Содержание журналов

Баннер
PERSONA GRATA

Content of journals

Баннер
Баннер
Баннер
Баннер


Договор о Евразийском Экономическом Союзе:шаг вперед, два шага назад - Евразийская экономическая комиссия (ЕЭК)
Научные статьи
24.11.14 14:48
Оглавление
Договор о Евразийском Экономическом Союзе:шаг вперед, два шага назад
Договор о Евразийском экономическом союзе (ДЕАЭС)
Высший Евразийский экономический совет (ВЕЭС)
Евразийский межправительственный совет (ЕМС)
Евразийская экономическая комиссия (ЕЭК)
Все страницы









Анализ п. 39 Статута Союза показывает, что Суд не облада­ет компетенцией рассматривать дела:

а) по подпункту 1 (по заявлениям государств-членов):

- о соответствии международного договора Союза с тре­тьей стороной или его отдельных положений Договору о Евразийском экономическом союзе (ДЕАЭС);

- о соблюдении государством-членом международного до­говора Союза с третьей стороной;

- о соответствии решений Евразийской экономической ко­миссии (ЕЭК) или их отдельных положений международному договору Союза с третьей стороной;

б) по подпункту 2 (по заявлениям хозяйствующих субъек­тов):

- о соответствии решений ЕЭК международному договору Союза с третьей стороной, если такие решения или их отдель­ные положения повлекли за собой нарушение предоставлен­ных международным договором Союза с третьей стороной прав и законных интересов хозяйствующих субъектов;

- об оспаривании действий (бездействий) ЕЭК, повлекших за собой нарушения прав хозяйствующих субъектов, предо­ставляемых международным договором Союза с третьей сто­роной.

Другими словами, если Союз заключит международный договор с третьей стороной, который будет противоречить ДЕАЭС, ни одно государство-член будет не вправе оспаривать такой международный договор в Суде, возбуждать производ­ство в Суде против другого государства-члена, нарушающе­го свои обязательства по международному договору Союза с третьей стороной, а также оспаривать решения и действия (бездействие) ЕЭК, если они будут противоречить междуна­родному договору Союза с третьей стороной. Кроме того, если ЕЭК примет решение, противоречащее международному до­говору Союза с третьей стороной, ни один заинтересованный хозяйствующий субъект не сможет возбудить соответствующее производство в Суде Союза.

Однако при этом п. 41 Статута Суда дает Суду право само­стоятельно определять свою компетенцию, в том числе и на ос­нове международного договора Союза с третьей стороной: «41. Вопрос о наличии компетенции Суда по разрешению спора разрешается Судом. Суд при определении того, обла­дает ли он компетенцией рассматривать спор, руководствуется

     Договором, международными договорами в рамках Союза и (или) международными договорами Союза с третьей сторо­ной». А далее следует п. 42, который сразу же вступает в явное противоречие с предыдущим п. 41: «42. В компетенцию Суда не входит наделение органов Союза дополнительной компетен­цией помимо той, которая прямо предусмотрена Договором и (или) международными договорами в рамках Союза». Как видим, п. 41 Статута, предоставляющий право Суду опреде­лять свою компетенцию, в том числе и на основании междуна­родных договоров Союза с третьими сторонами, противоречит его же пунктам 39 и 42, которые не дают Суду компетенции рассматривать дела на основании таких международных до­говоров. Даже если международный договор Союза с третьей стороной и предоставит Суду такую компетенцию, то Статут (который является неотъемлемой частью ДЕАЭС и пользуется в соответствии с ДЕАЭС приоритетом по сравнению с между­народным договором Союза с третьей стороной) такой компе­тенции Суду не дает.

В соответствии с п. 46 Статута «Суд по заявлению государ­ства-члена или органа Союза осуществляет разъяснение поло­жений Договора, международных договоров в рамках Союза и решений органов Союза, а также по заявлению сотрудни­ков и должностных лиц органов Союза и Суда положений Договора, международных договоров в рамках Союза и реше­ний органов Союза, связанных с трудовыми правоотношени­ями (далее — разъяснение)». При этом в соответствии с п. 47 «осуществление Судом разъяснения означает предоставление консультативного заключения и не лишает государства-члены права на совместное толкование ими международных дого­воров». Как видим, п. 47 выглядит юридически абсурдным, поскольку не дает Суду Союза исключительного права на офи­циальное толкование международных договоров, заключае­мых в рамках евразийского интеграционного правопорядка, и предоставляет «равные» права на их толкование как Суду, так и совместно государствам-членам. Кроме того, данный пункт не уточняет, какие именно международные договоры впра­ве разъяснять наравне с Судом совместно государства-члены. Из контекста пунктов 46 и 47 Статута Суда следует, что тако­выми могут быть только ДЕАЭС и международные договоры в рамках Союза, а международные договоры Союза с третьей стороной в соответствии с п. 46 Статута не являются предметом толкования Суда. Возникают резонные юридические вопро­сы: зачем нужен Суд Союза как судебный орган, в том числе с компетенцией толковать право Союза, если государства-чле­ны вправе самостоятельно это делать совместно и независимо от Суда? А если толкование Суда и совместное толкование государств-членов одних и тех же норм права Союза будут различаться и противоречить друг другу, то какое из обоих толкований будет пользоваться приоритетом?

