Содержание журналов

Баннер
PERSONA GRATA

В кризисе юридической науки во многом виноваты сами учёные
Интервью с доктором юридических наук, профессором, заслуженным юристом Российской Федерации Николаем Александровичем Власенко

Группа ВКонтакте

Баннер
Баннер
Баннер
Баннер


Международное правосудие: региональные судебные учреждения в евразийской интеграции - Евразийская интеграция
Научные статьи
07.11.13 08:41
Оглавление
Международное правосудие: региональные судебные учреждения в евразийской интеграции
Евразийская интеграция
Все страницы

Следовательно, выяснение существа понятия «экономи­ческое обязательство» крайне важно для характера и пред­мета деятельности данного судебного учреждения, равно как и для установления пределов его компетенции. Однако анализ практики Суда указывает на то, что в конкретных де­лах суждения о существе того, что понимается под категори­ей «экономическое обязательство», фактически отсутству­ют. В процитированном фрагменте статьи Д. Сафиуллина есть и еще один аспект, который заслуживает внимания. В данном случае нужно предостеречь от излишнего «экстре­мизма» в оценках всего массива международно-правовых соглашений, лежащих в основе функционирования СНГ в целом как межгосударственного объединения. Так, вряд ли можно признать правильными те выводы, к которым прихо­дит автор, после следующих утверждений: «В большинстве двусторонних и многосторонних соглашений между страна­ми СНГ, в том числе порождающих экономические обяза­тельства, содержатся положения, исключающие, во-первых, судебное рассмотрение споров, а во-вторых, юрисдикцию Экономического Суда. Здесь речь идет о принципиальных моментах, пристальное исследование которых может вы­явить реальные тенденции, протекающие в Содружестве. Суть дела в том, что соглашения по экономическим обяза­тельствам, не предусматривающие судебного разрешения по ним споров, вряд ли можно назвать договорами в под­линно правовом смысле. Скорее всего, такие акты следует именовать не правовыми, а предправовыми. Увеличение числа второго вида названных соглашений свидетельствует о выводе их из экономико-правового пространства СНГ». Разумеется, высказанные тезисы ошибочны в корне. Возра­жая против них, необходимо, во-первых, подчеркнуть, что современное международное право отнюдь не наделяет на­личие в договорах норм о судебной процедуре разрешения спора какими-либо «конституирующими» признаками, влияющими на квалификацию анализируемого предмета - категории международного договора - в качестве формаль­но-юридического источника международного права и фор­мы выражения его норм. Во-вторых, международное право не знает деления норм и источников права на «правовые» и «предправовые». В-третьих, международный договор strict sensu является сугубо юридическим,т.е. в любом случае пра­вовым инструментом международного права и юридически обязывающим независимо от того, предусматриваются им или нет судебные механизмы рассмотрения споров и разно­гласий субъектов международного права. Нынешняя между - народно-правовая практика располагает весьма обширным перечнем средств мирного разрешения споров, в котором, помимо института судебного разбирательства, присутству­ют и арбитраж (третейский суд), и посредничество, и ме­диация, и др., что само по себе свидетельствует о богатстве накопленных форм разрешения конфликтов, в том числе и путем закрепления их в международных соглашениях, и, таким образом, никак не лишает последние их способ­ности регулировать соответствующие межгосударственные отношения, если в них отдается предпочтение одним видам механизмов разрешения спора в ущерб другим. Признание отсутствия в договорах предписаний о судебном характере разрешении споров «выводом их из экономико-правового пространства СНГ» должно быть квалифицировано как ни­чем не подкрепленное в научном плане суждение. Если бы это было действительно так, то в мировом масштабе пода­вляющую часть всех международных договоров нужно было бы признать так называемыми «предправовыми», а вовсе не «правовыми» договорами, поскольку институт судебного разбирательства предусматривается международными со­глашениями отнюдь не часто.

Установление круга полномочий Суда в Положении кар­динально расходится с тем, что имелось в тексте Соглашения о мерах по обеспечению улучшения расчетов между хозяй­ственными организациями стран-участниц Содружества Не­зависимых Государств от 15 мая 1992 г. Таким образом, и по­ныне сохраняется диссонанс между содержанием двух данных международных договоров в связи с тем, что в Соглашении о Статусе Экономического суда СНГ от 6 июля 1992 г. содержит­ся ссылка на то, что Суд создан Соглашением от 15 мая 1992 г., в котором, по существу, и сам Суд, и его назначение коренным образом отличались от того, что возникло в последующем в реальности на основании Соглашения от 6 июля 1992 г.

