Содержание журналов

Баннер
PERSONA GRATA

Группа ВКонтакте

Баннер
Баннер
Баннер
Баннер


Регулятивная функция традиционной правовой системы
Научные статьи
09.04.13 12:39

вернуться

  
ЕврАзЮж № 1 (20) 2010
Теория государства и права
Ибрагимов Ж.И.
Регулятивная функция традиционной правовой системы
В статье исследованы закономерности и специфические особенности тради­ционной правовой системы. Автор рассматривает правовые аспекты регулирования казахского общества.

Актуальность темы работы обуславливается научной новизной и отсутствием комплексного исследования тра­диционной правовой системы такого огромного региона, как Казахстан. Тема представляет интерес с точки зрения выявления закономерностей и специфических особенно­стей развития правовой системы на территории, именовав­шейся в досоветский период Степной край.

История традиционной правовой системы является неотъемлемой частью истории государства и права Казах­стана.

В научной литературе существует мнение, что обычно­правовая система - это свод правил, которые регулируют общественную жизнь первобытных племен и родов. Не­которые исследователи рассматривали традиционную правовую систему и государство по отдельности. Мы со­гласны с научной позицией российских ученых-юристов: «Эффективное эволюционирование российской правовой жизни должно происходить за счет реального отражения права в законодательстве и правоприменении. В свою оче­редь, сущность обычного права определяется характером личностных отношений в конкретной социальной системе. Наиболее распространные и устоявшиеся «теоретические предрассудки» в отношении феномена правовой жизни и обычного права связаны, на наш взгляд, с абсолютизацией сознательного тотального контроля жизни социума, един­ства правовых культур различных его слоев, а также с не­дооценкой значимости института прав человека в жизни государства и общества.

Следует обратить также внимание и на неписанное право Европейского сообщества, которое состоит из «об­щих принципов права». Это «общее право» Европейско­го сообщества принято судом ЕС... Все эти обстоятельства актуализируют исследование обычного права в России как в обществе демократическом, многонациональном, много­конфессиональном, обладающем богатейшими историче­скими традициями».

Традиционная правовая система касается не только древнего периода, она является фундаментом государст­венности на этапах его становления. Развитие традицион­ной правовой системы происходило своеобразным путем. Особенности уклада жизни кочевника, укоренившиеся вековыми традициями, привнесли своеобразие и иной ко­лорит. Это касается степного пространства Евразии, где до­минировало кочевое хозяйство.

Известный ученый-юрист З.Кенжалиев отметил: «Правовая система, основанная на обычае и традиции, от­личается от правовой системы, образованной из законных норм. Это отличие прослеживается в историческом кон­тексте, социально-политическом значении, духовном на­чале, в принципах, в жизненных ценностях и влиянии на человечество обычного права».

Наряду с этим он отмечает внутреннее содержание и сущность, внешнюю характеристику, регулирующую роль и возможности влияния обычно-правовой системы. Если мы признаем кочевников Евразии представителями осо­бых культур, то мы должны признать их специфику госу­дарственной структуры. Значит, политическая характери­стика казахского общества соответствует такому явлению, как государство. Источники, которые мы ввели в научный оборот в период исследования, показывают несколько уровней политической структуры казахского общества. Но традиция управления казахским обществом не концентри­руется в одних руках, она видна в регуляторской функции различных социальных групп. Поэтому мы делим ее на условия: власть аксакала, власть родовых вождей, улусная власть, власть в жузах или ордынская власть, ханство, по­литическая власть и наряду с этим всенародная власть, ре­шение народного собрания.

Традиции власти казахского общества начинаются от уровней большой семейной общины. Наиболее многочис­ленную прослойку правящей элиты представляют аксака­лы, осуществлявшие социально-регулирующие функции. В руках аксакалов находились воспитательные функции общины, социализация молодых поколений и социаль­ный контроль в общине. Они имели некоторые судебные полномочия в своих группах, улаживая конфликты между родственными общинами, и были носителями сильного патриархального начала. «Признательность к благодеяни­ям и почтение к старикам, или аксакалам, суть лучшие чер­ты его характера, и почти единственные добродетели», - говорит А.И.Левшин про уважительное отношение казахов к своим старейшинам.

Следующий уровень - это власть внутри общины, которая регулируют политические проблемы. Это род, который является ядром политической системы казахского общества. В историко-правовых источниках род отмечает­ся как потестарная власть. Власть родовой общины пору­чается вождю, вышедшему из этого рода. Он пользуется своими управленческими качествами или правом насле­дования власти. Родоначальник является бием этого рода, управляет, решает споры, представляет свой род на чужой земле.

Несколько родов, объединившись между собой, со­ставляли общину, которая являлась ячейкой кочевого общества. На уровне этой ассоциации общин реализовы­вались функции внешнеэкономического регулирования межобщинных отношений, она фактически осуществляла регламентацию всей системы кочевников. Посреднические обязанности при оказании материальной помощи соро­дичам, а также арбитраж и контроль осуществляли бии и родоначальники.

Социальным проводником законотворческих преоб­разований внутри казахских жузов являлось преимуще­ственно сословие биев. В ряде источников излагается, что хан Тауке опирался в своей политической деятельности на нескольких влиятельных биев: в Старшем жузе - Толе бия Алибекулы (1663-1756),в Среднем жузе - бия Казыбека Кельдыбекулы (1667-1763), в Младшем жузе - Айтеке Бай- бекулы бия (1682-1766).

