Содержание журналов

Баннер
PERSONA GRATA

Content of journals

Баннер
Баннер
Баннер
Баннер


Проблемы законности национализации и экспроприации иностранных инвестиций
Научные статьи
13.03.14 11:33

Проблемы законности национализации и экспроприации иностранных инвестиций

Право любого государства на принудительное изъятие иностранных инвестиций, частной собственности, принадле­жащей иностранным физическим и юридическим лицам, вы­текает из такого общепризнанного принципа международно­го права, как суверенитет государства.

Сегодня не потеряло своей актуальности определение экспроприации, приведенное известным российским доре­волюционным исследователем Г.Ф. Шершеневичем: «Экспро­приация (национализация - прим. А.Д.) есть принудитель­ное возмездное отчуждение или ограничение прав, которое производится государственной властью ввиду общеполезной цели».

Правовым последствием национализации является воз­никновение права собственности на национализированное имущество у государства. С этой точки зрения национализа­ция - обычный правовой акт, входящий во внутреннюю ком­петенцию государства. В принципе принудительный переход права собственности, иностранной или национальной, в госу­дарственный сектор не является проблемой международного права, поскольку условия проведения национализации опре­деляются не международным правом, а внутренним правом суверенного государства. Международное право не регулиру­ет и не может регулировать отношения прав собственности, возникающие между государством и частными физическими и юридическими лицами. В первую очередь, инвестиционные гарантии обеспечиваются национально-правовыми инстру­ментами.

Но переход права собственности может попасть под дей­ствие международного права в силу заключенного междуна­родного универсального, регионального или двусторонне­го договора. Например, национализация или реквизиция российским государством частного предприятия, принад­лежащего российским юридическим и физическим лицам, которые имеют национальное происхождение, может стать международно-правовой проблемой в силу того, что Россий­ская Федерация является участницей Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод, а эта Конвенция в Первом дополнительном протоколе к ней защищает право собственности, включая случаи действия государства против своих граждан.

Дело в том, что право собственности становится предме­том международного права, когда между государствами возни­кают правоотношения по поводу защиты частной собственно­сти граждан и юридических лиц. Поэтому возникает не вопрос о праве государства на национализацию вообще, поскольку это право, безусловно, входит в его внутреннюю компетенцию, а о том, существует ли в международном праве обязанность госу­дарства придерживаться определенных международных пра­вил при осуществлении национализации, в частности, при на­ционализации собственности иностранных лиц.

В правовой теории и практике возможность национализа­ции частной собственности иностранных лиц была общепри- знана. Таким образом, право государства национализировать частную собственность, в том числе и собственность, принад­лежащую иностранцам и находящуюся под юрисдикцией государства, в настоящее время в принципе не оспаривается.

Государства в силу своего суверенного равенства самосто­ятельно регулируют во внутреннем праве вопросы, возникаю­щие по поводу права собственности. Как следствие, междуна­родное право признает, что право регулирования отношений собственности, установление экономической и социальной системы согласно нуждам государства входит во внутреннюю компетенцию каждого государства.

Для обозначения действий государства по принудитель­ному переходу права собственности в литературе использу­ются разные термины: изъятие собственности, национализа­ция, экспроприация, реквизиция, конфискация и др. Были предложены и разные определения данных понятий. Так, Д. Карро и П. Жюйар полагают, что экспроприация является результатом административной меры, национализация вы­текает из законодательного акта, а конфискация представляет собой меру ответственности (санкцию).

Сеульская конвенция в ст. 11 обозначает экспроприацию как любое законодательное действие или административное действие или бездействие, исходящее от принимающего пра­вительства, в результате которого владелец гарантии лишается права собственности над своим капиталовложением, контроля над ним или существенного дохода от такого капиталовложе­ния, за исключением общеприменимых мер недискримина­ционного характера, обычно принимаемых правительствами с целью регулирования экономической деятельности на своей территории.

