Содержание журналов

Баннер
PERSONA GRATA

Группа ВКонтакте

Баннер
Баннер
Баннер
Баннер


Жесткая и мягкая сила Пекина
Научные статьи
24.12.13 10:58

Жесткая и мягкая сила Пекина

Еще в конце 1990-х гг. Китай был занят саморазвитием и не помышлял о глобальной роли, сегодня же в начале нового века он становится явным соперником Соединенных Штатов. За последнее десятилетие доля Соединенных Штатов в миро­вом ВВП по паритету покупательной способности (ППС) упа­ла с 23% до 17%, а доля КНР выросла с 10 до 16%. За это время экономика КНР продемонстрировала рекордные темпы за всю свою 5000-летнюю историю. Остановимся на динамике стремительного китайского возвышения подробнее:

-     в 2003 г. Китай вышел на первое место в мире по объему привлеченных инвестиций. По подсчетам доктора экономиче­ских наук Владислава Иноземцева, за годы реформ он вырос в 115 раз;

-     в 2006 г. Китай стал крупнейшим мировым экспортером высоких и информационных технологий, опередив США;

-     в 2007 г. Поднебесная обошла Италию, Францию, Вели­кобританию и Германию, став третьей (в 2005 г. 7-е место) по размеру экономикой планеты; в том же году КНР по произ­водству золота опередила ЮАР, которая удерживала лидер­ство более 100 лет;

-     в 2008 г. китайский экспорт достиг 1,46 трлн. долларов - второе место в мире, хотя еще в 1996 г. он существенно уступал даже бельгийскому;

-     в 2010 г. экономика КНР стала второй в мире, потеснив Японию, занимавшую эту строку на протяжении предшество­вавших 42 лет;

-     в 2011 г. Китай обогнал Соединенные Штаты по объему промышленного производства, положив конец 110-летнему лидерству Америки в этой сфере;

-           Китай стал первым в мире потребителем электроэнергии, хотя еще в 2000 г. он уступал Соединенным Штатам Америки в два раза;

-     по итогам 2012 года Гонконг признан Всемирным эко­номическим форумом наиболее успешным финансовым центром мира; на долю КНР приходится уже 22% долговых обязательств казначейства США, а Пекин становится главный кредитор Вашингтона;

-    в 2013 г. на долю КНР приходится более половины ми­ровых золотовалютных резервов.

Если в середине 2000-х гг. призывы использовать «жест­кую силу» звучали исключительно из уст военных, например, генерал Чжу Чэнху в 2005 г. грозился в случае обострения тайваньской проблемы «обрушить ядерное оружие на сотни американских городов», то сегодня подобную риторику по­зволяют себе и руководители Поднебесной. Причем не толь­ко такие записные «ястребы» как недавний кандидат в члены Политбюро ЦК КПК Бо Силай, но и обычно сверхдиплома- тичный Председатель КНР Си Цзиньпин, который поставил перед руководством ВМФ НОАК задачу «готовиться к войне». Недостатка аргументации в обосновании такой линии поведе­ния власть не испытывает. Преподаватели Академии военных наук КНР и Национального университета обороны Народно­Освободительной Армии Китая (НОАК) все чаще критику­ют нынешний курс руководства страны за пассивность перед лицом экспансии со стороны Запада7, а авторы нашумевшей книги «Китай сердится» призывают уделять приоритетное внимание военно-промышленному потенциалу. Китайская внешнеполитическая доктрина определяет военную составля­ющую в качестве одного из основных приоритетов страны и четко формирует перспективы развития военной науки. В на­чале 2000-х гг. уровень оснащенности и боевой подготовки ки­тайской армии был относительно невысоким и не давал руко­водителям граничащих с КНР государств особых поводов для беспокойства.

