Содержание журналов

Баннер
PERSONA GRATA

Группа ВКонтакте

Баннер
Баннер
Баннер
Баннер


Свобода совести: эволюция института
Научные статьи
09.10.14 10:19

вернуться

Свобода совести: эволюция института

 
alt 
ТЕОРИЯ И ИСТОРИЯ ГОСУДАРСТВА И ПРАВА
Романовская Л. Р.
Статья посвящена отдельным аспектам понимания принципов свободы совести и свободы вероисповедания и их роли в общественно-политическом развитии Запада и России. Упоминается евразийская концепция государства. Рассматривается значение религиозного элемента в политике. Критически оцениваются современные либеральные западные ценности.

Одним из стандартов современной западной демократии с конца XVIII в. является принцип свободы вероисповедания, который постепенно трансформировался в принцип свобо­ды совести. Данные принципы лежат в основе либеральной идеологии и являются «продуктом» соответственно Нового и Новейшего времени.

Новое время, его философия и политика основываются на отрицании сакрального начала во всех его проявлениях. Антисакральный и частично «антирелигиозный» характер философии Нового времени позволял ей «переформатиро­вать» сознание людей, что, в общем-то, на наш взгляд, и было одной из целей «просвещения». Эпоха Просвещения — это эпоха постепенного отдаления государства, общества, личности от религии и от Бога.

Так как Новое время не столько хронологическое, сколько типологическое понятие, то мы можем смело утверждать, что для России Новое время наступило позже — до начала XX в. российское общество полностью отвечало признакам клас­сической модели традиционных обществ. Впрочем, на наш взгляд, оно и по сей день остается таковым, даже несмотря на изменения, которые в нем произошли за последние 100 лет в результате революций и «перестроек». Именно поэтому Россия, как носитель традиционных ценностей, является столь «неприятной» для Запада.

Вернемся же к тому критическому рубежу, на котором оказалась Россия в конце XIX — начале XX в. В этот период в общественном политическом сознании столкнулись две не­примиримые парадигмы — «старая», сакральная, традицион­ная, и «новая», светская.

Проблема религиозной свободы оживленно обсуждалась в российском обществе, на страницах печати (светской и ре­лигиозной) появлялось множество статей, разворачивались широкие дискуссии, в которые вступали такие известные личности, как В. В. Розанов, Л. А. Тихомиров, К. К. Арсеньев, М. А. Рейснер, В. С. Соловьев и другие. Для одних признание свободы совести и отделение церкви от государства казалось невозможным, а для других — необходимым.

Либералы понимали религиозную свободу как «равноправ­ность» исповеданий, консерваторы (традиционалисты) — как «веротерпимость» православного государства к другим испо­веданиям. Крайней позиции придерживались марксисты. «Со­циал-демократия строит свое миросозерцание на научном со­циализме, т.е. марксизме, — писал В. И. Ленин в 1909 г. в статье „Об отношении рабочей партии к религии". — Философской основой марксизма... является диалектический материализм, вполне воспринявший исторические традиции материализ­ма. материализма безусловно атеистического, решительно враждебного всякой религии». Так называемый «научный социализм» основывался на том, что «религия есть опиум для народа». Определяя свою позицию по поводу принципа свобо­ды совести и религии как таковой, К. Маркс в работе «Критика Готской программы» в 1875 г. писал следующее: «Буржуазная „свобода совести" не представляет собой ничего большего, как терпимость ко всем возможным видам религиозной свободы совести, а она, рабочая партия, наоборот, стремится освобо­дить совесть от религиозного дурмана». То есть религиозная свобода понималась не просто как терпимое отношение к дру­гим религиям и свобода выбора религии, а именно как свобода от религии, от Бога. Таким образом, религиозная свобода в по­нимании материалистов означала свободу быть атеистом. Под­тверждением этого является и сама последующая реализация принципа свободы совести в советском государстве, особенно в первые годы советской власти.

Противоположных взглядов на роль православия и церкви в судьбе российского общества и государства придерживался представитель консервативного крыла, крупный государствен­ный деятель, ученый-правовед, публицист, обер-прокурор Свя­тейшего Синода в 1880-1905 гг. К. П. Победоносцев, который в конце XIX в. писал: «Государство не может быть представи­телем одних материальных интересов общества; в таком случае оно само себя лишило бы духовной силы и отрешилось бы от духовного единения с народом. Государство тем сильнее и тем более имеет значение, чем явственнее в нем обозначается представительство духовное». К. П. Победоносцев был реши­тельным противником провозглашения принципа свободы совести и признания равенства вероисповеданий. Он утверж­дал: «Заблуждением было бы предположить, что в уравнении церквей и верований перед государством состоит и от уравне­ния зависит самая свобода верования. Вся история последнего времени доказывает, что и здесь свобода и равенство не одно и то же, и что свобода совсем не зависит от равенства».

