Содержание журналов

Баннер
PERSONA GRATA

Группа ВКонтакте

Баннер
Баннер
Баннер
Баннер


Исторический анализ развития законодательства о применении обеспечения доказательств
Научные статьи
13.11.13 14:54

вернуться

Исторический анализ развития законодательства о применении обеспечения доказательств

 

История развития нотариата в России неразрывно свя­зана с судом. Начиная с XVIII века, нотариат относился к су­дебному ведомству, и нотариальные действия совершали либо судьи, либо нотариусы, считавшиеся должностными лицами суда. Ретроспективный анализ отечественного законодатель­ства о предварительном обеспечении доказательств позволяет сделать вывод о том, что обеспечение доказательств известно российскому процессуальному праву и законодательству до­статочно давно, в связи с чем, вполне обоснованно назвать дан­ную процедуру традиционной для отечественного граждан­ского судопроизводства.

Однако следует отметить, что восприятие субъектами гражданско-процессуальных отношений нотариата как реги­стрирующего или удостоверительного органа в Российской Империи значительным образом отличалось от современно­го, определялось особенностями менталитета и правосозна­ния той эпохи. Требования, которые предъявлялись участ­никами нотариальных правоотношений к этому органу и его задачам в прошлом, содержанию нотариальной деятельности, не соответствуют современным требованиям и представлениям. В то же время, нельзя отрицать существенную роль нота­риата в обеспечении развития системы общественных связей, под которыми понимается «процесс систематического и ком­плексного воздействия органов государственной власти и под­контрольных им общественных структур на граждан страны в целях обеспечения социального взаимодействия и социально­го контроля населения страны».

При этом не следует забывать, что степень участия нота­риуса в процессе обеспечения доказательств в гражданском и арбитражном процессе напрямую зависела от его правового статуса. Правовой статус нотариусов - это формально опре­деленные права и обязанности и одновременно фактическое положение людей, занимающих определенное этим статусом положение в обществе. Присущие статусу права и обязанности - это не просто обладание потенциальной возможностью совершать определенные действии и требовать адекватных действий от обязанного лица и осознание этой возможности, как и необходимости совершения определенных действий в пользу управомоченного лица, но и фактические действия, ре­ализующие эти права и обязанности.

Понять особенности правового статуса нотариусов в Рос­сийской Империи невозможно на основе анализа только норм законодательства, определявшего их права и обязанности. Гораздо важнее исследовать фактическую деятельность нота­риусов но основе материалов судебной практики и архивных документов. Только таким путем можно получить адекватное представление о реальном правовом статусе субъектов нота­риального права и сопоставить его со статусом, зафиксирован­ном в нормах права.

Наиболее ранние упоминания об обеспечении доказа­тельств можно найти еще в дореволюционный период. К при­меру, в конце XIX века профессор Е.А. Нефедьев обеспечением доказательств называл безотлагательное и своевременное уста­новление и проверку их судом.

Другой известный ученый-процессуалист дореволюци­онного времени Е.В. Васьковский писал, что обеспечение до­казательств (лат. probation in perpetuam memoriam), или в переводе дореформенных законов «свидетельство всегдашней памяти» - это «предварительное восприятие судом, по прось­бе заинтересованного лица, указанных им доказательств ввиду опасения, что впоследствии восприятие их станет невозмож­ным или крайне затруднительным».

По мнению Васьковского Е.В., до судебной реформы 1864 г. обеспечение доказательств регулировалось статьей 387 части 2 тома Х Свода законов Российской империи по изда­нию 1857 г.

Несмотря на несовершенство законодательства и зна­чительные проблемы, возникавшие в повседневной дея­тельности нотариусов в XIX веке, их деятельность, в целом, оценивалась достаточно высоко как общественностью, так и правительством. По свидетельству современников, «практика и жизнь определила звание нотариуса как весьма почтенное, всеми уважаемое, пользующееся всеобщим доверием, наравне со званием судьи...». Вместе с тем, наверное, является неко­торым преувеличением встречающееся в современных публи­кациях мнение, что «к первому десятилетию ХХ века система российского нотариата представляла собой достаточно раз­витый институт защиты субъективных прав, эффективно дей­ствовавший и базировавшийся на крепкой правовой основе».

