Содержание журналов

Баннер
PERSONA GRATA

Группа ВКонтакте

Баннер
Баннер
Баннер
Баннер


О философско-правовых аспектах позитивной юридической ответственности - Теория и история государства и права
Научные статьи
26.06.14 13:32
Оглавление
О философско-правовых аспектах позитивной юридической ответственности
Теория и история государства и права
Все страницы

Свободу можно понимать и как определенную степень духовного развития личности, при которой она способна, со­зидательно воздействуя на окружающую действительность, сохранять свою внутреннюю целостность независимо от внеш­него воздействия. Социум представляет собой высшее един­ство, базирующееся, в конечном счете, не «на порядке необхо­димости, а на порядке свободы».

Свобода в широком смысле — как возможность действо­вать по своему усмотрению — является естественным состоя­нием общества и индивида. В таком случае принцип свободы играет роль основополагающего постулата, на котором ба­зируется реализация правовых норм. В более узком смысле свобода означает субъективную возможность совершать или не совершать конкретные действия, производные от тех прав и свобод, которыми обладает субъект действия. Поэтому сво­бода в субъективном смысле оказывается юридической мерой свободы коллектива и индивидов.

Пределы ответственности детерминированы пределами свободы. «Лишь свободные могут взять на себя ответствен­ность...». Заметим, что ответственность и свобода — по­нятия, смысловое наполнение которых неразрывно связано с конкретным субъектом. С другой стороны, сознательное вы­полнение обязанностей возможно только там, где есть свобода выбора.

Свобода выбора отдельного индивида не должна идти вразрез с интересами сообщества и ущемлять свободу других лиц. Необходимость соблюдения этих ограничений порож­дает ответственность. По сути, ответственность оборачивается гарантией свободы: «Юридическая ответственность — это вы­раженная в законе внешняя мера и гарантия свободы, кото­рая способствует охране и защите интересов личности, кон­ституционного строя, правомерному поведению субъектов и их воспитанию через стимулы и ограничения» . Уровень субъективной свободы в каждом обществе различен, но в лю­бом случае он должен быть прямо пропорционален уровню ответственности. Характерной чертой гражданского общества является, возможно, более сбалансированное соотношение свободы и ответственности.

В правовой сфере свобода являет себя в осуществлении со­вокупности субъективных прав. В первую очередь речь идет об управомочивающих нормах (и соответствующих им право­отношениях), предоставляющих субъекту выбор тех или иных вариантов правомерного поведения. Так, например, взаимоо­бусловленность свободы и ответственности наглядно выступает в нормах гражданского права. Гражданское законодательство основывается на признании свободы — граждане (физиче­ские лица) и юридические лица приобретают и осуществля­ют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора. В таком случае субъекты гражданских правоотношений при заключении договора реа­лизуют свое право на свободу договора. Однако, заключив его, они становятся ответственными за выполнение обязательств по данному договору, несут ответственность за его нарушение. Субъекты гражданских правоотношений, заключающие до­говор, свободны сами, по собственному усмотрению решать вопросы о заключении договора и его содержании (с учетом действующих норм права), устанавливать пределы ответствен­ности. Именно свобода, выраженная в субъективных правах, порождает ответственность субъектов правоотношений и по­зволяет им определить объем их ответственности.

Итак, свобода не может быть безгранична. Существование в социальном пространстве предполагает не только свободу, но и ответственность, так как отсутствие таковой ведет к раз­личного рода ущемлениям свободы вплоть до полного зака­баления и порабощения личности. Понятия ответственности и свободы неразделимы. Именно неистребимое стремление к свободе членов общества обусловливает само существование феномена социальной ответственности. Признание за субъ­ектом права свободы воли — краеугольный камень юридиче­ского регулирования, и, в том числе, института юридической ответственности в случае если такое регулирование, не огра­ничиваясь одной легальностью, претендует на легитимность[9]. Ведь свобода, по замечанию Ш.-Л. Монтескье, есть «право де­лать все, что дозволено законами; если бы гражданин мог де­лать то, что этими законами запрещается, то у него не было бы свободы, так как то же самое могли бы делать и прочие граждане».

Таким образом, ответственность в позитивном (положи­тельном, активном, перспективном) плане интерпретирует­ся как осознание индивидуальным субъектом права значения своего поведения, влекущего за собой не только понимание своего морального долга и следование ему, но и гармониза­цию этого поведения со своим правовым статусом (согласо­вание со своими правами и обязанностями). При этом весьма важны темпоральные характеристики этих процессов: насто­ящее и будущее. Между тем принципиально иной является темпоральность ответственности негативного (ретроспектив­ного) плана: она наступает за совершенное в прошлом дея­ние, за уже имевшее место нарушение юридических пред­писаний.

