Содержание журналов

Баннер
PERSONA GRATA

Content of journals

Баннер
Баннер
Баннер
Баннер


Решения Суда ЕврАзЭС не вызывают научного интереса? - II. Органы международного правосудия и семантиче­ская борьба за право
Научные статьи
23.07.14 15:27
Оглавление
Решения Суда ЕврАзЭС не вызывают научного интереса?
I. Правопонимание с позиций современности
II. Органы международного правосудия и семантиче­ская борьба за право
III. Для чего нужна мотивировка решений Суда ЕврАзЭС
Все страницы












II. Органы международного правосудия и семантиче­ская борьба за право


Венская конвенция о праве международных договоров 1969 г. исходит из того, что смысл нормы, достаточный для ее применения в каждом конкретном случае, заложен в ней изна­чально. Правоприменителю остается лишь «открыть шкатул­ку», и правильный смысл нормы будет обнаружен. Причем в этой шкатулке должны быть три отделения, которые могут быть задействованы как по отдельности, так и в совокупности: текст нормы, контекст договора и намерение сторон.

Общеизвестно, что в большинстве международных догово­ров (не говоря об обычных нормах права), буквальное, тексту­альное значение нормы часто является неясным и ответа на по­ставленный вопрос не содержит. Пробелы позитивного права, широта формулировок, являющихся результатом сложных ди­пломатических компромиссов, не позволяют, опираясь на бук­вальное значение нормы, в каждом конкретном жизненном слу­чае применить норму, а тем более принцип. По крайней мере, так, чтобы это соответствовало намерениям и воле участников до­говора. Для обеспечения такого соответствия Венская конвенция позволяет обращаться к подготовительным материалам. Можно пролистать стенограмму переговоров и установить, каково было действительное намерение сторон. При этом имеется в виду, что согласование текста договора подразумевает согласование наме­рений сторон. Изучение подготовительных материалов и прак­тики применения многих договоров показывает, что это далеко не так. Если мы обратимся к практике разрешения международ­ных споров и посмотрим, как часто, например, Европейский суд по правам человека или Орган по разрешению споров ВТО об­ращаются к намерению сторон и не просто изучают материалы переговоров, а учитывают их при формулировании правовых позиций, мы увидим, что делают они это исключительно редко. Почему? Потому что намерения разработчиков соответствую­щих международных договоров уже не имеют большого значе­ния. Эти договоры живут своей самостоятельной жизнью. Мы не отрицаем, что государства являются «властителями договоров», как написал в одной из своих работ А. С. Исполинов. Государства, конечно же, в любой момент могут прекратить действие догово­ра, выйти из него и пр. Такие примеры хорошо известны. Вместе с тем автор настоящей статьи убеждена в том, что международ­ное право может быть эффективным, только если оно обладает определенной автономностью от воли государств. Если же исхо­дить из того, что развитие права всецело обусловлено волей госу­дарств, то в таком случае нужно признать, что международного права как Права не существует, и нам, юристам-международни- кам, нужно найти другие занятия для души.

Так сложилось, что решения ОМП являются наиболее ав­торитетными источником разъяснения, истолкования, а порой создания правовых норм. Именно залы судов в Женеве, Гааге, Страсбурге, Люксембурге и некоторых других красивых горо­дах мира стали полем семантической «борьбы» за содержание правовых норм19.Семантической, потому что право - это, пре­жде всего, язык. Юриспруденция неразрывно связана с языком и спецификой правовых текстов. Участники судебного процесса отстаивают свое понимание норм права, спорят о значении ранее вынесенных судебных решений так, как если бы они являлись общепризнанными источниками международного права.

Важно отметить, что в зале суда происходит не просто диалог участников процесса и судей. Их взаимодействие но­сит правопорождающий характер. Это потрясающе интересный феномен исключительной значимости.В этом процессе судьи являются активными действующими лицами, а не «устами за­кона», как писал Монтескье. Правопорождающее взаимодей­ствие государств (иных участников процесса) и судей играет важную роль в преодолении разрыва между формальной «всеоб­щностью» принципов и норм международного права и уни­кальностью каждого жизненного случая.Посредством ссылок на правовые позиции международных судов государства под­тверждают и укрепляют значение нормы, как она была ис­толкована ранее судом. Таким образом, на современном этапе развития международного права мы наблюдаем смещение нормативности права от его формальных источников к ис­точникам его толкования. Судебное толкование (правотвор­чество) меняет значение норм международного права. Право­порождающее взаимодействие участников процессов и судей дополняет, а порой даже вытесняет формальный процесс со­гласования правовых норм. Международное право более не сводится к совокупности его нормативных предписаний, зафиксированных в источниках, как они перечислены в Статье 38 Статута Международного Суда ООН.

