Содержание журналов

Баннер
  PERSONA GRATA


Группа ВКонтакте

Баннер
Баннер
Баннер
Баннер


Инвестиционное сотрудничество РФ и ЕС: политико-правовые проблемы и перспективы
Научные статьи
03.06.10 13:06

 ЕврАзЮж № 11 (18) 2009
Евразийская интеграция
Фархутдинов И.З. доктор юридических наук, ведущий научный сотрудник Института государства и права РАН, главный редактор Евразийского юридического журнала.
Инвестиционное сотрудничество РФ и ЕС: политико-правовые проблемы и перспективы
ЕС является крупнейшим инвестором в российскую экономику. В про­шлые годы на его долю стабильно приходилось около 80 % накопленных в России прямых иностранных инвестиций. Но отношения России и ЕС находятся в противоречивом и даже порой кризисном состоянии. Европейская политика, требующая, например, вырав­нивания цен на электроэнергию, способствует сохранению ресурсной ори­ентации экономики России. Россия была и остается интересной Евросоюзу как поставщик энергоресурсов и потенциальный рынок для европейских товаров.

Счетчики для сточных вод используются для учета загрязнённой воды, например, в сельском хозяйстве, в очистных установках или сооружениях для очистки стоков. Счетчик сточных вод вся подробная информация на сайте http://www.ergomera.dp.ua


