Содержание журналов

Баннер
PERSONA GRATA

В кризисе юридической науки во многом виноваты сами учёные
Интервью с доктором юридических наук, профессором, заслуженным юристом Российской Федерации Николаем Александровичем Власенко

Группа ВКонтакте

Баннер
Баннер
Баннер
Баннер


О возможности виндикации бездокументарных ценных бумаг
Научные статьи
04.04.13 16:35


  
ЕврАзЮж № 3 (10) 2009
Гражданское право
Ожогин А.С.
О возможности виндикации бездокументарных ценных бумаг
В статье рассматривается вопрос о возможности применения винди­кации в отношении бездокументарных ценных бумаг. Отмечается противо­речивость законодательства, неоднозначность его толкования. Рассматри­ваются различные точки зрения цивилистов и их разногласия по данному вопросу.
     

В последнее время в литературе часто обсуждает­ся вопрос защиты нарушенных прав собственников, владеющих ценными бумагами в бездокументарной форме, включая также возможность применения к ним такого вещного института гражданского права, как институт виндикации, возможности истребова­ния бездокументарных ценных бумаг (далее БЦБ) из незаконного владения.

Следует отметить, что единства мнений по дан­ному вопросу нет. Одна часть специалистов в своих работах допускает применение виндикации к БЦБ, другая - относится к этому резко отрицательно.

Сначала рассмотрим мнения тех, кто не призна­ет виндикацию как один из способов восстановления нарушенного права в данной области.

Так, Е.А.Суханов в статье «Акционерные обще­ства и другие юридические лица в новом граждан­ском законодательстве» высказывает мнение о том, что акционерные общества в действительности не осуществляют эмиссию ценных бумаг в документар­ной форме: «В этих случаях акций как ценных бумаг просто не существует, а имеется та или иная форма учета прав акционеров (в том числе «бездокументар­ная» - в виде записей в компьютере, являющаяся в соответствии со ст. 149 ГК не «ценной бумагой», а спо­собом фиксации прав)».1 Поэтому, по мнению иссле­дователя, бездокументарная ценная бумага не явля­ется вещью и по ее поводу могут складываться только обязательственно-правовые, а не вещно-правовые от­ношения. Чужеродные юридические конструкции, которыми теперь в России, к сожалению, регулиру­ется рынок ценных бумаг (за исключением векселей), всячески пытаются втиснуть в рамки отечественной (т.е. по сути европейской) «системы координат»: без­документарные ценные бумаги объявляются «осо­бой разновидностью» вещей, причем индивидуально определенных (обычно «бестелесными вещами» - res incorporates, при этом здесь намеренно искажается традиционное понимание этой категории римского права, принятое еще дореволюционными романи­стами). Делается это для того, чтобы предоставить им привычное для континентального гражданского права средство защиты - виндикационный иск, а не использовать иски, принятые для этой цели в аме­риканском праве. Вся эта в достаточной мере неле­пая ситуация - прямое следствие законодательного смешения разнородных юридических категорий (европейских вещных прав и американских «прав собственности»), притом проведенного крайне не­квалифицированно и непоследовательно. Очевиден и выход из нее - последовательный переход на тради­ционные гражданско-правовые позиции и отказ от использования чужеродных конструкций.

При этом, продолжает Е.А.Суханов, «необходи­мо учитывать тот факт, что, несмотря на существую­щую тенденцию в признании некоторых имуще­ственных прав объектами вещных прав, сами права, удостоверенные ценными бумагами, объектами пра­ва собственности в нашем законодательстве не при­знаны, так как российское гражданское право не до­пускает прямого (не опосредованного) признания прав объектами права собственности».

Схожей позиции придерживается А.О.Рыбалов, который считает, что «БЦБ не являются в строгом смысле ценными бумагами, так как закон четко раз­граничивает ценные бумаги и институт, к которому правила о ценных бумагах применяются по анало­гии». И далее: «Размышления о вещно-правовой или обязательственной природе БЦБ беспочвенны. Спо­соб фиксации права не может обладать ни вещной, ни обязательственной природой.

Отсюда следует и невозможность виндикации по «бездокументарной ценной бумаге»: правообла­датель просто не обладает объектом, подлежащим виндикации».

С точки зрения ведущих ученых-теоретиков, ис­требовать бездокументарные акции из незаконного владения, т. е. применить к ним виндикацию, нель­зя, на основании того, что бездокументарная акция не является вещью, т. е. не является осязаемым мате­риальным предметом, а представляет собой способ фиксации прав. А раз так, то к ней нельзя применить такое правомочие, как владение, и, соответственно, ее нельзя утратить. Следовательно, применить к БЦБ виндикацию нельзя, а в качестве способов защиты возможно применение положений главы 25 «Ответ­ственность за нарушение обязательств» ГК РФ, ска­жем, иск о возмещении убытков.

С другой стороны, в ст. 128 ГК РФ ценные бумаги отнесены к вещам, и никакого исключения из этого общего правила ни в ст. 128, ни ст. 149 ГК РФ в отно­шении бездокументарных ценных бумаг не сделано. Из категории вещей они не исключены.

