Содержание журналов

Баннер
PERSONA GRATA

Content of journals

Баннер
Баннер
Баннер
Баннер


К вопросу о праве международной безопасности: проблемы определения понятия, предмета и содержания - Совет Безопасности ООН
Научные статьи
05.11.14 10:16
Оглавление
К вопросу о праве международной безопасности: проблемы определения понятия, предмета и содержания
Право международной безопасности
Совет Безопасности ООН
Все страницы









Покупал как основной источник электричества в доме для работы с бесперебойником и аккумуляторами. Отработал у меня первые 20 моточасов за 2 недели. Пока доволен. Нравится то, что меняет обороты в зависимости от нагрузки, а не молотит на постоянных оборотах сжигая топливо и деньги. Реальный расход солярки около литра за час работы. Заслуженно завоевавшие признание и доверие потребителей, генераторы kipor себя оправдывают.


Одно из первых упоминаний о безопасности именно в кон­тексте механизма коллективного обеспечения международной безопасности присутствует в Статуте Лиги Наций; в его преам­буле есть ставшая потом общеупотребимой формулировка — гарантии «мира и безопасности». Далее по тексту выясняется, что понятие «мир» используется, в основном, в контексте «все­общий мир» или «сохранение мира». Понятие «безопасность» отдельно упоминается только в ст. 8 как национальная безопас­ность государств в рамках вопроса разоружения.

Конвенции об определении агрессии 1933 г. в преамбулах упоминают и об «интересах всеобщей безопасности», и о праве «на независимость и безопасность, на защиту их территорий.», то есть признают элементы и международной, и национальной безопасности.

В Уставе ООН — иное восприятие безопасности. В его тексте «безопасность» упоминается всего в 2 значениях: «мир и безопасность» (угроза миру и безопасности или их поддер­жание) и в наименовании органа — «Совет Безопасности», ко­торый по смыслу системного толкования Устава и его основной функции36 можно назвать как «Совет мира и безопасности».

Термин «безопасность», помимо использования в назва­нии Совета Безопасности, нигде в Уставе отдельно от понятия «мир» не употребляется. В Уставе отдельно встречается лишь термин «мир» (как «всеобщий мир» — например, преамбула, ч. 2 ст. 1), а термин «безопасность» призван играть лишь роль атрибута этого всеобщего мира. В этом — одно из главных концептуальных отличий от системы безопасности Лиги На­ций, ибо в рамках правопорядка Лиги «мир» — это совокуп­ность интересов национальных безопасностей всех ее членов при наличии «некоторых обязательств не прибегать к войне». А в рамках ООН всеобщий мир — это условие безопасности всех и каждого.

Устав называет в качестве основания применения Советом Безопасности мер в рамках главы VI Устава усмотрение Совета относительно того, представляет ли /может ли представлять рассматриваемая ситуация или спор угрозу миру и безопас­ности (ч. 2 ст. 33, ст. 34).

Реализуя свои полномочия в рамках главы VII, Совет Без­опасности «определяет существование любой угрозы миру, любого нарушения мира или акта агрессии».

Таким образом, Устав вводит усмотрение Совета как кри­терий наличия угрозы миру и безопасности или возможности такой угрозы. То есть именно в своей текущей практике Совет определяет наличие или отсутствие формальных оснований применения ст. 24 и глав VI и VII Устава, а значит, и очертания вышеуказанного негативного определения двуединого понятия «мир и безопасность».

Анализ практики Совета Безопасности ООН свидетельству­ет о том, что основной ее массив занимали вопросы военной безопасности, причем в значении принципа недопустимости угрозы силой и ее применения.

1. При вооруженных столкновениях, не имевших характера угрозы миру, Совет выносил резолюции без ссылки на статьи Устава, призывая или обязывая стороны прекратить столкно­вения или вывести войска с занятой территории.

2. Совет расследовал в соответствии со статьями 34 и 36 Устава споры и ситуации, развитие которых, по его мнению, могло угрожать международному миру и безопасности.

3. В ряде случаев Совет квалифицировал наличие «угрозы миру», «акт агрессии» или «нарушения мира».

Кроме того, в качестве угрозы миру и безопасности было квалифицировано и провозглашение расистским меньшин­ством независимости Южной Родезии.