1. Современные тенденции развития ЕС и об­щая политика ЕС в отношении России
Современный международный экономический порядок зиждется на свободе движения капиталов, товаров и услуг, свободной миграции рабочей силы. Это требует единой юридической базы, которая обе­спечивает и регулирует четыре вида свободы движе­ния, а также координации некоторых направлений экономической политики, таких как антиинфляци­онная политика, политика конкуренции, некоторые аспекты социального обеспечения. Наиболее типич­ным примером свободной циркуляции этих факто­ров выступает Европейский Союз (ЕС).
На современном этапе придается огромное зна­чение мировым региональным интеграционным группировкам, которые во все большей степени берут на себя роль главных субъектов мирового экономиче­ского развития вместо отдельных стран-лидеров. При этом развитие современной мировой экономики определяется двумя ключевыми тенденциями, кото­рые находятся в сложном, неоднозначном, противо­речивом взаимодействии. С одной стороны, проис­ходит невиданный до сих пор процесс глобализации мировой экономики, а с другой - рост региональной и субрегиональной интеграции.1
Межгосударственную экономическую интегра­цию обычно подразделяют на универсальную и реги­ональную. Первая означает осуществление процессов экономического объединения в масштабе всего мира, а вторая - в пределах отдельного региона. Напри­мер, в наше время межгосударственная региональ­ная экономическая интеграция осуществляется на американском континенте - в рамках НАФТА, Лати­ноамериканской ассоциации интеграции - Андской группы; в Азии - в рамках АСЕАН; на постсоветском пространстве - в рамках СНГ и т. д. Но наиболее глу­бокие интеграционные процессы происходят на ев­ропейском континенте - в рамках самого известного межгосударственного объединения - Европейского Союза, что, собственно, и является предметом наше­го исследования.
Российская Федерация и Европейский Союз яв­ляются крупнейшими геополитическими образова­ниями на европейском континенте. Россия - часть Европы, и отношения с европейскими странами и ев­ропейским интеграционным комплексом являются приоритетными, партнерство с ними соответствует
задачам модернизации России. У России сейчас нет экономического партнера, равного Евросоюзу. Совер­шенно очевидно, что Россия как неотъемлемая часть общеевропейского пространства не может оставаться в стороне от этих процессов.2
Это подтверждает и то обстоятельство, что ЕС является крупнейшим инвестором в российскую экономику. На его долю стабильно приходится око­ло 40 % накопленных прямых иностранных инве­стиций (ПИИ) (для сравнения: на страны НАФТА - 28 %). В свою очередь, и для ЕС инвестиции в России становятся важной составляющей экономической активности - Россия делит с Турцией и Китаем чет­вертое место по объему поступающих из ЕС ПИИ, пропустив вперед США, Канаду и Швейцарию. Объ­ективная картина такова, что и в дальнейшем ЕС останется наиболее вероятным источником прямых иностранных инвестиций в российскую экономику, требуемых для развития новых отраслей и выхода на перспективные экспортные рынки, повышения кон­курентоспособности отечественных товаров.
Евросоюз является и импортером, и экспорте­ром капитала, в середине 1990-х экспорт превышал импорт. Кстати, доля Евросоюза в мировой внешней торговле, если исключить внутреннюю торговлю, со­ставляет всего 9 %, так как его экономические приори­теты направлены на сотрудничество с европейскими странами, в том числе находящимися за пределами ЕС. На США падает лишь 18 % экспорта Евросою­за. Не отстает Европа и в процессах глобализации. Среди 100 лучших промышленных фирм в мировой иерархии насчитывается 34 европейских. Более 45 % прямых иностранных инвестиций в мире имеют ев­ропейское происхождение. В то же время страны Европы привлекают 37-40 % прямых инвестиций. Следовательно, Европейский Союз играет в мировой глобализации примерно такую же роль, как США.
Согласно оценке Европейской комиссии, общий объем инвестиций европейских компаний в России предположительно составляет около 30 млрд. евро, тогда как объем российских инвестиций в ЕС равен примерно 10 млрд. евро. В ЕС сконцентрировано более 10 % российского капитала в форме прямых иностранных инвестиций. По другим оценкам, об­щий объем российских инвестиций на территории ЕС составляет менее 3 млрд. евро., а объем инвести­ций из России к концу 2006 г. достигал уровня свыше
100 млрд. евро.
Растет значение России в распределении внеш­ней торговли Евросоюза. В настоящее время на долю ЕС приходится 44-46 % российского импорта и 56-58 % российского экспорта. Основной продукт, экспортируемый из России в ЕС, - энергоносители (65,7 %). Одним словом, абсолютное большинство российского экспорта составляют природные энер­гоносители и продукты их первичной переработки.
Россия возглавляет список стран-поставщиков в ЕС природного газа и находится на второй позиции по поставкам нефти и нефтепродуктов.
Но, с другой стороны, несмотря на эти внуши­тельные цифры, Россия - европейская страна, нахо­дящаяся за пределами европейского интеграционно­го объединения.
Развитие сотрудничества России с Европейским Союзом и стремление создать партнерские отноше­ния с европейским интеграционным комплексом на протяжении последних лет рассматривалось как одно из приоритетных направлений международной политики России. В «Представлении ЕС о партнер­стве с Россией», принятом в июле 1999 года в Кёльне, говорится, что стабильная, демократическая, про­цветающая Россия является неотъемлемой частью объединенной Европы, и это залог прочного мира на континенте. На саммите в Санкт-Петербурге в