Производство по разрешению дел в коллегиях Экономи­ческого суда осуществляется с учетом правил Регламента о применимом праве. В настоящее время перечень видов норм и форм их выражения, установленный в Регламенте, весьма широк. Так, п. 29 устанавливает: коллегии рассматривают дела и разрешают споры на основе норм материального пра­ва, применяя: международные договоры государств-участников спора; акты Содружества; взаимоприменяемые нормы актов бывшего Союза ССР; законодательство государств- участников спора; международные конвенции как общие, так и специальные, устанавливающие правила, признанные спорящими сторонами; общепризнанные принципы между­народного права, международные обычаи как доказательство всеобщей практики, признанные в качестве правовой нормы; общие принципы права, признанные в государствах-участниках Содружества; постановления Пленума Экономическо­го Суда и иные решения Экономического Суда, носящие пре­цедентный характер (выделено мною - Л.А.); постановления Пленума Экономического суда и иные решения Экономи­ческого Суда, обладающие преюдициальной силой в отно­шении конкретного дела». Следует отметить, что приведен­ный список далеко не совершенен с юридической и прежде всего с международно-правовой точки зрения. В частности, допущено неоправданное дублирование в существующих позициях, которое может внушить вывод о нетождественности используемых понятий: «международные договоры государств-участников спора» и «международные конвенции как общие, так и специальные, устанавливающие правила, признанные спорящими сторонами». «Договоры участников спора» - это и есть «международные конвенции, как общие, так и специальные, устанавливающие правила, признанные спорящими сторонами», поскольку термин «международ­ный договор» относится к родовому понятию, а «конвен­ции» - к видовому. Участие государства в договоре предпола­гает факт надлежащего выражения им своего юридического согласия на обязательность для него международного договора. Кроме того, категория «международные конвенции, как общие, так и специальные, устанавливающие правила, при­знанные, спорящими сторонами» заимствована из ст. 38 Ста­тута Международного Суда ООН не вполне адекватно, т.к. в Статуте говорится о «конвенциях, как общих, так и специаль­ных, устанавливающих правила, определенно признанные спорящими государствами». Акцент здесь не зря ставится на словах «определенно признанные», поскольку в большинстве случаев это и является первостепенным, - прежде всего для признания юрисдикции судебного учреждения (Междуна­родного Суда ООН). В некоторой степени совпадающими являются и понятия «общепризнанные принципы и нормы международного права» и «международные обычаи», по­скольку «общепризнанность» принципа как раз и обязана своим возникновением происхождению обычно-правовым путем. Во-вторых, указание на «прецедентный характер» по­становлений пленума и иных решений Экономического суда ничем не подкреплено из положений регламентирующих документов - установить, что такое «прецедентное решение Суда» юридически точно невозможно.

Решения Экономического суда СНГ. Коллегия Экономи­ческого Суда правомочна принимать решения в случае, если в ее составе не менее трех судей. Однако анализ текущей прак­тики показывает, что в большинстве случаев производство по делам и вынесение решений осуществляется полным составом Суда. Судья Экономического Суда - член коллегии имеет один голос и не вправе воздерживаться от голосования при приня­тии решения по делу. Решение коллегии считается принятым, если за него проголосовало простое большинство (50 про­центов + 1 голос) от числа членов коллегии, принимающих решение по делу. При равенстве голосов принятым считает­ся решение, за которое проголосовал председательствующий коллегии (п. 11 Регламента).

Постепенно расширяется и совершенствуется правовая база деятельности Экономического суда СНГ и его органов. Помимо Положения об Экономическом суде Содружества Не­зависимых Государств, его Регламента, подвергавшегося, кста­ти, неоднократной ревизии, к настоящему времени разрабо­тан регламент Пленума Экономического суда СНГ (утвержден 13 марта 2009 г. с изм. и доп. от 14 апреля 2010 г.). В силу этого документа Пленум обладает компетенций рассматривать жа­лобы на решения коллегий Экономического суда. Его заседа­ния созываются по мере необходимости, но не реже одного раза в квартал (п. 5). Постановление по жалобе принимается в закрытом заседании большинством голосов от общего числа участвующих в заседании членов Пленума. При равенстве го­лосов «за» и «против» жалоба оставляется без удовлетворения, а судебный акт - без изменения. Голосование производится поименным опросом членов Пленума. Председатель голосует последним. Участвующие в заседании члены Пленума не впра­ве воздерживаться от голосования (п. 40 Регламента Пленума Экономического суда СНГ). Решения Пленума по жалобе яв­ляются окончательными и в силу п. 162 Регламента Суда обжа­лованию не подлежат.

