Содержание журналов

Баннер
PERSONA GRATA

Content of journals

Баннер
Баннер
Баннер
Баннер


Практика применения общих исключений ГАТТ к обязательствам, предусмотренным протоколом о присоединении к соглашению о создании ВТО
Научные статьи
27.02.15 15:06

вернуться






Практика применения общих исключений ГАТТ к обязательствам, предусмотренным протоколом о присоединении к соглашению о создании ВТО

alt
1 (80) 2015
МЕЖДУНАРОДНОЕ ЧАСТНОЕ ПРАВО

Бикмаметова Р. Р.
В статье автор, анализируя практику ОРС ВТО по разрешению споров с участием Китая, делает попытку дать оценку правовой природы обязательств, предусмотренных Протоколом о присоединении к Соглашению о создании ВТО, в контексте возможного применения общих исключений (ст. ХХ ГАТТ).

Все чаще Орган по разрешению споров Всемирной торго­вой организации (далее — ОРС ВТО) при рассмотрении споров между государствами — членами ВТО обращается к общим вопросам соотношения положений соглашений «пакета ВТО» и протоколов о присоединении государств к Марракешскому соглашению о создании ВТО (далее — Протокол о присоеди­нении и Марракешское соглашение, Соглашение о создании ВТО, соответственно), докладов рабочих групп о вступлении государства в ВТО (далее — Доклад Рабочей группы) как до­кументов, оформляющих членство в ВТО.

Применительно к общим исключениям из правового ре­жима, установленного Генеральным соглашением по тарифам и торговле (далее — ГАТТ) в ст. XX, содержание протоколов о присоединении и докладов рабочих групп играет далеко не последнюю роль. Именно содержание протоколов о при­соединении позволяет установить объем обязательств нового государства, которое вступает в ВТО, и определить для него со­ответствующие его статусу «обязательства ВТО-плюс» и «обяза­тельства ВТО-минус», которые, как будет показано ниже, вовсе не означают автоматического применения к присоединяюще­муся государству всех положений ГАТТ, включая положений об общих исключениях.

Под обязательствами «ВТО-плюс» принято считать допол­нительные обязательства, которые новый участник прини­мает на себя в соответствии с Протоколом о присоединении к Соглашению о создании ВТО и Докладом Рабочей группы о вступлении государства в ВТО. Такие обязательства прямо не охватываются соглашениями ВТО и разрабатываются не­посредственно для конкретного участника, который изъявил желание вступить в ВТО. Обязательства «ВТО-минус» обозна­чают своего рода ограничения, которые предусмотрены охваченными соглашениями. Характерная черта обязательств «ВТО-плюс» и «ВТО-минус» в общности их правового основа­ния — они должны содержаться в Протоколе о присоединении и Докладе Рабочей группы, их набор индивидуален для каж­дого присоединяющегося участника, и для присоединившихся стран они являются императивными, а их нарушение может быть предметом рассмотрения ОРС ВТО.

Соглашение о создании ВТО предусматривает два вида членства в ВТО — первоначальное и приобретаемое в поряд­ке присоединения. Если первоначальные государства-члены автоматически становятся стороной охваченных соглашений, то другие государства должны предварительно согласовать условия своего вступления в ВТО. Государство, изъявившее же­лание присоединиться к Соглашению о создании ВТО, должно известить о своем намерении Генерального директора ВТО и подготовить для ВТО Меморандум о внешнеторговом режи­ме в отношении товаров и услуг. Генеральным советом ВТО создается Рабочая группа, в задачи которой входит изучение внешнеторгового режима присоединяющегося государства, его национального законодательства и практики его применения. В результате такой работы составляется Доклад с выводами Ра­бочей группы и рекомендации Генеральному совету, который должен одобрить решение о присоединении соответствую­щего государства. Кроме того, в качестве приложения к нему Рабочей группой может разрабатываться проект Протокола о присоединении.

Протокол о присоединении к Соглашению о создании ВТО или Доклад Рабочей группы о вступлении в ВТО не могут рас­сматриваться независимо от всей системы соглашений ВТО. Очевидно, что, например, обязательства «ВТО-плюс» в сфере антидемпинговых пошлин на товары невозможно использо­вать вне учета положений ст. VI ГАТТ и Соглашений о при­менении ст. VI ГАТТ (Антидемпинговый кодекс).

Протокол о присоединении по своей правовой природе является международным договором, причем международным договором, заключенным между государством, с одной сторо­ны, и международной организацией, с другой.

Правовая природа Доклада Рабочей группы не столь оче­видна. В соответствии с положениями Венских конвенций 1969 и 1986 гг. международный договор определяется как международное соглашение, заключенное между субъектами международного права в письменной форме и регулируемое международным правом. Доклад Рабочей группы не является соглашением между субъектами международного права (госу­дарством, изъявившим желание вступить в ВТО, с одной сторо­ны, и ВТО, с другой). Доклад Рабочей группы разрабатывается представителями государств, выразивших желание участвовать в его разработке и имеющих определенный экономический интерес в отношении нового государства-члена, и не подлежит какому-либо принятию или одобрению со стороны нового участника, однако именно в нем, помимо прочего, содержатся обязательства присоединяющегося государства в самых раз­личных областях внешнеэкономической деятельности. С дру­гой стороны, указанный документ не является и актом самой международной организации.