Другим случаем, формально не связанным с нарушени­ем принципа запрещения применения силы, была ситуация с геноцидом в Руанде. Совет Безопасности в резолюции 1994 г. выразил глубокую обеспокоенность по поводу продолжения систематических и массовых убийств населения в Руанде и ука­зал в п. 3, что он, действуя на основании главы VII Устава ООН, уполномочивает государства-члены провести операцию с ис­пользованием всех необходимых средств для достижения гу­манитарных целей.

Также Совет, несмотря на наличие вооруженного конфлик­та на территории Ливии и действуя на основании главы VII Устава, резолюцией S/RES/1973 (2011) ввёл бесполетную зону, ставя перед государствами-членами исключительно задачу по защите гражданского населения от нападений, но не за­дачу содействия прекращению огня. Вопрос о применении санкций в соответствии со ст. 41 Устава поднимался Советом Безопасности и в связи с иранской ядерной программой в ча­сти военных аспектов использования этой программы и на­рушения режима нераспространения, и в связи с ядерными испытаниями в КНДР.

Практика ООН свидетельствует, что не только Совет Без­опасности занимается вопросами безопасности, но и Гене­ральная Ассамблея ООН имеет полномочия по рассмотрению общих принципов сотрудничества в деле поддержания между­народного мира и безопасности.

Резолюции Ассамблеи, по общему правилу, носят харак­тер рекомендаций, но свой вклад в уточнение понятия и со­держания международной безопасности они внесли. Между­народный Суд ООН указывал, что резолюции Генеральной Ассамблеи, даже если они не носят обязательного характера, в отдельных случаях могут иметь и нормативное значение.

Ассамблея приняла ряд деклараций по развитию принци­па недопустимости угрозы силой и её применения как основы международной безопасности. Деятельность Ассамблеи в об­ласти определения принципов сотрудничества в деле поддер­жания международного мира проявляется и в рассмотрении вопросов разоружения или ограничения вооружений.

Помимо вопросов разоружения, Ассамблея участвовала как вопреки, так и совместно с Советом Безопасности в форми­ровании института операций по поддержанию мира, прямо не предусмотренного Уставом ООН.

В Декларации об укреплении международной безопас­ности 1970 г. помимо рассмотрения традиционных для права международной безопасности вопросов запрещения приме­нения силы, разоружения и операций по поддержанию мира говорится также о существенной связи экономического раз­рыва стран и вопросов соблюдения прав человека с вопросами международной безопасности.

Генеральная Ассамблея уделяла внимание и проблеме меж­дународного терроризма, о чем свидетельствуют, например, резолюция A/RES/39/159 и Декларация о мерах по ликвида­ции международного терроризма.

Определенного рода расширение претерпело понятие без­опасности в рамках принятой Ассамблей в 2000 г. Декларации Тысячелетия, где помимо вышеуказанных вопросов к разделу безопасности отнесены борьба с международным террориз­мом, проблема наркотиков, транснациональная преступность и отмывание денег. Данная линия была продолжена и в Ито­говом документе Всемирного саммита 2005 г., где раздел «мир и безопасность», помимо положений о поддержании мира, не­применении силы, миростроительстве, также содержит поло­жения и о терроризме как об одной из самых серьезных угроз международному миру и безопасности. В этом же ключе со­ставлена и Глобальная контртеррористическая стратегия ООН, также представляющая собой лишь перечень обязательств государств по предотвращению и недопущению описанных актов.

Современная система международной безопасности на базе Устава ООН задумывалась как относительно централизованная, однако в процессе практической реализации ряда положений Устава (например, появление механизма санкционирования применения силы вместо использования собственных воору­женных сил ООН, миротворческие операции как самой ООН, так и региональных организаций безопасности) была выявлена тенденция к относительной её децентрализации. При этом сложившаяся система сохранила три принципиальных свой­ства, отсутствующих у ее предшественниц, позволяющих ей продолжать эффективно функционировать:

1) опору на универсальный (пусть и относительно фрагмен­тированный на данный момент) правопорядок, основанный на закрепленной в пп. 2 и 6 ст. 2 Устава ООН обязанности всех государств действовать в соответствии с принципами ООН;

2) возможность неразрывного применения принципа не­применения силы и её угрозы с принципом мирного разре­шения споров посредством, в том числе, полномочий Совета Безопасности как самому рассматривать данные споры, так и рекомендовать передавать споры юридического характера в Международный суд ООН;

3) наличие резерва для укрепления системы, основанно­го на возможности Совета Безопасности и Международного суда ООН формировать универсальный правопорядок на базе международного обычного права.

