Содержание журналов

Баннер
PERSONA GRATA

В кризисе юридической науки во многом виноваты сами учёные
Интервью с доктором юридических наук, профессором, заслуженным юристом Российской Федерации Николаем Александровичем Власенко

Группа ВКонтакте

Баннер
Баннер
Баннер
Баннер


Международно-правовое регулирование вопросов региональной безопасности в рамках ШОС
Научные статьи
24.01.13 13:03
Оглавление
Международно-правовое регулирование вопросов региональной безопасности в рамках ШОС
1
2
Все страницы


  
ЕврАзЮж № 4 (6) 2008
Международное право
В.С. Лавров
Международно-правовое регулирование вопросов региональной безопасности в рамках ШОС

  
    Предметом данной статьи является исследование правовой базы и инструментов международно-правового регулирования вопросов региональной безопасности в рамках Шанхайской организации сотрудничества.

   Несмотря на то, что ШОС как субъект международного права возникла совсем недавно, она, как отмечалось в статье Президента РФ В.В. Путина, опубликованной накануне пятилетнего юбилея ШОС в июне 2006 года, «превратилась во влиятельную региональную организацию,...значимый элемент стабильности на обширном евразийском пространстве». Это определяет практическое значение и актуальность изучения «шосовской» модели многостороннего регионального сотрудничества государств.

   Вопросы обеспечения региональной безопасности и стабильности являются с момента учреждения ШОС 15 июня 2001 году одной из ключевых сфер международно-правового регулирования взаимодействия государств-членов в рамках Организации. На это имеются объективные геополитические и исторические причины. Не вдаваясь в подробный исторический экскурс, следует указать, что прообраз ШОС — механизм «Шанхайской пятерки» изначально получил развитие на базе укрепления доверия и сокращения вооруженных сил в приграничных районах Китая с Россией, Казахстаном, Кыргызстаном и Таджикистаном.

   В 1996 и 1997 годах, в новых исторических условиях, главы пяти государств на встречах в Шанхае и Москве подписали соглашения об укреплении доверия в военной области и о взаимном сокращении вооруженных сил в районе общей границы, что стало важным этапом в укреплении отношений добрососедства, дружбы и сотрудничества между данными странами, привело к запуску механизма под названием «Шанхайская пятерка». К 2000 году к процессу региональных консультаций подключился Узбекистан.

   Вместе с тем на рубеже XXI века государства Центральной Азии, Россия и Китай продолжали сталкиваться с серьезными вызовами и угрозами безопасности и стабильности региона. В своей статье президент В.В. Путин указывает:»...реальная ситуация требовала безотлагательных скоординированных усилий. Ряд государств Центральной Азии подверглись агрессии международного терроризма. Его идеологи пытались разжечь в регионе новые очаги сепаратизма, национального и религиозного экстремизма».

     Таким образом, последовавшее преобразование в 2001 году «шанхайского форума» в ШОС и учреждение полноценной региональной организации вытекало из предшествующего положительного опыта взаимодействия государств-участников в региональном формате, явилось результатом осознания руководством шести государств, что только путем дальнейшего углубления сотрудничества, коллективными усилиями можно эффективно противостоять общим вызовам и угрозам безопасности.

    Создание и деятельность региональных систем безопасности (соглашения или органы) определена Главой VIII Устава ООН («Региональные соглашения»). Данный документ устанавливает четкие критерии их должного поведения. Общепризнано, что региональные системы коллективной безопасности не должны противоречить целям и принципам ООН, вобравшим в себя ключевые императивные нормы международного права . Из этого следует, что региональные организации в своей деятельности должны руководствоваться, в частности, принципами уважения суверенного равенства, невмешательства во внутренние дела друг друга, мирного разрешения споров, неприменения силы, добросовестного выполнения международных обязательств.

   Применительно к ШОС соблюдение данного поло¬жения обеспечивается тем, что при создании организации в основу ее функционирования государствами- учредителями были положены нормы и принципы Устава ООН. Также в учредительных документах ШОС — Декларации о создании от 15 июня 2001 и Хартии ШОС от 7 июня 2002 гг. указанные выше общепризнанные принципы международного права инкорпорированы в виде самостоятельных нормативных положений и в виде общей отсылки.

