Содержание журналов

Баннер
PERSONA GRATA

Content of journals

Баннер
Баннер
Баннер
Баннер


Правовая природа и понятие права на защиту в гражданском праве Украины: 1-3 (начало)
Научные статьи
02.07.13 10:57

вернуться

Правовая природа и понятие права на защиту в гражданском праве Украины: 1-3 (начало)

  

Вопрос о природе права на защиту является составной частью более общей проблемы защиты гражданских прав. Его изучение имеет не только теоретическое, но и практическое значение. От правильной сущностной интерпретации это­го права во многом зависит решение практических вопросов правотворчества и правоприменения, надлежащего осущест­вления субъективных прав и обязанностей.

М.А. Викут отмечает: «Вопрос о природе и отраслевой принадлежности права на защиту является теоретически спорным, так как нет ясности в определении содержания и соотношения таких понятий, как право на защиту, защита права, право на судебную защиту, которые используются как в теории права, так и в законодательстве».

В.П. Грибанов, изучавший этот вопрос в материально­правовом аспекте, писал, что в цивилистической науке вопрос о защите гражданских прав с точки зрения принадлежащего управомоченному лицу права на защиту вообще не исследо­вался. Не прижился в цивилистической науке и практике и сам термин «право на защиту». «В связи с этим, - продолжает автор,- естественно возникает вопрос о правомерности упо­требления с точки зрения гражданского и гражданско-про­цессуального законодательства и с точки зрения цивилистиче- ской науки самого понятия "право на защиту"».

На наш взгляд, такая постановка правомерна. Поэтому следует выделить несколько основных причин для этого.

Первая из них - это развитие самой юридической науки, в которой исследования проблемы защиты гражданских прав и, в частности, права на защиту переносилось в область про­цессуальной теории. При этом особенно «повезло» праву на иск, которое едва ли не всегда отождествлялось с правом на за­щиту, с правом, которое осуществляется в рамках судопроиз­водства по гражданским делам. Вместе с тем проблема права на защиту выходит за рамки права на иск, ибо иском возбуждаются только дела, относящиеся к исковому производству, дела же, которые рассматриваются в порядке двух других ви­дов гражданского судопроизводства, возбуждаются жалобами и заявлениями. Второй причиной является необходимость из­учения данного права в междисциплинарном контексте, ибо проблема права на защиту является не только и не столько ис­ключительно цивилистической (отраслевой).

На сегодняшний день общепризнанного понятия права на защиту не сложилось. В современной правовой науке суще­ствует несколько подходов к характеристике права на защиту.

Так, большинство ученых рассматривают право на защиту в качестве одного из правомочий субъективного права. В част­ности, В.П. Грибанов пишет, что с материально-правовой точ­ки зрения нет препятствий к тому, чтобы рассматривать право на защиту в его материально-правовом аспекте, как одно из правомочий самого субъективного права. Такого же мнения придерживаются и авторы учебника «Гражданское право», которые считают, что право на защиту является составной ча­стью самого субъективного права.

Другая группа ученых полагает, что право на защиту не входит в состав субъективного права в качестве самостоятель­ного правомочия, а свойственно субъективному праву в целом. Например, С.В. Курылев указывает на то, что право на защиту является не элементом субъективного права, а самостоятель­ным субъективным правом, возникающим в результате право­нарушения, оспаривания, помех в осуществлении права.

Приведенной точки зрения придерживается и Е.Я. Мото- виловкер. Он полагает, что право на защиту - это не отдель­ное правомочие, существующее в структуре первоначально возникшего субъективного права как притязание. Право на защиту - это новое охранительное субъективное право, воз­никшее из специфических обстоятельств (например, правона­рушения, оспаривания, объективно-противоправного деяния, сигнализирующего о потребности в защите).

третья группа ученых рассматривает право на защиту в качестве одного из элементов правового статуса гражданина.

таким образом, в тех сравнительно редких случаях, ког­да представители общей теории права и отраслевых юриди­ческих дисциплин обращаются к рассмотрению права на за­щиту, этот вопрос ими неразрывно связывается с вопросом о структуре субъективного права и правового статуса.

Что касается структуры субъективного права, то в юри­дической литературе существуют различные мнения. так, по мнению М.С. Строговича, субъективное право лица означает выраженные в норме права и закрепленные в ней:

а)  возможность пользования определенным социальным благом;

б)  полномочия совершать определенные действия и тре­бовать соответствующих действий от других лиц;

в)  свободу поведения, установленную нормой права.