Однако демонстрируемая Пекином на протяжении дли­тельного времени экономическая экспансия в сочетании с за­крытостью его военной политики вызывает в последнее время серьезные опасения не только у соседей, но и у американских военных экспертов. И это неудивительно: объем военного бюд­жета страны, по официальным данным, превышает $100 млрд., причем, многие российские и американские эксперты считают эту цифру сильно заниженной. Аналитики из Пентагона все чаще склоняются к тому, что красный дракон действительно сможет бросить вызов американскому могуществу в XXI веке, потому что является, не считая самих Соединенных Штатов, единственной державой в мире, осуществляющей эффектив­ную долгосрочную программу наращивания военной мощи.

Профессор Чикагского университета, автор теории агрессив­ного реализма Джон Миршаймер, прогнозирует усиление конфронтации США с КНР - вплоть до прямого военного стол­кновения в случае, если впечатляющий экономический рост Поднебесной продолжится. данные статистики, анализ совре­менной периодики и многочисленные исторические параллели дают основания предполагать именно такое развитие событий.

За последние два десятилетия Китаем создан достаточ­ный промышленный, научный и финансовый базис для даль­нейшего развития вооруженных сил. НОАК сегодня обладает не только значительным числом баллистических ракет, но и технологиями производства атомных подводных ракетонос­цев, а также, не имеющих аналогов в мире плавающих боевых машин, и чуть ли не лучших в мире боевых беспилотников и реактивных систем залпового огня. Кроме того, Китай строит десятки новых эсминцев, фрегатов, ракетных катеров, закупа­ет и производит даже большее, чем США, число новейших подводных лодок. В 2011 г. Поднебесная впервые вывела в море собственный авианосец (переоборудованный советский «Варяг») и планирует построить на своих судоверфях еще три таких аналога к 2020 году. И если в конце прошлого и на­чале XXI века Пекин предпочитал закупать оружие за рубе­жом, в основном советского (российского) производства, то в последние годы мы наблюдаем тенденцию его превращения из импортера в одного из крупнейших экспортеров оружия. Причем в расширяющейся номенклатуре новых видов воору­жения все чаще фигурируют искусно изготовленные копии лучших российских образцов, преимущественно авиа- и бро­нетехники, наносящие нашим оружейникам значительный ущерб от недополученной прибыли и понижающие их конку­рентоспособность. Заявляя о стремлении достичь военно-тех­нического паритета с некогда недосягаемыми США, азиатский гигант уже сейчас демонстрирует способность жесткой конку­ренции в самой наукоемкой и престижной отрасли - космиче­ском пространстве. На сегодняшний день в списке китайских «звездных побед» числятся запуск первого «тайкунавта» (2003 год), выход в открытый космос (2008 год) и вывод на окололун­ную орбиту собственного зонда (2011 год). В среднесрочных планах - строительство космической станции и полет на Луну (2020 год), а также лунное «поселение» (2030 год) и экспедиция на Марс (2050 год).

КНР достаточно быстро перешла от пассивной линии поведения во внешней политике к активной, трансформиру­ясь в крупного мирового игрока. К примеру, ситуация вокруг Ливии, по мнению известного военного стратега Томаса Бар­нетта, наглядно продемонстрировала медлительность Амери­ки в вопросе применения военной силы, в то время как Ки­тай впервые в своей истории осуществил военную операцию вдали от своих берегов, эвакуировав 30 000 сограждан из зоны конфликта при помощи кораблей ВМФ НОАК.

Для многих ошеломляющие успехи Китая стали сен­сацией, а между тем не стоит забывать, что Поднебесная на протяжении практически всей мировой истории располага­ла обширной территорией и признавалась в мире великой нацией с уникальной культурой. Мягкая сила имеет давнюю традицию в Китае - стратагема «мягкое побеждает твердое» не одно тысячелетие пользуется популярностью в Срединном государстве. Величайший военный мыслитель Древнего Китая Сунь-цзы еще в 4 в. до н.э. заметил, что лучше всего «победить врага не сражаясь»5. Имперская экспансия Поднебесной на протяжении веков осуществлялась не только армией, но и пу­тем постепенного обращения других народов в свою культуру. И на современном этапе Пекин уделяет приоритетное внима­ние «мягкой силе». Так, в докладе недавнего лидера КНР Ху Цзиньтао на 17-м съезде КПК (2007 г.) эта тема была включена в раздел, посвященный развитию культуры Китая. КПК исхо­дит из того, что сегодня культура становится «все более важ­ным элементом соперничества в совокупной государственной мощи»6. И новый руководитель Си Цзиньпин часто призывает активнее использовать soft-power по-китайски.