2003 году было выдвинуто новое видение будущего развития партнерства России и ЕС, в том числе и в сфере взаимных инвестиций.
Но, тем не менее, отношения России и ЕС нахо­дятся то и дело в противоречивом и даже кризисном состоянии, впрочем, еще в начале сотрудничества было наивно рассчитывать на то, что отношения Россия-ЕС будут беспроблемными. Несмотря на продолжительный опыт диалога, внешне весьма ак­тивного, развитую систему связей на многих уровнях и накопленную определенную правовую базу, отно­шения России и Европейского Союза пребывают в состоянии неопределенности. Главным ее признаком является неспособность сторон совместно сформули­ровать стратегические цели отношений, определить общие ценности и интересы, задачи двустороннего сотрудничества, в том числе и в области инвести­ций. В связи с военной авантюрой Грузии в Южной Осетии в августе 2008 г. политические отношения между Россией и Евросоюзом пережили этап резко­го охлаждения. Этот синдром продолжает оказывать серьезное влияние на взаимоотношения и поныне, хотя принципиальные расхождения в политической сфере и жесткая конкуренция в области экономики сочетаются с программой так называемого «стратеги­ческого сотрудничества», нацеленной на восприятие Россией европейских правил и норм, в том числе и в сфере иностранных инвестиций.
Поэтому и возникают в исследуемой сфере не­простые, сразу скажем, вопросы. Почему Европа без особого энтузиазма относится к расширению эконо­мического (инвестиционного) сотрудничества с Рос­сией? Каковы реальные масштабы взаимозависимо­сти и сотрудничества между Россией и ЕС? Как могут в дальнейшем развиваться отношения между Росси­ей и объединенной Европой и какая из возможных моделей сотрудничества наиболее выгодна России? Может ли Россия в перспективе стать членом ЕС? За­интересована ли Россия в создании единого европей­ского пространства и почему она должна быть заин­тересована в этом?
Эти и многие другие вопросы общего характера имеют непосредственное отношение и к перспекти­вам инвестиционного сотрудничества между Росси­ей и Европейским Союзом. Более того, исследование политико-правовых основ и перспектив инвестици­онных отношений между РФ и ЕС невозможно без выявления общего состояния Европейского Союза, поскольку на движение капиталов между РФ и ЕС влияет то важное обстоятельство, что в последнем идут сложные и иногда разновекторные процессы.
Развитие европейского интеграционного про­странства в начале XXI века существенно меняет облик Европы. За каких-то полвека Союз превратился из небольшой субрегиональной группировки экономи­ческого характера в подлинно европейскую интегра­ционную организацию универсальной компетенции, обладающую собственным аппаратом управления и осуществляющую деятельность в самых различных сферах общественной жизни.
Европейская интеграция представляет собой политический, экономический, правовой процесс на пути к объединенной Европе. Сейчас, когда Евро­пейский Союз вышел на важнейший рубеж своего развития, ЕС и Россия являются главными силами, от действия которых зависят устойчивое развитие и безопасность Европы, ее глобальная роль как источ­ника и опоры современной цивилизации. От того, как сложится стратегическое партнерство России и ЕС, будет зависеть не только благополучие каждой из сторон, но и общий климат в мировых отношениях.
Европейский Союз - объединение 27 европейских государств, подписавших Договор о Европейском со­юзе (Маастрихтский договор 1992 г.). Действительно, ЕС - уникальное международное образование: он со­четал признаки международной организации и госу­дарства, однако формально долгие годы не являлся ни тем, ни другим. ЕС не являлся субъектом между­народного публичного права, однако имел полномо­чия на участие в международных отношениях и играл в них немалую роль. И вот 1 декабря 2009 г. после полной ратификации Лиссабонский договор 2004 г. вступил в юридическую силу. В результате ЕС приоб­ретет международную правосубъектность, т. е. право заключать от своего лица международные договоры.
После вступления в силу Лиссабонского договора ЕС базируется уже на иных целях и задачах, которые планирует достигать и решать. Если раньше объеди­нение стран Европы в единый Союз носило характер сотрудничества и выражалось в координации общих сил для решения ряда проблем, то после вступления в силу Лиссабонского договора это уже своего рода надгосударственное образование, которое выходит на новый качественный уровень и с позиции между-народно-правовой доктрины.
С одной стороны, его внутреннее единство укре­пляется за счет перехода все новых полномочий к наднациональным органам ЕС в Брюсселе. С другой стороны, остаются неясными перспективы сотрудни­чества стран ЕС с Россией. Не менее заметным стал системный сбой Европейского Союза как инструмен­та в руках элит стран-членов в случае с Польшей и странами Балтии. Их национальный интерес, ради продвижения коего, помимо дотаций из общеевро­пейского бюджета, они и вступали в ЕС, состоит во многом в противостоянии России.
Не следует забывать, что ЕС - не единое госу­дарство, а политико-экономическое объединение многих стран, каждая из которых ведет собственную политику на европейском экономическом простран­стве, в том числе и на инвестиционном. Даже если все страны - члены Содружества согласятся между со­бой в том, что следует обезопасить, например, свой энергетический рынок (например, от чрезмерного инвестиционного вмешательства), немало времени пройдет, пока будут согласованы все детали и учте­ны интересы каждой страны. В отличие от России и США принятие любого подобного решения в ЕС больше напоминает, образно говоря, перетягивание каната, и далеко не все тянут за один и тот же его ко­нец. Во всяком случае, так было до вступления в силу Лиссабонского договора.