С.Н. Братусь определяет субъективное право как меру

возможного поведения лица, обеспеченную законом и тем са­мым соответствующим поведением обязанных лиц. Н.Г. Алек­сандров характеризует субъективное право как единство трех гарантированных возможностей: определенного поведения обладателя права; требования совершения определенных дей­ствий со стороны других лиц; обращения в случае необходи­мости к принудительной силе государственного аппарата для реализации второй возможности.

Носитель субъективного права обладает и такой возмож­ностью, как осуществление известным образом защиты нару­шенного или оспариваемого права. Именно эту возможность и называют возможностью защиты или правом на защиту. Суть данного правомочия заключается в том, что если тре­бования, обращенные к обязанной стороне, добровольно не исполняются, то вступает в действие возможность использо­вания механизма правовой защиты. Из этого следует, что воз­можность правоохранительного характера включается в само содержание субъективного материального требования как одно из его правомочий и что право управомоченного лица на защиту сводится по существу, как правило, лишь к одной единственной возможности - возможности обратиться с тре­бованием о защите права к компетентным органам.

Субъективное право предоставляет своему обладателю возможность определенного дозволенного поведения, одновре­менно связывая обязанное лицо необходимостью должного по­ведения. А возможность прибегнуть в необходимых случаях к силе государственного принуждения, как указывается в юриди­ческой литературе, выступает как неотъемлемое качество субъ­ективного права, потенциально присущее любой его разновид­ности на любой стадии и готовое проявить себя немедленно в случае нарушения интересов управомоченного лица.

Д.М. Чечот прав, когда пишет, что субъективное право не сводится к притязанию, но столь же очевидна и бесплодность попыток представить субъективное право лишенным при­нудительной силы. «Причем принуждение, - замечает далее автор, - может носить как прямой, так и косвенный характер. Нельзя думать, что всякое добровольное исполнение обязан­ностей есть результат угрозы принуждения, однако столь же наивно полагать, что при всяком добровольном исполне­нии мы имеем дело с выражением действительной "доброй воли"».

Нам представляется, что выделение права на защиту в качестве одного из правомочий субъективного права являет­ся спорным. Нет необходимости специально выделять третью из содержащихся в субъективном праве возможностей (при­тязание), поскольку она поглощается двумя первыми. Все три возможности, которые составляют содержание субъективного права, представляют одну общую возможность действовать - идет ли речь о поведении самого управомоченного, о тре­бовании к обязанному лицу или об обращении к государству. Именно это, пожалуй, дало возможность Ю.К. Толстому ут­верждать, что вторая и третья возможность, как и первая, яв­ляются мерой возможного поведения самого управомоченно­го лица.

При всех разногласиях в вопросе о структуре субъектив­ного права никто не отрицает, что в его состав входят возмож­ность положительного поведения самого обладателя права и возможность управомоченного требовать определенного по­ведения от обязанного лица. Субъективное право представ­ляет собой меру возможного поведения, представляемого за­коном лицу в целях удовлетворения его интереса. Последний выражает объективное отношение его носителя к условиям социальной действительности и выступает как общественное отношение данного субъекта к другим субъектам по поводу этих условий. Реализация интереса может произойти лишь в результате общих усилий, связанных лиц, то есть действиями как одной, так и другой стороны отношения.

Отсюда следует, что субъективное право, выступающее средством удовлетворения законных интересов управомочен­ного лица, должно состоять из правомочий двух видов: право­мочия обладателя права на свои собственные положительные действия и правомочия обладателя права требовать извест­ного поведения от обязанного лица. Включение в структуру субъективного права возможности обратиться к государству в лице его юрисдикционных органов с требованием защиты на­рушенного права представляется спорным.

Во-первых, непонятно, почему возможность притязания адресована государству, если она входит в содержании субъ­ективного права, связывающего самих заинтересованных лиц. Ученые, которые рассматривают право на защиту в качестве элементов структуры субъективного материального права, верно подчеркивают, что все элементы субъективного права находятся в органическом единстве, но ведь единство пред­полагает в качестве одного из своих существенных моментов единство субъектов, связанных субъективным правом и каждым из его правомочий. Если же правомочия адресованы к различным субъектам, то ни о каком единстве правомочий субъективного права речь идти не может.

Во-вторых, возможность обратиться к государству в лице его юрисдикционных органов с требованием защитить на­рушенное право представляет собой, на наш взгляд, не мате­риальное, а процессуальное правомочие. Включение же его в состав материального субъективного права с неизбежностью приводит к конструированию как бы единого комплексного материально-процессуального субъективного права, что весь­ма проблематично.

