Содержание журналов

Баннер
PERSONA GRATA

Content of journals

Баннер
Баннер
Баннер
Баннер


К вопросу о совершенствовании правового регулирования осуществления меры безопасности «личная охрана» в отношении лиц, подлежащих государственной защите
Научные статьи
05.02.15 15:17

К вопросу о совершенствовании правового регулирования осуществления меры безопасности «личная охрана» в отношении лиц, подлежащих государственной защите

alt 
БЕЗОПАСНОСТЬ И ПРАВО
Назаров А. Ю.
В статье представлен анализ законодательства в сфере государственной защиты, излагаются взгляды ученых на содержание понятий «мера безопасности», «личная охрана».
Предлагаются авторские варианты некоторых понятий в сфере обеспечения безопасности лиц, подлежащих государственной защите.


В качестве основных обязанностей государства в Конститу­ции Российской Федерации закреплены признание, соблюде­ние и защита прав и свобод человека и гражданина. Для их обе­спечения создан эффективный механизм, действующий во всех сферах общественной жизни. Одной из составляющих данной системы являются меры, применяемые для защиты свидетелей, потерпевших и других участников уголовного судопроизвод­ства, а также судей, прокуроров, следователей, должностных лиц правоохранительных и контролирующих органов от пост- криминального воздействия. Отсутствие надежной системы защиты указанных лиц способно влиять на рост нераскрытых преступлений и отразиться на основах правоохранительной деятельности в целом.

   Положительной динамикой характеризуются результаты применения требований Федерального закона от 20 августа 2004 г. № 119-ФЗ «О государственной защите потерпевших, свидетелей и иных участников уголовного судопроизводства». Так, за период с января по сентябрь 2014 г. число находив­шихся под государственной защитой лиц составило более трех тысяч и увеличилось на 6,5%, в т.ч. на 7,8% — лиц из чис­ла близких, на 7,1% — потерпевших, на 5,2% — свидетелей, на 3,8% — подозреваемых и обвиняемых. Для обеспечения безопасности применялось около семи тысяч мер безопас­ности. Количество применяемых мер безопасности возросло на 14%, в т.ч. «изменение внешности» — в два раза, «изме­нение места работы» — на 50,5%, «замена документов» — на 37,5%, «временное помещение в безопасное место» — на 24,5%, «выдача спецсредств индивидуальной защиты, связи и оповещения об опасности» — на 13,8%, «обеспечение кон­фиденциальности сведений о защищаемом лице» — на 10,1%, «личная охрана» — на 8,9%. Наиболее часто применяемыми мерами безопасности являются: «личная охрана» (32,5%), «временное помещение в безопасное место» (20%), «выдача спецсредств индивидуальной защиты, связи и оповещения об опасности» (18%).

В рамках реализации требований Федерального закона от 20 апреля 1995 г. № 45-ФЗ «О государственной защите судей, должностных лиц правоохранительных и контролирующих органов» в течение 9 месяцев 2014 г. число защищаемых лиц увеличилось незначительно (+3%). При этом количество защи­щаемых сотрудников контролирующих органов сократилось на 3,5%, а представителей судейского сообщества — на 0,3%. Количество применяемых мер безопасности увеличилось на 5%, в т.ч. «временное помещение в безопасное место» — на 37%, «выдача спецсредств индивидуальной защиты, связи и оповещения об опасности» — на 8,2%, «личная охрана, охра­на жилища и имущества» — на 4,1%.

