Содержание журналов

Баннер
PERSONA GRATA

В кризисе юридической науки во многом виноваты сами учёные
Интервью с доктором юридических наук, профессором, заслуженным юристом Российской Федерации Николаем Александровичем Власенко

Группа ВКонтакте

Баннер
Баннер
Баннер
Баннер


Шиитские концепции правосудия в исламском праве
Научные статьи
14.01.14 11:06
вернуться

Шиитские концепции правосудия в исламском праве


Шиитские концепции правосудия в истории права не­редко объединяют вместе с хариджитскими в единое течение, называющееся несуннитским. Те учения и школы, которые оформились в рамках суннизма, как правило, именуются ортодоксальными. Несуннитские правовые школы до насто­ящего времени исследованы сравнительно меньше, нежели ортодоксальные направления. Данное обстоятельство объяс­няется двумя факторами. Во-первых, доля мусульман из числа приверженцев шиизма и хариджизма значительно меньше суннитов. Так, в зависимости от источника информации, чис­ло шиитов в настоящее время колеблется от десяти до 20 % от всех мусульман, а хариджиты сегодня представлены всего в одной стране - Омане, население которого составляет око­ло трех миллионов человек. Шиитская правовая доктрина, например, почти не изучается в Турции, позиционирующей себя лидером в суннитско-ханафитском культурном про­странстве, которое, как известно, считается в современном мире более либеральным и прозападным. Ирак, где шиизм сегодня представлен достаточно широко, в силу внутриполи­тической нестабильности пока еще не способен сформировать собственные научные школы. Объективность и непредвзятость гуманитарного знания в Иране, который по праву считается политическим и культурным центром шиизма, в мировом со­обществе вызывает большие сомнения.

Вторая причина, как видится, кроется в том, что интел­лектуалы несуннитского мира в эпоху Средневековья были бо­лее склонны размышлять над вопросами, связанными с поли­тическими трансформациями, нежели анализировать сугубо законотворческие процессы. И это легко объяснимо, так как раскол в исламском сообществе в середине VII в. произошел на почве отсутствия общего понимания в вопросах формиро­вания власти. Как известно, шииты полагают, что власть хали­фов - наследственная только по линии халифа Али, но не из­бираемая, как это преподносилось в ортодоксальных течениях. Вследствие этого институт халифата шиитами оспаривался. Они были убеждены, что Мухаммад действительно назначил в качестве своего преемника Али. Более того, социальная жизнь в рассматриваемом регионе была настолько насыщенна политическим контентом, что оппозиционные по отношению к суннитам течения в силу целого ряда причин просто должны были выдвинуть свои собственные концепции государственно­го устройства. Так, например, помимо шиизма и хариджизма, на сцену интеллектуальной жизни империи вышло и такое мощное идеологическое направление, как суфизм, представ­ляющий собой широкое социальное движение недовольных слоев общества правящими суверенами. В оппозицию правя­щим верхам ушла и так называемая «фалсафа», под которой понималось течение сугубо социально-философское, но также во многом определившее дальнейшее развитие интеллекту­альной мысли на Ближнем Востоке. Таким образом, как ви­дится автору, несуннитские течения в интеллектуальном мире рассматриваемого периода носили более идеологический и политический характер, что в некоторой степени снижало зна­чимость их исследования для ученых-юристов. Более того, как уже говорилось выше, сам правовой контент в несуннитском мире раннего Средневековья был во многом сконструирован на вопросах власти. Однако, нужно отдать должное, и в рамках шиизма были оформлены свои правовые школы, которые и стали предметом данного исследования.

Безусловно, заслуживает особого интереса вопрос о том, в чем кроются истинные причины того факта, что шиитское правосудие в период зарождения и становления более опи­ралось на вопросы государственности и формирования ор­ганов власти, и, соответственно, менее, нежели суннитские течения, регулировало другие области всего правового поля. В зарубежной литературе данное обстоятельство объясняется тем, что в шиитских политических, философских и правовых учениях достаточно отчетливо чувствуется влияние древне­иранской цивилизации, имевшей многовековые традиции государственного строительства. Далеко не случайно, напри­мер, что шиизм нашел благоприятную почву для развития в персидско-азербайджанском мире, политическая культура которого своими корнями уходит в глубину истории данного региона. В этом и заключается принципиальное отличие от суннитских правовых школ, которые, соответственно, в своих правовых концепциях значительно больше почерпнули из обычного права древнеаравийских арабов.

