Содержание журналов

Баннер
PERSONA GRATA

Content of journals

Баннер
Баннер
Баннер
Баннер


Решения Суда ЕврАзЭС не вызывают научного интереса? - I. Правопонимание с позиций современности
Научные статьи
23.07.14 15:27
Оглавление
Решения Суда ЕврАзЭС не вызывают научного интереса?
I. Правопонимание с позиций современности
II. Органы международного правосудия и семантиче­ская борьба за право
III. Для чего нужна мотивировка решений Суда ЕврАзЭС
Все страницы


          



                   I. Правопонимание с позиций современности


История юриспруденции - это история становления и, в определенной степени, противоборства различных концеп­ций, типов правопонимания-подходов к тому, что есть право и в чем выражается его сущность. У местно привести выска­зывание великого Иммануила Канта, категорически не согла­сившегося с принижением роли теории, в том числе и в об­ласти права: «Всякий только осмеял бы математика-эмпирика или артиллериста, которые относительно общей механики или математического учения о метании бомб высказались бы в том смысле, что теория здесь, правда, тонко придумана, но для практики она не имеет значения».

Депутаты, судьи, ученые, чиновники не всегда осознанно подходят к вопросу о том, как они понимают право. Вместе с тем они всегда руководствуются определенным правопонима- нием, в том числе и на интеллектуально-интуитивном уровне. Правопонимание - основа любой правоприменительной и правотворческой деятельности. Юридические конструкции, закрепленные в законах, подзаконных актах, международных договорах, решениях международных организаций, решениях судов всегда являются отражением право понимания опреде­ленного типа.

Международное право оказалось «в тисках» позитивизма; государства суверенны, они являются основными субъектами международного права, все изменения в праве возможны толь­ко с их согласия, любой шаг в «сторону» без согласия государств неправомерен и никакой юридической силы иметь не может. Все остальные «действующие лица» подобны фантомам. Они вроде бы есть, а вроде их нет. Как привидения. В лучшем случае им придается не вполне понятный статус производных субъек­тов международного права, квазисубъектов, псевдосубъектов и т.п. Почему так происходит? Потому что любые теории, раз­двигающие рамки позитивизма, создают угрозу ослабления контроля государств над изменениями в международном пра­ве. В этом смысле международное право, к сожалению, оста­ется весьма и весьма идеологизированным, несвободным от ценностных суждений. Видимо,по этой причине отечественная теория международного права упорно не желает воспринимать разработки общей теории права, которые российские ученые- теоретики привносят в нашу юриспруденцию.

В течение последнего десятилетия отечественные специа­листы по общей теории права все больше внимания стали уде­лять вопросам правовой теории, которая получила название «интегративной юриспруденции». В основе интегративного правопонимания лежит трактовка права как многоаспектного явления, которое не сводится исключительно к нормативным установлениям. Автор каждой из этих концепций правопо- нимания ставит перед собой задачу теоретического обоснова­ния действительности с позиций современности. Особенно цен­ным в них является то, что значительное внимание уделяется правосознанию и механизмам взаимодействия участников правоотношений. Все эти подходы объединяет то, что они не просто описывают, а объясняют, что есть право, раскрывают механизмы правового регулирования, как они есть, а не каки­ми они должны быть или казаться. Среди таких работ особое внимание автора привлекли труды профессора А. В. Полякова (коммуникативная теория права), профессора И. Л. Честнова (диалогическая онтология права), профессора В. П. Малахова (концепция правового существа), профессора А. И. Овчин­никова (юридическая герменевтика). Работы этих авторов, конечно же, появились не в «чистом поле». Они опираются на наследие зарубежной теории права и, что особенно важно, наследие выдающихся российских ученых, например, - осно­вателя психологической школы права Л. И. Петражицкого.

