Содержание журналов

Баннер
PERSONA GRATA

В кризисе юридической науки во многом виноваты сами учёные
Интервью с доктором юридических наук, профессором, заслуженным юристом Российской Федерации Николаем Александровичем Власенко

Группа ВКонтакте

Баннер
Баннер
Баннер
Баннер


Россия и Китай: взаимные инвестиции, опыт правового регулирования для евразийской интеграции - 1. Роль России и Китая в глобальной евразийской экономике
Научные статьи
23.07.14 12:41
Оглавление
Россия и Китай: взаимные инвестиции, опыт правового регулирования для евразийской интеграции
1. Роль России и Китая в глобальной евразийской экономике
2. Иностранные инвестиции в орбите международно­го права
3. Международно-правовой анализ ДИД между Россией и Китаем
4. Мировая газовая война как попытка нового передела мира
Все страницы

1. Роль России и Китая в глобальной евразийской экономике


    Cразу следует указать на два колоссальных театра разворачивающихся газовых войн: Евразия и Северная Америка. Евразия является кладовой мировых нефтяных и газовых запасов. Возросшее значение Евразии в мировой газовой войне объясняется особым положением России и Китая, двух великих соседних держав, на этом крупнейшем континенте.

   Российско-китайские экономические отношения расширяются. Укрепление внешнеэкономических связей России с Китаем, а также развитие международной инфраструктуры взаимодействия занимаеют важное место в планах наращивания российского нефтяного и газового экспорта в Азию.

   Достигнутый объем торгового обмена, отражающий не только коммерческие сделки, но и значительную часть экономического, в том числе инвестиционного сотрудничества, обеспечил заметное усиление значимости Китая во внешней торговле России и прежде всего в импорте, отмеченное за десять лет XXI века. Если в 2000 г. на его долю пришлось 4,5% оборота (6 место), в том числе 5,1% экспорта (4 место) и 2,8% импорта (8 место), то в 2010 г. удельный вес Китая в российском внешнеторговом обороте возрос до 7,6% (3 место вслед за Германией и Нидерландами), в экспорте составил 4,5% (7 место), а в импорте достиг 13,0%. Это позволило Китаю опередить Германию, много лет бывшую постоянным лидером, и занять первое место в качестве поставщика товаров в Россию.

   Наши дружественные страны являются крупнейшими евразийскими государствами, имеющими быстро развивающиеся партнерские отношения, особенно после заключения в Шанхае в конце мая с. г. крупнейшего
газового контракта между РФ и КНР на 400 млрд долл.
Всесторонние отношения стратегического партнерства приобретают важное двухстороннее значение, а также имеют глобальное значение, они играют очень важную роль в содействии региональному и всемирному развитию и безопасности в международных отношениях. Стратегическая задача перед Китаем и Россией состоит в том, чтобы превратить небывалое высококлассное политическое преимущество в деловое сотрудничество в сфере экономики, гуманитарной сфере и т.д., — как отмечается в совместном российско-китайском заявлении.

   В евразийской глобальной экономике Россия действительно заняла весьма высокое место как поставщик природных энергоносителей. Китай, как ни одна страна в мире, нуждается в экспорте энергетических ресурсов, являясь мировой производственной базой. Все это и определяет особую роль этих крупнейших соседних стран в глобальной экономике. Обострение международной обстановки на евразийском континенте прежде всего вызвано далеко идущими планами США, которые, находясь на территории заокеанского континента, откровенно и нагло претендуют на роль новой сверхдержавы в мире, хозяина Евразии. Здесь кроются причины всеболее ожесточающейся Мировой газовой войны, назовем ее так условно. По существу, речь идет о попытках передела ми­ровых энергетических запасов. Не следует особо доказывать, что решающую роль при этом играют мировые потоки ино­странных инвестиций.

Создание и обеспечение функционирования нового эко­номического миропорядка требует более высокой организа­ции мировой системы, существенного повышения степени ее управляемости. Сегодня это ключевая глобальная проблема, от ее решения зависит международно-правовое регулирова­ние других глобальных проблем.