Социальная ответственность обладает двойственной при­родой (социальный феномен и качество личности). Разли­чим как внешний момент социальной ответственности (ис­ходящее от социума требование инициативного исполнения долга), так и субъективно-индивидуальное отношение субъ­екта к своему долгу («чувство долга»). На уровне правового регулирования этот аспект ответственности рассматривается в качестве способности осознавать действующие правовые ограничения и последствия собственного поведения (вменяе­мость, порождающая деликтоспособность). Вместе с тем этот личностный аспект ответственности самым тесным образом связан с моралью, нравственностью и совестью.

В ряде исследований позитивную, положительную от­ветственность соотносят именно с моральной ответственно­стью, а не с иными видами социальной ответственности. Так, А. П. Черменина отмечает, что моральная ответственность мо­жет выступать в двух формах: как объективная неизбежность быть судимым за прошлое, за совершенный проступок, и как субъективная внутренняя моральная ответственность индиви­да. Поэтому в морали ответственность выступает в двух аспек­тах: «отрицательном» и «положительном», что и отличает ее от правовой и политической.

Действительно, мораль и право тесно связаны между со­бой. Поскольку позитивные запреты никогда не совпадают полностью с приемлемыми для коллективного правосозна­ния ограничениями, между ними неизбежен определенный разрыв, то во всяком случае большинство правонарушений воспринимается общественным сознанием в качестве глубоко безнравственных явлений. Более того, механизмы моральной ответственности позволяют предупредить не только амораль­ные поступки, пребывающие в пределах правомерного по­ведения, но также и правонарушения. «В обществе правовое и моральное осуждение органически взаимосвязаны. Являясь различными способами воспитания человека, они, однако не заменяют друг друга. В то же время для общества, конечно же, лучше, если «сработает» нравственное принуждение и не бу­дет нужды применять к человеку принуждение правовое» .

Да, содержание позитивной социальной ответственности определяется различными регуляторами, в частности норма­ми морали. В связи с этим нельзя согласиться с определением социальной ответственности как особого правового отноше­ния, относящегося к юридическим связям. По нашему мне­нию, содержание рассматриваемой категории нельзя сводить только к урегулированным юридическими нормами право­отношениям. Чувство ответственности перед окружающими, обществом и государством формируется не только нормами права, но и иными регуляторами. В силу названного обстоя­тельства ограничивать содержание ответственности в ее по­зитивном значении только рамками правовых отношений не вполне корректно. И вместе с тем подчеркнем еще раз, еще более неверно целиком и полностью отождествлять мораль­ную и позитивную ответственность.

Заметим, что взаимосвязь позитивной модели юридиче­ской ответственности и моральной ответственности рельеф­но раскрывает проблема эвтаназии. Позитивная ответствен­ность за эвтаназию связана с осознанием соответствующими лицами необходимости и условий правомерного поведения в отношении безнадежно больных, обращающихся с прось­бой о лишении их жизни по мотивам сострадания. Такое осознание, как правило, наступает не только на основе знания и понимания соответствующих норм уголовного законода­тельства, но и на основе принципов морали и религии. Опре­деляя свое отношение к эвтаназии как в целом, так и в каж­дом конкретном случае, человек руководствуется не только правовыми запретами и дозволениями. Он исходит из своих моральных установок, свойственных ему представлений о до­бре и зле, а также из религиозных положений, если является верующим. Таким образом, моральные и религиозные нормы можно рассматривать как составные элементы позитивной от­ветственности за эвтаназию. Наряду с нормами права они в те­чение длительного времени оказывали и продолжают оказы­вать влияние на отношение общества и отдельных индивидов к этому явлению. Соответственно, в контексте исследования позитивной ответственности необходимо ориентироваться на традиционные, общепринятые представления о морали как регулятор поведения человека в обществе. Такие представ­ления однозначно осуждают убийство по мотивам сострада­ния как аморальный поступок и оправдывают наступающую в этом случае негативную юридическую ответственность, свя­занную с реакцией государства на эвтаназию как противо­правное деяние. В условиях существующего законодательного запрета эвтаназии способствовать формированию связанной с правомерным поведением позитивной ответственности мо­гут только те моральные нормы, которые осуждают убийство по мотивам сострадания. Следовательно, позитивная мораль­ная ответственность определяется формированием ценност­ных установок, направленных на осуждение убийства по лю­бым мотивам и запрет эвтаназии.

