Содержание журналов

Баннер
PERSONA GRATA

Content of journals

Баннер
Баннер
Баннер
Баннер


Становление и развитие качества правового регулирования отношений найма труда в Российской империи
Научные статьи
03.04.13 10:43

вернуться

  
ЕврАзЮж № 11 (18) 2009
История государства и права
Алмаева Ю.О.
Становление и развитие качества правового регулирования отношений найма труда  в Российской империи
Освещение истории становления и развития качества трудового законо­дательства в России либо вообще отсутствует в литературе, либо ограничи­вается исследованием правовых актов о труде советского периода. В связи с этим есть все основания согласиться с мнением Е.Б.Хохлова, что «круп­ные научно-исторические работы по проблематике трудового права вышли в СССР почти пятьдесят лет назад – и уже само время издания этих работ заставляет сомневаться в объективности проведенных исследований». Как видно, уровень отраслевых исторических исследований остается в настоя­щее время явно недостаточным.

Исследование вопросов становления и развития нормативного правового регулирования социально­трудовых отношений следует начать с XVIII века, по­скольку именно в этот период стало формироваться промышленное право России. Это видится тем более обоснованным, так как на первых порах поступление в услужение было равносильно добровольному перехо­ду в холопство, и мысль о поступлении на службу без утраты личной свободы прививалась постепенно.

При рассмотрении вопросов становления и раз­вития качества российского трудового законодатель­ства следует, прежде всего, исходить из того, что этот процесс неразрывно связан с развитием наемного труда и поэтому происходил параллельно с разви­тием машинного фабричного производства. В Рос­сии фабричное производство, в том числе свободный труд в промышленности, начали развиваться с ре­форм Петра I.

Хорошо известно, что при Петре I практика трудовых отношений наблюдалась на строительстве всевозможных объектов (азовского флота, железоде­лательных заводов) в виде привлечения к «тягловым» натуральным государственным повинностям. Форси­рование работ обеспечивалось множеством насильно согнанных работных людей. Кроме того, в новые зем­ли Приазовья и в Азов отправляли несостоятельных должников, а также осужденных разбойников и граби­телей (кроме убийц) на поселение и заведение хозяй­ства в тех краях. Введены были в Азове и каторжные работы для строительства необходимых сооружений.

Вольнонаемный способ организации труда ис­пользовался при комплектовании военизированных сил. Так, в феврале 1700 г. было обнародовано устное разрешение царя отпускать на волю холопов и кре­стьян, с тем, чтобы они шли на службу в солдаты. Но в подавляющем числе вольнонаемный труд использо­вался при привлечении на контрактной основе зару­бежных специалистов. Частично наемный труд нали­чествовал и в ведущих отраслях промышленности.

Как видим, рынок труда в области промышлен­ности в тот период практически отсутствовал. Это объясняется тем, что страна, получающая низкие уро­жаи, постоянно нуждалась в расширении сферы зем­леделия, но увеличить пашенные угодья можно было, только увеличивая число крестьян-земледельцев. Поэтому в первые годы строительства промышлен­ных предприятий основным резервом рабочей силы были так называемые «гулящие люди», которые в силу тех или иных причин оторвались от хозяйства, крестьянской общины и т. п. Кроме того, государство еще в XVII в. решило эту проблему путем «припи­ски» государственных крестьян к заводским работам в счет уплаты государственных налогов и выполнения натуральных повинностей. Но, вполне понятно, этих трудовых ресурсов не хватало.

Несмотря на то, что металлургическое произ­водство ощущало острую нужду в рабочей силе, наем рабочей силы в условиях феодализма не имел широкого распространения. Наоборот, недостаток в фабричных рабочих при Петре I был настолько ве­лик, что способствовал реализации соответствующих мер. Так, указом от 16 февраля 1719 г. было предпи­сано «для умножения производства тонких полотен отсылать на фабрики для пряжи льна виновных баб и девок, которые содержатся для отбытия наказания в тюрьмах и острогах».