На фоне стремительного взлета на геополитические вер­шины стран Азиатско-Тихоокеанского региона (особенно Китая, Тайваня, а в 70-х-80-х годах — Японии, Южной Кореи), интегра­ции стран Западной Европы четко обозначилась тенденция от­носительного падения влияния и веса США на мировой арене. К концу XX в. Америка миновала свой звездный час, и мир стал свидетелем неуклонного заката «американского века». Об этом закате еще в 1975 г. писал известный американский социолог Дэ­ниел Белл. В своей работе «Конец американской исключитель­ности», опубликованной накануне 200-летнего юбилея независи­мости США, он утверждал, что американцы не верят в то, что их страна играет уникальную роль в мире.

Геополитический замысел Америки направлен на создание монополярного мира путем нового передела энергетических ре­сурсов планеты, чему препятствуют прежде всего Россия и Китай. Сначала США, по мысли З. Бжезинского, должны закрепить в Евразии геополитический плюрализм. Для этого приоритет дол­жен быть отдан политическому маневрированию и дипломатиче­ским манипуляциям, которые должны исключить возможность образования коалиций, враждебных США. Но у любого государ­ства, существующего на карте Евразии, по мнению автора, нет для этого реальных возможностей. На втором этапе американизации Евразии должны появиться стратегически приемлемые партне­ры, которые могут создать (под американским руководством) трансъевразийскую систему безопасности. А в долгосрочном пла­не все это может стать основой системы подлинной политической ответственности в глобальном масштабе.

Евразия — суперконтинент земного шара, играющий роль оси нашей планеты. Та держава, что станет доминиро­вать на суперконтиненте, будет оказывать решающее влияние на два из трех наиболее развитых в экономическом отноше­нии регионов планеты: Западную Европу и Восточную Азию, а также на Ближний Восток и в Африку.

Евразия исторически принадлежит Европе и Азии. На­циональные интересы США уже географически находятся на американском континенте.

Для Америки Европа по-прежнему остается приоритет­ной в геополитическом раскладе сил. Она для нее — главный геополитический плацдарм в Евразии. Мощный военно-поли­тический инструмент США, имеющийся в Европе, — НАТО дает Вашингтону возможность оказывать политическое и во­енное давление на страны, расположенные в самой Европе, а также и в Евразии. Свержение законного правительства Яну­ковича и развязывание гражданской войны в Украине помог­ли США привязать страны ЕС к своей агрессивной националь­ной геополитике. Для этого Америкой потрачены громадные финансовые средства. По словам заместителя руководителя Бюро по демократии, правам человека и труду Госдепарта­мента США Тома Мелиа с момента распада СССР в декабре

1991   г. США потратили — Мелиа воспользовался термином «инвестировали» — около 5 млрд долл. на помощь Украине, и 815 млн из них были направлены непосредственно на фи­нансирование демократии и программ обмена. Более того, с 2009 г. администрация Обамы направила 184 млн долларов на финансирование программ, направленных на поддержку гражданского общества, прав человека, добросовестное управ­ление и укрепление позиций диктатуры закона в Украине.

Между тем, ключевая экономическая роль Китая в Евра­зии возрастает из года в год. КНР является постоянным членом Совета Безопасности ООН, располагает правом вето; входит в различные межправительственные организации регионально­го и глобального уровня.

Сегодня индустриализация Китая вступила в период международной конкуренции. Конкурентоспособность эко­номики — это вопрос организации экономической деятель­ности, формирования рыночной структуры эффективной кон­куренции и организационной структуры. Ну и сплоченность китайской нации играет далеко не последнюю роль в эко­номической мощи своего государства. Процесс укрепления конкурентоспособности экономики Китая в условиях глоба­лизации стал решающим фактором его индустриализации и модернизации, центральным вопросом его очень динамично развивающейся экономики.