Само нотариальное законодательство в обществе оце­нивалось достаточно критично, так как созданные по ино­странным образцам и заимствованные нормы оказались во многом непригодны к условиям российской действительно­сти, не отвечали в полной мере запросам, нуждам и потреб­ностям ее населения.

Положение о нотариальной части 1866 г. стало источни­ком отечественного права, который заложил правовые осно­вы существования и развития фактически нового для России правового института - института нотариата. В стране появи­лись специальные должностные лица - нотариусы и старшие нотариусы - наделенные законным правом совершать от име­ни государства акты и фиксировать сделки, осуществлять дру­гие нотариальные действия. Вместе с тем, данный институт был создан на основе иноземных образцов, в первую очередь, германского законодательства, что породило определенные проблемы, связанные с противоречивым правовым статусом нотариусов. Они считались государственными служащими, но не пользовались правами и привилегиями последних, вклю­чая пенсии и жалование. В то же время, нотариусов нельзя было причислить и к лицам свободной профессии, наравне с адвокатами. В организации системы нотариата отсутствовала корпоративность, элементы которой могли бы повысить эф­фективность его работы. Имелись определенные проблемы с оплатой труда нотариусов, поскольку установленная законом система приводила к существенной разнице в доходах, кото­рые получали нотариусы в столицах и в провинции. В резуль­тате нередко отсутствовали желающие становиться нотариуса­ми в отдаленных районах, где сложно было прожить на такие низкие доходы. Тем не менее, нотариат выполнял свои основ­ные функции, осуществляя регистрацию сделок, обеспечивая права и законные интересы участников гражданского оборо- та.

Несколько позже, в руководстве к совершению актов, до­говоров и обязательств, на основании нового положения о но­тариальной части и правил, распубликованных Указом Пра­вительствующего Сената от 3 ноября 1867 г. (с приложением образцов и форм) прямое указание на совершение нотари­альных действий по обеспечению доказательств нотариусами отсутствовало, однако к кругу действий нотариусов в соответ­ствии с п. 4 §21 относилось: засвидетельствование верности копий, подлинности подписей, времени предъявления доку­ментов, нахождения лиц в живых и заявления, объяснения от одной стороны другой.

В более поздний период вопросы законодательного ре­гулирования обеспечения доказательств претерпели неко­торые изменения: в частности, Законом от 31 июля 1889 г. об обеспечении доказательств по гражданским искам статья 82 Устава гражданского судопроизводства была дополнена ста­тьями 821-828, статья 369 была дополнена статьей 3691, а ста­тья 29 Устава гражданского судопроизводства (в редакции 1883 г.) дополнена пунктом 6, также касающимся обеспечения доказательств. Сергеева К.А. отмечает, что указанные измене­ния были опубликованы в статье 674 Собрания узаконений и распоряжений правительства (№ 78), озаглавленной «О пре­образовании судебной части в Прибалтийских губерниях и крестьянских присутственных местах сих губерний». Из-за наименования закона, который ввел в действие обеспечение доказательств, многие суды восприняли данные нормы как имеющие специальный (местный) характер. Однако из грам­матического толкования текста закона усматривается, что по­ложения об обеспечении доказательств имели общероссий­ское значение.

Согласно указанным положениям лица, имевшие осно­вание опасаться, что допрос свидетелей, осмотр на месте или истребование заключения сведущих лиц сделаются впослед­ствии невозможными, могли просить об обеспечении таких доказательств. При этом просьбы об обеспечении доказа­тельств допускались как во время производства дела, так и до предъявления иска. До предъявления иска просьба подлежала рассмотрению тем мировым судьей, на участке которого на­ходился предмет осмотра или проживал свидетель или све­дущие люди. В случаях, не терпящих отлагательства, просьба могла быть разрешена мировым судьей без вызова противо­положной стороны. При обеспечении доказательств применя­лись общие правила Устава об осмотре на месте, показаниях свидетелей и заключении сведущих людей. К участию в про­изводстве вызывались обе заинтересованные стороны. Обеспе­чение доказательств без указания противной стороны допуска­лись, если проситель был не в состоянии назвать такое лицо.