Важную роль в обеспечении вспомогательной рабочей силой предприятий сыграл Указ «О покупке к заводам деревень» 1721 г. Этим указом обращалось внимание на то, что «...особно многие возымели к приращению государственной пользы заводить вновь разные заводы, а именно: серебреные, медные, же­лезные, игольные и прочие сим подобные, к томуж и шелковыя, и полотняныя, и шерстяныя фабрики, из которых многие уже и в действо произошли». Для увеличения числа таких заводов указ позволял как Шляхетству, так и купецким людям к тем заводам покупать населенные деревни, дабы они всегда были уже при тех заводах «неотлучно». Поэтому продажа этих крестьян разрешалась только вместе с ману­фактурами. С 1722 г. разрешалась также приписка к фабрикам и заводам работающих на них людей. Эти категории крестьян получают наименование посес­сионных (купленных) и приписных.

Подобные изменения в социальной структуре российского общества привели к появлению нового социального слоя, связанного с капиталистическим развитием экономики. С другой стороны, итогом та­кого способа закрепления работников стало то, что во всех отраслях крупного производства (и не толь­ко в металлургии) господствовал подневольный кре­постной труд.

Дело кончилось тем, что в 1736 г. был издан указ, который позволял фабрикантам покупать кре­стьян без земли и навечно закреплял всех наемных работников за теми предприятиями, где они были в момент издания указа. Однако наряду с этим указ уделял внимание также вопросам вольного найма, предписывая, в частности, фабрикантам по окон­чании урочных лет отпускать учеников, подма­стерьев и мастеров без всякого удержания, а если они сами пожелают на тех мануфактурах и фабри­ках сверх этих лет быть столько времени, сколько пожелают, в том поступать по «любовным с ними договорам».

Отсутствие миграции рабочей силы препятство­вало ее перераспределению внутри отрасли и за ее пределами и, следовательно, сдерживало как спрос на свободный труд, так и его предложение. Следует согласиться с мнением И.А.Исаева, что хотя такие ор­ганизационные меры не стимулировали повышение производительности труда и его качества, они оказа­лись единственным способом сформировать в тех усло­виях контингент рабочей силы в промышленности. В связи с этим правовое регулирование отношений найма труда еще не осуществлялось. Так, в среднем за год длина рабочего дня составляла чуть более 12 ча­сов. У домны и ковальных горнов работали сутками. К этому следует добавить жестокую палочную дисци­плину, телесные наказания и т. д.

В России первые законы о промышленном труде появляются в XVIII веке. В Адмиралтейском регла­менте 1722 г. продолжительность рабочего дня уста­навливалась в 13,5 часа. Заводским уставом 1735 г. предписывалось лечить рабочих за счет средств завод­чиков.

Необходимо отметить, что при Петре появля­ются нормативные акты общегосударственного управленческого значения (указ и манифест) и нор­мативные акты, целиком предназначенные для ре­гламентации отдельного вида (рода) общественной деятельности (артикул, устав и регламент). Кроме того, всеобъемлющая реформаторская деятельность Петра I привнесла в российское национальное право­творчество новый подход, согласно которому закон требовалось излагать таким образом, чтобы исклю­чить возможность его «перетолковывания», для чего в необходимых случаях в текст закона включались «толки» (разъяснения) возможных спорных ситуа­ций. Обеспечение качества законов потребовало так­же должной организации контроля их исполнения и неотвратимости ответственности за игнорирование содержащихся в них предписаний.

Вышеизложенное позволяет сделать важный вы­вод о том, что законы в петровский период должны были оказывать воздействие на подлежащие регули­рованию общественные отношения в соответствии со своим предназначением, не оставляя возможности одного толкования закона другому, в них были пред­усмотрены отдельные элементы механизма реализа­ции правовых норм. Это повлекло при данных усло­виях определенную качественность правовых норм о труде. Указанное означает, что Петр I сформули­ровал и узаконил стиль законотворчества, которому присуще стремление к обеспечению качественности (качества) нормативного правового регулирования социальных отношений.

Прогрессивный стиль петровского законодатель­ства оказал заметное влияние и на развитие процессов документирования трудовых отношений. Если по сво­ему существу договоры XVII и XVIII вв. сходны, то, по сравнению с «записями» конца XVII в., договор, фик­сирующий трудовые отношения начала XVIII в., пред­ставляет собой документ с уже сложившейся формой. Текст такого акта становится более строгим, скупым и лаконичным, исчезает присущая ему рыхлость, бестолковость и многословие. Именно в этот период вводится термин «договор», им заменяется слово «за­пись», используемое в XVII в. для составления докумен­та, по которому работники принимались на работу.