С конца 70-х годов китайское руководство радикально из­менило социально-экономический курс и приступило к глу­боким и всесторонним реформам централизованно-плановой экономики, а также начало проводить «открытую политику». Преобразования в народном хозяйстве нацелены на формиро­вание китайского варианта социальной рыночной экономики. «Открытая политика» предполагает интеграцию Китая в ми­ровой рынок, причем не только за счет развития внешней тор­говли, но и путем широкого привлечения в страну зарубежных инвестиций.

В отличие от нас, у Китая есть четкая внешнеэко­номическая стратегия. В ее разработке приняли участие многие академические и ведомственные исследователь­ские центры, целая армия специалистов.

В архитектонике китайской экономики начиная с 90-х го­дов прошлого века наблюдаются огромные изменения. Сегодня китайская экономика стала динамично развивающейся, эффек­тивной, в «серединном государстве» начали происходить глу­бокие изменения и в методах распределения международных капитальных ресурсов. Параметры экономической структуры КНР определялись следующими факторами: важнейшим видом экспортных товаров стала продукция промышленности, однако при выравнивании импортных и экспортных потоков удельный вес изделий промышленности в экспорте стал выше доли изде­лий промышленности в импорте, более того, товары механиче­ской промышленности и электроники превышали текстильную продукцию и одежду и стали первой крупной статьей экспорта.

Темпы экономического роста Китая, нового мощного ази­атского тигра, очень высоки — 9-10 % в год. В 1950 г. на Китай приходилось 3,3 % мирового ВВП, в 1992 - 10 %, а по прогнозам на 2025 г. - более 20 %. С 2005 г. Китай по доле мирового ВВП (2,554 трлн долларов) занимает четвертое место в мире (вытес­нил с этого места Великобританию) после США (13 трлн дол­ларов), Японии (4,464 трлн долларов) и Германии (2,890 трлн долларов). Объем прямых иностранных инвестиций в Китай

-    50 млрд долларов. Если темпы роста США и Китая останут­ся прежними, то к 2050 г. экономика Китая сможет вырваться, по некоторым прогнозам, на первое место. Валютные резервы Китая — 91 млрд долларов, уступают в мире по этому показа­телю только Японии и Тайваню.

В XXI веке, как публично объявлено в Пекине, Китай приступа­ет к реализации стратегии «транснационального хозяйствования».

Наступательная внешнеэкономическая деятельность намечается по нескольким направлениям: внешняя торговля, зарубежные капита­ловложения, создание транснациональных компаний.

Современная мировая геополитическая обстановка отли­чается заметным усилением «китайского» фактора в глобаль­ной политике, причем не только в Евразии, которой сейчас присущи следующие черты:

-      высокий динамизм изменений в международной струк­туре, заметно проявившийся с появлением в Х1Х в. таких ор­ганизаций, как ШОС, БРИКС, группы «20», в которых Китай предстает страной, которая структурирует эту систему и за­нимает в ней лидирующие позиции;

-      критическая нестабильность в мировой экономике и мировых финансах, в условиях которой положение Китая с его ежегодным стабильным ростом опять выглядит не только бо­лее выигрышным, но и доминирующим, а если сюда добавить увеличение доли КНР в МВФ, то Китай вообще оказывается единственной страной-бенефициантом;

-      предельный риск возникновения региональных кон­фликтов на Ближнем Востоке (Сирия, Иран, Израиль-Пале- стина), а теперь и в зоне Южно-Китайского (КНР — Филиппи­ны, Вьетнам) и Восточно-Китайского (КНР - Япония) морей. И здесь впервые Китай оказывается в слабом и, можно сказать, уязвимом положении.

То есть и возле границ Китая начинают сгущаться тучи в связи со спорными с соседями территориями. Это скорее по­следствия «болезни роста».

Но обладание большой территорией и удобное с точки зрения решения геополитических проблем местоположение делает Китай геополитическим центром.

Вся политика западных стран во главе с США направлена на ограничение деятельности России в глобальной газовой по­литике.

Основным содержанием мировой политики ближайшего десятилетия становится глобальное противостояние России и Китая с Америкой.

