Содержание журналов

Баннер
PERSONA GRATA

Content of journals

Баннер
Баннер
Баннер
Баннер


Информация и информационные преступления как криминалистические объекты
Научные статьи
24.04.14 10:57
Оглавление
Информация и информационные преступления как криминалистические объекты
компьютерная преступность
Все страницы


Информация и информационные преступления как криминалистические объекты

  

  

Незаконное использование современных информаци­онных технологий делает «компьютерную преступность» не только весьма прибыльным, но и достаточно безопасным пре­ступным бизнесом. Не случайно Подкомитет ООН по пре­ступности ставит уровень угроз от информационных престу­плений в один ряд с угрозами от терроризма и незаконного оборота наркотиков.

Сообщения в СМИ об информационных преступлени­ях весьма отрывочны. Вполне очевидно, что государственные и коммерческие структуры, которые подверглись инфор­мационным атакам, не очень склонны афишировать их по­следствия и «эффективность» своих систем защиты. Поэтому информация о подобных преступлениях становится достоя­нием гласности далеко не всегда. Однако и те факты, кото­рые были преданы гласности, позволяют сделать выводы о глобальном характере угроз от таких преступлений. Среди предприятий, реально пострадавших от действий россий­ских хакеров, фигурируют такие крупнейшие компании на­шей страны, как «Газпром», РАО ЕЭС, Центробанк РФ, Сбер­банк и многие другие.

По оценкам зарубежных специалистов основной ущерб, который преступная деятельность в информационной сфере наносит мировой экономке, связывается с деятельностью ха­керов. Однако «компьютерная преступность» - это не только хищения денежных средств. Это и манипуляции с компьютер­ными вирусами. Значительные и никем точно не определяе­мые потери также возникают и в результате распространения вредоносных программ. Специалисты полагают, что в данный момент по компьютерам кочует около 5 тыс. разновидностей вирусов, и каждая неделя приносит около 5 их новых видов, причем, большая часть этой «инфекции» создается в границах бывшего СССР.

По данным Американского Национального института компьютерной безопасности и ФБР, проводивших опрос, на­правленный на определение распространенности компью­терных преступлений и мер, принимаемых для их предотвращения, 42 % ре­спондентов в течение года фиксируют вторжение в свои компьютерные системы. Свыше 50 % из тех, кто испытал такое вторжение или предпринял попытку исследования соб­ственных информационных систем, установили факты несанк­ционированных действий со стороны своих коллег по работе. Несанкционированные вторжения в информационные систе­мы предпринимались также из удаленных источников и сети Интернет. Что касается частоты вторжений, то примерно 5 % респондентов в течение года испытывали 10 и более «нападе­ний» на свои системы.

Несанкционированное изменение данных являлось наи­более частой формой нападения и практиковалось, прежде всего, в отношении медицинских и финансовых учреждений (37 % - медицинских учреждений, 21 % - финансовых учреж­дений).

Свыше 50 % респондентов рассматривают в качестве наи­более вероятного источника нападений своих конкурентов по бизнесу (от подслушивания до проникновения в информаци­онные и коммуникационные системы) и полагают, что похи­щенная информация может быть использована им во вред.

Наибольшее значение респонденты придают фактам подслушивания, проникновения в информационные системы и нападениям, в которых злоумышленники фальсифицируют обратный адрес, чтобы перенацелить поиски на независимых хакеров и внешних информационных брокеров, как на вероят­ные источники проникновения. Такими злоумышленниками наиболее часто являются конкуренты и обиженные служащие предприятия.

Опрос также показал следующее: свыше 50 % респонден­тов не имеют плана действий на случай сетевого вторжения; свыше 60 % - не имеют навыков закрепления доказательств для дальнейшего судебного рассмотрения уголовных или граж­данских дел; более 70 % респондентов не имеют устройств, предупреждающих о вторжении в их коммуникационные и информационные системы; менее 17 % указали, что они уве­домят правоохранительные органы в случаях нападения на информационные системы; свыше 70 % назвали в качестве основной причины отказа от обращения в правоохранитель­ные органы возможность наступления негативного резонанса. Приведенные данные наглядно характеризуют тенденции ро­ста компьютерной преступности и своевременность реакции российского законодателя на возрастание общественной опас­ности данного вида правонарушений.