Как видим, стремление наймодателей к созданию четкой системы составления документов, упорядочи­вающих отношения с группами вольнонаемных лю­дей, приводит к возникновению формуляра догово­ра о найме. На примере фонда Александро-Невской лавры видно, что монастырь, нанимавший большое число работников, добился появления самостоятель­ной формы такого рода документов.

Разбирая формуляр договора, А.Ю.Конькова делает заключение о том, что размер каждого акта в рассматриваемый период составлял от одного до трех листов. В договоре фиксировались дата его со­ставления, обозначение нанимателя и нанимающих­ся, условия найма (род работы, срок ее выполнения, оплата), ответственность нанявшихся за исполняе­мую работу, удостоверение договора. Характер от­ношений, закрепляемых указанным актом, опреде­лялся в одних случаях термином «договорились», в других - «наняты»,11 однако, думается, что оба этих термина свидетельствуют об определенном каче­ственном развитии механизма правового регулиро­вания социально-трудовых отношений.

Один договор найма труда оформлял на рабо­ту различное число людей: от 1 до 62 человек. В от­дельных актах все работники перечислялись в тексте самого договора, но в большинстве случаев в тексте указывались лишь имена десятских, а остальные ра­ботники перечислялись в реестре, который следовал за изложением условий работы. По обыкновению договоры не указывали возраст работника, но иногда оговаривалось, что работник является малолетним. Некоторые условия договора отражали обязанности работников, которые понуждались выполнять пове­ления монастырских властей «безспорно», исполнять работу «добрым мастерством», не учинять монасты­рю «шкоты, траты и убытков».

урегулирование труда в отдельных отраслях про­мышленности. Среди актов этого периода следует выделить «регламент» и «регулы» 1741 г., которыми устанавливался порядок ведения работ на суконных предприятиях.

В «Рабочих регулах» для суконных и каразейных предприятий 1741 г. предусматривалось надлежа­щее отопление и освещение фабричных зданий, про­тивопожарная безопасность, удобное расположение станков, поддержание чистоты, оплата прогулов по вине предпринимателей, устройство для рабочих госпиталей и обеспечение их одеждой. Предписы­валось также еженедельно выдавать рабочим 75 % их заработка, а в конце месяца производить полный расчет. Допускалось наказание рабочих плетьми, но при этом рекомендовалось «ни в чем не обижать и не оскорблять» рабочих.

По своему содержанию этот нормативный акт общегосударственной значимости представляет для нас особый интерес, поскольку в основе его приня­тия лежит первая и наиглавнейшая функция легаль­ной регламентации трудовых отношений - обеспе­чение охраны трудовых прав и интересов работника. Подобное законодательное решение, очевидно, не только предусматривало защитные меры по отно­шению к работникам, но и было рассчитано на по­вышение производительности труда и его качества. Более того, идея попечения государства об интересах рабочих, обеспеченная законодательством, позволи­ла в определенной мере качественно упорядочить отношения фабрикантов и рабочих.

Важным явлением в развитии капиталистичес­ких отношений было перерастание в 30-50-х гг. XIX в. ремесленной мастерской (мануфактуры) в капитали­стическую фабрику, где ручной труд заменяется ма­шинным. Промышленный переворот усилил процесс формирования новых классов и значительно расшил применение наемного труда в промышленности. Од­нако существование крепостного права привело к тому, что спрос на свободную рабочую силу оказался выше ее предложения.

Поскольку большинство мануфактур были част­новладельческими, вопрос об обеспеченности ра­бочей силой приобретает особую остроту для фор­мирующегося предпринимательства. Пополнение свободной рабочей силы возможно было осущест­влять только из крестьянской среды, для чего следо­вало провести определенные правовые преобразова­ния в положении крестьянства.

Кроме того, перемены в сфере экономики (на фоне технического прогресса) сделали подневоль­ный труд экономически невыгодным. Посессион­ное право становится для промышленников, ранее противостоящих агитации в пользу наемного труда, бременем. Поэтому в начале XIX столетия среди вла­дельцев посессионных фабрик проявляется стрем­ление перейти к применению фабричного труда по вольному найму (договору).

В промышленности начинается конкуренция между крепостным трудом и вольнонаемным. Пер­вый используется на старых уральских заводах, пере­живающих затяжной кризис, и в помещичьих ману­фактурах. Второй применяется на мелких, быстро развивавшихся предприятиях, которые открывают купцы, мещане, разбогатевшие крестьяне.