Подводя черту под проведенным выше сжатым анализом специфики позитивной модели юридической ответственно­сти в контексте ее сопоставления с ответственностью мораль­ной, отметим, что своеобразным связующим звеном между ними выступают родственные эмоциональные состояния, сопровождающие реализацию рассматриваемых вариантов социальной ответственности. Действительно, в психологи­ческом отношении механизм юридической ответственности обладает двойной направленностью. С одной стороны, он формирует и закрепляет в сознании субъекта ответственности чувство ответственности, возникающее в процессе реализации позитивных обязанностей. С другой стороны, после соверше­ния правонарушения и в процессе применения юрисдикци­онным органом соответствующих санкций это чувство преоб­разуется в чувство вины. Оба состояния, будучи обусловлены императивами, вытекающими из осуществления целостного правового феномена — юридической ответственности — не только психологически детерминированы и социально необ­ходимы, но и, будучи укоренены в правосознании, оказыва­ют положительно мотивационное воздействие на поведение субъектов права.

    Итак, в фундаменте позитивной ответственности лежит свобода выбора, позволяющая субъекту права базировать свое поведение на определенных ценностях. С другой стороны, позитивная ответственность воздействует на реализацию личной свободы, ограничивая круг приемлемых вариантов поведения и выступая, таким образом, элементом контроля поведения человека в его общественных, в том числе юридически значи­мых связях.

В целом, анализ философско-правовых аспектов предме­та исследования, во-первых, убеждает, что позитивная ответ­ственность в правовой сфере (позитивная правовая ответствен­ность) обладает онтологическими основаниями. При этом феноменологическому обоснованию соответствующей кате­гории в особенности служит анализ взаимного соотношения между собой таких базовых понятий, как «свобода и «ответ­ственность». Во-вторых, этот анализ выявляет ее субстанцио­нальное «ядро» — правовой статус как нераздельное единство прав и обязанностей — ввиду чего позитивная ответственность в правовой сфере распространяется на реализацию субъектом как его обязанностей, так и его прав.

Тем самым обращение к философским первоосновам от­ветственности раскрывает сложную природу позитивной от­ветственности в праве, а именно — включение в ее состав как позитивной ответственности за надлежащее осуществление обязанностей (или собственно позитивной юридической от­ветственности), так и позитивной правовой ответственности за надлежащее осуществление прав. И тот, и другой элемен­ты характеризуются общностью теоретико-методологических предпосылок, однако по-разному соотносятся с институтом юридической ответственности. В частности, позитивная ответ­ственность за выполнение обязанностей принадлежит общему объему понятия «юридическая ответственность», в отличие от «борьбы за право» — второго компонента позитивной ответ­ственности в праве, являющегося принципиально важным по вкладу, вносимому в формирование здорового правосознания идеолого-правовым концептом.






Следующие материалы:

Предыдущие материалы:

 

от Монро до Трампа


Blischenko 2017


Узнать больше?

Ваш email:
email рассылки Конфиденциальность гарантирована
email рассылки

ПОЗДРАВЛЕНИЯ!!!




КРУГЛЫЙ СТОЛ

по проблемам глобальной и региональной безопасности и общественного мнения в рамках международной конференции в Дипломатической академии МИД России

МЕЖДУНАРОДНОЕ ПРАВО

Право международной безопасности



Инсур Фархутдинов: Цикл статей об обеспечении мира и безопасности

№ 4 (104) 2016
Московский журнал международного права
Превентивная самооборона в международном праве: применение и злоупотребление (С.97-25)

№ 2 (105) 2017
Иранская доктрина о превентивной самообороне и международное право (окончание)

№ 1 (104) 2017
Иранская доктрина о превентивной самообороне и международное право

№ 11 (102) 2016
Стратегия Могерини и военная доктрина
Трампа: предстоящие вызовы России


№ 8 (99) 2016
Израильская доктрина o превентивной самообороне и международное право


7 (98) 2016
Международное право о применении государством военной силы против негосударственных участников

№ 2 (93) 2016
Международное право и доктрина США о превентивной самообороне

№ 1 (92) 2016 Международное право о самообороне государств

№ 11 (90) 2015 Международное право о принципе неприменения силы
или угрозы силой:теория и практика


№ 10 (89) 2015 Обеспечение мира и безопасности в Евразии
(Международно правовая оценка событий в Сирии)

Индексирование журнала

Баннер

Актуальная информация

Баннер
Баннер
Баннер

Дорога мира Вьетнама и России

Ирина Анатольевна Умнова (Конюхова) Зав. отделом конституционно-правовых исследований Российского государственного университета правосудия


Вступительное слово
Образ жизни Вьетнама
Лицом к народу
Красота по-вьетнамски
Справедливость и патриотизм Вьетнама
Дорогой мира вместе


ФОТО ОТЧЕТ
Copyright © 2007-2017 «Евразийский юридический журнал». Перепечатывание и публичное использование материалов возможно только с разрешения редакции
Яндекс.Метрика