Содержание журналов

Баннер
PERSONA GRATA

В кризисе юридической науки во многом виноваты сами учёные
Интервью с доктором юридических наук, профессором, заслуженным юристом Российской Федерации Николаем Александровичем Власенко

Группа ВКонтакте

Баннер
Баннер
Баннер
Баннер


Институт национализации в международной нормативной системе
Научные статьи
24.12.13 10:40

Институт национализации в международной нормативной системе

В самом общем виде под национализацией понимается изъятие имущества, находящегося в частной собственности, и передача его в собственность государства. В современном международном праве существуют две основные доктрины по поводу национализации. Что касается развивающихся госу­дарств, они придерживаются той, согласно которой право на национализацию является неотъемлемым атрибутом государ­ственного суверенитета. Само это право, согласно ей, ничем не может быть обусловлено, т.е. оно осуществляется независимо от наличия или отсутствия интересов общества в национали­зации, а компенсация выплачивается с учетом всех обстоя­тельств («отсутствие достаточного количества твердой валюты» и т.д.). Эта доктрина нашла отражение во многих документах ООН, среди которых наибольшую известность приобрели Ре­золюция Генеральной Ассамблеи ООН 1805 «О национальном суверенитете над природными ресурсами», хартия и декла­рация о новом международном экономическом порядке и др.

Резолюция 3171 (XXVIII) Генеральной Ассамблеи ООН в 1973-ом году подтвердила право освободившихся государств национализировать собственность и самим определять фор­мы и размеры компенсации. Споры по формулировке статьи 0   компенсации велись при обсуждении положений хартии экономических прав и обязанностей государств. В абзаце «с» п. 2 ст. 2 хартии экономических прав и обязанностей госу­дарств провозглашается, что каждое государство имеет право «национализировать, экспроприировать или передавать ино­странную собственность. В этом случае государство, прини­мающее такие меры, должно выплачивать соответствующую компенсацию с учетом его соответствующих законов и поста­новлений и всех обязательств, которые это государство счита­ет уместными. Право любого государства на принудительное изъятие иностранных инвестиций, частной собственности, принадлежащей иностранным физическим и юридическим лицам, вытекает из такого общепризнанного принципа меж­дународного права, как суверенитет государства».

Проблема национализации однозначно ложится на международно-правовую плоскость, когда затрагиваются ин­тересы другого государства или юридических и физических лиц другого государства. При этих обстоятельствах закон о национализации, принятый в одном государстве, может стать предметом международных отношений. Проблема национа­лизации иностранной собственности весьма сложна и про­тиворечива, особенно в связи разрешением инвестиционных споров между государством происхождения инвестиций и принимающим государством. Именно по этой причине право государств национализировать собственность иностранных граждан (инвесторов) было одним из наиболее дискуссионных вопросов международного права. Существуют два важнейших вопроса относительно национализации в современном меж­дународном праве, относительно которых до сих пор идут дис­куссии. Прежде всего, речь идет об определении размера ком­пенсации за национализированную собственность. Затем - об экстерриториальном действии закона о национализации.

Право государства на национализацию относится к его внутренней компетенции. Данное положение выте­кает из важнейших международных актов: Согласно п. 7 ст. 2 Устава ООН осуществление права национализации относится к внутренней компетенции государства. Право на национали­зацию не оспаривается в настоящее время. Поэтому акты на­ционализации не могут обсуждаться другими государствами или какими-либо международными органами. С точки зре­ния международного права осуществление национализации - прерогатива внутренней компетенции государства, между­народный орган не может обсуждать меры по национализа­ции иностранных инвестиций. В свое время это нашло под­тверждение в решении Международного суда ООН, который признал себя некомпетентным рассматривать жалобу прави­тельства Великобритании (1951 г.) в связи с национализацией Ираном Англо-иранской нефтяной компании.