К примеру, в 1825 г. 54 % всех занятых в обра­батывающей промышленности были наемные ра­бочие, большинство которых составляли оброчные крестьяне (кадры потомственных вольнонаемных рабочих пока еще невелики). Даже в металлургиче­ской промышленности, почти целиком основанной на крепостном труде, внезаводские работы (заготовка руды, древесного угля и др.) выполнялись наемными рабочими.[12] Следствие этому - необходимость в зако­нодательном упорядочивании отношений наемного труда.

Следует заметить, что в основе правового регули­рования вольнонаемного труда в 30-е гг. XIX в. лежа­ло гражданское законодательство, которое наряду с прочими отраслями российского законодательства содержалось в Своде законов Российской империи (т. X Свода законов).

В частности, в соответствии со ст. 1396 Законов гражданских договор личного найма заключался для выполнения работ по дому, на земле, в промыслах, цехах, на мануфактурах, заводах и в торговых пред­приятиях. Под данный вид договора подпадали соб­ственно труд по найму, работа в качестве подмастерья или ученика у цехового мастера, а также отношения между ремесленником и заказчиком работ. Однако свобода воли при заключении договора в ряде случа­ев была условной: несовершеннолетние дети и жен­щины заключали его только с позволения родителей (опекунов) или мужа; крепостные крестьяне - с согла­сия помещика, письменно определявшего, на какой срок он разрешает заключение такого обязательства. Большая часть крестьян работала в промышленности на иных правовых основаниях.

Договор личного найма носил, за исключением отдельных оговорок, срочный характер. В частности, срок личного найма устанавливался договаривающи­мися сторонами, но не мог простираться долее пяти лет. Цена договора устанавливалась сторонами при его заключении. Права и обязанности сторон, в отли­чие от иных условий договора, имели внедоговорной характер и оговаривались Законом.

Например, хозяин с нанявшимися должен был «обходиться справедливо и кротко, требовать от них токмо работы, установленной по договору, или той, для которой наем учинен, платить им точно и содержать исправно» (ст. 1419); цеховой мастер был обязан ученика «учить порядочно, обходиться с ним человеколюбиво и сходственно здравому рассудку, без причины не наказывать, излишней и необыкно­венной по ремеслу работы на него не налагать и не позволять того ни своей семье, ни мастерам и под­мастерьям» (ст. 1426); цеховой мастер, отпуская под­мастерье или ученика, должен был дать ему пись­менное свидетельство, каковое он заслужил (ст. 1432); при этом цеховой мастер, не давший подмастерью или ученику свидетельства по злобе и в этом обли­ченный, наказывался по рассмотрению Ремесленной управы (ст. 1433).

Нанявшийся на работу или отданный в учение должен был быть «верным, послушным и почти­тельным к хозяину и его семье, и стараться добры­ми поступками и поведением сохранить домашнюю тишину и согласие». Нанявшийся должен был «по порученному ему от хозяина делу стараться сколько можно отвращать все могущие случиться убытки» (ст. 1421), а в случае причинения ущерба по небреж­ности вверенному ему имуществу платить за то хозя­ину безотговорочно или выслуживать причиненные им убытки (ст. 1423) и т. д.

Свод законов допускал взыскание с работника штрафа «по усмотрению хозяина». Хозяин распо­лагал правом во всякую минуту уволить рабочего в случае «ненадобности его услуг». Рабочий же должен был предупредить хозяина о своем желании уйти за месяц или за два.

Как следует из содержания прав и обязанностей сторон договора о личном найме, общие положения гражданских законов являлись слабой попыткой упо­рядочить отношения фабричного труда и были боль­ше рассчитаны на применение к отношениям между хозяином и прислугой, а также к взаимоотношениям мастера и ученика.

Как результат, Свод законов Российской импе­рии, составление которого было завершено в 1832 г., не регулировал обострившиеся на тот период во­просы о форме договора личного найма, расчетов с рабочими и не предусматривал механизмов контро­ля за соблюдением взятых на себя сторонами обяза­тельств.

