Содержание журналов

Баннер
PERSONA GRATA

Content of journals

Баннер
Баннер
Баннер
Баннер


Православная церковь в системе взаимоотношений государства и общества в Российской Империи первой половины xix века - государство
Научные статьи
08.10.13 13:27
Оглавление
Православная церковь в системе взаимоотношений государства и общества в Российской Империи первой половины xix века
государство
Все страницы

В 1825г. монастырей насчитывалось 476. В течение XIX века количество их увеличилось на 78%, а количество в них находив­шейся монашеской братии неуклонно возрастало: в 1825г. - 11 080 человек, в 1860г. - 21 802 человек, в 1900г. - 58 283 человек.

Прослойка выходцев из дворян играла в монашестве за­метную роль. В печати XIX века распространен термин «мона­хи-аристократы». Среди монахинь в XIX веке известны имена: графини М.Н. Толстой (сестры Л.Н. Толстого), монахини Евге­нии (дочери московского сенатора С.Н. Озерова и внучки кня­зя Мещерского), монахини Митрофании (в миру - баронессы П.Г. Роден), настоятельницы Псковского монастыря Анастасии (в миру великой княгини Александры Петровны).

Следует отметить рост числа постригавшихся в монахи выходцев из крестьянского сословия в России в XIX в., кото­рый был связан не только с качественным улучшением духов­ной мотивации представителей этого класса общества, но и с открывавшимися перспективами изменения социального статуса крестьян, что в свою очередь способствовало повыше­нию престижа их родственников. Кроме того, пострижение в монахи гарантировало крестьянину если не «сытую» жизнь на территории монастыря, то по крайней мере избавляло его от необходимости ежедневно доставать пропитание и бороться с голодом. Несмотря на существовавшие сложности, связанные с пострижением крестьян в монахи, заключавшиеся главным образом (до отмены крепостного права в России) в «привязан­ности» крестьянина к деревне, многие обители приобретали все более крестьянский облик.

В начале XIX века с воцарением в Александра I (1801-1825) вмешательство светской власти в дела Русской Православной Церкви усилилось. В этот период Св. Синод частично брал на себя функции учрежденного в 1802 г. Министерства народного просвещения, занимаясь, в частности, образованием детей ду­ховных лиц, что само по себе являлось сложной, объемной за­дачей. Однако в 1851 г. Синод был вынужден отменить обяза­тельность обучения для детей лиц духовного звания, поскольку переполненность училищ достигла критических показателей, новые учебные заведения практически не открывались. Кроме того, в начале XIX в. должности обер-прокурора Св.Синода и министра народного просвещения систематически совмеща­лись, что привело к значительному взаимопроникновению и взаимовлиянию. Так, светской школе был придан конфессио­нальный характер посредством ведения в состав ее обязатель­ных предметов закона божия. Однако в виду того, что в 20-30-х гг. XIX в. через школу проходила ничтожная часть общества, было решено обязать приходских священников проводить ка­техизаторскую работу среди приходского населения. В данном случае катехизис выступал уже не просто в роли курса нрав­ственного богословия, содержавшего изложение христианско­го вероучения, но и в некотором смысле становился орудием политического воспитания, насаждаемым «сверху». Так, из­вестный московский митрополит Филарет, автор катехизиса, обнаружил политическое его значение; достаточно вспомнить расширительное толкование пятой заповеди, причисляющее к отцу и матери все предержащие власти, или толкование ше­стой заповеди, согласно которому убийство на войне и смерт­ная казнь не считаются убийством.

В 1817 г. было образовано Министерство духовных дел и народного просвещения. Тем самым подчеркивалось под­чинение светского образования духовному. Во главе мини­стерства был поставлен тот же А.И. Голицын, сохранивший за собой должности обер-прокурора Синода и председателя Библейского общества. Историк Н.М. Карамзин метко назвал это новое ведомство «министерством затмения». Распростра­нение деятельности Библейского общества и Министерства духовных дел и народного просвещения вызвало недовольство и противодействие со стороны архипастырей Православной Церкви, так как эта деятельность нарушала прерогативы самой Православной Церкви. В 1824 г. при поддержке А.Аракчеева и влиятельного при дворе архимандрита Фотия церковному руководству удалось добиться упразднения этого министер­ства, отставки А.Голицына и прекращения деятельности Би­блейского общества (оно было закрыто указом от 12 апреля 1826 г., а его имущество в размере 2 млн.руб. было передано Синоду). Именно при А.Аракчееве Св.Синоду были возвраще­ны права отдельного ведомства. Однако в это же время было окончательно оформлено и положение обер-прокурора, кото­рый получил по отношению к Русской Православной Церкви праава министра духовных дел.

Император Николай I (1825-1855) в отношениях с Церко­вью был прагматичен. Уже в феврале 1826 г. он повелел все жа­лобы мирян по поводу поборов священников рассматривать не гражданским властям, а церковным. Церковь, безусловно, одобрила этот шаг. Однако одновременно с проявленным до­верием Церкви по инициативе царя началась решительная чистка рядов духовенства: освобождались от тех служителей, которые как-то поддерживали крестьян в антипомещичьих выступлениях.