Международное публичное право признает право го­сударства на проведение национализации, но оно не регу­лирует и не может регулировать отношения собственности, возникающие между государством и частными физическими и юридическими лицами. Условия проведения национализа­ции определяются не международным правом, а внутренним правом государства, осуществляющего национализацию. Го­сударства в силу своего суверенного равенства самостоятель­но регулируют во внутреннем праве вопросы, возникающие по поводу права собственности. Как следствие, международ­ное право признает, что право регулирования отношений к собственности, установление экономической и социальной системы согласно нуждам государства входит во внутреннюю компетенцию каждого государства. Право собственности ста­новится предметом международного права, когда между го­сударствами возникают правоотношения по поводу защиты частной собственности граждан и юридических лиц. Поэто­му встает не вопрос о праве государства на национализацию вообще, поскольку он безусловно входит в его внутреннюю компетенцию, а о том, существует ли в международном праве обязанность государства придерживаться определенных меж­дународных правил при осуществлении национализации, в частности, при национализации собственности иностранных лиц. Вместе с тем государство как сторона в международном договоре о взаимной защите инвестиций может принять на себя обязательства не осуществлять меры по принудительно­му изъятию капиталовложений, в том числе путем национа­лизации, реквизиции или конфискации в административном порядке. В международно-нормативном плане право госу­дарств национализировать собственность иностранных инве­сторов закреплено во многих многосторонних и двусторонних международных договорах о поощрении и взаимной защите капиталовложений, а также в актах национального законода­тельства. Кроме того, в литературе иногда даже отмечается, что оно основано на обычных нормах международного права, с чем автор данных строк не согласен.

Признание права государства на национализацию на­шло отражение и в решениях международных органов. Еще Каннская конференция 1922 г. в одной из своих резолюций, признавая недопустимость навязывания системы собственно­сти внутренней экономической жизни и управления, намети­ла положение об уважении государственного суверенитета, а также признала право каждого государства на национализа­цию собственности иностранцев. Постоянная плата междуна­родного правосудия по делу Софийской электрической ком­пании 1923 г. заявила: «Согласно общепризнанным нормам международного права, имущественные права определяют­ся внутренним правом<..>, и поэтому скорее подпадают под юрисдикцию национальных судов». В то же время палата под­твердила, что в принципе имущественные и договорные права отдельных лиц в каждом государстве определяются внутрен­ним правом. таким образом, она признала право государства на национализацию.

В доктрине и международной договорной практике го­сударств получило широкое распространение положение о необходимости соблюдения ряда условий при проведении экспроприации, для того чтобы она соответствовала междуна­родному праву. Она должна проводиться:

1)   в публичных целях;

2)   на недискриминационной основе;

3)   с выплатой компенсации;

4)   в соответствии с установленным порядком.

Однако некоторые из указанных условий могут иногда в положениях международных договоров отсутствовать. Это касается, прежде всего, осуществления экспроприации в со­ответствии с установленным порядком. Последнее условие, к примеру, не закреплено в пункте 1 статьи 5 Соглашения между Правительством СССР и Правительством Соединённого Коро­левства Великобритании и Северной Ирландии о поощрении и взаимной защите капиталовложений от 6 апреля 1989 г. и статье 9 Конвенции о защите прав инвестора от 28 марта 1997 г. В соответствии с пунктом 1 статьи 13 Договора к Энергетиче­ской хартии 1994 г. инвестиции не подлежат национализации, экспроприации или мере или мерам, имеющим последствия, аналогичные национализации или экспроприации, за исклю­чением случаев, когда такая экспроприация осуществляет­ся: а) с целью, которая отвечает государственным интересам;

б) без дискриминации; в) с соблюдением надлежащих право­вых процедур; г) одновременно с выплатой быстрой, доста­точной и эффективной компенсации. Подобная норма содер­жится в статье 1110 НАФТА, разделе 4 Руководства Всемирного банка по режиму для прямых иностранных инвестиций 1992 г. и других международных актах.

Современная доктрина международного права считает, что национализация, экспроприация и другие подобные им меры изъятия иностранной собственности не являются нару­шением международного права. Но она же ставит условие о том, что если принудительные виды изъятия не носит дискри­минационного характера, осуществляется на благо общества и при этом частному собственнику выплачивается быстрая, эффективная и адекватная компенсация. то есть именно в ходе правоприменительной практики в международных ар­битражных судах, в первую очередь МЦУИС, в междуна­родном праве право государства национализировать частную собственность находило все больше подтверждения. Национа­лизация проводится с целью использования национализиро­ванной собственности в интересах государства, а, следователь­но, в интересах народа. «Национализация основных средств производства и кооперирование мелких производителей не могут быть объяснена из самих себя. Им предшествовали та­кие экономические процессы, которые обусловили их в каче­стве необходимых звеньев в системе политико-юридических актов, сопровождающих рождение и становление экономиче­ских отношений нового общества».