Такая же терминология применяется в Руководстве по регулированию прямых иностранных инвестиций, разрабо­танном под эгидой Международного банка реконструкции и развития (МБРР). Говоря о понятиях «национализация», «экспроприация», «реквизиция», «конфискация», необходи­мо верно определить правовое содержание данных опреде­лений. Юридическая природа данных понятий неодинакова, поскольку речь идет о различных методах ограничения и ан­нулирования права собственности. Но все эти понятия объеди­няет одно юридическое содержание: лицо, осуществляющее инвестиционную деятельность в условиях чужого государства, не добровольно, а вынужденно лишается своих капиталов и дивидендов. Другими словами, речь идет о принудительном изъятии иностранной собственности.

Экспроприация в двусторонних международных согла­шениях о поощрении и взаимной защите капиталовложений (ДИД) трактуется как национализация, экспроприация или иные меры, равные по последствиям национализации или экс­проприации. Указанная формула использована в ДИД России с Данией, Швецией, Венгрией, Албанией, Китаем, Германией, Японией. В ст. 6 ДИД Российской Федерации со Швейцарией предусмотрено альтернативное использование двух критери­ев: «...меры по экспроприации, национализации или иные меры, имеющие ту же природу или те же последствия, в от­ношении капиталовложений, принадлежащих инвесторам...», где речь идет о гарантии неприкосновенности иностранных инвестиций на территории Российской Федерации.

Традиционная западная доктрина также признает право государства на экспроприацию, но требует, чтобы она осу­ществлялась: а) в общественных интересах; б) на законном ос­новании; в) без дискриминации; г) сопровождалась быстрой, адекватной, эффективной компенсацией.

В Российской Федерации возможность осуществления государством принудительного изъятия собственности физи­ческих и юридических лиц предусмотрена в п. 2 ст. 235, ста­тьях 242 и 243 Гражданского кодекса РФ, статьях 9-11, 50, 51 и 55 Земельного кодекса РФ, ст. 8 Закона «Об иностранных инвестициях в Российской Федерации» и иных положениях российского законодательства. Однако они не определяют ка­кие-либо условия и порядок её проведения, но отсылают к не принятому до сих пор федеральному закону.

Следует признать, что указанные положения российско­го законодательства являются недостаточными и нуждаются в дальнейшей детализации. В частности, необходимо устано­вить порядок перехода права собственности и осуществления государственной регистрации права на недвижимое имуще­ство, порядок определения размера и срок выплаты компен­сации (возмещения).

Особо следует подчеркнуть, что в правовой теории и практике возможность национализации частной собственно­сти иностранных лиц была общепризнана благодаря между­народно-правовой арбитражной практике. Именно в ходе правоприменительной практики в международных арби­тражных судах, в первую очередь Международном центре по урегулированию инвестиционных споров, в международном праве право государства национализировать частную соб­ственность находило все большее подтверждение.

В современной практике все более весомое значение при­обретают вопросы о так называемой «косвенной», «ползучей» экспроприации (национализации) de facto или «мерах, соот­ветствующих экспроприации».

До настоящего времени в современном международном праве ведутся дискуссии по двум важнейшим проблемам на­ционализации: об определении размера компенсации за на­ционализированную собственность и об экстерриториальном действии закона о национализации.

Компенсацию убытков в ходе осуществления иностран­ной инвестиционной деятельности на территории чужого государства можно назвать основной проблемой при наци­онализации иностранной собственности. Стандарт выплаты компенсации по последствиям принудительного изъятия иностранной собственности в течение многих десятилетий вы­зывал наибольшее количество дискуссий, не считая вопрос о применении силы в международном праве.

Принцип обязательной выплаты компенсации при экс­проприации разделяется не всеми странами, в частности, развивающимися, которые выступают в роли принимающих государств. Именно право последних обычно является при­менимым правом. Считается, что вопрос о компенсации (пла­тить или нет и в каком размере) должен решаться государ­ством самостоятельно.