В случае удовлетворения ходатайства об обеспечении доказательств указанные процессуальные действия совер­шались в соответствии с требованиями, предусмотренными для них Уставом гражданского судопроизводства. Такой же подход воспринят и действующим ГПК РФ. Досудебное обе­спечение доказательств осуществлялось мировым судьей, на чьем участке находился предмет осмотра или проживали свидетели и сведущие люди. При обеспечении доказательства по уже возбужденному делу процесс осуществлялся тем ми­ровым судьей, в чьем производстве находилось дело.

Согласно статье 828 Устава удовлетворение просьбы об обеспечении доказательств не предрешало вопроса о допуще­нии их по тому делу, для которого проситель ходатайствовал о принятии мер обеспечения. Как следствие, суд, не должен был исследовать силу обеспечиваемых доказательств и ре­шать, подтверждают ли последние те факты, которые лицо, обратившееся с просьбой об обеспечении, намерено было установить в ходе будущего разбирательства по делу. Поэто­му, к примеру, если заявитель просил обеспечить показания свидетеля в подтверждение обстоятельства, которое по закону могло быть доказано лишь письменными документами, суд не вправе был отказать в удовлетворении данного заявления.

Таким образом, в дореволюционный период положения законодательства об обеспечении доказательств (как пред­варительном, так и совершаемом после возбуждения произ­водства по делу) называли в числе субъектов, осуществляющих данную процедуру, уездных, городских и мировых судей, зем­ских начальников и полицию. Указанные лица в связи с при­нятием 12 июня 1890 г. Положения о губернских и уездных земских учреждениях стали руководствоваться в своей дея­тельности правилами Устава гражданского судопроизводства, регламентирующими обеспечение доказательств. В компетен­цию нотариусов, которые в то время состояли при окружных судах и составляли официальные «акты по законам» и сделки о переходе недвижимого имущества к частным лицам, совер­шали протесты в неплатеже векселей и отсрочки в платеже и прочие нотариальные действия2, обеспечение доказательств не входило.

В первом Гражданском процессуальном законе совет­ского периода, принятом в 1923 г., появилась, специально посвященная обеспечению доказательств, глава XIV (статьи 123-127), согласно которой как во время производства по делу, так и до предъявления иска доказательства обеспечивал суд. При этом, основания для обращения в суд с просьбой об обе­спечении доказательств остались аналогичными тем, которые существовали в дореволюционном законодательстве. В опре­делении о допущении обеспечения доказательств суду необхо­димо было указать порядок и способ его производства. В то же время обжалование такого определения согласно ст. 127 ГПК не допускалось.

На протяжении ряда лет обеспечение доказательств яв­лялось исключительной прерогативой суда. Вместе с тем нота­риат стал занимать новое место в системе органов государства, соответственно, и статус нотариуса претерпел значительные изменения. В частности, в число нотариальных действий, кото­рые ненамного отличались от существующих на сегодняшний день, стало входить обеспечение доказательств.

В годы Советской власти компетенция нотариата посте­пенно расширялась, освобождая народные суды от дел бес­спорного характера. Впервые к ведению нотариальных орга­нов обеспечение доказательств было передано Положением о государственном нотариате РСФСР от 20 июля 1930 года. Дан­ная функция сохранилась в законодательстве о нотариате до настоящего времени.

Это было связано с общей тенденцией отнесения дел бес­спорного характера, находившихся ранее в юрисдикции на­родных судов, к компетенции нотариата.