Из приведенных данных видно, что наиболее востребован­ной мерой безопасности является «личная охрана». В этой связи особое значение приобретают вопросы правового обе­спечения применения мер безопасности в отношении лиц, подлежащих государственной защите. К настоящему време­ни в национальной правовой системе в целом сформировано нормативно-правовое поле, в котором приняты и действуют как законодательные, так и подзаконные акты, регулирующие общественные отношения в сфере государственной защиты. Так, подразделения органов внутренних дел Российской Феде­рации, осуществляющие государственную защиту, при приме­нении меры безопасности «личная охрана» в отношении судей, должностных лиц правоохранительных и контролирующих органов в своей деятельности руководствуются федеральны­ми законами, в частности, Законом Российской Федерации от 26 июня 1992 г. № 3132-1 «О статусе судей в Российской Фе­дерации», Федеральным законом от 20 апреля 1995 г. № 45-ФЗ «О государственной защите судей, должностных лиц право­охранительных и контролирующих органов», Федеральным законом от 12 августа 1995 г. № 144-ФЗ «Об оперативно-розыск­ной деятельности», Федеральным законом от 7 февраля 2011 г. № 3-ФЗ «О полиции», актами Президента Российской Федера­ции и Правительства Российской Федерации, нормативными правовыми актами МВД России.

Например, в соответствии с п. 2 ст. 9 Закона «О статусе судей в Российской Федерации» судья, члены его семьи и их имущество находятся под особой защитой государства. Органы внутренних дел обязаны принять необходимые меры по обе­спечению безопасности судьи, членов его семьи, сохранности принадлежащего им имущества, если от судьи поступит соот­ветствующее заявление.

Вопросы обеспечения государственной защиты судей бо­лее детально регламентированы Федеральным законом № 45- ФЗ, в п. 1 ч. 1 ст. 2 которого установлено, что государственной защите подлежат судьи всех судов общей юрисдикции и ар­битражных судов, арбитражные заседатели и присяжные заседатели.

Согласно ч. 1 ст. 5 Федерального закона № 45-ФЗ для обе­спечения защиты жизни и здоровья защищаемых лиц (далее — ЗЛ) и сохранности их имущества органами, обеспечивающими безопасность, с учетом конкретных обстоятельств может при­меняться такая мера безопасности, как личная охрана. Вместе с тем Федеральный закон № 45-ФЗ не определяет само поня­тие меры безопасности «личная охрана», что, на наш взгляд, не способствует юридически однозначному толкованию дан­ной дефиниции с одной стороны, а также практической реа­лизации (осуществлению) данной меры безопасности с другой стороны.

Кроме того, Федеральный закон № 45-ФЗ и Федеральный закон № 119-ФЗ не содержат общих для обоих законов норм, определяющих механизмы реализации меры безопасности «личная охрана». Так, ст. 6 Федерального закона № 45-ФЗ устанавливает, что «при установлении данных, свидетель­ствующих о наличии угрозы посягательства на жизнь, здоро­вье и имущество защищаемых лиц, с их согласия органами, обеспечивающими безопасность, осуществляется их личная охрана, охрана их жилища и имущества», а ст. 7 Федерального закона № 119-ФЗ содержит бланкетную норму, устанавли­вающую, что «личная охрана, охрана жилища и имущества защищаемого лица обеспечиваются органами, осуществля­ющими меры безопасности, в порядке, установленном Пра­вительством Российской Федерации». По общему правилу механизмы реализации законодательных норм устанавли­ваются в подзаконных актах (указах, постановлениях, при­казах и др.). К числу таких подзаконных актов относится по­становление Правительства РФ от 27 октября 2006 г. № 630 (ред. от 15.10.2014) «Об утверждении Правил применения отдельных мер безопасности в отношении потерпевших, сви­детелей и иных участников уголовного судопроизводства»5. В ч. 4 указанного постановления определяется, что «личная охрана защищаемого лица обеспечивается органом, осу­ществляющим меры безопасности, при наличии реальной угрозы его убийства или насилия над ним». Таким образом, Федеральный закон № 45-ФЗ ограничивается данными, свиде­тельствующими о наличии угрозы посягательства на жизнь, здоровье и имущество защищаемых лиц, а Федеральный за­кон № 119-ФЗ фактически указывает на наличие реальной угрозы убийства защищаемого лица или насилия над ним. Данное несоответствие по меньшей мере ставит под сомнение принцип равенства всех перед законом, так как основания для применения меры безопасности «личная охрана» носят различный характер.