Небезынтересно мнение А.Ю.Бушева, пытающе­гося дать более глубокое и более обстоятельное обо­снование своей позиции, согласно которой «матери­альная природа бездокументарной ценной бумаги сама по себе не препятствует применению правил о виндикации. Более того, юридическая природа от­ношений, в которые вовлекается БЦБ, диктует в ряде случаев необходимость применения именно такого средства правовой защиты, как виндикация».

Опираясь на общие рассуждения, А.Ю.Бушев формулирует вывод, согласно которому «виндикация применима только к тем правам требования (вклю­чая БЦБ), в отношении которых в обороте может быть достигнута та же степень индивидуализации, что и в отношении индивидуально-определяемых вещей». Здесь необходимо пояснить, что, по мнению А.Ю.Бушева, БЦБ - это ценные бумаги; сама фикса­ция их с помощью электронно-вычислительной тех­ники - это тоже документ; следовательно, БЦБ - это «электронные ценные бумаги». Дальше он рассужда­ет следующим образом: «...и по традиционным, и по электронным ценным бумагам право требования находится в сфере юридического господства лишь определенного лица. Никто другой в сфере нормаль­ного оборота не сможет извлечь полезные свойства права требования без воздействия на удостоверяю­щий владельца конкретный документ (бумажный или электронный). Такой документ - ценная бумага - индивидуализируется, и поэтому в случае утраты возможности воздействовать на него может быть воз­вращен в сферу господства управомоченного».

Нельзя также оставить без внимания утверж­дение В.А.Белова, «.то, что виндицировать мож­но лишь материальные вещи, «нигде не написано»: «была бы в ГК норма типа: «предметом виндикации может быть только вещь» - никаких проблем бы не было».[5] Более того, из ряда норм позитивного права можно сделать вывод, что БЦБ могут принадлежать их обладателям на праве собственности. Коль скоро нормы о виндикации расположены в главе о защи­те права собственности и иных вещных прав, стало быть, виндикация и негаторный иск должны быть применимы и к БЦБ. Этого и придерживается автор: «В соответствии со ст. 128 ГК РФ ценные бумаги от­несены к движимым вещам. При этом, формулируя данное положение, законодатель прямо не исклю­чает из вещей бездокументарные ценные бумаги. Кроме того, в ст. 2 ФЗ «О рынке ценных бумаг» при формулировании понятия «владелец» законодатель определяет, что это «лицо, которому ценные бумаги принадлежат на праве собственности или ином вещ­ном праве». Из содержания ст. 128 ГК исследователь делает следующий вывод: «Если вслед за статьей 128 ГК РФ признать, что и документарные, и бездоку­ментарные ценные бумаги могут быть признаны ве­щами (пусть даже и их разными подвидами), то для защиты прав участников соответствующих долговых обязательств допустимо применение одних и тех же родовых вещно-правовых конструкций, прежде всего виндикации ценной бумаги, а, следовательно, и во­площенного в ней права». Поэтому если и согласить­ся с тем, что документарные и бездокументарные бу­маги являются разными подвидами вещей, из этого будет следовать только то, что институт виндикации применим лишь к первому подвиду.

Очевидно то, что различные по своему экономи­ческому содержанию отношения требуют и различ­ного правового регулирования. Законодатель не слу­чайно ввел для защиты вещных прав способы, явно отличные от способов защиты иных, в том числе и иных абсолютных прав. Выделение вещных прав в от­дельную категорию со специальными способами за­щиты должно быть обусловлено отличием этих прав от смежных категорий. Являясь разновидностью аб­солютных имущественных прав, вещное право вы­деляется в его подвид благодаря своему материаль­ному объекту. «Различие абсолютных прав между собой основывается на различии объекта. Объектом вещных прав является вещь в материальном смыс­ле. Этим признаком обусловливается природа вещ­ных прав, возможность истребовать вещь из чужого владения, притом натурой, а не в виде возна­граждения».

Исследователи правового регулирования отно­шений по поводу БЦБ ищут решение проблемы в разработке новых способов защиты. В порядке по­становки проблемы можно предложить конструк­цию абсолютно правового средства защиты права собственника именных ценных бумаг, лишившегося их владения, то есть иска, который мог быть заявлен против любого и каждого, к кому перешло владение спорными ценными бумагами. «Создание абсолют­но правового средства судебной защиты владельцев бездокументарных ценных бумаг, построенного на принципах виндикационного требования, но учи­тывающего специфику БЦБ и перехода прав на них, позволит более адекватно отразить особенности ре­гулируемых отношений, и в то же время не будет противоречить постулатам гражданского права».8 Такие предложения, несомненно, заслуживают при­стального внимания и дальнейшего развития, но тре­буют конкретизации.