Китайские эксперты выделяют два основных источника «мягкой силы»- богатство национальной культуры и успех модели модернизации. Страна смогла решить грандиозную проблему индустриализации всего за три десятилетия, в то время как у Запада на это ушло целых два века7. С 1982 по 2012 годы политика правительства позволила вызволить из нищеты более 700 миллионов китайских граждан. Помимо этого, впечатляющие результаты продемонстрированы на таких важнейших направлениях социального развития как продолжительность жизни, уровень грамотности, состояние здоровья нации, равноправие полов, положение науки и куль­туры. Восстановленная самоуверенность Пекина основана на выдающемся экономическом росте, реализованном благодаря исключительному трудолюбию народа при поддержке и на­правляющей роли патриотично мыслящей элиты.

В качестве примера грамотной расстановки националь­ных приоритетов можно привести тезис из недавнего высту­пления главы правительства КНР Вэнь Цзябао, который при­зывал увеличивать число научных сотрудников и вложения в НИОКР, а не гнаться за количественным ростом ВВП. В Китае активно функционируют более 60 современных научных кла­стеров, аналогичных российскому «Сколково», ведется успеш­ная разработка в производстве сверхбыстрых компьютеров, хотя до недавнего времени на этом поле монопольное поло­жение занимали Соединенные Штаты. Китайцы соперничают с американцами и японцами в борьбе за обладание самым быстрым суперкомпьютером в мире и опережают их по про­изводству информационной электроники. Число дипломиро­ванных специалистов в области информационных технологий ежегодно растет на 200 тыс. чел., что в пять раз быстрее, чем в США. Китайские ученые пока отстают от американских по числу научных статей, опубликованных в международных на­учных журналах, однако элита мировой науки без них уже не­мыслима. Согласно статистическому исследованию экспертов Британского королевского научного общества, с шестого ме­ста по числу публикаций в 1999-2003 годах (4,4% всех работ в мире) Китай в 2004-2008 годах поднялся на второе (10,2% всех публикаций). По числу научных сотрудников Китай также приближается к США, на его долю приходится 14,7% иссле­дователей планеты (США - 22,8%, Россия — 8,9%)^ На протя­жении многих десятилетий первые места в Азии по качеству обучения занимали университеты Японии, но уже с 2005 г., согласно рейтингу Times Higher Education, Пекинский универ­ситет опережает все японские вузы. Школьное образование в Поднебесной также не отстает от высшего. К примеру, в ходе масштабного исследования грамотности школьников со всего мира, проведенного в 2009 году, авторитетнейший Центр оцен­ки качества образования «PISA» (Programme for International Student Assessment») вывел учеников КНР на 1-е место по всем разделам: математическая грамотность; читательская способ­ность; естественно-научная грамотность (российские школь­ники разделили общекомандные места с 38-го по 43-е).

Немаловажно и признание успеха китайских реформ за рубежом, способствующих авторитету КНР как государства, на которое стоит равняться. А потому нет ничего удивительного в том, что американские эксперты бьют тревогу: авторитетный специалист по Азии Джошуа Курланцик в книге «Наступа­тельное оружие обаяния: как мягкая сила Китая меняет мир» призывает Белый дом заняться изучением «soft power» более пристально, чтобы не отстать от китайского Дракона2. Правда, эта задача становится все более сложной: до недавнего време­ни у транснационального канала CNN не было конкурентов, а с начала 2000 года китайский канал Центрального телевиде­ния CCTV International (CCTV-9) также начал круглосуточное мировое вещание на английском языке. Нельзя не упомянуть еще об одном из важнейших проводников китайской мягкой силы- Институте Конфуция. Очередные филиалы этих цен­тров изучения китайского языка и культуры открываются на разных континентах с фантастической скоростью (сейчас они активно функционируют в более чем ста странах) и способ­ствуют реальному улучшению имиджа страны за рубежом. Международный обозреватель New York Times Роджер Коэн настоятельно советует всем молодым людям изучать китай­ский язык и дает такой прогноз: «Будущее, несет ли оно ста­бильность или потрясения, - за Китаем». Пожалуй, точнее не скажешь.

