Содержание журналов

Баннер
PERSONA GRATA

Content of journals

Баннер
Баннер
Баннер
Баннер


Апелляционное представление как повод к возбуждению производства в суде второй инстанции: некоторые вопросы законодательной регламентации
Научные статьи
11.12.13 19:54
Оглавление
Апелляционное представление как повод к возбуждению производства в суде второй инстанции: некоторые вопросы законодательной регламентации
государственный обвинитель
Все страницы

вернуться

Апелляционное представление как повод к возбуждению производства в суде второй инстанции: некоторые вопросы законодательной регламентации

  

Унификация процедуры производства в суде второй ин­станции, которая явилась следствием принятия Федерального закона от 29 октября 2010 г. № 433-ФЗ «О внесении изменений в Уголовно-процессуальный кодекс РФ и признании утратив­шими силу отдельных законодательных актов (положений законодательных актов) Российской Федерации», позволя­ет выделить несколько особенностей, характеризующих как апелляционное производство в целом, так и деятельность сто­роны обвинения в этой стадии уголовного процесса - в частно­сти. К числу таковых мы относим: 1) наличие специфического повода к возбуждению апелляционного производства, в каче­стве которого законодатель называет жалобу (представление) сторон; 2) ревизионный характер пересмотра уголовного дела, при котором суд не связан доводами жалобы (представления) и вправе проверить производство по уголовному делу в пол­ном объеме; 3) экстраполяцию основных принципов и общих условий судебного разбирательства на производство в суде вто­рой инстанции; 4) осуществление судом проверки законности, обоснованности и справедливости судебного решения за неко­торыми изъятиями по правилам производства в суде первой инстанции, т. е. посредством рассмотрения уголовного дела по существу; 5) специфику познавательной деятельности, прояв­ляющуюся в том, что в ходе судебного следствия суд апелляци­онной инстанции, наряду с доказательствами, имеющимися в уголовном деле, вправе по ходатайству сторон исследовать новые доказательства; 6) пределы прав суда апелляционной инстанции, который по результатам рассмотрения дела при­нимает новое решение, в том числе и ухудшающее положение осужденного, что возможно только по представлению проку­рора либо жалобе потерпевшего, частного обвинителя, их за­конных представителей и (или) представителей; 7) механизм обжалования решений суда апелляционной инстанции в вы­шестоящий суд в кассационном и надзорном порядке.

Анализ содержания положений главы 45.1 «Производ­ство в суде апелляционной инстанции» позволяет утверждать, что деятельность государственного обвинителя по реализации функции уголовного преследования может быть структури­рована на два взаимосвязанных этапа: возбуждение апелля­ционного производства посредством подачи представления в суд, вынесший обжалуемое решение; участие в рассмотрении уголовного дела в суде апелляционной инстанции. Первый из них начинается только при наличии предусмотренного законом повода, в качестве которого законодатель предусма­тривает подачу жалобы (представления) в строго регламенти­рованной форме. Необходимо отметить, что право уполномо­ченных лиц обратиться в суд второй инстанции с требованием о      пересмотре судебного решения, не вступившего в законную силу (ч. 1 ст. 389.1 УПК РФ), относится к числу диспозитивных, посколь­ку: 1) является гарантией широкой свободы обжало­вания, присущей именно апелляционному производ­ству; 2) явно указывает на телеологическое назначение судебно-контрольных про­изводств, направленных, прежде всего, на обеспече­ние (защиту) интересов и прав участников процесса (апелля­торов), а не на обеспечение публичной законности постанов­ленных актов суда. Именно частные заинтересованные лица своим обращением и сутью притязаний к суду вышестоящей инстанции не только формируют предмет проверки и оценки вышестоящего суда, но и инициируют апелляционное произ­водство. При отсутствии жалобы (представления) законность, обоснованность и справедливость судебного решения пре- зюмируются государством и обществом, и вступивший в за­конную силу приговор считается таковым вне зависимости от истинности или ложности данной процессуальной фикции. Соответственно, именно обращение заинтересованных лиц за судебной защитой опровергает указанную выше фикцию, подвергает ее проверке апелляционного суда. Таким же обра­зом, на наш взгляд, должно быть оценено представление про­курора, приносимое в апелляционный суд в целях защиты как публичного интереса, так и нарушенного интереса конкретно определенных участников судебного разбирательства в суде первой инстанции. В пользу данного тезиса можно привести следующие аргументы. Во-первых, государственный обвини­тель является равноправной стороной судебного процесса, не имеющей процессуальных преимуществ в сравнении с други­ми участниками уголовного судопроизводства, обладающими правом обжалования. Его мнение не имеет для суда опреде­ляющего значения и учитывается наряду с мнением стороны защиты. Во-вторых, законодатель умышленно отказался от использования термина «протест», который фигурировал в УПК РСФСР для обозначения акта прокурорского реагирова­ния на незаконные или необоснованные судебные решения. В специальной литературе высказывается сомнение относитель­но обоснованности такого отказа, поскольку он нивелирует значение функции прокурорского надзора в судебных стадиях производства по уголовному делу. Мы полагаем, что подоб­ное утверждение не вполне соответствует современным реали­ям состязательного уголовного процесса, в котором функция прокурорского надзора не является определяющей в деятель­ности государственного обвинителя и не свойственна ему в силу специфической роли судебной власти, ее суверенитета при рассмотрении уголовного дела по существу.