Попытки восполнить законодательные пробелы предпри­нимаются отдельными авторами.

Так, Е. В. Китрова и В. А. Кузьмин в своей работе из­лагают принципы, задачи и основы осуществления личной охраны. И. А. Мищенкова представляет взгляды на содер­жание меры безопасности «личная охрана, охрана жилища и имущества». Профессор А. Ю. Епихин проводит сравни­тельное исследование отечественного (российского) законо­дательства с правовыми

предписаниями международных документов, обязываю­щих государство обеспечить безопасные условия участия граж­данина в производстве по уголовному делу.

Научные взгляды указанных авторов, несомненно, позво­ляют повысить эффективность правоприменительной прак­тики, но не решают принципиальных вопросов, касающихся юридической трактовки понятий, наполнения данных норм конкретным правоприменительным содержанием и т.д.

С точки зрения наполнения конкретным правовым содер­жанием понятия «личная охрана» необходимо, на наш взгляд, исходить из базового понятия «мера безопасности», поскольку оно выступает как общее по отношению к частному — конкрет­ной мере безопасности. При этом содержание данных понятий должно отражать сложившуюся в нормотворческой практике юридическую технику.

Так, понятие «мера» может быть определено как «средство измерений, воспроизводящее и (или) хранящее одну или не­сколько точек шкалы измерений», или «... мера защитная: мера, используемая для уменьшения риска или угроз различ­ного типа.».

В правоприменительной практике стран Евросоюза «меры по защите» — это индивидуальные процессуальные или не процессуальные меры, направленные на защиту свидетеля или лица, сотрудничающего с правосудием, от любого запу­гивания и/или любых опасных последствий самого решения сотрудничать с правосудием.».

На наш взгляд, понятие меры применимо в шкалах, опи­сывающих как количественные свойства (величины — «мера величины»), так и качественные свойства, например, состояние данной меры.

Понятие «безопасность» в нормативных документах определяется как «отсутствие недопустимого риска, связан­ного с возможностью причинения вреда и (или) нанесения ущерба». Представляется, что данное определение в боль­шей степени отражает существующие подходы в области технического регулирования. В этой связи наиболее приемле­мой с точки зрения правоприменительной практики следует признать терминологию, регулирующую общественные отно­шения в сфере безопасности. Так, к базовым законодательным актам в данной сфере относится Федеральный закон от 28 де­кабря 2010 г. № 390-ФЗ «О безопасности», который зако­нодательно не устанавливает само понятие «безопасность», но определяет основные принципы, содержание деятельности по обеспечению безопасности и декларирует отдельные виды безопасности: государственная безопасность, общественная безопасность, экологическая безопасность, безопасность лич­ности, иные виды безопасности, предусмотренные законода­тельством Российской Федерации. К отраслевым законода­тельным актам относится Федеральный закон от 27 мая 1996 г. № 57-ФЗ (ред. от 12.03.2014) «О государственной охране», определяющий, что «... безопасность объекта государствен­ной охраны — состояние защищенности лица, подлежащего государственной охране, от противоправных и иных пося­гательств, угрожающих его жизни, здоровью и иным охра­няемым законом жизненно важным интересам, связанным с исполнением полномочий государственной власти либо с иной государственной, политической или общественной деятельностью».

Таким образом, понятие «мера безопасности» характеризу­ет, на наш взгляд, качественное состояние защищенности жиз­ненно важных интересов лица, подлежащего государственной защите, и может быть определено как «предусмотренный за­конодательством Российской Федерации комплекс организаци­онно-правовых процедур и оперативно-тактических действий, направленных на защиту жизни, здоровья и (или) имущества лица, подлежащего государственной защите».