Что касается судебно-арбитражной практики, то она в последнее время изменилась и тяготеет к тому, что имущественная ответственность за неправомер­ное списание акций должна возлагаться не только на профессионального реестродержателя, но и на общество-эмитента. Нормативно-правовым основа­нием для этого является правило п. 4 ст. 44 Федераль­ного закона «Об акционерных обществах», согласно которому «Общество, поручившее ведение и хране­ние реестра акционеров общества регистратору, не освобождается от ответственности за его ведение и хранение». Данная норма закона «Об акционерных обществах» действует в редакции Федерального зако­на от 7 августа 2001 г. № 120-ФЗ «О внесении измене­ний и дополнений в Федеральный закон «Об акцио­нерных обществах»».

Обоснование применения этой нормы дано в Постановлении Президиума ВАС от 2 августа 2005 г. № 16112/03 по делу по иску гр-ки Зацаринной О.М. к ОАО «Сибирская нефтяная компания» и ОАО «Ре­гистратор Р.О.С.Т.» о взыскании убытков, возникших в связи с утратой 143000 акций эмитента, списанных регистратором с лицевого счета истицы. Согласно решению Президиума ВАС РФ, «ответственность пе­ред своими акционерами за исполнение обязанности по надлежащему ведению и хранению реестра и за действия регистратора несет само акционерное об­щество, поручившее ведение реестра регистратору».9 Эта позиция Президиума ВАС РФ далеко не бесспор­на как с теоретической, так и с практической точки зрения.

Немаловажную роль в вопросе о возможности виндикации играет позиция Конституционного Суда РФ, сформулированная им в Постановлении от 21.04.2003 № 6-П. Конституционный Суд РФ исходит из того, что если имущество приобретается не не­посредственно у собственника, а у лица, которое не имело права отчуждать это имущество, то имуще­ство может быть возвращено из незаконного владе­ния (виндикация). Именно к этому Постановлению Конституционного Суда РФ апеллируют судебные органы, принимающие решение в пользу возможно­сти виндицировать акции.

Значение судебной практики оценивается по- разному. Но независимо от разрешения дискуссии в пользу или против сторонников отнесения судебного прецедента к источнику права, трудно не согласиться с тем, что в любом случае на законодателя оказыва­ют влияние тенденции, складывающиеся в судебной практике.

Подводя итог данной статье, хотелось бы отме­тить что, несмотря на многочисленные мнения и раз­ногласия, а также неоднозначную судебную практику по вопросу о возможности виндикации, тенденция по данным спорам складывается в пользу защиты прав владельцев БЦБ.

Признание бездокументарной ценной бумаги вещью позволило бы более эффективно применять действующее законодательство о ценных бумагах, а также использовать вещно-правовые способы защи­ты прав владельцев бездокументарных ценных бумаг и прежде всего акций. Ведь именно акции чаще всего становятся объектами корпоративных конфликтов, в которых нередко используются противозаконные и даже преступные методы борьбы.



Следующие материалы:

Предыдущие материалы:

 

от Монро до Трампа


Blischenko 2017


Узнать больше?

Ваш email:
email рассылки Конфиденциальность гарантирована
email рассылки

ПОЗДРАВЛЕНИЯ!!!




КРУГЛЫЙ СТОЛ

по проблемам глобальной и региональной безопасности и общественного мнения в рамках международной конференции в Дипломатической академии МИД России

МЕЖДУНАРОДНОЕ ПРАВО

Право международной безопасности



Инсур Фархутдинов: Цикл статей об обеспечении мира и безопасности

№ 4 (104) 2016
Московский журнал международного права
Превентивная самооборона в международном праве: применение и злоупотребление (С.97-25)

№ 2 (105) 2017
Иранская доктрина о превентивной самообороне и международное право (окончание)

№ 1 (104) 2017
Иранская доктрина о превентивной самообороне и международное право

№ 11 (102) 2016
Стратегия Могерини и военная доктрина
Трампа: предстоящие вызовы России


№ 8 (99) 2016
Израильская доктрина o превентивной самообороне и международное право


7 (98) 2016
Международное право о применении государством военной силы против негосударственных участников

№ 2 (93) 2016
Международное право и доктрина США о превентивной самообороне

№ 1 (92) 2016 Международное право о самообороне государств

№ 11 (90) 2015 Международное право о принципе неприменения силы
или угрозы силой:теория и практика


№ 10 (89) 2015 Обеспечение мира и безопасности в Евразии
(Международно правовая оценка событий в Сирии)

Индексирование журнала

Баннер

Актуальная информация

Баннер
Баннер
Баннер

Дорога мира Вьетнама и России

Ирина Анатольевна Умнова (Конюхова) Зав. отделом конституционно-правовых исследований Российского государственного университета правосудия


Вступительное слово
Образ жизни Вьетнама
Лицом к народу
Красота по-вьетнамски
Справедливость и патриотизм Вьетнама
Дорогой мира вместе


ФОТО ОТЧЕТ
Copyright © 2007-2017 «Евразийский юридический журнал». Перепечатывание и публичное использование материалов возможно только с разрешения редакции
Яндекс.Метрика