В рассматриваемом случае говорить о высоком качестве этих правовых предписаний не приходится, поскольку они не были призваны урегулировать от­ношения фабричного труда, и на практике большей частью наблюдался беспорядок и частые взаимные жалобы работодателей и работников. Ко всему это­му, так как рабочие работали без записывания усло­вий найма, местным властям было крайне сложно осуществлять разбирательство этих жалоб. Невзирая на все это, следует признать, что подобные правовые установления удовлетворяли запросам общества по расширению применения свободной рабочей силы.

Наконец, насущный вопрос о качественности правового регулирования наемного труда был под­нят князем Голицыным. Выработанный им проект предусматривал заведение на фабрике книг для за­писи условий найма рабочих, производимых с ними всех видов расчетов, выдачу рабочим «рядных ли­стов» - выписок из книг. На предприятиях должны были вывешиваться печатные или письменные объ­явления с перечнем обязанностей рабочих.

Но поскольку в проекте акта князя Голицына к владельцам фабрик предъявлялся целый ряд требо­ваний, проект был переработан, и, в конечном счете, 24 мая 1835 г. было утверждено «Положение об от­ношениях между хозяевами фабричных заведений и рабочими людьми, поступающими на оные по най­му». Предназначенное для применения только на предприятиях Санкт-Петербурга и Москвы, оно не­продолжительное время имело распространение на большой части промышленных губерний России.

Согласно этому нормативно-правовому акту от хозяина требовалось, чтобы он имел расчетную кни­гу, но выдача расчетных листов или заключение пись­менных условий с рабочими для него не были обя­зательны. Данный вывод проистекает на основании того, что согласно Положению от 24 мая 1835 г. на волю хозяев фабрик или заведений отводилась воз­можность заменять письменные условия выдачею расчетных листов, в которых должны были содер­жаться условия найма и количество заделанной ме­сячной или поденной платы. Причем универсальным учетным документом о наемных работниках служила все-таки особая книга для записи производимых хо­зяином расчетов и платежей фабричным рабочим и мастеровым.18 Требование вывешивания правил о порядке работ на фабрике также носило декларатив­ный характер. При этом по Закону 1835 г. рабочий лишался права оставлять хозяина до срока договора, даже если хозяин не исполнял своих обязанностей по отношению к нему. Предприниматель же мог уво­лить рабочего во всякое время, предупредив его за две недели. Ситуация усугублялась отсутствием органов надзора за исполнением правовых установлений.

Комментируя содержание данного Положения, несложно заметить, что, хотя этим законодательным актом и осуществлялась более детальная регламен­тация трудовых отношений, его принятие не выпол­нило своей первостепенной задачи, ибо этот право­вой акт не содержал предпосылок для качественного правового регулирования отношений найма труда и, соответственно, не смог устранить поводов к недо­вольству и жалобам рабочих. Положение весьма ли­берально отнеслось к исполнению обязанностей фа­брикантами и не предусматривало каких-либо мер юридической ответственности за несоблюдение со­ответствующих статей Закона. Тем самым предпри­нятая законодательная инициатива не привела к вос­становлению дисбаланса в обществе и качественному развитию законодательства о наемном труде. Поло­жительным во всем этом явилось лишь то, что «Поло­жение об отношениях между хозяевами фабричных заведений и рабочими людьми» было первым нор­мативным актом, распространившим свое действие не на отдельные отрасли хозяйства или территории, а на всю промышленность России.

Таким образом, первые попытки качественного нормативного регулирования отношений фабрич­ного труда князем Голицыным окончились неудачей, поскольку они так и не были оформлены в виде за­кона. К моменту начала реформ 60-х гг. XIX столетия правовое регулирование общественных отношений в сфере наемного труда осуществлялось исключитель­но в порядке индивидуально-договорного регулиро­вания на основе общих положений о личном найме (т. X Свода законов издания 1842 г.).

Как видим, развитие качества государственно­го регулирования отношений по труду в России ис­пытывало существенные затруднения. Отчасти это объясняется тем, что, несмотря на то, что крестьян­ство как экономический фактор играло все большую роль, на протяжении всего XVIII и части XIX столетия фабричный труд носил по преимуществу принуди­тельный характер. Конечно, вольнонаемный труд на предприятиях России использовался и ранее, однако существование крепостного права в нашей стране до 1861 г. являлось тем фактором, который сдерживал широкое использование свободного труда в про­мышленности и, соответственно, развитие качества его правового регулирования.

С 1861 г. в связи с отменой крепостного права Российская империя окончательно встала на ка­питалистический путь развития, и перед ней от­крылись новые перспективы, в том числе в области качественного развития фабрично-заводского зако­нодательства.