  В науке международного права к основным принципам международной безопасности относят, в частности, принцип неприменения силы и принцип мирного разрешения споров. Они образуют фундамент права международной безопасности на основе уважения суверенного равенства, территориальной целостности, нерушимости границ, невмешательства во внутренние дела. Например, И.И. Лукашук обосновывает особое, главенствующее положение принципа неприменения силы, поскольку, по его выражению, этот принцип «касается центральной проблемы любой правовой системы — соотношения силы и права» . Также В.И. Кузнецов отмечает, что право международной безопасности в узком смысле охватывает нормы права, «основное назначение которых так или иначе связано с реализацией принципа неприменения силы в международных отношениях».

    Деятельность государств ШОС показывает, что они, прежде всего, строго придерживаются норм и принципов права международной безопасности, установленных Уставом ООН и развитых в последующих международных документах, в частности, в Декларации принципов международного права от 1970 года.
В плане кодификационной работы по развитию и закреплению норм и принципов права международной безопасности следует также выделить принятое Генеральной ассамблеей ООН в 1974 году «Определение агрессии», Декларацию ООН об укреплении международной безопасности от 16.12.1970 г., Декларацию ООН об    усилении эффективности принципа отказа от угрозы силой или ее применения в международных отношениях от 18.11.1987, Заключительный акт Совещания по безопасности и сотрудничеству в Европе от 2.08.1975 г., Кодекс поведения по военно-политическим аспектам безопасности, принятый в рамках ОБСЕ в 1994 году, Хартию европейской безопасности от 23.11. 1999 г.

   Эти документы, в частности, ввели в содержание понятия международной безопасности такие важные категории, как неделимость безопасности, принцип ненанесения ущерба безопасности государств (Кодекс 1994 года), принцип нерушимости границ (Хельсинкский заключительный акт СБСЕ 1975 года) и др.

  ШОС придерживается также принципов, заложенных механизмом Шанхайской пятерки и выражающих своеобразие ШОС как организации государств евразийского региона. К важнейшим из них можно отнести: уставно закрепленный принцип ненападения, отказ от одностороннего военного превосходства в сопредельных районах, ненаправленность ШОС против других государств и международных организаций.

    Следует подчеркнуть, что в отличие, например, от государств Европы, где исторически сложилась разветвленная система международно-правовых отношений, нормативная и концептуальная база регулирования вопросов войны и мира, предотвращения и урегулирования конфликтов, — усилия государств — членов ШОС по выработке модели региональной безопасности являются фактически одним из первых опытов создания реально функционирующей системы коллективной безопасности на азиатском континенте.

    В этой связи следует отметить, что в отличие от ОБСЕ государства — члены ШОС с самого начала пошли по пути договорного закрепления положений, касающихся регулирования сотрудничества в обеспечении безопасности в регионе, т.е. пошли по пути выработки и принятия норм, обладающих обязательной юридической силой.

   Наиболее приоритетными направлениями в этой области ШОС выделяет борьбу с терроризмом, сепаратизмом, экстремизмом, а также борьбу с незаконным оборотом наркотических средств, другими проявлениями трансграничной преступности. «Эффективная всеобъемлющая региональная стратегия по борьбе с угрозами безопасности», — отмечает директор Института мировой экономики и политики Казахстана М. Ашимбаев,
—    «должна основываться на глубоком понимании связи между наркотиками, преступностью и терроризмом».

  Правовой фундамент взаимодействия в рамках ШОС по вопросам безопасности составляет Шанхайская Конвенция о борьбе с терроризмом, сепаратизмом и экстремизмом от 15 июня 2001 года, Соглашение между государствами — членами Шанхайской организации сотрудничества о сотрудничестве в борьбе с незаконным оборотом наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров от 17 июня 2004 года. По отдельным направлениям он конкретизирован в разработанных последующих многосторонних документах, в т.ч. — Соглашении о порядке организации и проведения совместных антитеррористических мероприятий на территориях государств — членов ШОС, а также Соглашении о сотрудничестве в области выявления и перекрытия каналов проникновения на территории государств — членов ШОС лиц, причастных к террористической, сепаратистской и экстремистской деятельности от 15 июня 2006 года.