Европейский правопорядок - сложное междуна-родно-правовое явление, которое постоянно нахо­дится в эволюции. Декларированные учредительные положения и правовые установки не без конфлик­тов, но методично наполняются практическим со­держанием, развиваются и конкретизируются сила­ми основных и вспомогательных наднациональных структур. Скупые нормы основополагающих догово­ров обросли десятками регламентов и директив Со­вета и Комиссии, тысячами прецедентных заключе­ний суда ЕС (за сорок лет своей деятельности суд ЕС рассмотрел 5405 дел, и с годами это число катастро­фически увеличивается).
Право ЕС состоит из так называемого первич­ного, вторичного и третичного. Первичное право - учредительные договоры ЕС; договоры, вносящие в них изменения (ревизионные договоры); договоры о вступлении новых государств-членов. Вторичное
право - акты, издаваемые органами ЕС. Третичное право - решения Суда Европейских Сообществ. Ре­шения Суда ЕС и других судебных органов Союза широко используются в качестве прецедентного пра­ва. Право ЕС обладает прямым действием на терри­тории стран ЕС и приоритетом по отношению к на­циональному законодательству государств.3
Правопорядок Сообщества принципиально ба­зируется на таких европейских правовых стандар­тах, как прямое действие коммунитарных правовых актов, на обязательном характере правовых предпи­саний ЕС, обязательной юрисдикции наднациональ­ного суда относительно всех субъектов европейского права, безоговорочном приоритете единого интегра­ционного права перед национальными правопоряд­ками государств.
Именно эти постулаты и в особенности прямое действие и примат права ЕС будут после 1 декабря 2009 г. придавать ему качественное своеобразие и особую эффективность, не свойственную иным меж­дународным организациям. Именно они придают объединению столь сильнодействующий интегра­ционный импульс. Потому от того, как они реализу­ются в правопорядке ЕС, зависит самостоятельность последнего, его юридическая природа и, собственно, успех европейской интеграции. В общем, право ЕС стало неотъемлемой частью национального права его участников. Обладая прямым действием на террито­рии стран - членов ЕС, оно в то же время автономно, самостоятельно и не только не подчиняется нацио­нальным властям, но и обладает преимущественной силой в случаях коллизии с национальным правом.
В процессе европейской экономической интегра­ции право играет активную роль, противодействуя центробежным тенденциям. В рамках ЕС сформиро­вано единое правовое пространство. Именно право является фундаментальной основой европейской ин­теграции. Оно стягивает воедино всех ее участников и опосредствует отношения между государственными учреждениями, юридическими и физическими ли­цами разной национальной принадлежности. Одна­ко европейский и национальный правопорядки не существуют автономно друг от друга. Их рано назы­вать одним целым, но они работают в тесном взаимо­действии и взаимодополнении. Ясно, что исполнение коммунитарных правовых предписаний и норм нахо­дится в зависимости от правоприменительных орга­нов государств ЕС. Без национальных правопорядков невозможно достижение самих целей объединения.
Тот факт, что количество конфликтов между пра­вопорядками обоих уровней не уменьшается, убеж­дает в том, что государства-члены далеко не всегда приемлют столь радикальное действие коммунитар­ных актов. В ущерб последним государства-члены в своих интересах затягивают с реализацией надна­циональных актов у себя в стране. Эта тенденция
наверняка будет сохраняться и в будущем. Вопреки требованию единства европейского права правитель­ства (пользуясь отсутствием у ЕС возможностей иного принуждения) не всегда торопятся с инкорпорацией директив и других актов Сообщества во внутренние законопорядки.
Не прекращаются в целом коллизии между ев­ропейскими и внутригосударственными нормами.
Прямое действие европейского права, его норм означает, что они подлежат применению нацио­нальными властями и судами государств-членов не­посредственно независимо от наличия актов импле­ментации, то есть специальных актов, посредством которых эти нормы обращаются к исполнению. Дру­гая задача ЕС - формирование единого внутреннего рынка, казалось, была выполнена еще до введения единой валюты евро. Однако это в теории, на прак­тике между странами ЕС все еще остаются барьеры для перемещения факторов производства.
Следовательно, говоря о формировании евро­пейского правопорядка, необходимо иметь в виду становление и развитие именно этих базисных ме­ханизмов. Претерпели ли они качественные измене­ния с момента своего провозглашения Парижским и Римским учредительными договорами? Как эволю­ционировал общий правопорядок? Чем стало право­вое Сообщество сегодня и выдержало ли оно испыта­ние практикой и временем?
Масштабное расширение ЕС делает его более трудноуправляемым. Системный кризис, ставший политической реальностью после провала Конститу­ционного договора на референдумах во Франции и Нидерландах, стал в первую очередь кризисом меха­низма согласования и защиты интересов суверенных стран-членов. Согласование национальных интересов в ЕС стало гораздо более сложным. Наглядной иллю­страцией этого служит вето, наложенное в декабре 2006 г. Польшей на резолюцию Совета ЕС о предостав­лении Еврокомиссии полномочий для переговоров о новом соглашении Евросоюз-Россия. Сам факт обра­щения страны-члена к такому радикальному средству демонстрирует масштабы падения эффективности су­ществующего в ЕС механизма согласования интересов. Это существенно усилило уровень дифференциации внутри ЕС и породило ряд экономических проблем.
