиан (статья 6).
б) Свободный человек не должен быть обращен в неволю ни за какое преступление (статья 7).
в) Если бы кто-нибудь продал в рабство своего сына или свободного человека (о том, что попавший в рабство за долги свободный человек может снова считаться свободным, отдав деньги кредитору), (статья 8).

    Таким образом, законом вновь обговаривались условия обращения свободного человека в холопа, а личная свобода оставалась предметом купли-продажи, особого вида залога.

   Позднее Соборное Уложение 1649 года, с одной стороны, запрещало продавать принявших православие (крещеных) людей (с. 97).

   С другой стороны, запретив торговлю крещеными людьми, ст. 117 Уложения отменила запрет Указа 1623–1624 гг. покупать людей из нерусского населения Сибири и Астрахани. Купленные, завещанные и переданные в собственность татары подлежали регистрации у властей с обозначением примет. Похищение, насильственный захват татар преследовались и влекли жестокое наказание. Однако закон открывал в данном случае лазейку: похищенные крещеные татары оставались у похитителя, он должен был уплатить за них тем, у кого они были похищены, цену больше обычной.

   Уже в начале XVIII века в Артикуле воинском предусматривалась смертная казнь через отсечение головы за похищение и торговлю людьми. (Артикуль 187 гласил: «Ежели кто человека украдет и продаст, оному надлежит, если докажется, голову отсечь».  Также в Уставе благочиния 1785 г. в ст. 267 говорилось: «Буде кто учинит насильство, разбой или увоз, или похищение, того имать под стражу и ото-слать к суду, где поступать с ними, как законы повелевают».).

    Значительным шагом в развитии уголовного законодательства и норм, защищающих свободу личности, явилось принятие в 1845 году Уложения о наказаниях уголовных и исправительных.

   Раздел X Уложения был посвящен преступлениям против «жизни, здравия, свободы и чести частных лиц». Глава VII «О противозаконном задержании и заключении» раздела гласила: «Тот, кто самовольно или насильно лишал кого-либо свободы более чем на три месяца, лишался всех особенных, лично и по состоянию присвоенных прав и преимуществ, ссылался в Сибирь, подвергался заключению до 2 лет. Если самовольное заключение или задержание продолжалось более недели, то виновному грозил смирительный дом от 1 года до 2 лет, а если не более недели – то тюрьма от 3 до 6 месяцев (ст. 2025)».

    Раздел IX «О преступлениях против прав семейных» содержал норму, предусматривающую ответственность за похищение замужних женщин и вступление с ними в брак, что влекло наказание по статьям 2004–2006.

   В Уложении 1845 года в IX разделе как особое преступление выделялись продажа в рабство и участие в торге неграми. Это подразумевало продажу народами Средней Азии или другими иноплеменными, состоящими в подданстве России, людей в рабство и влекло лишение всех прав состояния и ссылку на каторгу на срок до 10 лет с плетьми и наложением клейм (ст. 1860). Аналогичное наказание полагалось за приготовление и вооружение корабля для производства торга (ст. 1861).

    В том же IX разделе Уложения каторгой до 6 лет, плетьми и наложением клейм или тюрьмой на срок до 2 лет либо смирительным домом до 3 лет наказывались похищение или продажа ребенка. Даже временное оставление его у себя влекло штраф или лишение свободы (ст. 1857–1859).

   Однако и торговля неграми, и похищение детей по Уложению не являлись преступлением против свободы и неприкосновенности личности, а лишь нарушением закона о состояниях, определяющих сословный строй России.

    Когда же кто-либо взят под стражу без достойных на то причин или когда виновный в том не имел на сие по закону или особому разрешению права, то виновный подвергался высшей мере наказания.

   Уложение о наказаниях уголовных и исправительных 1845 г. в редакции 1885 г. содержало главу пятую, объединившую в себе составы, объектом которых является свобода человека. Такое объединение в одну группу всех видов посягательства на личную свободу следует признать вполне правильным в системе Особенной части уложения, т.к. нарушенное право на личную свободу составляет существенный признак, резко выделяющий этого рода деяние из ряда других правонарушений.