Коммуникативная теория права, разработанная профес­сором кафедры теории и истории государства и права Санкт- Петербургского государственного университета А. В. Поляко­ва, вне всякого сомнения, одно из наиболее значимых явлений в отечественной юриспруденции. Центральной в работе А. В. Полякова является проблема правопонимания. Право по­зиционируется автором как специфический феномен при на­личии социально значимого нормативного содержания, которое интерпретируется в рамках социума как ценность и придает тем самым правовым притязаниям значение оправданных, т.е. правомерных. Нельзя не согласиться с мнением профессора А. В. Полякова о том, что право как целостность всегда есть действующее право. Как материя невозможна без движения, так право невозможно вне своего действия. Важным элемен­том механизма действия права А. В. Поляков считает субмеха­низм его социально-правовой легитимации. Вне социальной легитимации правовые тексты как источники права не суще­ствуют. Легитимация, верифицируемая на основе функцио­нирования текстов в качестве источника права, и начало пра­вового действия (собственно самой правовой коммуникации), свидетельствует о социально ценностном содержании и со­циальном бытии права. Таким образом, право не существует вне сознания социальных субъектов, следовательно, вне право­сознания. Однако А. В. Поляков не отождествляет полностью право и правосознание. Право бытийствует как часть обще­ственного правосознания, в рамках которого обеспечивается его конституирование: осмысление, легитимация, хранение и воспроизводство. Соответственно, к структурным элементам правосознания автор относит правовую онтологию, право­вую аксиологию и правовую праксиологию. В теории право- понимания А. В. Полякова слышны отголоски концепции нормативных фактов, разработанной Л. И. Петражицким. Напомним, что Л. И. Петражицкий выдвинул теорию, согласно которой могут существовать факты, в которых лежат «основания обязательности» некоторого поведения, т.е. может существовать разум, логос или смысл самих фактов. При этом свойство «нор­мативности», которым обладают такие факты, не является свой­ством чисто объективным. Профессор Н. Н. Алексеев даже счи­тал нормативные факты первичными источниками права.

Еще одной концепций, выходящей за границы классиче­ской рациональной парадигмы правового мышления, является юридическая герменевтика. В разработку этого учения боль­шой вклад внес профессор Ростовского юридического институ­та МВД России А. И. Овчинников. Если ранее при толковании считалось необходимым и главным установление того, что хо­тел сказать законодатель, то в современных правовых реалиях А. И. Овчинников считает эту задачу не решаемой в принципе. По его мнению, процесс интерпретации правовой нормы явля­ется творческим, соавторским, и, по сути, правоприменитель, выступая со-законодателем, создает новую норму, осуществляя акт подведения общей нормы и конкретного случая. Таким об­разом, основной проблемой юридической герменевтики стано­вится уже не столько проблема постижения смысла позитивно­правовых установлений, сколько интерпретация, осмысление правовой действительности. «Какую бы концепцию правопо- нимания мы не принимали за основу правовых моделей, - пи­шет А. И. Овчинников, - критерием справедливости судебного решения в последней инстанции остается всегда правосознание, а не норма позитивного или естественного права. Интуиция правоприменителя, его правовое мышление выступают здесь в определенном смысле авторскими или правотворческими про­цедурами, в которых его жизненный мир, социокультурный опыт, экстернализируясь посредством юридических формул, приобретает форму правоприменительного акта... Участвуя в дискурсе, порожденном участниками дела, вживаясь в рассматри­ваемое дело, судья осуществляет акт подведения нормы через свой предрассудок. Только так происходит согласование справедливо­сти (цели) и формальности (средства) права. Интерпретируя нор­му в конкретной ситуации, судья должен найти золотую середину между формальностью, всеобщностью закона и индивидуальны­ми, особенными чертами конкретного случая; между справедли­востью воздаяния и догматичностью права. При этом ему прихо­дится каждый раз, в каждом новом случае, в каждой конкретной ситуации понимать норму заново». Хотя А. И. Овчинников и не приводит примеров из международно-правовой практики, разра­ботанная им концепция толкования великолепно и правдиво от­ражает то, что сегодня происходит в международных судах.

Профессор кафедры государственно-правовых дисциплин Санкт-Петербургского юридического института И. Л. Честнов в своих работах представляет и обосновывает диалогически интерпретированный тип правопонимания. В частности, под правом им понимается совокупность взаимодействий и мен­тальных процессов, образующих содержание всех социальных институтов. По мнению профессора И. Л. Честнова, «право су­ществует только тогда, когда сформированные нормы (образ­цы наиболее функционально значимого поведения) реализу­ются людьми на практике, в ходе которой нормы и институты права интериоризируются в персонифицированные смыслы, то есть когда люди соотносят свое поведение с теми ограни­чениями, которые налагает норма или институт права. По сути, автор развивает концепцию экзистенциального диалога, ставит вопрос об интеграции юриспруденции и антрополо­гии. Ценным в концепции профессора И. Л. Честнова явля­ется то, что он ставит, среди прочих, задачу переоценки фунда­ментализма в науке и юриспруденции в частности, признания многомерного образа реальности, неустранимой множествен­ности описаний и «точек зрения», отношения дополнительно­сти и взаимодействия между ними. Преодоление тотального господства одной (любой) доктрины - это, по мнению И. Л. Честнова, не только идеологическое, но и методологическое требование философии познания XXI века.