Отдел перспективного планирования Европей­ской Комиссии разработал 5 сценариев развития Ев­ропы. Один из них, под названием «турбулентное со­седство», особо касается нашей страны. Он описывает Европу, оказавшуюся заложницей развития событий на востоке и юге от европейского континента, что приведет к созданию Европейского Совета Безопас­ности. Этот сценарий предполагает усиливающуюся деградацию политического и экономического раз­вития соседних регионов. При таком положении дел международная политическая напряженность обостряется в связи с отсутствием сверхдержав, спо­собных сдерживать локальные конфликты. Особую опасность приобретает терроризм. Тогда Россия и ЕС становятся двумя опорами системы безопасно­сти и успешного развития интеграционных процес­сов, но при условии, что Россия будет развиваться по пути реформ.
Между тем, перспективен уже сам факт того, что Россия и ЕС не рассматривают друг друга как против­ников на международной арене. Показательным яв­ляется стремление сторон выявить позитив в любой, даже самой конфликтной ситуации. Вместе с тем, у России и ЕС отсутствует совместное понимание тер­мина «стратегическое партнерство», который при­меняется сейчас для официального определения ха­рактера отношений. На практике такое партнерство подчас подменяется со стороны ЕС самой жесткой и мелочной конкуренцией по конкретным экономиче­ским, в том числе и инвестиционным, вопросам.
Европейский Союз действует по отношению к России все более наступательно. В первую очередь это касается ситуации на «постсоветском пространстве»
и конкурентной борьбы за рынки и экономические артерии будущего. В определенном смысле Евросо­юз, сохраняя заявленную цель «европеизации» Рос­сии, выступает жестким соперником и конкурентом РФ в экономической области. Россия и ее политика сталкиваются на европейском направлении с доста­точно сложным вызовом. Суть его - в необходимости найти баланс между реальными запросами модер­низации российской экономики и во многом обще­ства и, с другой стороны, неспособностью Евросоюза предложить России даже ограниченные формы и механизмы совместной выработки решений в рамках интеграционного процесса.
Россия не ставила и не ставит перед собой задачи вступления в ЕС. Реализуя свой европейский выбор, она не забывает о том, что как мировая держава, рас­положенная на двух континентах, наша страна обя­зана сохранять должную свободу в определении и проведении своей внутренней и внешней политики, свой статус и преимущества евразийского государ­ства. Партнерство Россия-ЕС, хотя и имеет для стра­ны одно из приоритетных значений, не может про­тивопоставляться отношениям с другими странами и регионами. В свете вышеизложенного непосвящен­ному понятнее становится факт того, почему власти стран ЕС, равно как и европейский бизнес, нередко без энтузиазма относятся к притоку российских ин­вестиций. В ЕС сейчас существует больше опасений в отношении инвестиционного сотрудничества, чем энтузиазма. Прежде всего, это касается вопроса о це­нах на электроэнергию, который все время возника­ет в связи с вступлением России в ВТО. Этот вопрос может быть решен каким-то более либеральным об­разом в рамках ее вступления в ВТО, но в рамках соз­дания единого общеевропейского экономического пространства он может возникнуть опять. Европей­ские компании боятся конкуренции с российскими компаниями в сфере инвестиций и пытаются себя та­ким образом защитить. Складывается впечатление, что ЕС не готов снизить свои барьеры для торговли
с Россией. Европейская политика, требующая вы­равнивания цен на электроэнергию, способствует сохранению ресурсной ориентации экономики Рос­сии. Россия с экономической точки зрения была и остается интересной Евросоюзу как поставщик энер­горесурсов и потенциальный рынок для европейских товаров.
Но, тем не менее, есть положительный фактор, который состоит в том, что ЕС заинтересован в ста­бильной России, а не в России, где происходят какие-то конфликты, войны. И этот политический фактор пока единственный, который движет Европой, при отсутствии ее прямых интересов к улучшению эко­номических, в том числе непосредственно инвести­ционных отношений с Россией.
Итак, у России и ЕС есть совпадающие долгосроч­ные интересы: обеспечение политической стабиль­ности в «большой Европе» и повышение конкуренто­способности национальных экономик на глобальном рынке. Этому прежде всего должно способствовать взаимовыгодное инвестиционное сотрудничество.
Инвестиционное сотрудничество России и ЕС раз­вивается на трех уровнях: 1) между Россией и Союзом (в пределах его компетенции); 2) между Россией и го­сударствами - членами ЕС; 3) на уровне прямых связей между экономическими операторами, юридически­ми и физическими лицами, действующими в сфере инвестиционных правоотношений. Поэтому следует рассматривать данную тему в трех плоскостях.
2. Международно-правовые аспекты инвести­ционного сотрудничества РФ и ЕС
Сфера регулирования правоотношений на уров­не ЕС, в том числе и в области свободного движения капиталов, несмотря на имеющиеся возражения со стороны отдельных государств, последовательно рас­ширяется. С принятием Единого Европейского Акта (1986 г.) коммунитарные правовые компетенции расширились за счет таких, прежде исключительно внутренних, сфер, как охрана окружающей среды, культура и образование, охрана здоровья, социаль­ная, исследовательская и технологическая политика. Кроме этого, высшее место в иерархии права ЕС за­нимают межгосударственные соглашения о созда­нии и расширении ЕС. Это, прежде всего: Римский договор (1957 г.) о создании Общего рынка, или ЕЭС, подписанный Италией, Францией, ФРГ и странами Бенилюкса и вступивший в силу с 1958 г.; Маастрихт­ские соглашения (1991-1992 гг.); Амстердамский до­говор (1997 г.) и вот теперь Лиссабонский договор, на­чинающий действовать с 1 декабря 2009 г.