Почему мы придаем такое значение правовым позициям ОМП? Потому что многие из них великолепно аргументирова­ны. Подобной глубины анализа правовых норм, как в решениях ОМП, практически нигде больше нет. Изложенные на сотнях страниц, решения ОМП являют собой образцы юридической аргументации. Судьи буквально выжимают из рассматривае­мой нормы каждую каплю, изучают ее в мельчайших деталях, проводят анализ того, как она была истолкована до них и поче­му. В решениях ОМП анализ одного термина может излагаться на десятках страниц. Есть решения, читая которые, задаешься вопросов: как это возможно? Каким опытом, знаниями и ис­следовательским талантом нужно обладать, чтобы столь об­стоятельно изложить аргументацию? Судьи не оставляют без внимания ни одного довода сторон либо третьих лиц (в редких случаях применяя принцип процессуальной экономии): каж­дый из них подвергается тщательному анализу,как в свете дей­ствующего международного права, так и судебной практики.

Аргументация решения убеждает нас в том, что изложен­ное и есть право, пробуждает в нас интерес к дальнейшим ис­следованиям. Решение становится убедительным не только благодаря мастерски изложенному, логически выверенному юридическому анализу. Судебное решение не сводится к ме­ханическому применению силлогизма, не учитывающего фак­тические последствия, потому что «логика, как и математика, охватывает отношения между идеями, а не их соотношение с фактами». Важнейшую роль в отправлении международного правосудия играют правовые концепции. По сути, ОМП опи­раются на правовые доктрины, ими же и созданные. Правовые концепции призваны пояснить, какими соображениями руко­водствовались судьи, какие ценности были положены ими в ос­нову принятого решения, каким они видят правосудие и право как таковое. Это очень важная составляющая решений. Посред­ством правовых концепций ОМП фактически разъясняют при­нятое решение, делают его более понятным общественности.

Правовые позиции ОМП, в которых были убедительно ис­толкованы, разъяснены нормы права, и есть основа аргумента­ции в зале суда. Благодаря убедительности разделяемого с ОМП правопонимания участники процессов ссылаются на сформу­лированные ранее правовые позиции так, как если бы они были закреплены в формальных источниках международного права. Они воспринимаются ими в качестве нормативных фактов, причем именно в том смысле, как писал Л. И. Петражицкий. Тем самым стороны задают концептуальные и фактические рамки процесса.Судьи же посредством анализа представлен­ных им аргументов формулируют собственные выводы.Между ними происходит коммуникативное взаимодействие. Семан­тическая борьба за право. Таким образом, снимается вопрос о противопоставлении воли государств воле ОМП, которая лишь следует за волей основных субъектов международного права. Удивительно, насколько хорошо происходящее вписывается в концепции правопонимания, рассмотренные нами в Части I.





Следующие материалы:

Предыдущие материалы:

 

от Монро до Трампа


Узнать больше?

Ваш email:
email рассылки Конфиденциальность гарантирована
email рассылки

Blischenko 2017


ПОЗДРАВЛЕНИЯ!!!




КРУГЛЫЙ СТОЛ

по проблемам глобальной и региональной безопасности и общественного мнения в рамках международной конференции в Дипломатической академии МИД России

МЕЖДУНАРОДНОЕ ПРАВО

Право международной безопасности



Инсур Фархутдинов: Цикл статей об обеспечении мира и безопасности

№ 4 (104) 2016
Московский журнал международного права
Превентивная самооборона в международном праве: применение и злоупотребление (С.97-25)

№ 2 (105) 2017
Иранская доктрина о превентивной самообороне и международное право (окончание)

№ 1 (104) 2017
Иранская доктрина о превентивной самообороне и международное право

№ 11 (102) 2016
Стратегия Могерини и военная доктрина
Трампа: предстоящие вызовы России


№ 8 (99) 2016
Израильская доктрина o превентивной самообороне и международное право


7 (98) 2016
Международное право о применении государством военной силы против негосударственных участников

№ 2 (93) 2016
Международное право и доктрина США о превентивной самообороне

№ 1 (92) 2016 Международное право о самообороне государств

№ 11 (90) 2015 Международное право о принципе неприменения силы
или угрозы силой:теория и практика


№ 10 (89) 2015 Обеспечение мира и безопасности в Евразии
(Международно правовая оценка событий в Сирии)

Индексирование журнала

Баннер

Актуальная информация

Баннер
Баннер
Баннер

Дорога мира Вьетнама и России

Ирина Анатольевна Умнова (Конюхова) Зав. отделом конституционно-правовых исследований Российского государственного университета правосудия


Вступительное слово
Образ жизни Вьетнама
Лицом к народу
Красота по-вьетнамски
Справедливость и патриотизм Вьетнама
Дорогой мира вместе


ФОТО ОТЧЕТ
Copyright © 2007-2017 «Евразийский юридический журнал». Перепечатывание и публичное использование материалов возможно только с разрешения редакции
Яндекс.Метрика