Определяя уголовно-процессуальную форму возбуж­дения апелляционного производства, необходимо, прежде всего, обозначить круг лиц, уполномоченных на иницииро­вание процедуры судебной проверки посредством внесения представления. В соответствии со ст. 389.1 УПК РФ таковыми являются государственный обвинитель, а также вышестоящий прокурор, не являющийся стороной в процессе в суде первой инстанции, однако с момента подачи представления (п. 27 ст. 5 УПК РФ) относящийся к числу участников уголовного процес­са со стороны обвинения. Вышестоящий прокурор изначаль­но не наделялся правом обжалования судебных решений, не вступивших в законную силу, что прямо следовало из положе­ний ч. 4 ст. 354 УПК РФ в ее первой редакции, действовавшей при восстановлении института апелляции. Оно было введено в результате внесения изменений Федеральным законом от 4 июля 2003 г. № 92-ФЗ в текст указанной статьи УПК РФ и пол­ностью воспроизведено в ч. 1 ст. 389.1 УПК РФ. Предоставление вышестоящему прокурору права принесения апелляционного представления в специальной литературе вызывает достаточ­но острые дискуссии. Сторонники данной позиции указывают на целесообразность наделения вышестоящего прокурора со­ответствующим полномочием, приводя следующие аргумен­ты: 1) наличие такого права в Концепции судебной реформы, согласно которой «инициаторами пересмотра приговора мо­гут быть лишь стороны (подсудимый, его защитник, потер­певший, гражданский истец, гражданский ответчик, государ­ственный обвинитель) или вышестоящее лицо прокурорского надзора»; 2) согласованность подобного расширения субъект­ного состава стороны обвинения с принципами организации и деятельности прокуратуры; 3) наличие объективных при­чин, по которым государственные обвинители не могут по­дать представление по уважительным причинам (служебная командировка, болезнь, увольнение из органов прокуратуры и т. д.). Кроме того, в некоторых исследованиях указывается, что вышестоящий прокурор обязан вносить представление в том случае, если он убежден в неправосудности судебного акта, а государственный обвинитель не находит оснований к его пересмотру. Повод для подобного утверждения дает формулиров­ка, содержащаяся в п. 14 Приказа Генерального прокурора РФ № 465, где указано, что «при наличии оснований вышестоя­щий прокурор обязан своевременно принести апелляцион­ное представление на не вступившее в силу судебное решение, если это по каким-либо причинам не сделал государственный обвинитель».





Следующие материалы:

Предыдущие материалы:

 

от Монро до Трампа


Узнать больше?

Ваш email:
email рассылки Конфиденциальность гарантирована
email рассылки

Blischenko 2017


ПОЗДРАВЛЕНИЯ!!!




КРУГЛЫЙ СТОЛ

по проблемам глобальной и региональной безопасности и общественного мнения в рамках международной конференции в Дипломатической академии МИД России

МЕЖДУНАРОДНОЕ ПРАВО

Право международной безопасности



Инсур Фархутдинов: Цикл статей об обеспечении мира и безопасности

№ 4 (104) 2016
Московский журнал международного права
Превентивная самооборона в международном праве: применение и злоупотребление (С.97-25)

№ 2 (105) 2017
Иранская доктрина о превентивной самообороне и международное право (окончание)

№ 1 (104) 2017
Иранская доктрина о превентивной самообороне и международное право

№ 11 (102) 2016
Стратегия Могерини и военная доктрина
Трампа: предстоящие вызовы России


№ 8 (99) 2016
Израильская доктрина o превентивной самообороне и международное право


7 (98) 2016
Международное право о применении государством военной силы против негосударственных участников

№ 2 (93) 2016
Международное право и доктрина США о превентивной самообороне

№ 1 (92) 2016 Международное право о самообороне государств

№ 11 (90) 2015 Международное право о принципе неприменения силы
или угрозы силой:теория и практика


№ 10 (89) 2015 Обеспечение мира и безопасности в Евразии
(Международно правовая оценка событий в Сирии)

Индексирование журнала

Баннер

Актуальная информация

Баннер
Баннер
Баннер

Дорога мира Вьетнама и России

Ирина Анатольевна Умнова (Конюхова) Зав. отделом конституционно-правовых исследований Российского государственного университета правосудия


Вступительное слово
Образ жизни Вьетнама
Лицом к народу
Красота по-вьетнамски
Справедливость и патриотизм Вьетнама
Дорогой мира вместе


ФОТО ОТЧЕТ
Copyright © 2007-2017 «Евразийский юридический журнал». Перепечатывание и публичное использование материалов возможно только с разрешения редакции
Яндекс.Метрика