B Руководстве по регулированию прямых иностранных инвестиций МБРР установлено, что «в случае широко приме­няемой национализации, не носящей дискриминационного характера и осуществляемой в рамках проводимых широко­масштабных социальных реформ в исключительных револю­ционных условиях, в обстоятельствах войны или подобных указанным обстоятельствах, компенсацию определять путем ведения переговоров между принимающим государством и государством - местом жительства инвестора, а при от­сутствии результатов проведения таких переговоров - путем международного арбитража» (п. 10 разд. IV). Данная позиция учитывает чрезвычайные условия и масштаб экспроприации, поэтому отходит от традиционного пути и на первое место ставит возможность межгосударственного урегулирования конфликта. Иллюстрацией этого феномена может служить конвенция, заключенная между Францией и Советским Сою­зом 4 июля 1989 г. В качестве примера далее приводится текст, чтобы напомнить, что те государства, которые проводили в жизнь коллективное присвоение средств производства, приш­ли к выводу, что поощрение иностранного инвестирования является экономической необходимостью, и оно соответствует требованиям международного права по защите инвестиций. Статья 4 франко-советской конвенции сформулирована следу­ющим образом:

1.        «Инвестиции, осуществляемые инвесторами одной или другой Договаривающейся Стороны, пользуются на тер­ритории или в морской зоне другой Договаривающейся Сто­роны полной и абсолютной защитой и безопасностью.

2.        Прибыли от инвестиций, а в случае реинвестирова­ния доходы от реинвестиций пользуются такой же защитой, как и инвестиции.

3.        Договаривающиеся Стороны не применяют на своей территории или в своих морских зонах меры по экспропри­ации или национализации, а также любые иные меры, в ре­зультате которых инвесторы, являющиеся гражданами другой Договаривающейся Стороны, лишаются принадлежащих им инвестиций, за исключением случаев, когда эти меры осуществляются в общественных интересах и при условии, что они не являются ни дискриминационными, ни противоречащими обязательству, взятому по отношению к инвестору, упомяну­тому в статье 8.

Меры по экспроприации, которые могли бы быть при­няты, должны сопровождаться быстрой и адекватной компен­сацией. Следовательно, статья 4 франко-советской конвенции закрепляет принцип полной и абсолютной защиты и без­опасности инвестиций. Но этот стандарт явно не запрещает договаривающимся сторонам принимать меры по экспро­приации или национализации: принятие таких мер возмож­но при соблюдении некоторых условий, которые детально уточняет статья 4. Переход права собственности из частного сектора в государственный становится редким явлением. По­всюду со стороны государств наблюдается тенденция к прояв­лению сдержанности в этом отношении. Приоритет отдается освобождению от груза собственности, то есть переходу права собственности из государственного сектора в частный. В 60-70- е годы развивающиеся страны экспроприировали и нацио­нализировали инвестиции развитых стран. В 80-90-е годы и развивающиеся, и развитые страны, государства Запада и Вос­тока, осуществляли приватизацию. Сначала государство при­умножило собственность, затем стало освобождаться от нее.

Условие о проведении национализации в общественных интересах признано международной судебной практикой. Так, Постоянная палата третейского правосудия в решении по делу о норвежских притязаниях в 1922 году признала «право суверенного государства экспроприировать, изымать или уполномочивать на изъятие любой собственности в пределах его юрисдикции, что может потребоваться для «обществен­ной пользы» или «всеобщего благоденствия». Но до сих пор остаётся спорным тезис о существовании обычных норм меж­дународного права, предусматривающих выплату компенса­ции при национализации2. Во-первых, принцип обязатель­ной выплаты компенсации при экспроприации разделяется не всеми странами, в частности, развивающимися странами, которые выступают в роли принимающих государств. Именно право последних обычно является применимым правом. Счи­тается, что вопрос о компенсации (платить или нет и в каком размере) должен решаться государством самостоятельно.

В специальном материале, подготовленном Конферен­цией ООН по торговле и развитию (ЮНКТАД), обозначены следующие виды изъятия: прямая национализация, прямая национализация отрасли промышленности, изъятие в специ­альных целях, ползучая национализация. Право собственно­сти на имущество может переходить от одного лица к другому в результате принята специальных государственных актов о национализации имущества. В настоящее время достаточно широкое распространение в доктрине, законодательстве и правоприменительной практике получила точка зрения о том, что законы национализации имеют экстерриториальное дей­ствие. Это, означает, что государство, осуществившее национа­лизацию, должно быть признано за границей собственником как имущества, которое находилось в момент ее проведения в пределах его территории, так и имущества, располагавшегося в это время за границей.