Стремление США искусственно создать очаги вооружен­ных конфликтов рядом с границами своих геополитических противников оказались результативными. Рядом с Россией полыхает Украина. Значительная часть Ирака захвачена воин­ствующими исламистами так называемого «Исламского госу­дарства Ирака и Леванта» (ИГИЛ). Иран вынужден в срочном порядке принимать неотложные меры по спасению Ирака.

Большой Ближний Восток по-прежнему сотрясает мир. Борьба религиозных и этнических группировок за власть, уси­лившаяся после гражданских войн в Сирии и Ливии, перево­ротов в Египте, Тунисе и Йемене, в очередной раз коснулась Ирака. Восстание в Ираке, выскочившее как шайтан из таба­керки, меняет евразийскую геополитику.

США вложили в Ирак миллиарды долларов, но конеч­ным бенефициаром в иракских нефтяных контрактах в насто­ящее время становится Китай, который при этом и рискует. Но каждый иностранный инвестор, вкладывая свои капиталы на территории государства-реципиента, обязан давать себе от­чет: иностранные инвестиции подвержены некоммерческим, так называемым политическим рискам, в случае гражданских беспорядков, бунтов, революций.

Китай инвестировал в нефтяные контракты Ирака. Ки­тай, в отличие от Америки, не выставляет свои действия напо­каз. Барак Обама отправил подразделения специального на­значения обратно в Ирак в попытке подавить мятеж джихада «Исламского государства Ирака и Леванта» . Получается, в ко­нечном итоге американские налогоплательщики волей-нево­лей оплачивают защиту китайских активов в воюющем Ираке.

Ломка Ближнего Востока вступает в новую фазу. Неболь­шое кровопускание исламистам ИГИЛ с целью повернуть их против шиитов, которые являются абсолютно преобладаю­щим населением Ирана, выглядит для всех спонсоров войны вполне допустимым. Отсюда переговоры и усилия по «мир­ному урегулированию» иракского кризиса. Слишком многие игроки стремятся получить свои дивиденды от распада ре­гиона, чтобы пугаться такой мелочи, как тотальная война. И Турция, и Израиль, и Саудовская Аравия рассчитывают на то, что у них хватит инструментов и ресурсов, чтобы направить полыхающий в Ираке огонь на своих противников. Большой Ближний Восток по-прежнему сотрясает не только Евразию, но и весь мир.

Кровавые события в Ираке меняют расклад сил не толь­ко в районе Персидского залива, но и мировой рынок энер­гоносителей, а также международные потоки капиталов. По большому счету, сегодняшняя гражданская война в Ираке - это наглядный пример бездумной внешней политики США, в данном случае, выразившейся в насильственном свержении законного президента Саддама Хусейна. Добавим, без санк­ции Совета Безопасности ООН, его постоянные члены Россия и Китай занимали позицию невмешательства во внутренние дела и не нарушения государственных границ Ирака.

29 июня с. г. премьер-министр Израиля призвал мировое сообщество признать независимость Курдистана. Были про­изнесены слова о самом большом народе, не имеющем своей государственности, о восстановлении исторической справед­ливости, о мире в целом мире и в регионе Ближнего Востока, в частности. Единственное, о чем не стал распространяться Б. Нетаньяху, - это о том, что Курдистан может стать незави­симым только в результате развала Ирака (что не входит в пла­ны России, Китая, да и США и их союзников), чем фактически поддержал создание исламского халифата, провозглашенного экстремистской группировкой ИГИЛ.

Парадокс, но интерес Израиля в этом случае целиком и полностью совпадает с интересами его злейших врагов-терро- ристов. Хотя бы потому, что создание радикального халифата, созданного исключительно для войны с «неверными», полно­стью противоречит интересам другого самого злейшего врага Израиля - шиитского Ирана. Курдистан может стать незави­симым только в результате развала Ирака, где правит шиит­ское меньшинство.

