Содержание журналов

Баннер
PERSONA GRATA

Группа ВКонтакте

Баннер
Баннер
Баннер
Баннер


История зарождения и становления юридической ответственности за экологические правонарушения в России - ЭКОЛОГИЧЕСКОЕ ПРАВО
Научные статьи
23.04.14 13:12
Оглавление
История зарождения и становления юридической ответственности за экологические правонарушения в России
уголовное право
ЭКОЛОГИЧЕСКОЕ ПРАВО
Все страницы

Не подвергая сомнению справедливость и обоснованность приведенных выводов, нельзя не указать на неубедительность главной посылки авторов комментариев. При отсутствии в экологическом законодательстве требований, касающихся регулирования определенных общественных отношений по поводу того или иного природного объекта, юридическая от­ветственность не может применяться за их нарушение. При­рода или окружающая среда выступает в качестве предмета экологического правонарушения.

Для природных объектов в экологических составах было характерно соединение в одном «лице» трех титулов: объек­тов природы, объектов собственности и объектов хозяйствова­ния. Природоохранение в большинстве случаев одновременно предполагало защиту права собственности, а также пользова­ния и владения. Но такое совпадение интересов природоох- ранителей с интересами собственников, владельцев, пользо­вателей и арендаторов было не всегда. В целом ряде случаев интересы собственников и хозяйствующих субъектов вступали в противоречие с экологическими требованиями, например, при использовании в сельском хозяйстве минеральных удо­брений, ядохимикатов. С одной стороны - прибавка в уро­жае, прибыль, а с другой - вред природной среде, здоровью человека. Экологические преступления не могут быть сведены только к посягательству на какую-либо форму собственности, на природные объекты. Во всех случаях они посягают также и на экологические интересы, которые имеют для них приори­тетное значение.

Другой важный признак состава экологического престу­пления - наличие вреда природной среде. Следовательно, те общественно опасные деяния, которые, хотя и квалифициро­вались как преступные, но не влекли за собой непосредствен­но причинение вреда природе, нельзя было рассматривать как экологические преступления.

Иными словами, можно сделать вывод, что уголовно-пра­вовыми критериями отнесения преступлений к числу эколо­гических считались едва ли не все признаки состава преступле­ния. Среди них ведущую роль играли объект; цель и мотив, по существу раскрывающие содержание вины; объективная сто­рона. Ясно также, что место уголовно-правовой нормы (статьи в УК РСФСР, в которой закреплена ее диспозиция) в той или иной главе действовавшего до 1 января 1997 г. Кодекса призна­ком экологического преступления не выступало.

Важную роль в разъяснении и уточнении признаков и состава экологических преступлений по УК РСФСР играло толкование положений последнего судебной практикой. Так, в соответствии с постановлением Пленума Верховного суда СССР от 7 июля 1983 г. № 4 «О практике применения судами законодательства об охране природы» с изменениями, внесен­ными постановлениями Пленума от 16 января 1986 г. № 2 и от 18 апреля 1986 г. № 10, а также от 30 ноября 1990 г. № 9, суды должны, рассматривая дела, связанные с нарушением законодательства об охране природы, принимать меры к вы­явлению лиц, приобретавших либо сбывавших заведомо до­бытое преступным путем (рыбу, мясо диких животных, птицу, древесину и т.п.), и решать вопрос о возбуждении уголовного дела по признакам преступления, предусмотренного ст. 208 УК РСФСР «Приобретение или сбыт имущества, заведомо до­бытого преступным путем» (ст. 175 УК РФ).

В этом же Постановлении указывается: «Если ввод в экс­плуатацию новых и реконструированных предприятий, цехов, агрегатов, коммунальных и других объектов без очистных со­оружений и устройств допущен в результате злоупотребле­ния властью или служебным положением, халатности либо совершения другого должностного преступления, если при этом причинен существенный вред государственным или общественным интересам (например, когда это привело к за­прещению или временному приостановлению эксплуатации объекта, повлекших срыв выпуска продукции), действия вино­вных должностных лиц следует квалифицировать по статьям УК (УК РСФСР. - Авт.), предусматривающим ответственность за указанные преступления, а в случаях, когда это повлекло за­грязнение или засорение вод либо загрязнение атмосферного воздуха, - также и по ст. 223 УК РСФСР».