По этому поводу можно отметить, что реформа, покончившая с крепостной зависимостью, повлек­ла за собой рост социальной активности рабочих в борьбе за свои права и создала возможность для широкого развития рыночных отношений. Впервые в истории России рабочая сила смогла мигрировать в промышленно развитые города, благодаря чему в стране возникли условия для развития рынка воль­нонаемного труда. Именно с этого момента можно констатировать начало следующего этапа в развитии качества государственного регулирования трудовых отношений.

В течение последней трети XIX в. численность рабочих в России увеличилась втрое и к 1900 г. соста­вила около 3 млн человек. Основным источником по­полнения кадров по-прежнему оставались крестьяне, отрыв которых от земли происходил медленно.

На фабриках, работавших в одну смену, рабочий день доходил до 14-15 часов, на предприятиях с двух­сменным режимом он составлял 12 часов. Широко использовался труд женщин и подростков. Страхо­вания от болезней и несчастных случаев тогда не су­ществовало, пенсий тоже.

Заработная плата рабочих в России была в 2 раза ниже, чем в Англии, в 4 раза ниже, чем в США. Адми­нистрация штрафовала рабочих за малейшие про­винности. На большинстве фабрик заработная плата выдавалась нерегулярно или с большими интервала­ми - на Рождество, Пасху, Покров. До очередной по­лучки рабочий вынужден был брать продовольствие в кредит в фабричной лавке - обычно неважного ка­чества и по высоким ценам.

Как отмечают А.Н.Боханов и М.М.Горинов, «низкая техническая оснащенность многих фабрик и заводов, аграрное перенаселение центральных районов, делавшее рабочую силу чрезвычайно де­шевой, не стимулировали предпринимателей уко­рачивать рабочий день и повышать заработную пла­ту. Хотя на отдельных предприятиях уже к концу XIX в. существовала развитая система медицинского и социального обеспечения, но в целом в России жиз­ненный уровень рабочих уступал западноевропейс- кому...».

По мере возрастания рентабельности вольно­наемного труда и отсутствия адекватных правовых средств, способных такой труд регулировать, при­шло осознание того, что гражданско-правовые нор­мы мало подходят для этого, а потому необходимо обособленное фабричное законодательство, направ­ленное на законодательное урегулирование отноше­ний между нанимателями и наемными работниками. Вследствие этого требовалось в целом качественно переработать законодательство, регулирующее труд наемных работников.

Поскольку жесткие формы эксплуатации труда касались всех рабочих без исключения, и, следова­тельно, как такового государственного регулирования труда отдельных категорий лиц в стране не существо­вало, становится очевидной также необходимость ка­чественно урегулировать порядок применения труда по найму таких категорий работников, как женщины и дети.

Также следует заметить, что основным мотивом попыток качественной корректировки российского законодательства о найме труда явилась необходи­мость устранения массовых волнений среди рабочего населения, находящегося в состоянии крайне жесто­кой эксплуатации на капиталистических фабриках. Как отмечает И.Ю.Ташбекова, целый ряд забастовок среди рабочих был вызван постоянно ухудшающими­ся условиями труда - антисанитарными условиями в рабочих помещениях, отсутствием нормативно закре­пленной продолжительности рабочего времени, та­рификации и контроля выплат заработной платы.

С этими целями в период 60-80-х гг. XIX в. мно­гочисленными административными и правитель­ственными комиссиями разрабатывались различные фабричные законопроекты. При этом попытки уре­гулировать отношения наемного труда предприни­мались не только на центральном, но и на региональ­ных уровнях.

Направление, по которому шло развитие каче­ства законодательства о фабричном труде, было тра­диционным, в этом направлении уже двигались дру­гие европейские страны, это, прежде всего, введение ограничений на использование детского и женского труда, а также формирование системы государствен­ного надзора за исполнением данных правоустанов- лений.