Далее п. 48 Статута гласит, что «Суд осуществляет разъяс­нение положений международного договора Союза с третьей стороной, если это предусмотрено таким международным договором». Получается, что если такое разъяснение не пред­усмотрено международным договором Союза с третьей сторо­ной, то Суд не вправе его толковать. Зачем тогда, спрашивается, нужен Суд Союза, если он даже не вправе толковать междуна­родные договоры Союза с третьей стороной?

Положительной новеллой Статута Суда Союза, в отличие от Статута Суда ЕврАзЭС, на наш взгляд, является его п. 50, ко­торый определяет применимое право при осуществлении пра­восудия. «Суд при осуществлении правосудия применяет:

1) общепризнанные принципы и нормы международного права;

2) Договор, международные договоры в рамках Союза и иные международные договоры, участниками которых яв­ляются государства-стороны спора;

3) решения и распоряжения органов Союза;

4) международный обычай как доказательство всеобщей практики, признанной в качестве правовой нормы».

В качестве еще одного юридического несоответствия можно привести п. 51 Статута: «Положения Договора, международ­ных договоров в рамках Союза и международных договоров Союза с третьей стороной, касающиеся разрешения споров, разъяснения и толкования, применяются в части, не противо­речащей настоящему Статуту». Представляется, что Статут как неотъемлемая часть ДЕАЭС не должен противоречить послед­нему, но не наоборот, как это определено п. 51.

Таким образом, анализ ДЕАЭС приводит к заключению о сырости Договора, который, по всей видимости, не прошел до­статочно серьезной правовой экспертизы с точки зрения эффек­тивности управления интеграционными процессами. Главный вывод, который напрашивается по итогам анализа, состоит в том, что государства-члены не готовы к передаче части своих суверенных полномочий в исключительную наднациональную компетенцию в интересах создания более мощного и эффектив­ного Союза. Договор получился аморфным и вялым, а органы, созданные в его обеспечение — недостаточно правоспособными для того, чтобы реализовать его цели и принципы.








Следующие материалы:

Предыдущие материалы:

 

от Монро до Трампа


Узнать больше?

Ваш email:
email рассылки Конфиденциальность гарантирована
email рассылки

Blischenko 2017


ПОЗДРАВЛЕНИЯ!!!




КРУГЛЫЙ СТОЛ

по проблемам глобальной и региональной безопасности и общественного мнения в рамках международной конференции в Дипломатической академии МИД России

МЕЖДУНАРОДНОЕ ПРАВО

Право международной безопасности



Инсур Фархутдинов: Цикл статей об обеспечении мира и безопасности

№ 4 (104) 2016
Московский журнал международного права
Превентивная самооборона в международном праве: применение и злоупотребление (С.97-25)

№ 2 (105) 2017
Иранская доктрина о превентивной самообороне и международное право (окончание)

№ 1 (104) 2017
Иранская доктрина о превентивной самообороне и международное право

№ 11 (102) 2016
Стратегия Могерини и военная доктрина
Трампа: предстоящие вызовы России


№ 8 (99) 2016
Израильская доктрина o превентивной самообороне и международное право


7 (98) 2016
Международное право о применении государством военной силы против негосударственных участников

№ 2 (93) 2016
Международное право и доктрина США о превентивной самообороне

№ 1 (92) 2016 Международное право о самообороне государств

№ 11 (90) 2015 Международное право о принципе неприменения силы
или угрозы силой:теория и практика


№ 10 (89) 2015 Обеспечение мира и безопасности в Евразии
(Международно правовая оценка событий в Сирии)

Индексирование журнала

Баннер

Актуальная информация

Баннер
Баннер
Баннер

Дорога мира Вьетнама и России

Ирина Анатольевна Умнова (Конюхова) Зав. отделом конституционно-правовых исследований Российского государственного университета правосудия


Вступительное слово
Образ жизни Вьетнама
Лицом к народу
Красота по-вьетнамски
Справедливость и патриотизм Вьетнама
Дорогой мира вместе


ФОТО ОТЧЕТ
Copyright © 2007-2017 «Евразийский юридический журнал». Перепечатывание и публичное использование материалов возможно только с разрешения редакции
Яндекс.Метрика