Несмотря на то, что сравнительный анализ влияния доис­ламских цивилизаций Ближнего и Среднего Востока на ислам­скую правовую доктрину пока не получил в юридической науке должного внимания со стороны ученого сообщества, зарубеж­ными правоведами проведена значительная работа в исследо­вании вопроса о влиянии сасанидского наследия на исламское законодательство. Напомню, что особенности государственного устройства Сасанидской империи заключались в следующем: для империи была характерна чрезвычайно высокая степень централизации государственной власти; приказы правителя составляли основу законодательной базы страны. Суверен на­значал доверенное лицо, то есть визиря, выполняющего ис­полнительные функции. Институт визирьства без каких-либо серьезных изменений впоследствии появится и в Арабском халифате. Интересно, что слово «визирь» употребляется и в Коране с тем же смысловым наполнением. При правителе государства Сасанидов действовал совещательный орган - ди­ван, который также без институциональных изменений будет играть важную роль в управлении арабским государством в пе­риод правления династии Омейядов. Иран при Сасанидах был поделен на административные единицы, во главе которых на­ходились сатрапы. Сатрапы отдаленных регионов собирали на­логи и отправляли их в Ктесифон - столицу империи Сасани- дов. Интересно, что население центральных регионов было или полностью освобождено от налоговых повинностей, или же их отчисления в казну были незначительны. Подобную дифферен­циацию в налоговой политике будут в дальнейшем применять арабские халифы, освобождая от тяжелых повинностей мусуль­манское население. В целом многочисленные параллели между классическим исламским правом, прежде всего в его шиитской интерпретации, и законодательными нормами государства Сасанидов в той части, которая касается в первую очередь ин­ститута государства и механизмов его функционирования, ука­зывают на относительную преемственность двух видов права - древнеиранского и мусульманского.

Итак, в рамках шиизма в эпоху раннего Средневековья оформились две важные школы - джафаритская и зейдитская, которые и сегодня играют немаловажную роль в правовой жизни некоторых стран мусульманского Востока.

Джафаризм - самое распространенное правовое течение в шиизме. В научной литературе иногда встречается другое название данной правовой школы - имамизм, который как нельзя лучше отображает саму суть рассматриваемого учения. Однако, учитывая, что термин «джафаризм» в академической среде закрепился намного прочнее, автор не стал нарушать сложившиеся в научном сообществе традиции. Необходимо добавить, что приверженцев джафаризма также называют шиитами-двунадесятниками.

Идея сакральности института имамата, которая явилась фундаментом для конструирования нового правового тече­ния, заключалась в следующем: джафариты ставили под со­мнение легитимность халифата, так как халифы избирались членами общины. Очень важно понять эту идею, ввиду того что она во многом определяет ту ситуацию в мировой полити­ческой системе, которую мы наблюдаем и в настоящее время. Джафаритами в качестве верховных правителей признавались исключительно кровные наследники Мухаммада. Как извест­но, прямым потомком Пророка был халиф Али, которому, согласно джафаритской концепции, присвоен статус первого имама. «Шииты были убеждены, что Пророк Мухаммад дей­ствительно назначил в качестве своего приемника Али. Они полагают, что данное назначение состоялось в ходе последнего паломничества пророка в Мекку, в 11-ом году хиджры (632 г.), в местности под названием «Гадире хом». Согласно джафа- ритской концепции государственной власти, имамами были Али и одиннадцать его потомков мужского пола, последний из которых находится в «сокрытии». Считается, что последний имам «будет прибывать в "сокрытии" до часа, назначенного Богом, и из "сокрытия" руководить шиитами». Все последую­щие правители мусульманской общины, согласно воззрениям джафаритов, временно замещают сокрытого имама.

Добавлю, что название «джафаризм» происходит от име­ни основателя рассматриваемой правовой школы Джафар ас-Садыка (702-765 гг.). Он родился в Медине и прожил всю жизнь в этом городе. Важно особо подчеркнуть, что Джафар ас-Садык был шестым имамом и потомком халифа Али.

Безусловно, концепция государственного устройства, раз­витая представителями рассматриваемой правовой школы, наложила отпечаток и на их доктрину правосудия, что более отчетливо проявило себя в их отношении к источникам права. Джафариты признают всего четыре источника права: Священ­ную книгу, Сунну, иджму и так называемое разумное толкова­ние (акл), присущее исключительно шиитскому праву.

Сунна, как видно из перечня, занимая второе место в воз­зрениях джафаритов, воспринимается не совсем в том ключе, как это принято у суннитов. Необходимо подчеркнуть, что джафаритская школа очень осторожно относилась к данно­му источнику права, признавая только те хадисы, которые так или иначе имели отношение к халифу Али. Исходя из этого, приверженцы рассматриваемой правовой школы сформиро­вали собственное священное предание - Ахбар. Тем не менее, как подчеркивают российские исследователи, не следует про­тивопоставлять эти два свода священного предания. «Но все же название основного направления в исламе - суннизм - ис­ходит из того, что отличительным признаком его вероучения является именно признание сунны - второго по значимости источника исламской религии и мусульманского права».