    Уложение объединяло в одной главе все составы, объектом которых является свобода личности.  В этой главе детально регламентировалось задержание (ст. 37) или заключение кого-либо (ст. 39). Уложение предусматривало ответственность за простое задержание (ст. 37) и задержание: а) матери или законного отца; б) должностного лица при отправлении или по поводу отправления им служебной обязанности; в) мучительное или опасное для жизни задержанного или заключенного, также предусматривается ответственность за помещение или задержание личности по-средством насилия, угрозы, обмана или злоупотребления власти; г) заведомо не-одержимого душевной болезнью в больницу для умалишенных; д) лица женского пола, не внесенного в список публичных женщин, в дома терпимости. Наказанием за подобные преступления являлось заключение в тюрьму сроком не менее трех лет содержания.

    Уложение содержало нормы, защищающие свободу несовершеннолетних. К тому же следует отметить, что законодатель детально регламентировал степень наказания в зависимости от возраста похищенного ребенка и цели похищения. Документ, предусматривающий ответственность за похищение или сокрытие чужого ребенка моложе двенадцати лет (ст. 41), а также за подмену семилетнего ребенка и за невозвращение самовольно взятого или удержанного у себя ребенка моложе двенадцати лет (ст. 42). Виновный в отдаче или обращении ребенка моложе двенадцати лет для нищенства, бродяжничества или противоправной цели наказывался тюрьмой на срок не менее шести месяцев.

   Кроме торговли, задержания и похищения людей глава пятая к преступлениям против свободы личности относит: а) принуждение путем насилия, угрозы, злоупотреблением властью; б) угрозу; в) вторжение в жилое и нежилое чужое помещение.

    Известный русский юрист А. Лохвицкий, комментируя Уголовное уложение, особое внимание уделил «преступлениям против свободы и прав состояния». По его мнению, лишение свободы может быть представлено в двух видах: или вечное об-ращение в состояние рабства, или временное лишение свободы располагать действиями, т.е. секвестр лиц.

    За совершение указанных действий предусматривалась ответственность в виде ссылки на каторгу не свыше восьми лет. Комментируя указанную норму, автор отмечает, что для ее применения необходимо, во-первых, чтобы виновный продал или участвовал в продаже или передаче какого-либо лица в рабство, безотносительно к полу и возрасту продаваемого, под участие попадает и всякое посредничество по продаже. Во-вторых, такая продажа должна быть совершена без согласия продаваемого, в-третьих, продажа или передача в рабство должна быть совершена для обращения в состояние рабства, или в неволю, под которым надлежит понимать всякое положение, в котором человек утрачивает возможность распоряжаться собой.

   Продолжая традиции русского уголовного права, особое внимание Уложение уделяло защите свободы личности несовершеннолетних. Сущность данного преступления определялась как в изъятии ребенка из-под охраны родителей или лиц, заменяющих их, и в возникающей вследствие того для будущности данного ребенка; а в особенности для восстановления принадлежащих ему прав состояния.

    В.Д. Набоков критиковал систему преступлений против свободы личности, определенную в Уложении редакции 1857 года, считая, что отнесение таких составов,  как «оставление у себя заблудившегося ребенка, не достигшего 12 лет», «по-хищение девицы от 12 до 16 лет с ее согласия, но с употреблением во зло ее невинности», а также объединение в одну группу продажу в рабство и тайный или само-вольный вход ночью в чужое помещение, не может не вызывать упрека.

    К преступлениям против свободы, по мнению В.Д. Набокова, относятся толь-ко те, что определены ст.ст. 494, 495, 496 (свобода передвижения); 497 (свобода индивидуальности); 503, 504 (свобода самоопределения к действию или бездействию); 505 (свобода труда). Что касается остальных составов, то они подлежат отнесению к другим отделам. Так угрозы представляются посягательством не на свободу, а на психическую неприкосновенность, сознание, спокойствие и безопасность, а посягательства на права, принадлежащие родителям по отношению к их малолетним детям, т.е. на права семейные против прав состояния и даже нечто вроде имущественного преступления (похищение чужого ребенка с корыстной целью).