Конкретной правовой основой отношений меж­ду ЕС и Россией в сфере иностранных инвестиций стало Соглашение о партнерстве и сотрудничестве4 (Agreement on Partnership and Cooperation), которое было подписано 24 июня 1994 г. на острове Корфу. Соглашение о партнерстве и сотрудничестве (СПС) вступило в силу 1 декабря 1997 г. первоначально сро­ком на 10 лет, с ежегодным автоматическим продле­нием с 2007 года, если ни одна из сторон не решит выйти из соглашения.
В основе экономического сотрудничества России и ЕС до сих пор лежит данное Соглашение. Уже сам факт того, что активное взаимодействие России и ЕС на основе СПС началось только с мая 2000 г., когда резко активизировались механизмы сотрудничества и реализации СПС, красноречиво говорит о зало­женных в самом документе противоречиях.
В принципе Соглашение создало основу для дол­говременного и стабильного сотрудничества России и ЕС. По некоторым оценкам СПС стало настоящим прорывом в отношениях между РФ и ЕС.5
Оно установило основные общие цели, органи­зационную структуру двусторонних отношений и предусмотрело мероприятия и диалог по ряду об­ластей. Соглашение о партнерстве и сотрудничестве основано на следующих принципах и целях: содей­ствие миру во всем мире и безопасности; поддерж­ка демократических норм, а также политических и экономических свобод. Оно основано на идее вза­имного партнерства и нацелено на укрепление по­литических, торговых, экономических и культурных
связей.
В СПС затронуты три важнейших сферы взаимо­отношений - политическая, торгово-экономическая (к ней относится подавляющая часть разделов и статей) и культурная. Положения СПС затрагивают широкий спектр областей, в том числе политиче­ский диалог; торговлю товарами и услугами; бизнес и инвестиции; сотрудничество в финансовой и зако­нодательной сфере и в других сферах. Кстати, СПС является институциональной основой для проведе­ния регулярных консультаций между Европейским Союзом и Российской Федерацией. Исключением не является и инвестиционное сотрудничество.
Таким образом, СПС установило отношения пар­тнерства между Россией, с одной стороны, и Сообще­ством и его государствами-членами, с другой. Крите­рии партнерства зафиксированы в Преамбуле и ст. 1 и 2: «укрепление политических и экономических сво­бод, которые составляют саму основу партнерства»; «уважение демократических принципов и прав че­ловека, определенных, в частности, в Хельсинском Заключительном акте и в Парижской хартии для новой Европы», которое «лежит в основе внутренней и внешней политики Сторон и составляет существен­ный элемент партнерства»; содействие «междуна­родному миру и безопасности, а также мирному уре­гулированию споров» и сотрудничество в этих целях в рамках ООН, СБСЕ и других форумов.
СПС установило взаимосвязь между «всесторон­ним осуществлением партнерства» и «продолжением и завершением Россией политических и экономичес-ких реформ». СПС - первый двусторонний между-
народно-правовой акт, в котором западные страны признали Россию как страну с «переходной экономи­кой» и взяли на себя обязательство содействовать «по­степенной интеграции между Россией и более широ­кой зоной сотрудничества в Европе».
При этом стороны предоставляют друг другу режим наибольшего благоприятствования в отноше­нии тарифов. Причем ЕС отменяет количественные ограничения на импорт из России, кроме товаров, торговля которыми регулируется отдельными со­глашениями. Россия же имеет право вводить коли­чественные ограничения на импорт из стран ЕС в от­дельных секторах, если в них происходит структурная перестройка, или возникают серьезные социальные проблемы, или зарождаются новые производства, или российский производителям угрожает утрата позиций на внутреннем рынке (ст. 15, прил. 2 и 9).
Важно то, что СПС регулирует основные аспекты трансграничной предпринимательской деятельно­сти: учреждение и деятельность компаний стран ЕС в России и российских компаний в ЕС, инвестиции, платежи и движение капитала, взаимное предостав­ление финансовых услуг и т. д. Предполагается либе­рализация условий предпринимательской деятель­ности на территории сторон.
В данном случае важно то, что СПС включает в себя широкую программу экономического сотруд­ничества, охватывающую 30 различных областей, где второе место занимают инвестиции. Обратим особое внимание на то, что из десяти разделов экономиче­ским отношениям посвящено семь с половиной.
Данное соглашение обеспечивает РНБ в сфере торговли и содержит ряд статей, по сути дословно повторяющих существовавшие на тот момент нормы ГАТТ/ВТО. Кроме того, в СПС намечено около 20 сфер
секторального сотрудничества. Однако, будучи во многом рамочным соглашением, СПС использует формулировки «мягкого права», реализация которых в значительной мере зависит от доброй воли сторон.
Хотя СПС был подписан еще в 1994 г., реальная перспектива сотрудничества в целях интеграции Рос­сии и ЕС возникла только в начале 2000-х гг. в рамках Концепции четырех общих пространств между Рос­сией и ЕС, которая по замыслу инициаторов должна была придать новый импульс данным отношениям.