Следует отметить и то, что ст. 15 Гражданского процессу­ального кодекса (ГПК) Украины предусматривает, что каждое лицо имеет право на защиту своего гражданского права в слу­чае его нарушения, непризнания или оспаривания. Каждое лицо имеет право на защиту своего интереса, который не про­тиворечит общим основам гражданского законодательства. Из вышеизложенного следует, что лицо имеет право на защиту не только субъективных прав, но и охраняемых законом интересов.

Право на защиту по своей юридической природе - неотъ­емлемый элемент прав человека и гражданина. В рамках дан­ного положения в юридической литературе была выдвинута теория, согласно которой право на защиту является элемен­том правового статуса гражданина.

Представители данного направления в исследовании пра­вовой природы права на защиту отмечают, что право на защи­ту составляет элемент правового статуса гражданина и имеет чрезвычайно важное значение, так как в случае непризнания (оспаривания или нарушения) прав гражданину предоставля­ется возможность обращения к мерам принуждения.

Правовой статус, природа прав и обязанностей, как клю­чевые понятия правовой науки, привлекают пристальное вни­мание юристов. Правовой статус - одно из наиболее общих и широких понятий юридической науки. Будучи обобщающим, собирательным, оно отражает по существу всю сферу юриди­ческих связей и отношений между личностью и обществом, включает в себя всю совокупность правовых средств, с помо­щью которых государство определяет и закрепляет положе­ние человека в данной системе общественного устройства.

Общая дефиниция правового статуса смоделирована мно­гими учеными. Например, Н.И. Матузов под правовым статусом в самом широком смысле понимает юридически закрепленное положение личности в обществе Юридическое закрепление фактического положения личности выражается в различных формах и осуществляется различными путями и способами. Оно начинается, в частности, с того, что личность признается субъектом действующего в обществе права, а следовательно, субъектом всех возникающих или могущих возникнуть на основе норм этого права правовых отношений. Это предполагает наде­ление ее особым правовым свойством - праводееспособностью, означающим, что лицо при наличии определенных условий (возраст, зрелость, состояние психики) способно иметь и лично осуществлять определенные права и обязанности, быть юриди­чески ответственным за свои поступки.

Следующим этапом является установление и закрепле­ние в законе за каждой личностью известного круга наиболее общих (основных) прав, свобод и обязанностей, позволяющих уже непосредственно предпринимать конкретные действия, пользоваться соответствующими социальными благами, удов­летворять свои интересы и потребности. Эти права, свободы и обязанности, будучи общими, равными и неотчуждаемыми, образуют ядро правового статуса личности.

В структуру правового статуса личности учеными вклю­чается различный набор элементов. Наряду с системой прав, свобод и обязанностей в правовой статус включают: граждан­ство; правоспособность; юридические гарантии и законные интересы; юридическую ответственность.

Правовой статус, вне сомнения, составляют права, свободы и обязанности. Права, свободы и обязанности - основной исход­ный элемент права, ничего более важного в структуре права, по существу, нет. Г.В. Мальцев отмечал, что система прав и обя­занностей - сердцевина, центр правовой сферы, и здесь лежит ключ к решению основных юридических проблем.

В правах и обязанностях фиксируются образцы, стан­дарты поведения личности, а также раскрываются основные принципы ее взаимоотношений с государством.

Поэтому без соответствующих правовых норм, главным образом конституционных, регулирующих наиболее важные отношения гражданина и государства, определение, закрепле­ние, а следовательно, само существование правового статуса невозможно. Не случайно ч. 4 ст. 55 Конституции Украины за­крепляет положение, что каждый имеет право какими-либо незапрещенными законом средствами защищать свои права и свободы от нарушений и противоправных посягательств.

Конституционное право на защиту означает для граждан возможность самостоятельно определять свое поведение, вид и меру этого поведения, не выходя за пределы установленных Конституцией рамок.

Нормы объективного права носят абстрактный характер. Следовательно, ни у кого не должен вызывать сомнения и аб­страктный характер конституционных прав и обязанностей. Конституционные права адресованы к индивидуально-не­определенному и в этом смысле абстрактному кругу лиц, к гражданам вообще. Вместе с тем особенность конституцион­ных прав, несмотря на их абстрактный характер, состоит в том, что они принадлежат каждому гражданину.