   Развитие капитализма в России, подъем революционной борьбы трудящихся требовали создания новых уголовных законов, отвечающих изменившимся условиям общественной жизни. Уголовное уложение о наказаниях, даже исправленное, измененное, дополненное не отвечало потребностям своего времени. Поэтому уже  с 1881 г. начались работы по составлению нового Уголовного уложения, которое было закончено через 12 лет, а затем ходило по различным инстанциям до 1903 г.

    Принимая активное участие в работе над Уложением 1903 года, Н.С. Таганцев предлагал выделить преступления против свободы личности в отдельную главу. В результате в Уложениях преступления, объектом которых является свобода личности, объединены в главу «о преступных деяниях против личной свободы». В главу преступления против личной свободы включены следующие составы: лишение свободы задержанием или заключением (ст. 498, 499, 500), продажа в рабство или торговля рабами (501), похищение, сокрытие, подмен чужого ребенка (502, 503, 504, 505), похищение женщины (506), принуждение (508), угроза (510).

   Уголовное уложение 1903 года делит посягательства на свободу личности на три главные группы.

     К первой принадлежат деяния, посягающие на свободу отдельных актов деятельности человека и состоящие в принуждении его что-либо делать или не делать, испытать или перенести какое-либо ощущение.

    Ко второй группе относятся деяния, состоящие в ограничении свободы передвижения на более или менее продолжительное время. Таковыми являются противозаконное задержание и заключение.

    Наконец, к третьей группе принадлежит похищение или захват людей, цели которого могут быть разнообразны.

   Впервые в главу «Преступления против свободы» вводятся такие составы, как принуждение и угроза. Под принуждением Н.С. Таганцев понимал лишение возможности проявлять волю в деятельности. Сущность же угрозы заключается в воздействии на психическую деятельность угрожаемого, в возможности возбудить в нем страх, опасение и в принуждении его тем самым принять известные меры для охраны своей личности или имущества или же воздержаться от исполнения тех или иных действий.

    В этом смысле угроза является как бы косвенным принуждением, а потому не входила в группу посягательств на свободу, но будучи аналогичной принуждению, угроза отличалась от него тем, что она, с одной стороны, вовсе не предполагает намерения со стороны угрожающего принудить к чему-либо, т.к. он часто не может предположить, какие именно меры охраны примет угрожаемый или какого рода ограничениям он себя подвергнет, а с другой стороны, для уголовной ответственности угрожавшего вовсе не требуется, чтобы угрожаемый действительно принял те или другие меры охраны, а вполне достаточно самого факта угрозы.

    К числу личных благ, тесно соприкасающихся с понятием свободы, а даже отчасти входящим в него, как считает Н.С. Таганцев, относится «неприкосновенность жилища», поэтому нормы, направленные на защиту жилища, вошли в систему преступлений против свободы личности.

    Я.И. Фойницкий преступные посягательства на личную свободу подразделял по степени вторжения в область свободы личности на три группы.

   К первой, по мнению ученого, принадлежат деяния, посягающие на свободу отдельных актов деятельности человека и состоящие в принуждении его что-либо сделать или не делать, испытать или перенести какое-либо ощущение (принуждение или угрозу).

    Ко второй группе относятся деяния, состоящие в ограничении свободы передвижения на более или менее продолжительное время (противозаконное задержание и заключение).

   К третьей группе принадлежат похищения или захват людей, цели которого могут быть разнообразны. Они посягают или на свободное состояние человека, или на его происхождение, или на целомудрие, и соответственно этому подразделяются на продажу в рабство и работорговлю, подмен и похищение детей и на похищение женщин.