До недавнего времени считалось, что компьютерная преступность - это явление, присущее только зарубежным капиталистическим странам, и по причине слабой компью­теризации нашего общества, т.е. недостаточного внедрения в производственные и общественные отношения информаци­онных технологий, она у нас отсутствует. Именно данное об­стоятельство и привело к отставанию нашей страны в научных исследованиях по этой проблеме.

Только в последние годы появились научные труды по проблемам борьбы с компьютерной преступностью, где рас­сматриваются уголовно-правовые и криминологические аспекты этого криминального явления.

Как нередко случалось и ранее, например - в случаях с наркоманией или с организованной преступностью, - борьба с данным социально-опасным явлением началась лишь после того, как материальные потери от него достигли весьма суще­ственных размеров и стали резко выделяться на общем фоне потерь от обычных видов общеуголовной преступности.

В научных и учебных изданиях, в средствах массовой ин­формации появились различные термины, обозначающие те или иные проявления криминального характера в информа­ционной сфере. Встречаются наименования «компьютерные преступления», «коммуникационные преступления», «кибер­бандитизм» и т.п. Преступников именуют «хакерами», «кракерами», «киберпанками», «бандитами на информационных супермагистралях» и т.п.

Информационная революция застигла нашу страну в сложный экономический и политический период, она по­требовала срочного нормативного регулирования проблем, возникающих в данной области. Вместе с тем, как известно, правовые механизмы могут быть включены и становятся эф­фективными лишь после того, как общественные отношения, подлежащие регулированию, в достаточной мере стабилизи­ровались.

В настоящее время, после принятия ряда базовых норма­тивных актов в области информационных правоотношений, наступил период для их применения на практике, однако на этом пути неизбежны определенные трудности и ошибки. Причем, если такие ошибки, допущенные, например, в об­ласти хозяйственных отношений, могут быть тем или иным образом эффективно устранены, то ошибки в области уголов­но-репрессивной деятельности отражаются, как правило, на конституционных правах и свободах конкретных граждан и носят, как правило, необратимый характер. Даже терминоло­гическая неточность изложения закона или методологических рекомендаций по его исполнению может повлечь неправиль­ное его применение, а, следовательно, - и вышеуказанные не­гативные последствия.

Следует отметить, что ограничения (установление режи­ма) использования информации определяются законом или собственником информации, которые объявляют о степени (уровне) ее доступности. Ограниченное распространение в со­ответствии с нормами закона имеют такие виды информации, как государственная тайна (Закон РФ «О государственной тай­не»; ст. 275, 276, 283, 284 УК РФ), тайна переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных или иных сообщений (ч. 2 ст. 23 Конституции РФ, ст. 138 УК РФ), тайна усыновления (ст. 155 УК РФ), служебная тайна (ст. 139 ГК РФ), коммерческая тайна (ФЗ «О коммерческой тайне», ст. 139 ГК РФ и ст. 183 УК РФ), банковская тайна (ст. 183 УК РФ), личная тайна (ст. 137 УК РФ), семейная тайна (ст. 137 УК РФ), информация, являющаяся результатом интеллектуальной деятельности (часть четвертая Гражданского кодекса РФ; ст. 146, 147, 180 УК РФ), информа­ция, непосредственно затрагивающая права и свободы граж­данина или персональные данные (ФЗ «Об информации, ин­формационных технологиях и о защите информации», ФЗ «О персональных данных», ст. 140 УК РФ) и др.

Любая форма завладения и пользования документиро­ванной информацией ограниченного распространения без непосредственно выраженного согласия ее собственника (за исключением случаев, прямо указанных в законе) является на­рушением его прав, т.е. неправомерной.