Впервые в мае 2001 года была высказана идея создания российско-европейского пространства как некого нового соглашения или некого нового спосо­ба организации взаимоотношений между Россией и Европейским Союзом. Речь шла о формировании Общеевропейского экономического пространства (ОЭП) с участием России. Но в содержательном плане многое так и осталось неясным. Появились непростые вопросы: в чем именно должно состоять российско-европейское пространство, как оно должно работать, как оно должно развиваться в России и ЕС?
Тогда на саммите ЕС-Россия было решено создать Группу высокого уровня для разработки концепции Общеевропейского экономического пространства. Мандат Группы был согласован на саммите ЕС-Россия в октябре того же 2001 года. Идея состояла в том, что­бы разработать концепцию сближения нормативных баз, что характерно для единого рынка ЕС (с теми пре­имуществами, которые вытекают из общего подхода в сфере экономических интересов), которая будет спо­собствовать развитию торговли и инвестиций между ЕС и Россией. Группа высокого уровня представила свой заключительный доклад по этой инициативе на саммите ЕС-Россия в ноябре 2003 года в Риме.
В рамках данной концепции 10 мая 2005 г. на саммите в Москве были подписаны четыре «дорож­ные карты».
Наибольший интерес для нас представляет Об­щеевропейское экономическое пространство (ОЭП). Цель ОЭП весьма заманчивая - «создание открытого
и интегрированного рынка между Россией и ЕС».
Задача ОЭП заключается в том, чтобы «создать усло­вия, которые будут способствовать расширению воз­можностей экономических операторов, содейство­вать развитию торговли и инвестиций, облегчать создание и работу компаний на основе взаимности, укреплять сотрудничество в сфере энергетики, транс­порта, сельского хозяйства, охраны окружающей среды, укреплять экономическое сотрудничество и процесс реформирования, усиливать конкуренто­способность экономик ЕС и России».
В «дорожной карте» перечисляются сферы, где сотрудничество представляет взаимный интерес, и намечаются возможные механизмы и форматы пар­тнерства. Будучи юридически необязательным доку­ментом, она открывает путь вперед, однако реальный прогресс зависит от политической воли сторон и их способности договориться друг с другом. На основе «дорожной карты» по ОЭП уже учреждены и функ­ционируют 12 отраслевых диалогов, в том числе в сфере инвестиционного сотрудничества. Эти диало­ги зарекомендовали себя как эффективный механизм обмена информацией, способствующий укреплению взаимного доверия.
Итак, с момента заключения СПС в 1994 году и ЕС, и Россия претерпели множество политических, эконо­мических и социальных изменений. Однозначно, что договорно-правовая база отношений Россия-ЕС уста­рела, да и с самого начала была не вполне адекватной. Соглашение выполняется сторонами в минимальном объеме, а большинство его ключевых элементов поте­ряют свою актуальность после вступления России во Всемирную Торговую Организацию (ВТО).
Несоответствие СПС современному состоянию отношений между Россией и ЕС потребовало раз­работки нового базового договора между Россией и ЕС. Россия инициировала консультации по этому вопросу в 2005 г. и спустя некоторое время полу­чила принципиальное согласие со стороны ЕС. Ра­бота над документом, рабочее название которого -
Договор о стратегическом партнерстве (ДСП), более года откладывалась из-за польского вето; о начале пе­реговоров было объявлено лишь на саммите Россия-ЕС в Ханты-Мансийске в июне 2008 г.
Процесс переговоров, безусловно, непрост. Во-первых, имеющиеся у России и ЕС концепции буду­щего соглашения и видение его основных тематиче­ских блоков существенно различаются. Во-вторых, учитывая большой разброс мнений в ЕС относи­тельно России, 27 странам - членам ЕС будет весьма сложно гармонизировать свои позиции. Наконец, следует отметить, что ЕС не имеет опыта разработки масштабных соглашений с сильным, независимым и претендующим на равные отношения партнером (подобных соглашений ЕС не имеет, например, ни с США, ни с Японией, ни с Китаем).
Говоря о правовой базе отношений, следует кон­статировать, что политико-правовые системы Рос­сии и ЕС сейчас в принципе не совсем совместимы. Российские реформы изначально проходили под
сильным влиянием так называемой англосаксонской модели и не ориентировались на континентальные стандарты Евросоюза. Несмотря на то, что влияние европейских образцов постепенно усиливается, эта тенденция не является превалирующей в развитии российского законодательства, в том числе из-за не­ясных перспектив отношений с Евросоюзом. Как Рос­сия не определилась с «европейским выбором», так и ЕС не определился с долгосрочной политикой в от­ношении России.
Но, тем не менее, работа по выработке новых механизмов сотрудничества, определяемых в на­стоящий момент как проект «четырех общих про­странств» России и ЕС, продолжается.
Вместе с тем Концепция «четырех общих про­странств» не может рассматриваться в качестве адек­ватной замены Соглашения Россия-ЕС от 1994 года. Велика угроза того, что именно «пространства», а не новый Договор, станут подобной базой отношений. С правовой точки зрения концепция «четырех общих пространств» полностью лежит вне юридического понятийного аппарата. С точки зрения политиче­ских отношений содержание «дорожных карт» Рос­сии и ЕС не приносит ей серьезных дополнительных дивидендов.
Каковы же политико-правовые перспективы экономического сотрудничества России и ЕС в обо­зримом будущем?
Насколько перспективным окажется и что будет из себя представлять Общеевропейское экономиче­ское пространство (ОЭП)?
Стоит ли заключать Генеральное соглашение между ЕС и Россией о содействии и защите взаимных инвестиций? Какое место оно может занять в пред­полагаемом Договоре о стратегическом партнерстве между Россией и ЕС взамен СПС?
Об этом поговорим в следующем номере.