Пленум Экономического Суда, рассматривающий дело по жалобе на решение коллегии Экономического Суда, вправе (п.157): оставить решение коллегии Экономическо­го Суда без изменения, а жалобу без удовлетворения; отме­нить решение коллегии Экономического Суда полностью или частично и передать дело на новое рассмотрение; от­менить решение коллегии Экономического Суда полностью или частично и прекратить производство по делу; изменить решение коллегии Экономического Суда; отменить реше­ние коллегии Экономического Суда и принять новое реше­ние по делу.

Нарекания по поводу результативности деятельно­сти Экономического суда СНГ касаются в немалой степени принципов формирования Пленума, состоящего, помимо судей Экономического Суда, из председателей высших хо­зяйственных, арбитражных судов и иных государственных органов, разрешающих в государствах-участниках Соглашения от 6 июля 1992 г. экономические споры, вследствие чего решение Пленума всегда может быть заблокировано пред­ставителем той страны, против которой оно направлено. В еще большой мере эффективность деятельности Суда стра­дает из-за неопределенности правовой силы судебных актов данного учреждения, которая ведет к неисполнимости реше­ний, вынесенных как самими составами коллегий Суда, так и его Пленумом (будь то в отсутствие обжалования или после обжалования). Их юридическая сила прямо не установлена учредительными документами Суда. Некоторые авторы по­лагают, что решения Суда имеют обязательный характер в отношении юридической квалификации обстоятельств дела и рекомендательный — в отношении мер по устранению го­сударством нарушения и его последствий. Разумеется, важ­нейшим элементом любого судебного решения выступает юридическая обязательность и способность быть исполнен­ным. Как известно, необходимых механизмов принудитель­ного исполнения вынесенных Судом решений не имеется. Добрая воля как основа исполнения судебных решений не всегда является достаточным инструментом воздействия на неукоснительное соблюдение международных обязательств. Неисполнение же судебных решений международного суда ставит под угрозу правопорядок в целом и не только в мас­штабе конкретного объединения, но и в мировом сообществе вообще.

В российской юридической литературе высказывалась и более общая нелицеприятная критика в адрес Экономиче­ского суда СНГ, в том числе и в части принципов и процедур определения основ его деятельности. Так, Г.Г. Шинкарецкая, ссылаясь на упомянутые положения ст. 32 Устава Содруже­ства, полагает, что, поскольку в акте не прослеживается ника­кой связи его с другими органами, «этот суд живет и действует сам по себе». Правда, с этим трудно всецело согласиться. Дей­ствительно, ни в рассматриваемом разделе Устава, ни где-либо еще в документе не установлено принципов и схем сношений Экономического суда с органами Содружества. Однако ут­верждение, что Устав не дает возможности трактовать его как орган Содружества, в корне неверно, ибо нормы о Суде безого­ворочно помещены в особый раздел «Органы Содружества», будучи включенными в текст после перечисления главных ор­ганов анализируемого образования (Совета глав государств и Совета глав правительств, Совета министров иностранных дел, Координационно-консультативного комитета, Совета мини­стров обороны, Совета командующих пограничными войска­ми и т.п.), в отношении которых их связь с другими органами Содружества равным образом «не предусмотрена». Отсут­ствие же указаний на иерархичность порядка взаимодействия между Экономическим судом и главными или иными орга­нами Содружества стоит признать позитивным фактором, так как иное означало бы подотчетность или подчиненность Суда соответствующим институтам и закономерно привело бы к обратному - упрекам в пренебрежении независимостью. Ныне же в его Регламенте четко зафиксировано: «Деятель­ность Экономического Суда по осуществлению правосудия не­подотчетна и неподконтрольна никаким должностным лицам и органам Содружества. Государство - участник Содружества не может воспрепятствовать деятельности Экономического Суда по причине несогласия с позицией, занятой Экономи­ческим Судом» (п. 3). Вследствие этого представляется, что реальных оснований для критического настроя в затронутом плане меньше, чем это демонстрируется в публикациях. В то же время нельзя не признать, что большая определенность в отношении статуса и места Суда в рамках Содружества не была бы лишней.