Также существенно отличалось понимание джафаритами и третьего по значимости источника права - иджмы. Согласно их концепции права, апеллирование к иджме было возможно только в том случае, если решения принимались на основании единогласия так называемых «людей дома Пророка» (ахль- аль-Бейт), под которым понимались избранные члены общи­ны из числа приближенных к потомкам халифа Али.

Достаточно интересна позиция джафаритов относитель­но доводов разума. Как говорилось выше, суннитским право­вым школам данный источник несвойственен, хотя при более детальном исследовании можно провести некоторые паралле­ли между этим источником права и ханафитским решением по усмотрению (истихсан). Заметим, что доводы разума доста­точно трудно утвердились в правовой концепции джафари- тов. Также как и решение по усмотрению у суннитов, доводы разума некоторое время считались показателем вольнодум­ства в среде шиитов, что стало причиной раскола сообщества интеллектуалов на две лагеря: ахбаритов, признающих только Священную книгу и усеченную Сунну, и усулитов, апеллиру­ющих помимо этого и к доводам разума. Необходимо доба­вить, что джафариты отвергали такой важный источник права в суннитских школах, как кияс.

Что касается отраслей права, не связанных с вопросами государственного строительства и формирования власти, то данному направлению в джафаризме было уделено не столь большое внимание. Однако и в таких вопросах, как семейно­брачные отношения и наследственное право ими были пред­ложены новые для исламского мира нормы. Так, например, джафариты считали обязательным присутствием двух свиде­телей во время помолвки. Ими также одобрялся так называе­мый временный брак. Как правило, под данным явлением по­нималось временное сожительство мусульманина с одной или более женщинами за материальное вознаграждение. Обычно во временный брак с местными женщинами вступали пред­ставители торговых профессий, вынужденные перемещаться по различным городам империи в течение длительного пери­ода. У суннитов временный брак строго осуждался.

В настоящее время джафаризм считается основополага­ющей правовой школой в Республике Иран, во многом опре­деляющей нормы законодательства этой страны. Достаточно много последователей джафаризма проживает также в Ираке и Ливане.

Зейдизм - политико-правовое течение в шиизме, по мно­гим ключевым положениям близкое к суннизму. Воззрения приверженцев зейдизма стали достаточно популярны в ши­итской общине в 30-ые гг. VIII в. Это вылилось в мощное поли­тическое движение, сторонники которого заявили о призна­нии в качестве имама Зейда ибн Али (695-740 гг.), который был правнуком халифа Али и праправнуком Мухаммада и по пра­ву считается основоположником зейдитской правовой школы.

Зейд ибн Али родился в 695 г. в Медине. Он был сыном чет­вертого имама аль-Абидина и братом пятого шиитского имама аль-Бакира. Взгляды Зейда ибн Али на вопросы формирования власти были противоречивы. С одной стороны, он не считал трех первых праведных халифов узурпаторами и признавал легитим­ность их правления. Однако, с другой стороны, был непримири­мым противником Омейядов. Воинственность по отношению к представителям данной династии проявилась в его политиче­ской деятельности и в итоге погубила его. Так, в 739 г. Зейд ибн Али, находясь в Куфе, поднял восстание против халифского дво­ра, однако через девять месяцев после его начала погиб в одном из сражений. Зейд ибн Али оставил нескольких учеников и своих фанатичных сторонников, усилиями которых в дальнейшем его учение было развито до уровня правовой школы.

Лояльность зейдитов к суннитам проявляется прежде все­го в базовых для шиизма вопросах, регулирующих формиро­вание государственной власти. Так, например, они, признавая право на верховное правление только за потомками Али, счи­тали, что власть должна быть выборной, а не передаваемой по наследству. Институт имамата в их учении не получил тако­го фундаментального исследования, как у джафаритов. Более того, зейдиты считали, что каждый регион, населенный му­сульманами, может формировать собственный имамат. Ина­че говоря, вопрос о централизации власти для приверженцев данной школы не носил принципиального характера. Некото­рые российские исследователи считают, что «зейдизм был ис­ключительно политической группировкой, выступающей за права Алидов и активно боровшийся с Омейядами».

Зейдиты демонстрировали схожесть с суннитскими пра­вовыми школами и в вопросах источников права. Так, напри­мер, они признавали кияс, развитое ханафитами решение по усмотрению (истихсан), а также маликитский маслахат. Что касается иджмы, то в данном вопросе зейдиты демонстри­ровали осторожность, также как и джафариты. Иджма при­нималась ими в качестве источника правосудия только в том случае, если решение было принято членами так называемо­го «дома Пророка» (ахль-аль-Бейт). Джафаритские доводы разума также признавалось зейдитами в качестве источника права, однако к нему предлагалось апеллировать в крайнем случае, когда применение всех других источников оставалась неэффективным.