В юридической литературе отстаивается точка зрения, со­гласно которой конституционные права и обязанности имеют субъективный характер, несмотря на то, что они выражены в Основном законе в крайне общей форме, что их содержани­ем является идея (норма), получающая конкретизацию в те­кущем законодательстве. В качестве основного аргумента при этом выдвигается положение о том, что конституционные права и обязанности принадлежат не только всем, но и каж­дому гражданину.

Суть субъективных прав и обязанностей состоит отнюдь не в том, что они в равной мере принадлежат каждому. Это признак субъективного права, правового статуса, ибо только то, что предусмотрено правовой нормой, распространяется на человека, отвечающего определенным признакам или от­носится, по выражению В.А. Патюлина, к абстрактному субъ­екту данного рода. Если правовой статус и отделенные его элементы уравнивают граждан в их возможностях, поскольку устанавливают общие для всех (и для каждого) пределы воз­можного и должного поведения, то с помощью субъективных прав создается совершенно неповторимое (индивидуально­определенное) правовое положение отдельной личности.

В литературе высказан и иной подход к квалификации оснований возникновения конституционных прав. Ц.А. Ям- польская полагает, что правовой статус (правовое состояние) граждан складывается из их субъективных прав, возникающих в силу определенных юридических фактов. Трактовка право­вого статуса как состояния, находящегося в зависимости от конкретных юридических фактов (в том числе и от действия самого субъекта), наложила отпечаток и на предложенную ею схему реализации закрепленных в законе прав и свобод граж­дан. Она считает, что конкретное право гражданина в своем развитии проходит три стадии: стадию правоспособности (потенциальное состояние субъективного права), стадию при­обретения субъективных прав, составляющих правовой статус граждан, и стадию реализации субъективного права в кон­кретном правоотношении

С.Ф. Кечекьян, отмечая определенную последователь­ность в конкретизации возможностей, предоставляемых граж­данину правовыми нормами, в целом предлагает следующую схему этой конкретизации: а) общая правоспособность; б) специальная правоспособность; в) субъективное право, еще не осуществленное в конкретном правоотношении; г) субъектив­ное право, конкретизированное либо правоотношением, либо иными способами его осуществления.

Кроме того, при ознакомлении с приведенными выше схемами нельзя не обратить внимание на то, что во всех случа­ях в качестве одной из стадий указывается правоспособность. Поскольку правоспособность объявляется одним из этапов реализации правовых предписаний, то напрашивается вывод о том, что права граждан, и в том числе право на защиту, в каком-то своем состоянии являются и элементами правоспо­собности граждан как этапом конкретизации общего консти­туционного права.

Согласно ч. 1 ст. 25 ГК Украины правоспособность - это способность иметь гражданские права и обязанности (граж­данскую правоспособность).

В механизме правового регулирования правоспособность имеет регламентирующее значение и персонификацию субъ­ектов. Хотя в силу действия норм у гражданина не возникают конкретные субъективные права, вместе с тем его правовое положение персонифицировано, ибо он обладает известной возможностью приобрести при определенных условиях кон­кретное субъективное право.

Такое положение имеет место в силу следующих обстоя­тельств: правоспособность предоставляется известному кругу лиц, а права (обязанности), предусмотренные в ней, возника­ют при наличии тех или иных юридических фактов, то есть действий или событий, которые, в свою очередь, определяют­ся в норме права родовыми признаками. Конкретное субъек­тивное право возникает благодаря данному, имевшему место в действительности и потому индивидуально определенному юридическому факту, который порождает субъективное пра­во, накладывает на него черты, делающие и субъективное пра­во индивидуально-определенным, отличным от всех других.

Таким образом, обстоятельством, придающим субъек­тивному праву индивидуально-определенный характер, яв­ляется юридический факт, породивший данное субъективное право. С другой стороны, поскольку норма права, которая устанавливает элемент правоспособности, предусматривает соответствующий юридический факт, определяет его лишь родовыми признаками, возможность, заключенная в элементе правоспособности, также характеризуется родовыми чертами, но не является индивидуально-определенной.

Правоспособность и субъективное право по своему со­держанию соотносятся как общее и отдельное, как сущность и явление, а по динамике развития соотносятся как абстрактная и конкретная возможности.

Элемент правоспособности, а следовательно, и право на защиту, одинаков у всех лиц, которым он предоставлен, имен­но потому, что он является родовой возможностью и рассчи­тан на конкретизацию в каждом отдельном случае. Субъектив­ное же право является специфичным для каждого субъекта, так как оно характеризуется обстоятельствами, присущими только в данном случае.