Страны, экспортирующие капитал, неизменно выступа­ли за то, что международное право допускает принудитель­ное изъятие иностранной собственности только при условии, если этого требуют «общественные интересы», и за выплату «незамедлительной, достаточной и действительной компен­сации» в соответствии с так называемой формулой Халла. Государственный секретарь США Корделл Халл в 1938 г. по поводу возникшего спора между США и Мексикой в связи с национализацией нефтяных месторождений, находившихся в собственности иностранных, в том числе американских, ком­паний утверждал, что международное право требует, чтобы Мексика выплатила «достаточную, действенную и незамедли­тельную компенсацию». Сокращенно норматив, на который ссылались Соединенные Штаты Америки, стали именовать формулой Халла.

Напомним, что тогда госсекретарь К. Халл потребовал, чтобы Мексика незамедлительно заплатила инвесторам США за их экспроприированные нефтяные концессии, просто при­менив правила, которые правительства США и западноевро­пейских государств использовали в отношениях между собой не один десяток лет.

Государства-реципиенты капитала требуют, чтобы во­просы права собственности были, прежде всего, прерогативой национального законодательства, которое может допускать изъятие собственности иностранных инвесторов, например, по цене ниже рыночной. Этот аргумент использовался в про­должающихся спорах вокруг иностранных инвестиций в Ла­тинской Америке, по поводу массовых национализаций в освободившихся от колониального режима странах Азии и Африки.

Примером международной судебной практики в пользу отрицания доктрины Халла в качестве общепризнанной нор­мы является решение судьи Дупая по делу 1977 г. по иску Те­хасской внешнеторговой компании по продаже бензина (ТОР- СО) против правительства Ливии, в котором судья постановил, что требование «подходящей (справедливой) компенсации» было «opinio juris communis», которое отразило «состояние обычного права в данной области». В поддержку своего ре­шения Дупай процитировал признание данного принципа в резолюции 1803/XVII Генеральной Ассамблеи ООН, которая получила поддержку как среди развитых, так и среди развива­ющихся государств. При этом судья отметил, что речь не идет о доктрине Халла.

Споры между собственником и государством по послед­ствиям национализации иностранной собственности разго­раются вокруг двух вопросов: 1. Обязано ли государство вы­плачивать какую-либо компенсацию за экспроприированную (национализированную) собственность? 2. Если такая обязан­ность существует, то каков принцип выплаты компенсации, как определить размер компенсации?

В разделе 4 Руководства Всемирного банка по режиму для прямых иностранных инвестиций 1992 г. раскрывается содер­жание этой компенсации. Так, компенсация является:

адекватной, если она основана на справедливой рыноч­ной стоимости актива на дату, предшествующую принятию решения об экспроприации (или накануне, когда подобное решение стало известно общественности);

эффективной, если она выплачивается в валюте инвести­рования (если валюта является конвертируемой) или в другой валюте, указанной как свободно конвертируемая МВФ, или в другой валюте с согласия инвестора;

быстрой, если она выплачивается без задержки. В исклю­чительных случаях, когда государство испытывает сложности финансового характера, оно может выплатить компенсацию в рассрочку в течение короткого периода времени, который не должен превышать пять лет с момента экспроприации, с ус­ловием уплаты процентов.

Во взаимоотношениях стран СНГ вопрос о национали­зации рассматривается многосторонним Соглашением о со­трудничестве в области инвестиционной деятельности 1993 г. Согласно Соглашению иностранные инвестиции пользуются полной правовой защитой и не подлежат национализации, которая возможна лишь в исключительных, предусмотренных законом случаях. При этом выплачивается «быстрая, адекват­ная и эффективная компенсация». 8 марта 1997 г. в рамках СНГ была подписана Конвенция о защите прав инвестора, ст. 9 которой также предусматривает, что «инвестиции не под­лежат национализации и не могут быть подвергнуты рекви­зиции, кроме исключительных случаев (стихийных бедствий, аварий, эпидемий, эпизоотий и иных обстоятельств, носящих чрезвычайный характер), предусмотренных национальным законодательством Сторон, когда эти меры принимаются в общественных интересах, предусмотренных Основным зако­ном (Конституцией) страны-реципиента. Национализация или реквизиция не могут быть осуществлены без выплаты ин­вестору адекватной компенсации».