Зейдиты, для которых вопрос о власти и способах ее формирования не являлся основополагающим в их правовой доктрине, достаточно много внимания уделяли другим про­блемам правосудия. Так, например, немаловажное значение в воззрениях приверженцев данной школы имело торговое право. В рамках данного направления зейдитами было раз­вито свое собственное видение проблемы, связанной с так называемым интикаром. Данный термин в классическом му­сульманском законодательстве означал отказ от продажи про­дуктов питания в годы засухи и массовых лишений в целях выжидания повышения розничной цены. Во многих правовых учениях суннизма интикар осуждался, а наказание за данное преступление определялось в соответствии с нормами каждой правовой школы. Зейдиты же полагали, что порицаема мо­жет быть только та нажива, которая осуществлена в ходе при­остановки реализации самых насущных продуктов питания: пшеницы, ячменя и фиников. Вследствие чего в зейдитской правовой школе интикар в отношении других видов товара преступлением не считался.

Важное место в доктрине зейдитов занимали вопросы семейно-брачных отношений. Так, например, приверженцы рассматриваемой правовой школы не признавали джафарит- ский «временный брак». Также «зейдиты крайне отрицатель­но относились к браку мусульманина с представительницей других конфессий или язычницей».

Добавим, что зейдитами была развита достаточно инте­ресная концепция налогообложения: мыслители-правоведы из числа приверженцев данной школы категорически запре­щали облагать закятом (который представлял собой обяза­тельную выплату в пользу казны) тех молодых членов общи­ны, которые потеряли отца.

Зейдизм на протяжении веков, несмотря на преследова­ния и гонения его приверженцев, достаточно успешно раз­вивался, становясь главенствующей правовой идеологией в целом ряде государственных образований на Ближнем Вос­токе. До 60-х гг. прошлого века согласно нормам зейдитской правовой школы регулировалось законодательство в Йемене, особенно в северной его части. Более того, и в настоящее вре­мя, несмотря на усиливающееся проникновение суннитских течений, в данной стране приверженцы зейдизма составляют значительную часть политической элиты.

В качестве заключения необходимо добавить, что шиизм не получил широкого распространения в среде мусульман России. К приверженцам шиитского направления относят, как правило, только азербайджанское население Республики Дагестан. Отсутствие влиятельного шиитского духовенства в нашей стране, а также конкуренция шиитов и суннитов за сферы влияния в мусульманском мире, безусловно, наклады­вают свой отпечаток как и на внешнеполитическую доктрину Российской Федерации, так и на формирование политической конъюнктуры в Евразии в целом.




Следующие материалы:

Предыдущие материалы:

 

от Монро до Трампа


Blischenko 2017


Узнать больше?

Ваш email:
email рассылки Конфиденциальность гарантирована
email рассылки

ПОЗДРАВЛЕНИЯ!!!




КРУГЛЫЙ СТОЛ

по проблемам глобальной и региональной безопасности и общественного мнения в рамках международной конференции в Дипломатической академии МИД России

МЕЖДУНАРОДНОЕ ПРАВО

Право международной безопасности



Инсур Фархутдинов: Цикл статей об обеспечении мира и безопасности

№ 4 (104) 2016
Московский журнал международного права
Превентивная самооборона в международном праве: применение и злоупотребление (С.97-25)

№ 2 (105) 2017
Иранская доктрина о превентивной самообороне и международное право (окончание)

№ 1 (104) 2017
Иранская доктрина о превентивной самообороне и международное право

№ 11 (102) 2016
Стратегия Могерини и военная доктрина
Трампа: предстоящие вызовы России


№ 8 (99) 2016
Израильская доктрина o превентивной самообороне и международное право


7 (98) 2016
Международное право о применении государством военной силы против негосударственных участников

№ 2 (93) 2016
Международное право и доктрина США о превентивной самообороне

№ 1 (92) 2016 Международное право о самообороне государств

№ 11 (90) 2015 Международное право о принципе неприменения силы
или угрозы силой:теория и практика


№ 10 (89) 2015 Обеспечение мира и безопасности в Евразии
(Международно правовая оценка событий в Сирии)

Индексирование журнала

Баннер

Актуальная информация

Баннер
Баннер
Баннер

Дорога мира Вьетнама и России

Ирина Анатольевна Умнова (Конюхова) Зав. отделом конституционно-правовых исследований Российского государственного университета правосудия


Вступительное слово
Образ жизни Вьетнама
Лицом к народу
Красота по-вьетнамски
Справедливость и патриотизм Вьетнама
Дорогой мира вместе


ФОТО ОТЧЕТ
Copyright © 2007-2017 «Евразийский юридический журнал». Перепечатывание и публичное использование материалов возможно только с разрешения редакции
Яндекс.Метрика