По другим же направлениям оценки деятельности Эконо­мического суда СНГ - эффективности, содействия углублению интеграции, укрепления роли права во взаимных отношениях стран, а также внедрения и укрепления начал деятельности Суда как международного судебного учреждения на основе принципов беспристрастности, независимости судей, обяза­тельности принимаемых решений и т.д., - ряд высказываемых замечаний нельзя проигнорировать. В частности, заслуживает внимания следующий отклик Г.Г. Шинкарецкой на один из пе­речисленных моментов: «Согласно п. 7 Положения судьи ... - это назначаемые государством его представители. ...Отреше­ние судьи от должности - также исключительная прерогатива государства, назначившего его. ... Таким образом, нарушен ос­новной принцип правосудия, действующий в любой правовой системе и любом государстве: принцип независимости судей. Судья любого международного суда, разбирая споры между государствами, должен быть настолько независим, чтобы сметь принять решение против собственного государства». Вместе с тем нельзя не сказать и о том, что не стоит гиперболизировать фактор назначения государствами судей в Экономический суд СНГ. В этом отношении имеет место отражение общей прак­тики - ведь судьи, действуя в этом качестве, не могут миновать государство, которое согласилось направить в Суд судью! Вряд ли есть другие способы решения этого вопроса, кроме как тот, который установлен в международных соглашениях. Сходство путей существует и в Международном суде ООН, и в Европей­ском суде по правам человека, и в специальных международ­ных трибуналах. Различия могут состоять только в том, что соответствующим учреждением судьи могут выбираться из числа представляемых конкретным государством лиц на аль­тернативной основе, а в случае с Судом СНГ они назначаются государством сразу на безальтернативной основе. Однако и в первом случае «направляющая рука» государства не исчезает. Что же касается независимости судей Экономического суда СНГ, то с течением времени этот принцип все-таки «пробива­ет себе дорогу» в действительности. В доказательство этого сошлемся на реальный пример. В частности, несмотря на опре­деленное мнение, выраженное в официальном ответе высшей судебной инстанции государства-участника Соглашения о ста­тусе Экономического суда СНГ от 6 июля 1992 г. по запросу о толковании ст. 9 Соглашения о порядке разрешения споров, связанных с осуществлением хозяйственной деятельности, от 20 марта 1992 г., судья коллегии Экономического суда СНГ, бу­дучи гражданином того же государства, занял иную правовую позицию, которая в последующем и была сформулирована в акте Суда.

Вместе с тем справедливыми являются упреки в таком явном недостатке Экономического суда СНГ, как отсутствие важнейшего для судебного решения свойства - юридической обязательности, на что обращалось внимание в ходе дискус­сий о реформировании данного учреждения и его правового фундамента. Характерно, что ни в учредительных документах, лежащих в основе создания и деятельности Суда, ни в иных важнейших актах Содружества нельзя найти какого-либо по­ложения, прокладывающего вектор в направлении обеспече­ния принудительности, юридической подкрепленности обяза­тельной силы решений Экономического суда СНГ. Например, предписания Договора о создании Экономического союза от 24 сентября 1993 г. устанавливают лишь обязанность государ­ства, нарушившего согласно квалификации Суда нормы меж­дународного права, «принять меры, связанные с выполнением решения Экономического Суда»: «Если Экономический Суд признает, что какое-либо государство - член Экономического союза не выполнило одного из обязательств, возлагаемого на него настоящим Договором, это государство обязано принять меры, связанные с выполнением решения Экономического Суда».

Ввиду изложенного в последние годы активизировались позиции в пользу реформирования Экономического суда СНГ, причем осознание этого происходит как в кругах самих судей данного международного судебного учреждения, так и вне его. В частности, в докладе Председателя Экономического суда СНГ на пленуме Экономического суда СНГ 5 июля 2012 г. предлагалось в целях совершенствования деятельности Суда наделить соответствующими полномочиями более широкий круг центральных государственных органов, имеющих право обращаться в Экономический Суд. Высказывалось также мне­ние о необходимости расширения участия со стороны госу­дарств в Соглашении о статусе Экономического суда СНГ3. Затрагивался вопрос и о совершенствовании правовых основ и организационных усилий по модернизации деятельности Суда в части активного использования примирительных и квазисудебных процедур для урегулирования разногласий между сторонами4.