Конкретное назначение субъективного права состоит в том, чтобы добиться известного поведения соответствующих субъектов. Когда реализуется субъективное право, это значит, что дозволенное поведение становится действительным. В пе­риод же до возникновения субъективного права об этом по­ведении тоже можно говорить как о возможности, однако для ее реализации необходимо наличие известных обстоятельств (юридических актов), влекущих за собой возникновение субъ­ективного права у соответствующего лица, и только затем последнее может совершать действия, непосредственно на­правленные на ее превращение в действительность. Ц.А. Ямпольская совершенно правильно говорит, что правоспособ­ность - это субъективное право в потенции.

Таким образом, право на защиту, как право конституци­онное, имеет стадии реализации, в том числе стадию право­способности, выступая как элемент правоспособности, и при определенных условиях осуществляться в конкретном поведе­нии правообладателя.

Право на защиту состоит в возможности его обладателя самому совершить юридически значимые активные действия. В отличие от других прав такого типа право на защиту имеет самостоятельное значение в механизме правового регулиро­вания и в высшей степени фиксирует свободу правомерного поведения.

Право на защиту имеет многофакторное значение и ха­рактеризуется многоступенчатой реализацией - через правовой статус, правоспособность и т. д. При этом основная сущ­ностно-функциональная его характеристика сводится к тому, что оно свою юридическую действительность приобретает в пределах общих правоотношений пассивного типа и порож­дает юридический эффект автоматически. Последующие эта­пы реализации права на защиту связаны с своеобразием его дальнейшего осуществления применительно к сфере их воз­можного приложения, конкретизации, в том числе граждан­ского права и гражданского процесса. При этом гарантиями права на защиту являются: 1) наделение этим правом всех граждан; 2) обеспечение всевозможных благ, которыми может располагать субъект права; 3) закрепление способов защиты материально-правового характера, судебных (процессуаль­ных) форм защиты.



Имплантация зубов - это метод вживления в костную ткань челюстей искусственных опор для несъемных и съемных конструкций зубных протезов. Суть имплантации заключается в том, что на место отсутствующего зуба устанавливается имплантат — титановый заменитель корня. Имплантация зубов, вся подробная информация на сайте http://www.vilida.kiev.ua


Следующие материалы:

Предыдущие материалы:

 

от Монро до Трампа


Узнать больше?

Ваш email:
email рассылки Конфиденциальность гарантирована
email рассылки

Blischenko 2017


ПОЗДРАВЛЕНИЯ!!!




КРУГЛЫЙ СТОЛ

по проблемам глобальной и региональной безопасности и общественного мнения в рамках международной конференции в Дипломатической академии МИД России

МЕЖДУНАРОДНОЕ ПРАВО

Право международной безопасности



Инсур Фархутдинов: Цикл статей об обеспечении мира и безопасности

№ 4 (104) 2016
Московский журнал международного права
Превентивная самооборона в международном праве: применение и злоупотребление (С.97-25)

№ 2 (105) 2017
Иранская доктрина о превентивной самообороне и международное право (окончание)

№ 1 (104) 2017
Иранская доктрина о превентивной самообороне и международное право

№ 11 (102) 2016
Стратегия Могерини и военная доктрина
Трампа: предстоящие вызовы России


№ 8 (99) 2016
Израильская доктрина o превентивной самообороне и международное право


7 (98) 2016
Международное право о применении государством военной силы против негосударственных участников

№ 2 (93) 2016
Международное право и доктрина США о превентивной самообороне

№ 1 (92) 2016 Международное право о самообороне государств

№ 11 (90) 2015 Международное право о принципе неприменения силы
или угрозы силой:теория и практика


№ 10 (89) 2015 Обеспечение мира и безопасности в Евразии
(Международно правовая оценка событий в Сирии)

Индексирование журнала

Баннер

Актуальная информация

Баннер
Баннер
Баннер

Дорога мира Вьетнама и России

Ирина Анатольевна Умнова (Конюхова) Зав. отделом конституционно-правовых исследований Российского государственного университета правосудия


Вступительное слово
Образ жизни Вьетнама
Лицом к народу
Красота по-вьетнамски
Справедливость и патриотизм Вьетнама
Дорогой мира вместе


ФОТО ОТЧЕТ
Copyright © 2007-2017 «Евразийский юридический журнал». Перепечатывание и публичное использование материалов возможно только с разрешения редакции
Яндекс.Метрика