Кроме того, постановлением Пленума от 30 ноября 1990 г. № 9 было разъяснено, что если уголовным законодательством не предусмотрена специальная ответственность за порчу или загрязнение земли (а она УК РСФСР не была предусмотрена), но в содеянном имеются признаки должностного преступле­ния, то должностные лица, в результате действий или бездей­ствия которых произошла порча земли, загрязнение ее про­изводственными и иными отходами или сточными водами, отвечают за халатность либо иное должностное преступление.

В п. 15 постановления Пленума указывается, что долж­ностные лица, незаконно использовавшие в целях незакон­ного занятия рыбным и другими водными добывающими промыслами, незаконной охоты, незаконной порубки леса находящийся в их распоряжении государственный или обще­ственный транспорт, в результате чего причинен существен­ный вред, должны нести ответственность за злоупотребление властью или служебным положением, а также по соответству­ющим статьям УК РСФСР за нарушение законодательства об охране природы.

Пленум Верховного суда СССР разъяснил также, что в случаях, когда должностное лицо предприятия, учреждения, организации отдает подчиненным по службе работникам не­законное распоряжение, выполнение которого связано с нару­шением законодательства об охране природы, действия такого должностного лица следует квалифицировать по соответству­ющим статьям УК РСФСР, предусматривающим ответствен­ность за указанные деяния, а при наличии к тому оснований -   и за должностное преступление.

И наконец, если должностные лица органов охраны при­роды (т.е. особая категория специальных субъектов) вступают в преступные сделки с браконьерами, способствуя им в совер­шении преступления, или сами совершают такие преступле­ния, как незаконное занятие рыбным или другими водными добывающими промыслами, незаконная охота, незаконная порубка леса, они должны нести ответственность за наруше­ние законодательства об охране природы и соответствующее должностное преступление.

Новые подходы и концепции применительно к экологи­ческому праву получают реализацию на современном этапе развития российского общества. Не обошли стороной эти яв­ления и уголовное законодательство России, поскольку высо­кая опасность преступных посягательств на окружающую сре­ду вынуждает к принятию мер по созданию жестких средств воздействия на преступное поведение лиц, заведомо или без­думно уничтожающих саму основу человеческого существова­ния и благополучия страны.

Результатом осознания особой опасности экологических преступлений явилось, в частности, их выделение в особую от­дельную главу 26 Уголовного кодекса РФ.

По официальным статистическим данным, с 1996 г. на­блюдается постоянный рост количества совершенных в стра­не экологических преступлений и увеличение этой категории посягательств в общей структуре преступности. В то же время, по оценкам экспертов, латентность экологической преступно­сти считается одной из самых высоких. Реально она (латент­ность) составляет 95-99%.

Экологическая ситуация в России угрожает националь­ной безопасности. Ее усугубление приводит к необратимым последствиям, не только вырождению животного и раститель­ного мира, но и к генетическим изменениям человека.

Седьмая часть территории России находится в неудовлетво­рительном экологическом состоянии. Крайне неблагоприятная ситуация отмечается в Самаре, Волгограде, Нижнем Новгороде, Москве и Московской области, Санкт-Петербурге, Архангельске, Астрахани, Норильске, Новокузнецке, Кемерово, Красноярске. По экологическим причинам в России ежегодно преждевремен­но умирает от 240 до 320 тыс. человек. В сокращении населения на долю экологических преступлений приходится не менее 30­40%, а по некоторым оценкам - до 50-60%.

Человек разрушил свою экологическую нишу на значи­тельной территории суши, а так как нет никаких доказательств того, что биологические законы не распространяются на чело­века, то очевидно, что идет распад генома человека в результа­те прекращения действия механизмов, удерживающих распад вида на определенном уровне в естественной экологической нише. Об этом свидетельствуют данные о росте генетических заболеваний в развитых странах, прежде всего, психических заболеваний и врожденных нарушений. Социальные послед­ствия этого процесса требуют пристального внимания, так как, возможно, именно с ними связаны вспышки жестокости при локальных конфликтах, снижение иммунного статуса организма человека, возникновение новых болезней, расши­рение круга людей, затрагиваемых уже, казалось бы, искоре­ненными болезнями (например, холерой и малярией), на­рушение запретов и тормозящих процессов. Таким образом, то, что обычно называют «экологическими» заболеваниями и непосредственно связывают с загрязнением среды, оказывает­ся верхушкой айсберга. За «очевидными» причинами лежат глубинные механизмы, ведущие к распаду генома человека, намного более опасные.