вверх


Следующие материалы:

Предыдущие материалы:

 

Blischenko 2017


Узнать больше?

Ваш email:
email рассылки Конфиденциальность гарантирована
email рассылки

ПОЗДРАВЛЕНИЯ!!!




КРУГЛЫЙ СТОЛ

по проблемам глобальной и региональной безопасности и общественного мнения в рамках международной конференции в Дипломатической академии МИД России

МЕЖДУНАРОДНОЕ ПРАВО

Право международной безопасности



Инсур Фархутдинов: Цикл статей об обеспечении мира и безопасности

№ 4 (104) 2016
Московский журнал международного права
Превентивная самооборона в международном праве: применение и злоупотребление (С.97-25)

№ 2 (105) 2017
Иранская доктрина о превентивной самообороне и международное право (окончание)

№ 1 (104) 2017
Иранская доктрина о превентивной самообороне и международное право

№ 11 (102) 2016
Стратегия Могерини и военная доктрина
Трампа: предстоящие вызовы России


№ 8 (99) 2016
Израильская доктрина o превентивной самообороне и международное право


7 (98) 2016
Международное право о применении государством военной силы против негосударственных участников

№ 2 (93) 2016
Международное право и доктрина США о превентивной самообороне

№ 1 (92) 2016 Международное право о самообороне государств

№ 11 (90) 2015 Международное право о принципе неприменения силы
или угрозы силой:теория и практика


№ 10 (89) 2015 Обеспечение мира и безопасности в Евразии
(Международно правовая оценка событий в Сирии)

Индексирование журнала

Баннер

Актуальная информация

Баннер
Баннер
Баннер

Дорога мира Вьетнама и России

Ирина Анатольевна Умнова (Конюхова) Зав. отделом конституционно-правовых исследований Российского государственного университета правосудия


Вступительное слово
Образ жизни Вьетнама
Лицом к народу
Красота по-вьетнамски
Справедливость и патриотизм Вьетнама
Дорогой мира вместе


ФОТО ОТЧЕТ
Copyright © 2007-2017 «Евразийский юридический журнал». Перепечатывание и публичное использование материалов возможно только с разрешения редакции
Яндекс.Метрика