Не соглашался с ним писатель и публицист И. С. Аксаков. Обосновывая необходимость отделения церкви от государства, он утверждал: «Государство есть царство от мира сего, поэтому его назначение состоит не в спасении душ, а в благоустройстве граждан, в обеспечении внешних условий жизни. Его задача не истина, но польза или благо. Оно должно требовать от под­данного не веры и убеждения, а повиновения».

И за каждым стояла своя правда и искренняя убежденность в своей правоте.

Трагичность ситуации заключалась в том, что обществу тра­диционного типа навязывались идеи и модели, неприемлемые для него. Это привело к слому политической, социальной, ми­ровоззренческой систем и огромным человеческим жертвам. Впрочем, советская власть, осознавая традиционный харак­тер общества, использовала средства правления, характерные именно для такого типа общества, — жесткую централизацию власти, вождизм, коллективизм. Лишь религиозный элемент был заменен идеологическим, но со всеми признаками и эле­ментами сакральности (инициации, символы, собрания, уче­ние, культовые сооружения — мавзолей, памятники и др.). Как писал Н. А. Бердяев, «коммунизм, не как социальная система, а как религия, фанатически враждебен всякой религии и бо­лее всего христианской. Он сам хочет быть религией, идущей на смену христианству, он претендует ответить на религиоз­ные запросы человеческой души, дать смысл жизни». При всей антирелигиозной политике сам коммунизм в Советском Союзе был по своему характеру религиозен. Благодаря этой подмене атеистическая политическая власть смогла управлять обществом в течение 70 лет. Советское государство воздейство­вало на глубинные мировоззренческие основания личности и общества, предлагая вместо религиозных идеалов идеалы коммунистические.

Современное российское общество на рубеже ХХ-ХХ1 вв., после распада коммунистического государства и низвержения его идеологии, столкнулось с проблемой глубокого идеологи­ческого, духовного, мировоззренческого кризиса. Он проявил­ся, в частности, в утрате четких мировоззренческих ориентиров, росте социальной, в том числе межэтнической напряженности, увеличении нетерпимости в обществе, девальвации тради­ционных ценностей и институтов. Исторически присущий российскому обществу правовой нигилизм дополнился мо­рально-нравственным нигилизмом.

Кроме того, России навязываются чуждые ей либерально­демократические идеалы и ценности. За триста лет под воздей­ствием идей Нового времени в Европе и США сформировалось «новое» общество — общество потребления, в котором кон­цепция прав и свобод человека стала превалировать и порой нивелировать такие традиционные морально-нравственные понятия, как честность, добропорядочность, добродетель, со­весть, вера. Свобода совести в итоге оказалась свободой от со­вести, от Бога.

Новое время предложило кардинально иное понимание человека: не как части чего-то целого (общины, общества, госу­дарства, Абсолюта), а как «индивидуума» (от лат. individuum — неделимое), т.е. единичного сущего, отдельно существующего живого организма. Анализируя либеральную концепцию прав и свобод человека, М. В. Городецкий верно отмечает, что «само значение и ценность личной свободы представляются как независимость, т. е. отделенность и ограниченность от общества. Смысл личной свободы подразумевает, что у индивидуума есть свойство, отдельное от родового и порождающее некое благо, отличное от общего и постулируемое как приоритетное».

Эта «отделенность», в частности, диктовалась необходимо­стью освобождения человека, его сознания от власти религии и церкви (а значит укрепления над ним светской по характеру власти государства). Секуляризации подверглись искусство, наука, образование, политика.

К слову, в настоящее время даже те немногие европейские страны, прежде всего монархии, в которых до недавнего време­ни еще оставался статус государственной церкви, отказываются от этой модели государственно-конфессиональных отношений и провозглашают полное отделение церкви от государства (например, Швеция — с 2000 г., Норвегия — с 2012 г.). Провоз­глашается (например, новым членам Евросоюза) постулат, что «политический религиозный нейтралитет является единствен­но возможным инструментом обеспечения равного уважения человеческого достоинства каждого гражданина как верующе­го, так и неверующего». Однако, на наш взгляд, непонятно, как быть с уважением чувств верующих, когда им запрещают, например, в государственных учебных заведениях носить знаки религиозной принадлежности, как, скажем, еврейские кипы и мусульманские хиджабы (примером такого законодательного запрета может служить известный французский Закон № 2004­228 от 15 марта 2004 г.). Кроме того, союз церкви и государства для определенных стран является исторически обусловленным, основополагающим, государствообразующим, и разрыв этого союза может быть для них гибельным, вести к потери их иден­тичности (например, Греция, Сербия).