Так, в 1859 г. была создана специальная комиссия по изучению быта рабочих, занятых на производстве. В результате обследования данной области было установлено, что малолетние, начиная с 8-летнего возраста, работают по 14 часов в день (иногда и по но­чам) в плохих санитарных условиях. Выработанный комиссией «Проект правил для фабрик и заводов в Санкт-Петербурге и уезде», несомненно, представля­ет интерес, поскольку содержание Правил в большей мере сводилось к мерам, направленным на охрану фабричного труда, а также к мерам по формирова­нию государственного надзора за обеспечением нор­мальных условий трудовой деятельности. В основе проекта лежала, прежде всего, идея об установлении ограничений в приеме на работу несовершеннолет­них и сокращении для них продолжительности ра­бочего времени. Обсуждался вопрос и о введении фа­бричной инспекции.

К сожалению, проект своего дальнейшего разви­тия не получил и в 1960 г. был передан в качестве ма­териала образованной Министерством финансов ко­миссии под руководством графа А.Ф.Штакельберга. Проведенные комиссией мероприятия позволили ей разработать проект устава о промышленности, со­гласно которому запрещался труд малолетних детей, труд подростков в возрасте от 12 до 18 лет ограничи­вался десятью часами в сутки, предусматривалось формирование промышленных судов с участием рабочих. Привлечение несовершеннолетних работ­ников к работе в ночное время запрещалось. Однако указанные предложения были отвергнуты, а комис­сия расформирована.

В 1871 г. уже другой комиссией под председатель­ством П.Н.Игнатьева был выработан проект «Уста­ва о личном найме рабочих и прислуги», который в отличие от многих других проектов не ограничивал сферу действия закона какой-либо одной категорией рабочих. В силу того, что комиссия под руководством Игнатьева подчинялась Министерству внутренних дел, общественность встретила учреждение данной комиссии весьма отрицательно, и рассмотрение раз­работанного проекта в Государственном совете так и не состоялось.

Указанный проект в 1874 г. был передан на до­работку в новую комиссию под председательством П.А.Валуева. Эта комиссия, как и предшествующие, обратила основное внимание на вопросы регламен­тации возраста приема на работу, а также продолжи­тельности рабочего времени для несовершеннолетних. Однако наряду с этим проект комиссии Валуева содер­жал нормы, которые непосредственным образом регу­лировали порядок оформления договоров найма.

В частности, при поступлении на работу нани­мающийся был обязан представить рабочую книжку, которая передавалась нанимателю на весь период су­ществования письменного или словесного договора найма. Устанавливалась имущественная ответствен­ность хозяина, принявшего к себе работника без рабо­чей книжки. Кроме того, проектом предусматривалось обязательное предоставление нанявшимся расчетных тетрадей, в которых записывались все выдачи рабочим деньгами, вещами или припасами, вычеты и штрафы, условия найма, а также правила внутреннего распо­рядка. Регламентировались возможные последствия самовольного ухода рабочего с фабрики или завода.

Несмотря на то, что в сравнении с остальными указанный проект отличался большей степенью за­щиты интересов промышленников, в Государствен­ном совете он был отвергнут, что обосновывалось, в частности, несвоевременностью принятия система­тического законоположения о найме рабочих.

То, что вышеперечисленные проекты так и не были осуществлены, объясняется ожесточенной оп­позицией части русской буржуазии, которая пре­обладала в центральной части России. По словам И.Ю.Ташбековой, «основанием для такого ярого со­противления явилось слабое оснащение предприя­тий в техническом плане, а поддержание высокого уровня производительности обеспечивалось. за счет жестокой эксплуатации рабочих и крупного привле­чения дешевой силы. А самой дешевой. была дет­ская сила».

Как видим, все предпринятые меры так и не привели к принятию единого нормативного акта, который бы в комплексе решал основные вопросы найма рабочих на фабрики, заводы и в ремесленные заведения. Однако именно в этот период при раз­работке норм, которые бы регулировали трудовые отношения в России, наиболее отчетливо прослежи­ваются попытки внедрения в сферу регулирования отношений личного найма публично-правовых на­чал. Имея целью введение соответствующих импера­тивных норм, проектируемые законоположения тем самым предполагали ограничение самостоятельно­сти хозяев фабричных заведений при юридическом оформлении условий взаимоотношений сторон. В результате поставленная перед государством задача обеспечить порядок на предприятиях и одновремен­но устранить наиболее явные проявления эксплуа­тации труда оказала значительное воздействие на последующее развитие качества законодательства о труде. Так в 80-х гг. XIX столетия возникло, а затем получило количественное и качественное развитие российское фабричное законодательство.