    Интересный подход в понимании системы преступлений против свободы личности высказывал известный русский юрист В.В. Есипов. Преступления против свободы личности он подразделял, во-первых, на посягательства на духовную свободу (угроза, самоуправство) и, во-вторых, посягательства на свободу виновного. Кроме этого ученый выделял лишение свободы частичное: задержание и заключение; лишение свободы полное: похищение женщин и детей, продажа в рабство и торг невольниками.  Лишение свободы частичное, как отмечал В.В. Есипов, выражается в задержании или заключении человека на более или менее продолжительное время и охватывает как случаи ограничения свободы частным лицом, так и случаи, когда заключение совершено лицом, являющимся представителем власти. Во втором случае чиновник привлекается к ответственности только тогда, когда деяние совершено им со злым умыслом, без всякого на то основания. В этом случае чиновник подвергался высшей мере наказания, предусмотренной за данное деяние.

   Первые советские уголовные кодексы РСФСР 1922 и 1926 года пошли по пути сокращения круга посягательств на личную свободу человека.

    Уголовный кодекс 1922 года не выделял преступления против свободы личности в отдельную главу. Как отмечал А.А. Пионтковский, Уголовному кодексу РСФСР неизвестно в качестве самостоятельного преступления против личности посягательство на свободу личности, охватывающее все принуждения к совершению каких-либо действий.  Отдельные виды этих преступлений расположены в разных разделах Уголовного кодекса.

    Все посягательства на свободу личности по характеру их совершения можно, по мнению А.А. Пионтковского, разделить на следующие три группы: 1) принуждение к совершению определенных действий или бездействий; 2) задержание, ограничивающее возможность свободы передвижения; и 3) похищение людей с той или иной целью.

     К посягательствам на личную свободу человека, входящим в главу 6 «Преступления против жизни, здоровья, свободы и достоинства личности» Уголовного кодекса РСФСР 1922 года, в разделе 2 «Телесные повреждения и насилия над личностью» отнесены лишь 1) лишение свободы; 2) похищение человека, похищение, сокрытие или подмена чужого ребенка; 3) угроза.

     В главе 2 «Должностные преступления» УК РСФСР 1922 года статья 112 предусматривала ответственность за незаконное задержание, незаконный привод, при-чем наказанием являлось лишение свободы  до одного года либо увольнение от должности,  что, на наш взгляд, отражало отношение новой власти к свободе личности.

   УК РСФСР 1926 года также не выделял преступления против свободы личности в отдельную главу. Как уголовно-наказуемые деяния определялись: насильственное незаконное лишение кого-либо свободы (ст. 147); помещение в больницу для душевнобольных заведомо здорового человека (ст. 148); и всего один лишь случай похищения человека – похищение ребенка: «Похищение, сокрытие или подмен чужого ребенка с корыстной целью или из мести или иных личных видов» (ст. 149). Глава о должностных преступлениях УК предусматривала наказание за незаконное задержание или незаконный привод (ч. 1 ст. 115) и заключение под стражу в качестве меры пресечения из личных или корыстных видов (ч. 2 ст. 115).

    Таким образом, Уголовный кодекс 1926 года в своей конструкции придерживается очень узкого понимания преступлений против свободы личности.

     Еще более узкий круг посягательств на личную свободу содержала первоначальная редакция УК РСФСР 1960 г., в которой речь шла о незаконном лишении свободы (ст. 126 УК) и похищении или подмене ребенка (ст. 125 УК). Кроме того, в главе «Преступления против правосудия» предусматривалась ответственность за заведомо незаконный арест или задержание (ст. 178 УК). Значительно позднее Указом Президиума Верховного Совета РСФСР от 5 января 1988 г. Уголовный кодекс был дополнен статьей 1262 – незаконное помещение в психиатрическую больницу. В 1993 г. круг наказуемых деяний против свободы был расширен за счет включения в УК таких составов как захват заложников (ст. 1261) и похищение человека (ст. 1251). Последняя норма стала охватывать собой похищение любого человека, в том числе ребенка.

    Советское общество развивалось, однако, как видим, в уголовном законодательстве в области защиты права человека на свободу существенных преобразований не происходило.