Профессор Московского университета МВД России В. П. Ма­лахов в блестяще написанной им докторской диссертации ввел в отечественную юриспруденцию понятие «правового существа». «Правовое существо, - пишет В. П. Малахов, - это человек, быту­ющий в сетке координат правовой реальности и перестающий быть полноценным человеком, как только он за пределы этой сетки выходит (или выпадает). Правовое существо совпадает с человеком. Правомерность жизни есть то, что имманентно при­суще человеку. Право - свойство человека, а человек - субстанция права. Значит, - развивает далее изложенный тезис профессор, - чтобы понять природу права, каждому, занятому этим вопро­сом в теоретическом или практическом аспекте, необходимо об­ратиться к себе как к правовому существу»18. В. П. Малахов по­следовательно и очень убедительно отстаивает концептуальную идею, согласно которой правовая реальность, правовое существо и правосознание являются тождественными содержательно, а не онтологически. В силу этого исходным пунктом общетеоретиче­ского анализа права предстает правосознание. В каком-то смыс­ле концепция правового существа развивает и выводит на каче­ственно новый уровень учение Л. И. Петражицкого, который не считал возможным мыслить право как отчужденный от субъекта феномен, никак не связанный с конструктивной активностью его сознания.

Резюмируя приведенные выше концепции правопонима- ния, следует отметить следующее. Во-первых, они основываются на интегративном правопонимании, не ограничивающем право совокупностью его нормативных установлений. Важнейшей, если не сказать ключевой, составляющей правопонимания яв­ляется правосознание. Право есть не только изложенный на бу­маге текст (будь то закон, международный договор или судебное решение, но и то, как мы, правовые существа, этот текст интер­претируем (понимаем)). Во-вторых, в основе интегративных под­ходов лежит понимание права как отношения. Правопорядок (внутригосударственный, региональный, международный) соз­дается не только и даже не столько усилиями государственной власти, сколько являет собой результат диалога, коммуникатив­ного взаимодействия всех заинтересованных субъектов. Такой ди­алог, который мы обозначаем термином «правопорождающее взаимодействие», в значительной степени опосредуется именно текстами, в процессе интерпретации которых выявляется и уста­навливается актуальное содержание правовых норм.






Следующие материалы:

Предыдущие материалы:

 

от Монро до Трампа


Узнать больше?

Ваш email:
email рассылки Конфиденциальность гарантирована
email рассылки

Blischenko 2017


ПОЗДРАВЛЕНИЯ!!!




КРУГЛЫЙ СТОЛ

по проблемам глобальной и региональной безопасности и общественного мнения в рамках международной конференции в Дипломатической академии МИД России

МЕЖДУНАРОДНОЕ ПРАВО

Право международной безопасности



Инсур Фархутдинов: Цикл статей об обеспечении мира и безопасности

№ 4 (104) 2016
Московский журнал международного права
Превентивная самооборона в международном праве: применение и злоупотребление (С.97-25)

№ 2 (105) 2017
Иранская доктрина о превентивной самообороне и международное право (окончание)

№ 1 (104) 2017
Иранская доктрина о превентивной самообороне и международное право

№ 11 (102) 2016
Стратегия Могерини и военная доктрина
Трампа: предстоящие вызовы России


№ 8 (99) 2016
Израильская доктрина o превентивной самообороне и международное право


7 (98) 2016
Международное право о применении государством военной силы против негосударственных участников

№ 2 (93) 2016
Международное право и доктрина США о превентивной самообороне

№ 1 (92) 2016 Международное право о самообороне государств

№ 11 (90) 2015 Международное право о принципе неприменения силы
или угрозы силой:теория и практика


№ 10 (89) 2015 Обеспечение мира и безопасности в Евразии
(Международно правовая оценка событий в Сирии)

Индексирование журнала

Баннер

Актуальная информация

Баннер
Баннер
Баннер

Дорога мира Вьетнама и России

Ирина Анатольевна Умнова (Конюхова) Зав. отделом конституционно-правовых исследований Российского государственного университета правосудия


Вступительное слово
Образ жизни Вьетнама
Лицом к народу
Красота по-вьетнамски
Справедливость и патриотизм Вьетнама
Дорогой мира вместе


ФОТО ОТЧЕТ
Copyright © 2007-2017 «Евразийский юридический журнал». Перепечатывание и публичное использование материалов возможно только с разрешения редакции
Яндекс.Метрика