В то же время хочется верить, что «светлое будущее» на­ступит не только на территории нашего могучего соседа, но и в России. Основные резервы при решении этой сложной задачи заложены, на мой взгляд, в более широком распространении мягкой силы. Отрадно, что в последнее время столь важно­му аспекту внешнеполитического воздействия на мир особое внимание стало уделять и руководство нашей страны, в част­ности, эта тема активно обсуждалась на Совещании послов и постоянных представителей Российской Федерации в июле 2012 года. С приходом нового руководителя Россотрудниче- ства Константина Косачева заметно активизировалась работа помощи соотечественникам. Кроме того, расширяется куль­турное присутствие России за рубежом, благодаря возглавля­емому Леонидом Драчевским Фонду поддержки публичной дипломатии имени А.М.Горчакова; содействует миру и взаи­мопониманию между народами Российский совет по между­народным делам во главе с Игорем Ивановым; улучшает об­раз нашего государства Российский детский фонд (Анатолий Лиханов) и Международная ассоциация фондов мира (Анато­лий Карпов). В последнее время проводят большую работу и частные фонды: Фонд Дмитрия Зимина «Династия» и «Фонд Михаила Прохорова». Есть реальная надежда на то, что при должной поддержке со стороны руководства страны и боль­шого бизнеса мы сможем выдержать и традиционную конку­ренцию с Западом, и достойно ответить на новый вызов Вос­тока.




Следующие материалы:

Предыдущие материалы:

 

от Монро до Трампа


Blischenko 2017


Узнать больше?

Ваш email:
email рассылки Конфиденциальность гарантирована
email рассылки

ПОЗДРАВЛЕНИЯ!!!




КРУГЛЫЙ СТОЛ

по проблемам глобальной и региональной безопасности и общественного мнения в рамках международной конференции в Дипломатической академии МИД России

МЕЖДУНАРОДНОЕ ПРАВО

Право международной безопасности



Инсур Фархутдинов: Цикл статей об обеспечении мира и безопасности

№ 4 (104) 2016
Московский журнал международного права
Превентивная самооборона в международном праве: применение и злоупотребление (С.97-25)

№ 2 (105) 2017
Иранская доктрина о превентивной самообороне и международное право (окончание)

№ 1 (104) 2017
Иранская доктрина о превентивной самообороне и международное право

№ 11 (102) 2016
Стратегия Могерини и военная доктрина
Трампа: предстоящие вызовы России


№ 8 (99) 2016
Израильская доктрина o превентивной самообороне и международное право


7 (98) 2016
Международное право о применении государством военной силы против негосударственных участников

№ 2 (93) 2016
Международное право и доктрина США о превентивной самообороне

№ 1 (92) 2016 Международное право о самообороне государств

№ 11 (90) 2015 Международное право о принципе неприменения силы
или угрозы силой:теория и практика


№ 10 (89) 2015 Обеспечение мира и безопасности в Евразии
(Международно правовая оценка событий в Сирии)

Индексирование журнала

Баннер

Актуальная информация

Баннер
Баннер
Баннер

Дорога мира Вьетнама и России

Ирина Анатольевна Умнова (Конюхова) Зав. отделом конституционно-правовых исследований Российского государственного университета правосудия


Вступительное слово
Образ жизни Вьетнама
Лицом к народу
Красота по-вьетнамски
Справедливость и патриотизм Вьетнама
Дорогой мира вместе


ФОТО ОТЧЕТ
Copyright © 2007-2017 «Евразийский юридический журнал». Перепечатывание и публичное использование материалов возможно только с разрешения редакции
Яндекс.Метрика