«Выживаемость русских достигла критической отметки»

-   так считают эксперты ЮНЕСКО и Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ). Они периодически проводят исследо­вания динамики уровня жизни и так называемой жизнеспо­собности народов в зависимости от социально-экономической политики правительства и экологической ситуации в той или иной стране. Коэффициент жизнеспособности характеризу­ет возможность сохранения генофонда, физиологического и интеллектуального развития нации в условиях продолжения социально-экономической политики правительства, осущест­вляемой на момент обследования конкретной страны. При этом учитывается и реальная экологическая обстановка, как бы «сопровождающая» такую политику.

Коэффициент жизнеспособности измеряется по пяти­балльной шкале. Согласно исследованиям ЮНЕСКО/ВОЗ, 5 баллов не имеет ни одна страна в мире, 4 балла получили Швеция, Нидерланды, Бельгия, Дания, Исландия, 3 балла - США, Япония, Германия и другие индустриально развитые страны, а также новые индустриальные «драконы» (Тайвань, Республика Корея, Сингапур, Малайзия и др.). Коэффициент жизнеспособности России был оценен в 1,4 балла.

Балл от 1 до 1,4 рассматривается экспертами, по существу, как смертный приговор нации. Этот диапазон означает, что население обречено либо на постепенное вымирание, либо на деградацию - «воспроизводимые» поколения будут отличать­ся физиологической и интеллектуальной неполноценностью, существуя лишь за счет удовлетворения естественно-при­родных инстинктов. Эти поколения не смогут аналитически мыслить, ибо у них не будет способностей к самостоятельно­му мышлению. Балл ниже 1,5 означает также, что население страны все более восприимчиво к инфекциям и болезням и характеризуется возрастающим уровнем нетрудоспособ­ности. А личная и творческая индивидуальность такого насе­ления постоянно снижается - ВОЗ и ЮНЕСКО именуют этот процесс «обезличиванием и дебилизацией».

Ниже России - Республика Буркина Фасо, до 80% населе­ния которой является носителем СПИДа. Эта страна, а также Чад, Эфиопия, Южный Судан имеют балл 1,1-1,3. Согласно критериям и разъяснениям ЮНЕСКО/ВОЗ, балл ниже 1,4 указывает на то, что «физиологическая и интеллектуальная агония населения может продолжаться вечно... Нация с таким коэффициентом жизнеспособности уже не имеет внутренних источников поступательного развития и иммунитета. Ее удел -   медленная деградация...».


экологическое право





Следующие материалы:

Предыдущие материалы:

 

от Монро до Трампа


Blischenko 2017


Узнать больше?

Ваш email:
email рассылки Конфиденциальность гарантирована
email рассылки

ПОЗДРАВЛЕНИЯ!!!




КРУГЛЫЙ СТОЛ

по проблемам глобальной и региональной безопасности и общественного мнения в рамках международной конференции в Дипломатической академии МИД России

МЕЖДУНАРОДНОЕ ПРАВО

Право международной безопасности



Инсур Фархутдинов: Цикл статей об обеспечении мира и безопасности

№ 4 (104) 2016
Московский журнал международного права
Превентивная самооборона в международном праве: применение и злоупотребление (С.97-25)

№ 2 (105) 2017
Иранская доктрина о превентивной самообороне и международное право (окончание)

№ 1 (104) 2017
Иранская доктрина о превентивной самообороне и международное право

№ 11 (102) 2016
Стратегия Могерини и военная доктрина
Трампа: предстоящие вызовы России


№ 8 (99) 2016
Израильская доктрина o превентивной самообороне и международное право


7 (98) 2016
Международное право о применении государством военной силы против негосударственных участников

№ 2 (93) 2016
Международное право и доктрина США о превентивной самообороне

№ 1 (92) 2016 Международное право о самообороне государств

№ 11 (90) 2015 Международное право о принципе неприменения силы
или угрозы силой:теория и практика


№ 10 (89) 2015 Обеспечение мира и безопасности в Евразии
(Международно правовая оценка событий в Сирии)

Индексирование журнала

Баннер

Актуальная информация

Баннер
Баннер
Баннер

Дорога мира Вьетнама и России

Ирина Анатольевна Умнова (Конюхова) Зав. отделом конституционно-правовых исследований Российского государственного университета правосудия


Вступительное слово
Образ жизни Вьетнама
Лицом к народу
Красота по-вьетнамски
Справедливость и патриотизм Вьетнама
Дорогой мира вместе


ФОТО ОТЧЕТ
Copyright © 2007-2017 «Евразийский юридический журнал». Перепечатывание и публичное использование материалов возможно только с разрешения редакции
Яндекс.Метрика