Концепция дальнейшего развития СНГ, одобренная Со­ветом глав государств СНГ 5 октября 2007 г., и План основных мероприятий по её реализации предусматривают в рамках раздела «Механизмы функционирования Содружества и его организационное совершенствование» модернизацию Эко­номического Суда СНГ заинтересованными государствами, исходя «из того, что обязательным элементом современ­ной инфраструктуры международных экономических от­ношений является судебный механизм разрешения споров» (п. 5.6). На протяжении 2007-2011 гг. экспертной группой заинтересованных государств Содружества разрабатывался проект нового Соглашения о статусе Экономического Суда Содружества Независимых Государств. В соответствии с проектом документа Экономический Суд будет правомочен выносить решения по любым спорам между государства- ми-участниками Соглашения, возникающим в процессе вы­полнения международных договоров, заключенных в рамках Содружества, а также по спорам, разрешение которых Эко­номическим Судом будет предусмотрено международными договорами.

Экономическому Суду будет также предоставлено право на рассмотрение споров между государствами, не являющи­мися сторонами Соглашения, при их на то согласии, а также путем заключения специального соглашения о передаче спо­ра или определенной категории споров на рассмотрение Эко­номического Суда.

Впервые к ведению Экономического Суда отнесены спо­ры, вытекающие из трудовых отношений должностных лиц органов Содружества. Не менее значимым является и тот факт, что проектом расширяется компетенция Суда, поскольку он будет правомочен выносить решения по любым спорам меж­ду государствами-участниками Соглашения, возникающим в процессе выполнения международных договоров, заключен­ных в рамках Содружества, а также по спорам, разрешение которых Экономическим Судом будет предусмотрено между­народными договорами. В соответствии с проектом документа предметом толкования Судом международных договоров яв­ляется определение соответствия положений международных соглашений, заключенных в рамках Содружества, актов орга­нов Содружества Уставу СНГ и другим международным до­говорам, заключенным в рамках Содружества, по поводу чего Суд выносит консультативные заключения. Не согласованным в проекте аспектом остается квота судей, направляемых госу­дарствами в состав Суда.

В западной юридической литературе широко распро­странено представление о международном суде как об ин­ституте, удовлетворяющем нескольким признакам: 1) по­стоянный характер, 2) учреждение международно-правовым (договорным) путем, 3) обращение к нормам международного права для разрешения дел, 4) наличие предварительно выра­ботанных процедурных правил разбирательства, 5) достиже­ние конечного результата в качестве обязательного решения. Опираясь на многие из перечисленных критериев, легко удо­стовериться в том, что Экономический Суд СНГ, несомненно, представляет собой международное судебное учреждение, не­отъемлемой функцией которого является применение норм международного права, включая общепризнанные принципы и нормы данной системы.

Перспективы Экономического суда Содружества Не­зависимых Государств. Будущее Экономического суда СНГ необходимо связывать с поступательным развитием инте­грационного сотрудничества государств Содружества. В этом плане Суду необходимо в большей степени позиционировать себя в качестве судебного органа объединения, стремящегося посредством своих решений содействовать укреплению ин­теграционных связей. Во многих современных публикациях отстаивается тезис о том, что реальной интеграция становит­ся во многом благодаря деятельности судебных учреждений1. Бесспорно, анализ подлинных движущих сил и механизмов интеграционного взаимодействия в современном мире пред­ставляет собой необычайно сложную проблему. Не вдаваясь в ее детали, стоит все же подчеркнуть, что вряд ли целесо­образно отрицать конструктивную роль судебного органа, если он создан в рамках образования, в обеспечении реали­зации правовых основ интеграционного сотрудничества вхо­дящих в объединение государств. В этом качестве судебный орган должен несомненно обладать не только «отстроенны­ми» механизмами принудительного исполнения принимае­мых решений, но и инструментами воздействия на форми­рование искомых векторов регулирования международных интеграционных отношений. В рамках этого судебный орган должен располагать средствами «творить» «право сообще­ства» - «право интеграционного образования» (в данном слу­чае «право СНГ»2). Тем не менее знакомство с проектными работами и их результатами по созданию нового соглашения о статусе Суда свидетельствует об отсутствии предложений по включению в межгосударственное соглашение подобных правоположений.

Значительный резерв по усилению позиций Экономиче­ского суда СНГ в немалой степени составляет формирование зоны свободной торговли в рамках СНГ на базе нового между­народного документа - Договора о зоне свободной торговле от 18 октября 2011 г., подписанного Арменией, Белоруссией, Ка­захстаном, Киргизией, Молдавией, Россией, Таджикистаном и Украиной.