Ежегодно осенью самые авторитетные представители трех жузов собирались на 1-2 месяца для совещания возле ставки хана Тауке на холме Культобе, расположенном на берегу реки Ангрен, в 40 верстах от г. Ташкента. На этих со­браниях, сохранившихся в народной памяти в выражении «На Культобе собрания происходят ежедневно», обсужда­лись вопросы по поводу регулирования машрутов кочева­ния, разрешения различных конфликтов между родами, координации совместных усилий казахов для борьбы с внешним врагом и прочие.

В разные эпохи существования казахской государ­ственности на территории региона параллельно функ­ционировали от двух до четырех-пяти и более таких ко­чевнических образований, во главе которых находились собственные ханы. Основываясь на исторических предани­ях казахов, один из знатоков политико-правовых традиций Степного населения региона А.И.Тевкелев писал по этому поводу в 1759 году, что в истории казахских жузов нередко случалось, что в одной орде бывало по два и по три хана, но придерживались и слушались более того из них, который в народных делах рассудительнее и проворнее, а прочие имели одно ханское звание.

Из генеалогического критерия социальных стату­сов различных потестарно-политических групп казахов следовала и система статусного ранжирования разного рода субъектов властных отношений.

Ханский титул прямо не передавался по наследству, а мог быть приобретен лишь в результате процедуры офици­ального избрания какого-либо султана «от старшин подъ­емом на белой кошме при многолюдном собрании» в со­ответствии с давними традициями в тюркско-монгольском кочевом мире.

В основе механизма передачи и наследования ханско­го титула лежал принцип меритократии. Согласно этому принципу в ханы обычно избирались наиболее авторитет­ные и влиятельные среди казахов чингизиды, особо проявив­шие себя в военной, судебной и дипломатической сферах и имевшие поддержку многочисленных и сильных родов. Не случайно знатоки степных обычаев и традиций казахского народа А.И.Тевкелев и П.И.Рычков отмечали, что ханский титул «обыкновенно доставался таким султанам, которые хотя б и не ханские дети были, только б к народным делам были способны и в воинских делах проворны».

С учетом сказанного, думается, что характерной чер­той функционирования института ханской власти в казах­ском обществе, определявшей специфику кочевнических государственных образований, являлся особый тип вер­тикальных связей между разными субъектами властных отношений. Примечательной особенностью механизма функционирования властных отношений у казахов явля­лись персонифицированная форма связи между разными структурами политической системы и их в некотором роде свободный и необязательный характер.

Вследствие этого относительная стабильность и устой­чивость властных структур политической власти у казахов определялась согласованностью интересов хана с интереса­ми влиятельных людей, таких как султаны, аксакалы, бии, батыры. Следует отметить, что при нарушении ханом ин­тересов в сторону какого-либо сословия для повышения своего статуса в казахском обществе начинались сепара­тистские тенденции и затем происходило очередное рас­сеивание власти.



Следующие материалы:

Предыдущие материалы:

 

от Монро до Трампа


Blischenko 2017


Узнать больше?

Ваш email:
email рассылки Конфиденциальность гарантирована
email рассылки

ПОЗДРАВЛЕНИЯ!!!




КРУГЛЫЙ СТОЛ

по проблемам глобальной и региональной безопасности и общественного мнения в рамках международной конференции в Дипломатической академии МИД России

МЕЖДУНАРОДНОЕ ПРАВО

Право международной безопасности



Инсур Фархутдинов: Цикл статей об обеспечении мира и безопасности

№ 4 (104) 2016
Московский журнал международного права
Превентивная самооборона в международном праве: применение и злоупотребление (С.97-25)

№ 2 (105) 2017
Иранская доктрина о превентивной самообороне и международное право (окончание)

№ 1 (104) 2017
Иранская доктрина о превентивной самообороне и международное право

№ 11 (102) 2016
Стратегия Могерини и военная доктрина
Трампа: предстоящие вызовы России


№ 8 (99) 2016
Израильская доктрина o превентивной самообороне и международное право


7 (98) 2016
Международное право о применении государством военной силы против негосударственных участников

№ 2 (93) 2016
Международное право и доктрина США о превентивной самообороне

№ 1 (92) 2016 Международное право о самообороне государств

№ 11 (90) 2015 Международное право о принципе неприменения силы
или угрозы силой:теория и практика


№ 10 (89) 2015 Обеспечение мира и безопасности в Евразии
(Международно правовая оценка событий в Сирии)

Индексирование журнала

Баннер

Актуальная информация

Баннер
Баннер
Баннер

Дорога мира Вьетнама и России

Ирина Анатольевна Умнова (Конюхова) Зав. отделом конституционно-правовых исследований Российского государственного университета правосудия


Вступительное слово
Образ жизни Вьетнама
Лицом к народу
Красота по-вьетнамски
Справедливость и патриотизм Вьетнама
Дорогой мира вместе


ФОТО ОТЧЕТ
Copyright © 2007-2017 «Евразийский юридический журнал». Перепечатывание и публичное использование материалов возможно только с разрешения редакции
Яндекс.Метрика