Неправомерное использование документированной информации наказуемо. Наряду с гражданско-правовой и административно-правовой защитой информационные от­ношения также получили и уголовно-правовую защиту, т.е. информация и информационные отношения стали новым объектом преступления, а сами преступления данной катего­рии получили название «информационные преступления».

Разновидностью информационных преступлений явля­ются компьютерные преступления, имеющие определенную специфику. Следует отметить, что в настоящее время в отече­ственной криминалистической науке все еще не сформирова­лось четкое определение понятия компьютерного преступле­ния. Обсуждаются различные точки зрения относительно их классификации. Сложности, связанные с однозначной форму­лировкой этих понятий, возникают, по-видимому, как по при­чине невозможности выделения единого объекта преступного посягательства, так и ввиду множественности предметов пре­ступных посягательств с точки зрения их уголовно-правовой охраны.

Мнения ученых по этому поводу расходятся. Одни из них полагают, что компьютерных преступлений как особой группы преступлений в юридическом смысле не существует, однако при этом отмечают, что многие традиционные виды преступлений модифицировались из-за вовлечения в них вы­числительной техники, и поэтому правильнее было бы гово­рить лишь о компьютерных аспектах преступлений традици­онных видов, без выделения их в обособленную группу.

Другие исследователи относят к компьютерным пре­ступлениям противозаконные действия в сфере автомати­зированной обработки информации. В качестве главного классифицирующего признака, позволяющего выделить эти преступления в обособленную группу, они называют общ­ность способов, орудий и объектов посягательств. Иными словами, в качестве объекта посягательства они рассматрива­ют информацию, обрабатываемую в компьютерной системе. Компьютер же, по их мнению, одновременно служит и пред­метом, и орудием посягательства.

Следует отметить, что действующее российское законода­тельство в сфере противодействия компьютерной преступно­сти нивелирует эти позиции, рассматривая в качестве объекта преступного посягательства информацию, и квалифицируя действия преступника как покушение на информационные отношения общества.

 





Следующие материалы:

Предыдущие материалы:

 

от Монро до Трампа


Узнать больше?

Ваш email:
email рассылки Конфиденциальность гарантирована
email рассылки

Blischenko 2017


ПОЗДРАВЛЕНИЯ!!!




КРУГЛЫЙ СТОЛ

по проблемам глобальной и региональной безопасности и общественного мнения в рамках международной конференции в Дипломатической академии МИД России

МЕЖДУНАРОДНОЕ ПРАВО

Право международной безопасности



Инсур Фархутдинов: Цикл статей об обеспечении мира и безопасности

№ 4 (104) 2016
Московский журнал международного права
Превентивная самооборона в международном праве: применение и злоупотребление (С.97-25)

№ 2 (105) 2017
Иранская доктрина о превентивной самообороне и международное право (окончание)

№ 1 (104) 2017
Иранская доктрина о превентивной самообороне и международное право

№ 11 (102) 2016
Стратегия Могерини и военная доктрина
Трампа: предстоящие вызовы России


№ 8 (99) 2016
Израильская доктрина o превентивной самообороне и международное право


7 (98) 2016
Международное право о применении государством военной силы против негосударственных участников

№ 2 (93) 2016
Международное право и доктрина США о превентивной самообороне

№ 1 (92) 2016 Международное право о самообороне государств

№ 11 (90) 2015 Международное право о принципе неприменения силы
или угрозы силой:теория и практика


№ 10 (89) 2015 Обеспечение мира и безопасности в Евразии
(Международно правовая оценка событий в Сирии)

Индексирование журнала

Баннер

Актуальная информация

Баннер
Баннер
Баннер

Дорога мира Вьетнама и России

Ирина Анатольевна Умнова (Конюхова) Зав. отделом конституционно-правовых исследований Российского государственного университета правосудия


Вступительное слово
Образ жизни Вьетнама
Лицом к народу
Красота по-вьетнамски
Справедливость и патриотизм Вьетнама
Дорогой мира вместе


ФОТО ОТЧЕТ
Copyright © 2007-2017 «Евразийский юридический журнал». Перепечатывание и публичное использование материалов возможно только с разрешения редакции
Яндекс.Метрика