   Важно подчеркнуть принципиальную новизну ШОС как международной региональной организации в сфере безопасности, которая заключается в том, что организационные механизмы (РАТС — Региональная антитеррористическая структура) и регламентирующая правовая база ШОС ориентированы на обеспечение регионального взаимодействия государств в противодействии новейшим вызовам и угрозам безопасности негосударственного характера: таким как — терроризм, сепаратизм, экстремизм, незаконный оборот наркотиков и другие проявления транснациональной преступности.

   Самостоятельное значение имеют также усилия государств — членов ШОС внести свой вклад в кодификационную работу по закреплению и развитию содержания основополагающих положений права международной безопасности. В доктрине международного права признано, что комплекс основных принципов развивается не только путем включения в него новых принципов, но и в результате расширения содержания уже имеющихся.

  Так, в современном праве международной безопасности широко известно положение Декларации 1970 года о том, что каждое государство обязано «воздерживаться от организации, подстрекательства, оказания помощи или участия в актах гражданской войны или террористических актах в другом государстве или от потворствования организационной деятельности в пределах собственной территории, направленной на совершение таких актов, в том случае, когда обозначенные акты связаны с угрозой силой или ее применением».

   В рамках уточнения содержания принципа неприменения силы, в Декларации сформулировано также, в частности, обязательство государств «воздерживаться от организации или поощрения организации иррегулярных сил или вооруженных банд, в.т.ч. наемников, для вторжения на территорию другого государства». По мнению авторитетных специалистов международного права, в данной норме раскрыта недопустимость не только прямого, но и косвенного неправомерного применения государством силы.

   В качестве примера последующего развития содержания принципа неприменения силы приводятся формулировки документа ОБСЕ 1994 года, в частности, обязательство государств на своей территории «не терпеть и не поддерживать силы, которые не контролируются конституционной властью».

  Сравнительный анализ соответствующих положений в документах ШОС показывает, что государства — члены ШОС пошли существенно дальше в раскрытии во взаимосвязи содержания принципов jus cogens: — неприменении силы, уважения суверенитета и территориальной целостности.

   Можно указать, что рассмотрение данных принципов в тесной взаимосвязи обоснованно вытекает как из закрепленного в международном праве положения о том, что все принципы «... являются взаимосвязанными и каждый принцип должен рассматриваться в контексте всех других принципов» (Декларация принципов международного права 1970 года), так и из самого Устава ООН, где в п.4 ст. 2 три данных принципа объединены следующим положением: «все члены Организации Объединенных Наций воздерживаются в их международных отношениях от угрозы силой или ее применения как против территориальной неприкосновенности или политической независимости любого государства, так и каким-либо другим образом, несовместимым с целями Объединенных Наций».

  В Хартии ШОС государства-члены включили в категорию принципов, регулирующих межгосударственные взаимоотношения членов Организации, обязательство о ненападении, т.е. придав этому положению силу самостоятельной облигаторной нормы.

   В ст. 4 Бишкекского Договора о долгосрочном добрососедстве, дружбе и сотрудничестве от 16 августа 2007 года сформулировано обязательство «принимать меры по недопущению на своей территории любой деятельности, противоречащей принципам уважения государственного суверенитета и территориальной целостности».

  Во второй части статьи 4 содержится обязательство «не участвовать в союзах и блоках, направленных против другой Договаривающейся Стороны» и не менее важная норма, согласно которой участвующие государства «... не поддерживают какие-либо действия, враждебные другим Договаривающимся Сторонам».