В ГПК РСФСР 1964 г. процедура обеспечения доказа­тельств была регламентирована статьями 57-59. Содержание указанных норм во многом совпадает с положениями совре­менного законодательства. При наличии потребности обеспечить доказательства до возникновения дела в суде Кодекс 1964 г. содержал отсылку к Положению о государственном нотари­ате РСФСР 1930 г., которое во многом повторяло предшеству­ющие нормы за тем исключением, что в нем появилась более корректная формулировка касательно экспертизы. Если в По­ложении 1930 г. было указано, что в порядке обеспечения до­казательств нотариус «производит экспертизу» (статья 55), а в следующем Положении 1947 г. говорилось, что нотариус про­водит «вызов эксперта» (статья 62), то в Положении 1965 г. эта фраза была заменена на «назначает экспертизу». Такая фор­мулировка соответствует кругу полномочий нотариуса, а так­же совпадает с нормами современных Основ законодательства Российской Федерации о нотариате и действующего ГПК РФ.

Кроме того, в Инструкции о порядке совершения нота­риальных действий государственными нотариальными конто­рами, 1966 г. содержалось исключение из общего правила о несудебном обеспечении доказательств. По общему правилу до передачи на рассмотрение суда доказательства могли обе­спечивать нотариусы, дипломатические сотрудники и органы местного самоуправления, тогда как после возбуждения дела - исключительно суд. Согласно же статье 146 инструкции в слу­чае, если необходимо представить доказательства в судебный орган или иное учреждение иностранного государства, обе­спечение доказательств производится независимо от того, что дело в момент обращения заинтересованного лица уже нахо­дится в производстве суда или иного учреждения иностранно­го государства.

Позднее, 19 июля 1973 г., был принят Закон СССР «О государственном нотариате», а вслед за ним - Закон РСФСР «О государственном нотариате» от 2 августа 1974 г., в котором обеспечение доказательств было урегулировано главой XIV (статьи 100-101). Согласно Инструкции о порядке совершения нотариальных действий консульскими учреждениями Со­юза ССР обеспечением доказательств в случае возникновения дела в судебных или административных органах СССР и союз­ных республик занимался консул.

Далее Инструкцией о порядке совершения нотариаль­ных действий государственными нотариальными конторами РСФСР 1987 г. конкретизировано понятия «заинтересованное в обеспечении доказательств лицо». В статье 175 инструкции было уточнено, что заинтересованными лицами являются бу­дущий истец и предполагаемый ответчик.

К моменту принятия Основ законодательства Российской Федерации о нотариате 13 февраля 1992 года обеспечение дока­зательств осуществлялось следующим образом. Гражданский процессуальный кодекс РСФСР 1964 г. (ст. 57-59) предусматри­вал возможность досудебного обеспечения доказательств но­тариусами. Таким образом, статья 57 ГПК РСФСР 1964 г. имела отсылку на Основы законодательства Российской Федерации о нотариате, в которых указывалась, что правом на соверше­ние нотариального действия по обеспечению доказательств обладали: 1) нотариусы, занимающиеся частной практикой; 2) нотариусы, работающие в государственных нотариальных конторах; 3) должностные лица консульских учреждений Рос­сийской Федерации (ст. 35, 38, 102, 103). Иные должностные лица (командиры воинских частей, главные врачи, капитаны судов и т.п.), в том числе главы местных администраций спе­циально уполномоченные должностные лица местного само­управления Российской Федерации, нотариальное действие по обеспечению доказательств совершать не вправе.

Далее, в связи с рецепцией гражданского процессуаль­ного законодательства в 2002 году был принят ныне действую­щий ГПК РФ1, в котором не была включена бланкетная норма о возможности досудебного обеспечения доказательств но­тариусами. Однако, в Основах законодательства Российской Федерации о нотариате такая возможность была сохранена, в связи с этим, нормы о возможности досудебного обеспечения доказательств в Основах законодательства Российской Федера­ции о нотариате приобрели самостоятельное значение и име­ют юридическую силу до настоящего времени.