Понятие «личная охрана», по нашему мнению, должно отражать как общее содержание меры безопасности, так и специфику, присущую именно этой мере. Отметим, что в федеральном законодательстве наиболее удовлетворяющим данному подходу является понятие «охранное мероприятие», установленное ст. 1 Федерального закона от 27 мая 1996 г. № 57-ФЗ (ред. от 12.03.2014) «О государственной охране», ко­торое определяется как «совокупность действий, направлен­ных на обеспечение безопасности объекта государственной охраны и осуществляемых органами государственной охраны самостоятельно или с привлечением сил и средств других государственных органов обеспечения безопасности». Здесь следует заметить, что данное понятие указывает на его общие характеристики, а именно — направленность действий субъ­ектов, осуществляющих государственную охрану, и не рас­крывает содержания конкретных охранных мероприятий. Кроме того, при очевидной схожести юрисдикции указанного закона с федеральными законами № 119-ФЗ и № 45-ФЗ, сферы их применения все же различны.

Нормативные правовые акты, регулирующие применение отдельных мер безопасности, в том числе личной охраны, содержат ряд несоответствий. Так, например, ст. 4 Правил применения отдельных мер безопасности в отношении по­терпевших, свидетелей и иных участников уголовного судо­производства устанавливает, что личная охрана защищае­мого лица обеспечивается органом, осуществляющим меры безопасности, при наличии реальной угрозы его убийства или насилия над ним. Это положение не соответствует ст. 16 Федерального закона № 119-ФЗ, в котором основания более широкие. На такое противоречие ранее уже обращалось вни­мание ученых.

   Таким образом, понятие «личная охрана» можно опреде­лить как «мера безопасности, представляющая собой комплекс мероприятий, осуществляемых подразделениями по обеспече­нию безопасности лиц, подлежащих государственной защите, в целях непосредственной защиты жизни, здоровья и (или) имущества защищаемых лиц, обеспечения установленного порядка судопроизводства и неотвратимости наказания, ней­трализации противоправного воздействия на защищаемых лиц со стороны угрозоносителей».

http://cmd-service.ru


Следующие материалы:

Предыдущие материалы:

 

от Монро до Трампа


Узнать больше?

Ваш email:
email рассылки Конфиденциальность гарантирована
email рассылки

Blischenko 2017


ПОЗДРАВЛЕНИЯ!!!




КРУГЛЫЙ СТОЛ

по проблемам глобальной и региональной безопасности и общественного мнения в рамках международной конференции в Дипломатической академии МИД России

МЕЖДУНАРОДНОЕ ПРАВО

Право международной безопасности



Инсур Фархутдинов: Цикл статей об обеспечении мира и безопасности

№ 4 (104) 2016
Московский журнал международного права
Превентивная самооборона в международном праве: применение и злоупотребление (С.97-25)

№ 2 (105) 2017
Иранская доктрина о превентивной самообороне и международное право (окончание)

№ 1 (104) 2017
Иранская доктрина о превентивной самообороне и международное право

№ 11 (102) 2016
Стратегия Могерини и военная доктрина
Трампа: предстоящие вызовы России


№ 8 (99) 2016
Израильская доктрина o превентивной самообороне и международное право


7 (98) 2016
Международное право о применении государством военной силы против негосударственных участников

№ 2 (93) 2016
Международное право и доктрина США о превентивной самообороне

№ 1 (92) 2016 Международное право о самообороне государств

№ 11 (90) 2015 Международное право о принципе неприменения силы
или угрозы силой:теория и практика


№ 10 (89) 2015 Обеспечение мира и безопасности в Евразии
(Международно правовая оценка событий в Сирии)

Индексирование журнала

Баннер

Актуальная информация

Баннер
Баннер
Баннер

Дорога мира Вьетнама и России

Ирина Анатольевна Умнова (Конюхова) Зав. отделом конституционно-правовых исследований Российского государственного университета правосудия


Вступительное слово
Образ жизни Вьетнама
Лицом к народу
Красота по-вьетнамски
Справедливость и патриотизм Вьетнама
Дорогой мира вместе


ФОТО ОТЧЕТ
Copyright © 2007-2017 «Евразийский юридический журнал». Перепечатывание и публичное использование материалов возможно только с разрешения редакции
Яндекс.Метрика