Таким образом, проанализировав основные подходы к по­ниманию международной безопасности в рамках практики Совета Безопасности, Генеральной Ассамблеи и научных изы­сканий, можно выделить три основных подхода к понятию «международная безопасность»: 1) в узком смысле как исклю­чительно военная безопасность; 2) в широком смысле как все­объемлющая система международной безопасности, включа­ющая военные, экономические, гуманитарные, экологические и иные аспекты; 3) в ситуационном смысле, когда в понятие безопасности включаются любые сложные международные проблемы на основе лишь критерия их международной акту­альности и наличия тяжелых последствий, имеющих транс­граничный характер и способных оказать существенный вред всему международному сообществу.

Обобщая изложенное, авторы настоящей статьи полагают, что понятие международной безопасности в её универсальном компоненте как предмета права международной безопасно­сти необходимо выводить исключительно на основе анализа практики ООН. Следует учитывать также и специфику право­вых процедур, применяемых в соответствии с положениями Устава ООН для поддержания международного мира и без­опасности в случае нарушения каким-либо членом между­народного сообщества принципа неприменения силы либо совершения иных действий, квалифицированных в качестве угрозы международному миру. Соответствующие процедуры имеют узкоспециализированный характер и не обладают потенциалом для эффективного урегулирования с их помощью иных ситуаций невоенного характера.

Завершить статью необходимо изложением авторской по­зиции относительно понятия и содержания международной безопасности и права международной безопасности, которые смогли бы вобрать в себя все отмеченные выше моменты.

Представляется, что под международной безопасностью следует понимать такое состояние мирового сообщества, ко­торое характеризуется мирным сосуществованием народов и государств, наличием механизма недопущения решения спорных вопросов и разногласий между субъектами между­народного права с помощью силы или её угрозы, обеспечения политической независимости и территориальной целостности государств, предотвращения и/или прекращения вооруженных конфликтов, гонки вооружений, отсутствием юридических оснований для применения положений ст. 24 и глав VI и VII Устава ООН, то есть отсутствием таких обстоятельств, которые квалифицировались бы Советом Безопасности и Генеральной Ассамблеей ООН в качестве угрозы миру, нарушения мира или акта агрессии.

 







Следующие материалы:

Предыдущие материалы:

 

от Монро до Трампа


Узнать больше?

Ваш email:
email рассылки Конфиденциальность гарантирована
email рассылки

Blischenko 2017


ПОЗДРАВЛЕНИЯ!!!




КРУГЛЫЙ СТОЛ

по проблемам глобальной и региональной безопасности и общественного мнения в рамках международной конференции в Дипломатической академии МИД России

МЕЖДУНАРОДНОЕ ПРАВО

Право международной безопасности



Инсур Фархутдинов: Цикл статей об обеспечении мира и безопасности

№ 4 (104) 2016
Московский журнал международного права
Превентивная самооборона в международном праве: применение и злоупотребление (С.97-25)

№ 2 (105) 2017
Иранская доктрина о превентивной самообороне и международное право (окончание)

№ 1 (104) 2017
Иранская доктрина о превентивной самообороне и международное право

№ 11 (102) 2016
Стратегия Могерини и военная доктрина
Трампа: предстоящие вызовы России


№ 8 (99) 2016
Израильская доктрина o превентивной самообороне и международное право


7 (98) 2016
Международное право о применении государством военной силы против негосударственных участников

№ 2 (93) 2016
Международное право и доктрина США о превентивной самообороне

№ 1 (92) 2016 Международное право о самообороне государств

№ 11 (90) 2015 Международное право о принципе неприменения силы
или угрозы силой:теория и практика


№ 10 (89) 2015 Обеспечение мира и безопасности в Евразии
(Международно правовая оценка событий в Сирии)

Индексирование журнала

Баннер

Актуальная информация

Баннер
Баннер
Баннер

Дорога мира Вьетнама и России

Ирина Анатольевна Умнова (Конюхова) Зав. отделом конституционно-правовых исследований Российского государственного университета правосудия


Вступительное слово
Образ жизни Вьетнама
Лицом к народу
Красота по-вьетнамски
Справедливость и патриотизм Вьетнама
Дорогой мира вместе


ФОТО ОТЧЕТ
Copyright © 2007-2017 «Евразийский юридический журнал». Перепечатывание и публичное использование материалов возможно только с разрешения редакции
Яндекс.Метрика