Призыв Израиля признать независимый Курдистан неожи­данно поддержала Турция. 29 июня пресс-секретарь правящей Партии справедливости Хусейн Челик заявил, что в интересах Турции признание независимого Курдистана в пределах ирак­ской части его территории. Интерес турецкого премьера Эрдо- гана слишком прозрачен, чтобы не замечать его. Тяжелейшая борьба, ведущаяся со своим недавним союзником Ф. Гюленом, а фактически с Соединенными Штатами, стоящими за его спи­ной, раскол в рядах своих сторонников, балансирование на гра­ни полноценной «цветной революции» (навязываемой США) вынуждают Эрдогана искать самых неожиданных союзников перед президентскими выборами. Поддержав вековую мечту части курдского народа, премьер-министр Турции получит так­тических союзников в борьбе за президентское кресло со своими политическими противниками из числа бывших соратников. Политическое выживание для турецкого премьера выглядит приоритетной задачей, что делает возможным любые, пусть и самые фантастические альянсы.

Дополнительным бонусом для Турции и Израиля стано­вится киркукская нефть, контроль над которой уже практиче­ски восстановлен военной структурой Курдистана - отрядами пешмерга. Национальное богатство, которое курды считают своим, остается под их контролем. Независимость дает им воз­можность наладить поставки нефти через Турцию в Израиль, и израильский порт Хайфа с благодарностью начал прини­мать киркукскую нефть. Израиль еще не готов окончательно и бесповоротно входить в конфликт с Ираком, который катего­рически против сепаратных нефтяных сделок курдов. Призна­ние Курдистана делает поставки нефти из Киркука вполне ле­гальными. Турция, естественно, тоже получает свою долю от этих поставок, обеспечивая сухопутный транзит до Джейхана.

В общем, евразийская геополитическая ситуация в сегод­няшнем быстроменяющемся глобализированном мире пере­живает очень непростые времена. В ее стабильности очень заинтересованы как Россия, так и Китай, как, впрочем, мно­гие другие государства. А важнейшим фактором устойчивого развития на евразийском континенте, как и везде, выступают международные инвестиции.





Следующие материалы:

Предыдущие материалы:

 

от Монро до Трампа


Blischenko 2017


Узнать больше?

Ваш email:
email рассылки Конфиденциальность гарантирована
email рассылки

ПОЗДРАВЛЕНИЯ!!!




КРУГЛЫЙ СТОЛ

по проблемам глобальной и региональной безопасности и общественного мнения в рамках международной конференции в Дипломатической академии МИД России

МЕЖДУНАРОДНОЕ ПРАВО

Право международной безопасности



Инсур Фархутдинов: Цикл статей об обеспечении мира и безопасности

№ 4 (104) 2016
Московский журнал международного права
Превентивная самооборона в международном праве: применение и злоупотребление (С.97-25)

№ 2 (105) 2017
Иранская доктрина о превентивной самообороне и международное право (окончание)

№ 1 (104) 2017
Иранская доктрина о превентивной самообороне и международное право

№ 11 (102) 2016
Стратегия Могерини и военная доктрина
Трампа: предстоящие вызовы России


№ 8 (99) 2016
Израильская доктрина o превентивной самообороне и международное право


7 (98) 2016
Международное право о применении государством военной силы против негосударственных участников

№ 2 (93) 2016
Международное право и доктрина США о превентивной самообороне

№ 1 (92) 2016 Международное право о самообороне государств

№ 11 (90) 2015 Международное право о принципе неприменения силы
или угрозы силой:теория и практика


№ 10 (89) 2015 Обеспечение мира и безопасности в Евразии
(Международно правовая оценка событий в Сирии)

Индексирование журнала

Баннер

Актуальная информация

Баннер
Баннер
Баннер

Дорога мира Вьетнама и России

Ирина Анатольевна Умнова (Конюхова) Зав. отделом конституционно-правовых исследований Российского государственного университета правосудия


Вступительное слово
Образ жизни Вьетнама
Лицом к народу
Красота по-вьетнамски
Справедливость и патриотизм Вьетнама
Дорогой мира вместе


ФОТО ОТЧЕТ
Copyright © 2007-2017 «Евразийский юридический журнал». Перепечатывание и публичное использование материалов возможно только с разрешения редакции
Яндекс.Метрика