Признание экстерриториального действия законов о на­ционализации в подавляющем большинстве государств; про­исходит сегодня в силу использования коллизионной при­вязки lex rei sitae, которая является базовой при определении моментов возникновения и перехода права собственности на имущество. Поэтому в случае возникновения соответствую­щих споров суды обязаны, по общему правилу, руководство­ваться законодательством того государства, где была проведена национализация. Ситуация, однако, несколько осложняется, когда речь идет об имуществе, находившемся в момент нацио­нализации за границей. Судебная практика многих западных государств в данном случае основывается на тезисе о том, что приобретение права собственности на такое имущество также должно осуществляться на основании законов страны его ме­ста нахождения, а не права государства, осуществившего наци­онализацию. В соответствии с этим подходом из-под действия законов о национализации изымаются практически все зару­бежные финансовые активы и материальные ценности, при­надлежавшие национализированным предприятиям.

В российской правовой доктрине на этот счет существует другая точка зрения. В нашей стране практически общепри­знанно, что нахождение какой-либо части имущества наци­онализируемого предприятия за границей не имеет юриди­ческого значения, так как национализация распространяется на все имущество соответствующего юридического лица. Что же касается правового статуса имущества зарубежных филиа­лов национализированных предприятий, то он должен уста­навливаться на основании их личного закона (lex societatis), в соответствии с которым, как известно, определяются порядок ликвидации юридических лиц и наступающие в связи с этим последствия.



Такие люки могут быть с магнитом либо с замком. Невероятно полезным изобретением в ряду ревизионных люков являются лючки, которые облегчают доступ к узловым точкам коммуникаций, водопровода, канализации. Ревизионный люк на магнитах вся подробная информация на сайте http://www.hoods.ru

Для общественных помещений подходят металлические сантехнические люки с замком, но в частных домах или в квартирах чаще используют металлические люки с магнитами (в зависимости от размера используется один и более магнита). Люк сантехнический с магнитом вся подробная информация на сайте http://www.hoods.ru

Напольные люки в подвал с газовыми амортизаторами. Эти современные технологичные изделия заменили деревянные дверцы в подвал и погреб в частном домостроении. Напольный люк в подвал вся подробная информация на сайте http://www.hoods.ru


Следующие материалы:

Предыдущие материалы:

 

от Монро до Трампа


Blischenko 2017


Узнать больше?

Ваш email:
email рассылки Конфиденциальность гарантирована
email рассылки

ПОЗДРАВЛЕНИЯ!!!




КРУГЛЫЙ СТОЛ

по проблемам глобальной и региональной безопасности и общественного мнения в рамках международной конференции в Дипломатической академии МИД России

МЕЖДУНАРОДНОЕ ПРАВО

Право международной безопасности



Инсур Фархутдинов: Цикл статей об обеспечении мира и безопасности

№ 4 (104) 2016
Московский журнал международного права
Превентивная самооборона в международном праве: применение и злоупотребление (С.97-25)

№ 2 (105) 2017
Иранская доктрина о превентивной самообороне и международное право (окончание)

№ 1 (104) 2017
Иранская доктрина о превентивной самообороне и международное право

№ 11 (102) 2016
Стратегия Могерини и военная доктрина
Трампа: предстоящие вызовы России


№ 8 (99) 2016
Израильская доктрина o превентивной самообороне и международное право


7 (98) 2016
Международное право о применении государством военной силы против негосударственных участников

№ 2 (93) 2016
Международное право и доктрина США о превентивной самообороне

№ 1 (92) 2016 Международное право о самообороне государств

№ 11 (90) 2015 Международное право о принципе неприменения силы
или угрозы силой:теория и практика


№ 10 (89) 2015 Обеспечение мира и безопасности в Евразии
(Международно правовая оценка событий в Сирии)

Индексирование журнала

Баннер

Актуальная информация

Баннер
Баннер
Баннер

Дорога мира Вьетнама и России

Ирина Анатольевна Умнова (Конюхова) Зав. отделом конституционно-правовых исследований Российского государственного университета правосудия


Вступительное слово
Образ жизни Вьетнама
Лицом к народу
Красота по-вьетнамски
Справедливость и патриотизм Вьетнама
Дорогой мира вместе


ФОТО ОТЧЕТ
Copyright © 2007-2017 «Евразийский юридический журнал». Перепечатывание и публичное использование материалов возможно только с разрешения редакции
Яндекс.Метрика