Договор 2011 г. предусматривает несколько способов раз­решения споров: консультации и переговоры; разбиратель­ство в Экономическом суде СНГ; арбитраж или комиссии экспертов; разрешение спора по праву ВТО согласно Догово­ренности о правилах и процедурах урегулирования споров (третейские группы, апелляционный орган и Орган по раз­решению споров), применимость которых зависит (кроме консультаций и переговоров) от статуса государств в части их участия, с одной стороны, в Соглашении о статусе Экономи­ческого суда СНГ, а, с другой, - членства в ВТО. Так, в соответ­ствии со ст. 19 в случае недостижения согласия между сторо­нами в процессе консультаций или переговоров спор может, по выбору одной стороны, которая сочтет, что другая сторона не выполняет своих обязательств по договору и такое невы­полнение обязательств наносит или угрожает нанести ущерб экономическим интересам первой стороны, быть передан на рассмотрение Экономического суда СНГ, если обе стороны являются участницами Соглашения о статусе Экономического Суда Содружества Независимых Государств от 6 июля 1992 г., или комиссии экспертов в соответствии с процедурой разре­шения споров, предусмотренной приложением 4 к договору, являющимся его неотъемлемой частью. В упомянутом в тексте международного соглашения приложении 4 содержатся нор­мы, относящиеся к формированию комиссии экспертов и ар­битражной комиссии, а также порядок их работы. Споры по вопросам, которые в договоре регулируются путем ссылки на положения соглашений ВТО, между сторонами, являющими­ся членами ВТО, разрешаются в порядке, предусмотренном соответствующими соглашениями ВТО (п. 3 ст. 19). Некоторая осторожность в высказываниях в связи с оценкой существую­щих «резервов» Экономического суда СНГ в части его роли в развитии современных средств укрепления международных экономических отношений, обусловлена в немалой степени тем, что предписания анализируемого договора создают пред­посылки для возникновения проблем конкурирующей юрис­дикции международных механизмов разрешения споров, в том числе, возможно, в ущерб его собственной компетенции.

Добро пожаловать на сайт советов и полезных статей. У нас вы найдёте ответ на многие интересующие вас вопросы и расширите свой кругозор. Вся подробная информация на сайте http://rainbow-system.com.ua/servis/poleznyie-sovetyi/




Следующие материалы:

Предыдущие материалы:

 

от Монро до Трампа


Blischenko 2017


Узнать больше?

Ваш email:
email рассылки Конфиденциальность гарантирована
email рассылки

ПОЗДРАВЛЕНИЯ!!!




КРУГЛЫЙ СТОЛ

по проблемам глобальной и региональной безопасности и общественного мнения в рамках международной конференции в Дипломатической академии МИД России

МЕЖДУНАРОДНОЕ ПРАВО

Право международной безопасности



Инсур Фархутдинов: Цикл статей об обеспечении мира и безопасности

№ 4 (104) 2016
Московский журнал международного права
Превентивная самооборона в международном праве: применение и злоупотребление (С.97-25)

№ 2 (105) 2017
Иранская доктрина о превентивной самообороне и международное право (окончание)

№ 1 (104) 2017
Иранская доктрина о превентивной самообороне и международное право

№ 11 (102) 2016
Стратегия Могерини и военная доктрина
Трампа: предстоящие вызовы России


№ 8 (99) 2016
Израильская доктрина o превентивной самообороне и международное право


7 (98) 2016
Международное право о применении государством военной силы против негосударственных участников

№ 2 (93) 2016
Международное право и доктрина США о превентивной самообороне

№ 1 (92) 2016 Международное право о самообороне государств

№ 11 (90) 2015 Международное право о принципе неприменения силы
или угрозы силой:теория и практика


№ 10 (89) 2015 Обеспечение мира и безопасности в Евразии
(Международно правовая оценка событий в Сирии)

Индексирование журнала

Баннер

Актуальная информация

Баннер
Баннер
Баннер

Дорога мира Вьетнама и России

Ирина Анатольевна Умнова (Конюхова) Зав. отделом конституционно-правовых исследований Российского государственного университета правосудия


Вступительное слово
Образ жизни Вьетнама
Лицом к народу
Красота по-вьетнамски
Справедливость и патриотизм Вьетнама
Дорогой мира вместе


ФОТО ОТЧЕТ
Copyright © 2007-2017 «Евразийский юридический журнал». Перепечатывание и публичное использование материалов возможно только с разрешения редакции
Яндекс.Метрика