Новое понимание человека породило на Западе эпоху ин­дивидуализма (а можно сказать и эгоизма) с присущим ей приоритетом материальных ценностей над духовными. В та­ком ракурсе совершенно понятной (но не оправдываемой) ста­новится агрессивная политика США, имеющая целью полное и безраздельное политическое (а также экономическое и идео­логическое) мировое господство. Эгоизм подразумевает, что все остальные — не друзья, не партнеры, а лишь средство дости­жения своих целей и получения политических дивидендов.

В этих условиях все более актуальной становится проблема поиска духовной основы, которая могла бы послужить консо­лидирующим фактором и обеспечить прогрессивное развитие российского общества и государства, сохранить его самобыт­ность и реальный суверенитет. Речь идет о поиске тех самых «утраченных духовных скреп».

Такая же проблема стояла перед русскими мыслителя­ми, оказавшимися в эмиграции после революции 1917 г. и ис­кавшими план спасения России в евразийской концепции. Евразийство — одно из наиболее известных эмигрантских по­литических объединений, возникших в 20-е годы и состоявшее из известных русских мыслителей, работавших над програм­мой государственно-правовых преобразований, которая долж­на была стать идеологической альтернативой и коммунистиче­скому, и либерально-демократическому режимам. Кроме того, она содержала план конкретных мероприятий, направленных на трансформацию политического и социально-экономическо­го строя СССР в случае падения большевистской диктатуры. Учёные, вошедшие в состав евразийского объединения, стре­мились создать концепцию, с помощью которой удалось бы объяснить не только прошлое России, но и предугадать её будущее, учитывая при этом факторы многонациональности и поликультурности.

Полиэтничность российского общества предопределила его многоконфессиональность, поэтому Российскому государ­ству необходимо теснейшее взаимодействие и сотрудничество, «соработничество» со всеми основными религиозными орга­низациями в деле духовного оздоровления нации. Хотя Рос­сия и является светским государством, существует много сфер сотрудничества государства и церкви (здесь мы имеем в виду не только Русскую православную церковь, но и иные крупные религиозные организации, традиционно занимающее важное место в конфессиональном пространстве России) — духовное, культурное, нравственное и патриотическое образование и вос­питание, благотворительность, урегулирование конфликтов, противодействие терроризму, профилактика иных правона­рушений, поддержка семьи, материнства и детства и др.




Следующие материалы:

Предыдущие материалы:

 

от Монро до Трампа


Blischenko 2017


Узнать больше?

Ваш email:
email рассылки Конфиденциальность гарантирована
email рассылки

ПОЗДРАВЛЕНИЯ!!!




КРУГЛЫЙ СТОЛ

по проблемам глобальной и региональной безопасности и общественного мнения в рамках международной конференции в Дипломатической академии МИД России

МЕЖДУНАРОДНОЕ ПРАВО

Право международной безопасности



Инсур Фархутдинов: Цикл статей об обеспечении мира и безопасности

№ 4 (104) 2016
Московский журнал международного права
Превентивная самооборона в международном праве: применение и злоупотребление (С.97-25)

№ 2 (105) 2017
Иранская доктрина о превентивной самообороне и международное право (окончание)

№ 1 (104) 2017
Иранская доктрина о превентивной самообороне и международное право

№ 11 (102) 2016
Стратегия Могерини и военная доктрина
Трампа: предстоящие вызовы России


№ 8 (99) 2016
Израильская доктрина o превентивной самообороне и международное право


7 (98) 2016
Международное право о применении государством военной силы против негосударственных участников

№ 2 (93) 2016
Международное право и доктрина США о превентивной самообороне

№ 1 (92) 2016 Международное право о самообороне государств

№ 11 (90) 2015 Международное право о принципе неприменения силы
или угрозы силой:теория и практика


№ 10 (89) 2015 Обеспечение мира и безопасности в Евразии
(Международно правовая оценка событий в Сирии)

Индексирование журнала

Баннер

Актуальная информация

Баннер
Баннер
Баннер

Дорога мира Вьетнама и России

Ирина Анатольевна Умнова (Конюхова) Зав. отделом конституционно-правовых исследований Российского государственного университета правосудия


Вступительное слово
Образ жизни Вьетнама
Лицом к народу
Красота по-вьетнамски
Справедливость и патриотизм Вьетнама
Дорогой мира вместе


ФОТО ОТЧЕТ
Copyright © 2007-2017 «Евразийский юридический журнал». Перепечатывание и публичное использование материалов возможно только с разрешения редакции
Яндекс.Метрика