В соответствии с ФЗ от 5 июля 2010 г. № 154-ФЗ «Консуль­ский устав Российской Федерации» со дня вступления его в силу, т.е. с 4 января 2011 г., консульские должностные лица не вправе совершать нотариальные действия по обеспечению до­казательств (ст. 26). Этим же законом признано утратившим силу положение п. 15 ч. 1 ст. 38 Основ законодательства Рос­сийской Федерации о нотариате (ст. 39), касающееся отнесе­ния к компетенции должностного лица консульского учреж­дения Российской Федерации совершения нотариального действия по обеспечению доказательств. В итоге, в настоящее время досудебное обеспечение доказательств вправе осущест­влять только нотариусы.

Таким образом, ретроспективный обзор и анализ поло­жений российского дореволюционного, советского и россий­ского современного законодательства о предварительном (до­судебном) обеспечении доказательств, показал, что процедура обеспечения доказательств традиционно находит закрепление в процессуальных нормах. Основания, условия и порядок обе­спечения доказательств оставались практически неизменны­ми, в то время круг лиц, осуществляющих процедуру по обе­спечению доказательств, менялся. В связи с тем, что в советское время нотариат находился в подчинении судебных органов, являлся по свидетельству дореволюционного цивилиста «па­сынком фемиды», и развивался в тесной взаимосвязи с граж­данским процессуальным законодательством.

Исторический и сравнительно правовой анализ законо­дательства показывает практически уникальный феномен, согласно которому законодатель в целях разгрузки судов от процедуры, которая не требует решение вопросов достоверно­сти, достаточности доказательств, а также их оценки, передал функцию по обеспечению доказательств нотариусам. Более восьмидесяти лет данная процедура облегчает судам их основ­ную задачу - осуществление правосудия. Современный этап развития показывает действенность данного взаимодействия, особенно по вопросам обеспечения доказательств, размещен­ных в сети Интернет.

гражданский процесс


Системы управления очередью (СУО) — максимальный эффект при разумных вложениях. Превращая взаимодействие с клиентами в чётко и грамотно спланированный алгоритм. Вся подробная информация на сайте http://www.damask.ru/


Следующие материалы:

Предыдущие материалы:

 

от Монро до Трампа


Blischenko 2017


Узнать больше?

Ваш email:
email рассылки Конфиденциальность гарантирована
email рассылки

ПОЗДРАВЛЕНИЯ!!!




КРУГЛЫЙ СТОЛ

по проблемам глобальной и региональной безопасности и общественного мнения в рамках международной конференции в Дипломатической академии МИД России

МЕЖДУНАРОДНОЕ ПРАВО

Право международной безопасности



Инсур Фархутдинов: Цикл статей об обеспечении мира и безопасности

№ 4 (104) 2016
Московский журнал международного права
Превентивная самооборона в международном праве: применение и злоупотребление (С.97-25)

№ 2 (105) 2017
Иранская доктрина о превентивной самообороне и международное право (окончание)

№ 1 (104) 2017
Иранская доктрина о превентивной самообороне и международное право

№ 11 (102) 2016
Стратегия Могерини и военная доктрина
Трампа: предстоящие вызовы России


№ 8 (99) 2016
Израильская доктрина o превентивной самообороне и международное право


7 (98) 2016
Международное право о применении государством военной силы против негосударственных участников

№ 2 (93) 2016
Международное право и доктрина США о превентивной самообороне

№ 1 (92) 2016 Международное право о самообороне государств

№ 11 (90) 2015 Международное право о принципе неприменения силы
или угрозы силой:теория и практика


№ 10 (89) 2015 Обеспечение мира и безопасности в Евразии
(Международно правовая оценка событий в Сирии)

Индексирование журнала

Баннер

Актуальная информация

Баннер
Баннер
Баннер

Дорога мира Вьетнама и России

Ирина Анатольевна Умнова (Конюхова) Зав. отделом конституционно-правовых исследований Российского государственного университета правосудия


Вступительное слово
Образ жизни Вьетнама
Лицом к народу
Красота по-вьетнамски
Справедливость и патриотизм Вьетнама
Дорогой мира вместе


ФОТО ОТЧЕТ
Copyright © 2007-2017 «Евразийский юридический журнал». Перепечатывание и публичное использование материалов возможно только с разрешения редакции
Яндекс.Метрика