   Отсюда следует ряд важных выводов. Во-первых, значительно более широкий по охвату, всеобъемлющий характер взаимных обязательств, установленных государствами — членами ШОС. Государства ШОС обязались недопускать любую, а не только подкрепленную силой деятельность, противоречащую, т.е. направленную против суверенитета и территориальной целостности других участников. Сюда подпадает, например, распространение информации, осуществляемое непосредственно или в интересах террористических, сепаратистских организаций и групп и т.п., или с целью расшатывания государственного единства, а также — вербовка добровольцев, сбор средств и финансирование деятельности, наносящей ущерб суверенитету и территориальной целостности другого государства, предоставление убежища или укрывательство лиц, подозреваемых в совершении деятельности, направленной против суверенитета и территориальной целостности другой стороны и т.д.

   Во-вторых, сформулированным обязательством не поддерживать «какие-либо враждебные действия» члены ШОС, как представляется, вводят новое качество и категорию в понятие и содержание принципа неприменения силы. Действительно, по смыслу и контексту статьи 4, речь идет именно о недопустимости каких-либо действий, наносящих ущерб суверенитету и территориальной целостности государств, что логи¬чески подразумевается, но юридически не расшифровано в приведенной выше норме ст. 2 Устава ООН. Таким образом, и в данном случае можно говорить о том, что обязательство по Бишкекскому договору носит существенно более широкий характер, чем отказ только от силовых действий, наносящих ущерб другим государствам. Формулировка статьи 4 включает все возможные виды «враждебных действий» также и помимо прямого или косвенного применения силы: политико-дипломатические, экономические, финансовые, информационные и т.д.

   В-третьих, важно подчеркнуть договорный характер указанных норм документов ШОС в отличие от ОБСЕ, которая не обладает международной правосубъектностью , и решения которой по своей юридической природе носят характер политических обязательств государств, хотя и имеющих большое значение , или, что представляется более точной квалификацией, — носят характер рекомендательной нормы международного права.

  Следует отметить также подтверждение обязательства разрешать разногласия друг с другом мирным путем, руководствуясь Уставом ООН и общепринятыми принципами и нормами международного права (ст. 2), уважать принцип нерушимости границ (ст. 5).

  В документах бишкекского саммита — Договоре и Бишкекской Декларации от 16 августа 2007 года государства-члены ШОС изложили развернутое видение новой архитектуры безопасности, отражающей реалии и потребности XXI века.

   ШОС предлагает построение международно-правовой конструкции глобальной безопасности на основе равенства, взаимного уважения, взаимного доверия и выгоды, отказа от блокового и идеологического разделения.

  Как указано в Бишкекской декларации, государства— члены ШОС исходят из того, что процессы глобализации усиливают взаимозависимость государств, в результате чего их безопасность и развитие становятся неделимыми. Отсюда логично вытекает следующее положение о том, что современным вызовам и угрозам безопасности можно эффективно противостоять лишь через объединение усилий государств на основе согласованных принципов и в рамках многосторонних механизмов.

   В-третьих, сотрудничество в противодействии новым вызовам и угрозам должно осуществляться последовательно, без применения двойных стандартов, через строгое соблюдение норм международного права, а построение глобальной системы безопасности — только под эгидой ООН и при строгом соблюдении ее Устава. Государства — члены ШОС принципиально не приемлют односторонние акции, которые не способны решить существующие в мире проблемы.

  В-четвертых, члены ШОС убеждены, что из проблематики международной безопасности не следует исключать такие задачи, как обеспечение устойчивости мировой экономики, сокращении бедности, выравнивание уровней социально-экономического развития, обеспечение экономической, экологической, энергетической, информационной безопасности, а также защиту населения и территорий государств — членов Организации от чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера (Декларация 16.08.2007 г.).

   Таким образом, предлагаемая ШОС концепция безопасности в XXI веке носит комплексный и всеобъемлющий характер. Она базируется на демократических принципах и нормах международного права, включает как направления всеобъемлющего обеспечения безопасности, так и решение социально-экономических противоречий, в которых коренятся многие современные вызовы и угрозы безопасности такие, например, как терроризм, сепаратизм, экстремизм, трансграничная преступность.