В 1880-1881 гг. на промышленных предприяти­ях в производство внедрялись механизированные системы. Это повлекло за собой снижение спроса на рабочие руки и еще более ухудшило положение трудящихся. Начиная с этого периода протесты и вы­ступления рабочих приобретают массовый характер. Это и послужило причиной существенной корректи­ровки правового регулирования взаимоотношений рабочих и фабрикантов.

В частности, в 1882 г. был принят закон, частично регламентировавший труд малолетних (работа детей до 12 лет воспрещалась, а рабочий день подростков 12-15 лет на фабриках ограничивался 8 часами, запре­щалась ночная работа, работа в выходные и празд­ничные дни). В 1885 г. была запрещена ночная рабо­та на ткацком производстве женщин и подростков 15-17 лет. В 1886 г. под влиянием Морозовской стачки был принят закон о штрафах, который в некоторой мере регламентировал взимание штрафов, опреде­лял их размер. Контроль за исполнением закона воз­лагался на фабричную инспекцию. Законом 1897 г. был несколько ограничен рабочий день для фабрич­ных рабочих (вместо 14-16 ч. он стал равен 11-12 ч.). В 1903 г. был учрежден институт фабричных старост, которые должны были предупреждать конфликты между рабочими и предпринимателями. Издани­ем в 1906 г. Временных правил о профессиональных обществах были легализованы профсоюзы. В 1912 г. были приняты Положения о страховании рабочих от несчастных случаев и на случай болезни.

Таким образом, затянувшееся формирование ра­бочего класса привело к запоздалому возникновению трудового законодательства в России. Только с ро­стом в конце XIX в. активного недовольства рабочих условиями труда государство стало уделять особое внимание проблемам качественного правового регу­лирования трудовых отношений в сфере сельскохо­зяйственного и промышленного производства.

Проведенное исследование качества законода­тельного регулирования наемного труда в Россий­ской империи позволяет сделать вывод о том, что со­ответствующий вопрос целесообразно рассматривать применительно к следующим периодам: 1) XVIII в. - 30-е гг. XIX века; 2) 30-60-е гг. XIX века; 3) 60-80-е гг. XIX века; 4) 80-е гг. XIX века - октябрь 1917 г.



Следующие материалы:

Предыдущие материалы:

 

от Монро до Трампа


Узнать больше?

Ваш email:
email рассылки Конфиденциальность гарантирована
email рассылки

Blischenko 2017


ПОЗДРАВЛЕНИЯ!!!




КРУГЛЫЙ СТОЛ

по проблемам глобальной и региональной безопасности и общественного мнения в рамках международной конференции в Дипломатической академии МИД России

МЕЖДУНАРОДНОЕ ПРАВО

Право международной безопасности



Инсур Фархутдинов: Цикл статей об обеспечении мира и безопасности

№ 4 (104) 2016
Московский журнал международного права
Превентивная самооборона в международном праве: применение и злоупотребление (С.97-25)

№ 2 (105) 2017
Иранская доктрина о превентивной самообороне и международное право (окончание)

№ 1 (104) 2017
Иранская доктрина о превентивной самообороне и международное право

№ 11 (102) 2016
Стратегия Могерини и военная доктрина
Трампа: предстоящие вызовы России


№ 8 (99) 2016
Израильская доктрина o превентивной самообороне и международное право


7 (98) 2016
Международное право о применении государством военной силы против негосударственных участников

№ 2 (93) 2016
Международное право и доктрина США о превентивной самообороне

№ 1 (92) 2016 Международное право о самообороне государств

№ 11 (90) 2015 Международное право о принципе неприменения силы
или угрозы силой:теория и практика


№ 10 (89) 2015 Обеспечение мира и безопасности в Евразии
(Международно правовая оценка событий в Сирии)

Индексирование журнала

Баннер

Актуальная информация

Баннер
Баннер
Баннер

Дорога мира Вьетнама и России

Ирина Анатольевна Умнова (Конюхова) Зав. отделом конституционно-правовых исследований Российского государственного университета правосудия


Вступительное слово
Образ жизни Вьетнама
Лицом к народу
Красота по-вьетнамски
Справедливость и патриотизм Вьетнама
Дорогой мира вместе


ФОТО ОТЧЕТ
Copyright © 2007-2017 «Евразийский юридический журнал». Перепечатывание и публичное использование материалов возможно только с разрешения редакции
Яндекс.Метрика