Нынешняя тенденция по вопросу компенсации разви­вается в направлении учета реальной стоимости экспропри­ируемого или национализируемого имущества. Безусловно, не все меры по экспроприации или национализации обяза­тельно сопровождались такой компенсацией. Однако оспари­вался не столько принцип, сколько сумма компенсации. Это свидетельствует о важности с точки зрения права определения суммы компенсации.

При отсутствии соглашения между сторонами относи­тельно метода оценки или самой оценки справедливая рыноч­ная стоимость считается приемлемой, если она определена государством на основе разумных критериев в соответствии с рыночной стоимостью инвестиций, то есть если она соот­ветствует цене, которую честный покупатель обычно готов за­платить честному продавцу, принимая во внимание характер инвестиций, обстоятельства, при которых будет происходить использование инвестиций в будущем, черты, присущие са­мим инвестициям, особенно сроки их существования.

Таким образом, международное право признает при­нудительное изъятие суверенным государством иностранной собственности при определенных обстоятельствах, обговорен­ных в законодательном порядке, правомерным и справедли­вым. Право государства контролировать допуск иностранных инвестиций не ограничено, так как проистекает из самого по­нятия государственного суверенитета. Поэтому современная доктрина международного права признает, что сама по себе экспроприация (национализация) и подобные ей принуди­тельные меры изъятия иностранной собственности не явля­ются нарушением международного права, если они не носят дискриминационный характер, осуществляются на благо общества и при этом частному инвестору выплачивается бы­страя, эффективная и адекватная компенсация.




Пассажирский транспорт относится к сфере услуг населению. Пассажирские перевозки могут быть коммерческими и некоммерческими. Пассажирские перевозки Минск вся подробная информация на сайте http://carsrent.by


Следующие материалы:

Предыдущие материалы:

 

от Монро до Трампа


Узнать больше?

Ваш email:
email рассылки Конфиденциальность гарантирована
email рассылки

Blischenko 2017


ПОЗДРАВЛЕНИЯ!!!




КРУГЛЫЙ СТОЛ

по проблемам глобальной и региональной безопасности и общественного мнения в рамках международной конференции в Дипломатической академии МИД России

МЕЖДУНАРОДНОЕ ПРАВО

Право международной безопасности



Инсур Фархутдинов: Цикл статей об обеспечении мира и безопасности

№ 4 (104) 2016
Московский журнал международного права
Превентивная самооборона в международном праве: применение и злоупотребление (С.97-25)

№ 2 (105) 2017
Иранская доктрина о превентивной самообороне и международное право (окончание)

№ 1 (104) 2017
Иранская доктрина о превентивной самообороне и международное право

№ 11 (102) 2016
Стратегия Могерини и военная доктрина
Трампа: предстоящие вызовы России


№ 8 (99) 2016
Израильская доктрина o превентивной самообороне и международное право


7 (98) 2016
Международное право о применении государством военной силы против негосударственных участников

№ 2 (93) 2016
Международное право и доктрина США о превентивной самообороне

№ 1 (92) 2016 Международное право о самообороне государств

№ 11 (90) 2015 Международное право о принципе неприменения силы
или угрозы силой:теория и практика


№ 10 (89) 2015 Обеспечение мира и безопасности в Евразии
(Международно правовая оценка событий в Сирии)

Индексирование журнала

Баннер

Актуальная информация

Баннер
Баннер
Баннер

Дорога мира Вьетнама и России

Ирина Анатольевна Умнова (Конюхова) Зав. отделом конституционно-правовых исследований Российского государственного университета правосудия


Вступительное слово
Образ жизни Вьетнама
Лицом к народу
Красота по-вьетнамски
Справедливость и патриотизм Вьетнама
Дорогой мира вместе


ФОТО ОТЧЕТ
Copyright © 2007-2017 «Евразийский юридический журнал». Перепечатывание и публичное использование материалов возможно только с разрешения редакции
Яндекс.Метрика