   Таким образом, в России право на свободу и личную неприкосновенность не представляло большой ценности, что, естественно, и не предусматривало законом особой защиты данного права от различного рода посягательств. Такому отношению, на наш взгляд, способствовало очень длительное существование в России «узаконенного» рабства – крепостного права. Личная свобода, первоначально являясь своеобразным средством платежа (за землю, за питание в голодный год и т.д.), со временем была отнята, причем «законно», у большей части российского населения.

     Особым этапом в развитии юридической мысли в области защиты личной свободы человека стал период второй половины XIX – начала XX веков, когда про-исходил один значительный подъем во всех сферах российского общества. Появляется значительное количество научных работ по проблеме свободы человека (труды Н.С. Таганцева, Я.И. Фойницкого, А.А. Пионтковского, С.В. Познышева, В.Д. Набокова, В.В. Есипова и других), повлиявших и на законодательство. Весьма существенно, что Уложение 1903 года закрепило уголовную ответственность за похищение детей и женщин, работорговлю, незаконное задержание и арест, а Уложение 1903 г. объединило в одну главу – «Преступления против свободы» –  составы, объектом которых является личная свобода человека. Многие крупные исследователи к преступлениям против личной свободы относили и такое посягательство как угроза и принуждение.

   К сожалению, в советскую эпоху эти достижения были во многом утрачены: составы «незаконное задержание и арест» были отнесены к должностным преступлениям, статья о похищении содержала лишь состав похищения ребенка, а ст. 127 Конституции 1936 года, гарантируя неприкосновенность личности, на деле являлась лишь декларацией.

    На сегодняшний день мы постепенно приходим к осознанию ценности права на личную свободу. Однако многие вопросы и проблемы в этой области остаются не решенными до конца.


Следующие материалы:

Предыдущие материалы:

 

от Монро до Трампа


Узнать больше?

Ваш email:
email рассылки Конфиденциальность гарантирована
email рассылки

Blischenko 2017


ПОЗДРАВЛЕНИЯ!!!




КРУГЛЫЙ СТОЛ

по проблемам глобальной и региональной безопасности и общественного мнения в рамках международной конференции в Дипломатической академии МИД России

МЕЖДУНАРОДНОЕ ПРАВО

Право международной безопасности



Инсур Фархутдинов: Цикл статей об обеспечении мира и безопасности

№ 4 (104) 2016
Московский журнал международного права
Превентивная самооборона в международном праве: применение и злоупотребление (С.97-25)

№ 2 (105) 2017
Иранская доктрина о превентивной самообороне и международное право (окончание)

№ 1 (104) 2017
Иранская доктрина о превентивной самообороне и международное право

№ 11 (102) 2016
Стратегия Могерини и военная доктрина
Трампа: предстоящие вызовы России


№ 8 (99) 2016
Израильская доктрина o превентивной самообороне и международное право


7 (98) 2016
Международное право о применении государством военной силы против негосударственных участников

№ 2 (93) 2016
Международное право и доктрина США о превентивной самообороне

№ 1 (92) 2016 Международное право о самообороне государств

№ 11 (90) 2015 Международное право о принципе неприменения силы
или угрозы силой:теория и практика


№ 10 (89) 2015 Обеспечение мира и безопасности в Евразии
(Международно правовая оценка событий в Сирии)

Индексирование журнала

Баннер

Актуальная информация

Баннер
Баннер
Баннер

Дорога мира Вьетнама и России

Ирина Анатольевна Умнова (Конюхова) Зав. отделом конституционно-правовых исследований Российского государственного университета правосудия


Вступительное слово
Образ жизни Вьетнама
Лицом к народу
Красота по-вьетнамски
Справедливость и патриотизм Вьетнама
Дорогой мира вместе


ФОТО ОТЧЕТ
Copyright © 2007-2017 «Евразийский юридический журнал». Перепечатывание и публичное использование материалов возможно только с разрешения редакции
Яндекс.Метрика