   Новая архитектура безопасности, выдвигаемая государствами — членами ШОС, предполагает следующие качественные характеристики:
•    отражать баланс интересов всех субъектов международных отношений;
•    обеспечивать каждому государству право на независимый выбор пути развития в соответствии с собственным историческим опытом и национальной спецификой, на защиту государственного единства и национального достоинства, на равноправное участие в международных делах;
•    гарантировать урегулирование международных и региональных конфликтов и кризисов политико-дипломатическими средствами в строгом соответствии с принципами и нормами международного права при учете законных интересов всех вовлеченных сторон;
•    уважать культурно-цивилизационное многообразие современного мира.

   Ключевыми категориями подхода государств — членов ШОС к современной концепции безопасности, как представляется, являются равноправие, доверие и баланс интересов.

  Концепция архитектуры безопасности XXI века, сформулированная государствами — членами ШОС, опирается на реалии, опыт и практику совместных действий государств — членов в решении вопросов безопасности в регионе.

   В политической сфере — развивается, организационно оформляется механизм консультаций и взаимодействия государств — членов по вопросам безопасности и стабильности в регионе. Так, СГГ в 2006 году, отметив достигнутое принципиальное взаимопонимание, поставил задачу «создания системы мер совместного реагирования ШОС на ситуации, ставящие под угрозу мир, стабильность и безопасность в регионе» и поручил Секретариату разработку документа на этот счет, «требующегося для юридического оформления необходимых элементов этой системы».

  В сфере безопасности повышается эффективность механизмов и координации усилий по противодействию трансграничным вызовам и угрозам безопасности. Развертывается работа в РАТС, углубляется практика проведения совместных контртеррористических учений21, осуществляется комплекс военных мер доверия, предусмотренных соглашениями 1996—97 гг.

  



Следующие материалы:

Предыдущие материалы:

 

от Монро до Трампа


Blischenko 2017


Узнать больше?

Ваш email:
email рассылки Конфиденциальность гарантирована
email рассылки

ПОЗДРАВЛЕНИЯ!!!




КРУГЛЫЙ СТОЛ

по проблемам глобальной и региональной безопасности и общественного мнения в рамках международной конференции в Дипломатической академии МИД России

МЕЖДУНАРОДНОЕ ПРАВО

Право международной безопасности



Инсур Фархутдинов: Цикл статей об обеспечении мира и безопасности

№ 4 (104) 2016
Московский журнал международного права
Превентивная самооборона в международном праве: применение и злоупотребление (С.97-25)

№ 2 (105) 2017
Иранская доктрина о превентивной самообороне и международное право (окончание)

№ 1 (104) 2017
Иранская доктрина о превентивной самообороне и международное право

№ 11 (102) 2016
Стратегия Могерини и военная доктрина
Трампа: предстоящие вызовы России


№ 8 (99) 2016
Израильская доктрина o превентивной самообороне и международное право


7 (98) 2016
Международное право о применении государством военной силы против негосударственных участников

№ 2 (93) 2016
Международное право и доктрина США о превентивной самообороне

№ 1 (92) 2016 Международное право о самообороне государств

№ 11 (90) 2015 Международное право о принципе неприменения силы
или угрозы силой:теория и практика


№ 10 (89) 2015 Обеспечение мира и безопасности в Евразии
(Международно правовая оценка событий в Сирии)

Индексирование журнала

Баннер

Актуальная информация

Баннер
Баннер
Баннер

Дорога мира Вьетнама и России

Ирина Анатольевна Умнова (Конюхова) Зав. отделом конституционно-правовых исследований Российского государственного университета правосудия


Вступительное слово
Образ жизни Вьетнама
Лицом к народу
Красота по-вьетнамски
Справедливость и патриотизм Вьетнама
Дорогой мира вместе


ФОТО ОТЧЕТ
Copyright © 2007-2017 «Евразийский юридический журнал». Перепечатывание и публичное использование материалов возможно только с разрешения редакции
Яндекс.Метрика