В 1832г. Свод законов Российской империи юридиче­ски завершил процесс огосударствления Церкви. Православ­ная вера определялась теперь законом как первенствующая и господствующая. Император не мог исповедовать другую религию. Закон именовал его верховным «защитником и хра­нителем догматов», «блюстителем правоверия и всякого в Церкви святого благочиния». В Своде законов по этому пово­ду говорилось: «Первенствующая и господствующая в Россий­ской империи вера есть христианская Православная кафоли­ческая восточного исповедания».

Рожденным в православной вере запрещалось отступать от нее и принимать иную веру. Имения отступивших от пра­вославия брались под опеку. Вопрос о вероисповедании в XIX веке был почти самым важным: именно об этом свидетель­ствуют архивные документы государственной значимости, со­держащие анкетные данные российских граждан. Например, «Статейный список о ссылаемом в Сибирь на поселение», со­ставленный в виде таблицы из 11 граф с названиями: «за что осужден», «приметы», «в кандалах или нет должен следовать», «состав семьи» и другими. Вопрос «какую веру исповедует?» в таблице значится третьим, то есть следующим после фамилии и возраста ссыльного.

В Своде законов особое место занимали правовые нормы, охранявшие православие. Губернаторы и полиция обязыва­лись наблюдать за благочинием служб, охранять «мир и ти­шину» Православной Церкви. Закон не допускал публичного оглашения в суде любых данных, компрометирующих Цер­ковь. Порицание христианской веры, Церкви и Священного писания наказывалось каторжными работами на срок от 6 до 8 лет. Показательно, что явное неуважение к обрядам нехри­стианских исповеданий законом не возбранялось, но за «от­влечение» кого-либо от православной веры, скажем, в иудей­скую или мусульманскую, грозило 8-10 лет каторги. Данные о возбужденных уголовных дел по религиозным преступле­ниям свидетельствуют о значительном росте преступности: в 1842-1846 гг. их было возбуждено 3192, в 1847-1852 гг. - 3971. хотя царским законом и допускалась «свобода веры» для лиц неправославного вероисповедания, однако с условием защиты монархии и ее прославления. Только Православная Церковь имела привилегию в праве неограниченной миссионерской деятельности. Таким образом, борьбу за чистоту православно­го вероисповедания в России вело в основном собственно госу­дарство доступными ему методами и способами, активизируя в этой борьбе свои «внецерковные» резервы, мощности и со­циальные рычаги.

Положение «государственной» Церкви в конечном счете осложняло жизнедеятельность самой Русской Православной Церкви: за государственную поддержку она должна была рас­плачиваться утратой собственной независимости. И хотя ка­чественные характеристики жизни Православного общества со временем теряли свою привлекательность, однако количе­ственно Православная Церковь умножалась, подтверждая там самым свою исконность и основополагающую роль в форми­ровании российской ментальности.

Таким образом, место Русской Православной Церкви в государстве и обществе в первой половине XIX века опреде­лялось двумя существенными обстоятельствами: фактической зависимостью Церкви от Государства, окончательно устано­вившейся в первой четверти XVIII столетия, и глубоким обще­ственным расколом, уходящим своими корнями в начало это­го же века.

Государственная поддержка Православной Церкви не укрепила, а ослабила позиции Церкви. В последующий пери­од союз православия и самодержавия обусловил связь рево­люционно-демократического движения с распространением антицерковных и антирелигиозных настроений.






Следующие материалы:

Предыдущие материалы:

 

от Монро до Трампа


Узнать больше?

Ваш email:
email рассылки Конфиденциальность гарантирована
email рассылки

Blischenko 2017


ПОЗДРАВЛЕНИЯ!!!




КРУГЛЫЙ СТОЛ

по проблемам глобальной и региональной безопасности и общественного мнения в рамках международной конференции в Дипломатической академии МИД России

МЕЖДУНАРОДНОЕ ПРАВО

Право международной безопасности



Инсур Фархутдинов: Цикл статей об обеспечении мира и безопасности

№ 4 (104) 2016
Московский журнал международного права
Превентивная самооборона в международном праве: применение и злоупотребление (С.97-25)

№ 2 (105) 2017
Иранская доктрина о превентивной самообороне и международное право (окончание)

№ 1 (104) 2017
Иранская доктрина о превентивной самообороне и международное право

№ 11 (102) 2016
Стратегия Могерини и военная доктрина
Трампа: предстоящие вызовы России


№ 8 (99) 2016
Израильская доктрина o превентивной самообороне и международное право


7 (98) 2016
Международное право о применении государством военной силы против негосударственных участников

№ 2 (93) 2016
Международное право и доктрина США о превентивной самообороне

№ 1 (92) 2016 Международное право о самообороне государств

№ 11 (90) 2015 Международное право о принципе неприменения силы
или угрозы силой:теория и практика


№ 10 (89) 2015 Обеспечение мира и безопасности в Евразии
(Международно правовая оценка событий в Сирии)

Индексирование журнала

Баннер

Актуальная информация

Баннер
Баннер
Баннер

Дорога мира Вьетнама и России

Ирина Анатольевна Умнова (Конюхова) Зав. отделом конституционно-правовых исследований Российского государственного университета правосудия


Вступительное слово
Образ жизни Вьетнама
Лицом к народу
Красота по-вьетнамски
Справедливость и патриотизм Вьетнама
Дорогой мира вместе


ФОТО ОТЧЕТ
Copyright © 2007-2017 «Евразийский юридический журнал». Перепечатывание и публичное использование материалов возможно только с разрешения редакции
Яндекс.Метрика