Протокол о присоединении в преамбуле содержит общее указание о том, что Доклад Рабочей группы принимается во вни­мание и учитывается при его заключении. В то же время в тексте Протокола о присоединении содержатся отсылочные нормы к Докладу Рабочей группы либо его отдельным положениям. В некоторых случаях отдельные положения Доклада становятся неотъемлемой частью Соглашения об учреждении ВТО. Так, на­пример, вступление Российской Федерации в ВТО оформлено Протоколом о присоединении Российской Федерации к Мар­ракешскому соглашению об учреждении Всемирной торговой организации, который был подписан 16 декабря 2011 г. между Российской Федерацией и Всемирной торговой организацией, согласно которому Россия присоединяется к Марракешскому соглашению и становится членом Всемирной торговой органи­зации (п. 1), а данный Протокол является неотъемлемой частью Марракешского соглашения, включая обязательства, указанные в параграфе 1450 Доклада Рабочей группы (п. 2).

По нашему мнению, проблема определения правовой при­роды положений докладов рабочих групп незаслуженно остав­лена учеными-международниками без внимания и требует соответствующей разработки.

Практика ОРС ВТО сложилась таким образом, что самые знаковые и показательные дела о соотношении положений ГАТТ (ст. ХХ) и обязательств, предусмотренных в протоколах о присоединении, возникли в связи со спорами, ответчиком в которых выступал Китай. Во всех нижеприведенных делах при рассмотрении дел источником выступал Протокол о при­соединении Китая к Соглашению о создании ВТО.

Протокол о присоединении Китая к Соглашению о соз­дании ВТО и Доклад Рабочей группы о вступлении Китая в ВТО не обладают какими-либо особенными чертами по сравнению с документами, оформляющими членство дру­гих государств в ВТО, имеющимися в распоряжении других «непервоначальных» членов ВТО. Ничего необычного с точки зрения юридической техники нет ни в Протоколе о присоеди­нении, ни в Докладе Рабочей группы. Однако оба документа уникальны с точки зрения сформулированных в них обяза­тельств «ВТО-плюс» и «ВТО-минус».

Протокол о присоединении Китая интегрирует Доклад Рабочей группы в систему соглашений ВТО, используя «схемы перекрестных ссылок». Это можно проследить по преамбуле Протокола о присоединении, которая содержит основную ссылку на Доклад Рабочей группы путем указания на то, что положения Доклада Рабочей группы принимаются во вни­мание. Также ссылку на Доклад Рабочей группы содержит п. 1.2. Протокола о присоединении, в соответствии с которым обязательства п. 342 Доклада Рабочей группы должны являться частью Соглашений ВТО. При этом п. 342 Доклада Рабочей группы содержит ответную ссылку на проект Протокола о при­соединении. Такая схема перекрестных ссылок указывает на то, что оба документа входят в систему многосторонних торговых соглашений.

Исследователи выделяют, что каждый из этих докумен­тов содержит следующие компоненты: во-первых, обязатель­ства, которые содержатся непосредственно в тексте документа; во-вторых, те же обязательства, но которые рассматриваются в контексте функционирования совместно с Соглашениями ВТО12. Необходимо отметить, что такая схема перекрестных ссылок в целом свойственна и практике присоединения других участников. Принципиальными в данном случае являются тон­кости и отчасти полнота в формулировании подобных ссылок, поскольку ОРС ВТО использует буквальное толкование содер­жащихся в данных документах положений.

Одним из первых дел, в котором был затронут вопрос о со­отношении положений соглашений ВТО, обязательств Китая, вытекающих из ГАТТ, ст. ХХ (d) ГАТТ с Докладом Рабочей группы о присоединении Китая к Соглашению ВТО явилось дело China Auto Parts. В рамках данного дела США, ЕС и Канада просили ОРС ВТО признать вводимые Китаем меры по осуществляемому субсидированию производства запчастей для автомобилей необоснованными. Возможность субсиди­рования предусматривалась Протоколом о присоединении и Докладом Рабочей группы. ОРС ВТО признал оспариваемые меры необоснованными. Третейская группа и Апелляционный орган посчитали, что в данном случае имело место нарушение ст. III ГАТТ.

Рассуждая о характере обязательств, содержащихся в До­кладе Рабочей группы, третейская группа указала на следу­ющее: «Не вызывает сомнения тот факт, что обязательства из Доклада Рабочей группы подлежат исполнению», но при этом Китаю вменяется нарушение положений ст. III ГАТТ.

Апелляционный орган в данном деле подчеркнул непра­вильность такого подхода со стороны третейской группы и от­метил, что в данной ситуации необходимо исходить прежде всего из положений Протокола о присоединении и Доклада Рабочей группы. По мнению Апелляционного органа, в дан­ном случае в первую очередь нарушаются положения Протоко­ла о присоединении и Доклада Рабочей группы, а не положе­ния соглашений ВТО. Таким образом, Апелляционный орган смоделировал определенную иерархию данных норм, поставив на первое место нормы Протокола о присоединении и Доклада Рабочей группы и только затем положения соглашений ВТО.

Так впервые была обозначена возможность перенесения вопроса из плоскости, где правовой основой для обязательств являются нормы соглашений ВТО, в плоскость, где правовой основой будут являться положения протоколов о присоедине­нии и докладов рабочих групп, содержащих договоренности государств по «ВТО-плюс» и «ВТО-минус».


Закономерным следствием нового подхода стало смещение акцентов в пользу возможности установления соответствующих приоритетов обязательств «ВТО-плюс» и «ВТО-минус» над обязательствами, вытекающими из пакета соглашений, в част­ности ГАТТ. В этой связи обязательства «ВТО-плюс» и «ВТО- минус» могут рассматриваться в некотором обособленном виде и быть в некотором роде вне системы, построенной пакетом соглашений ВТО. В таком случае подобный подход требует особого отношения к обязательствам, предусмотренными про­токолами о присоединении и докладами рабочих групп.

Дело China Auto Parts примечательно еще и тем, что в его рамках был рассмотрен вопрос о возможности применения в рассматриваемой ситуации ст. ХХ (d) в контексте Протоко­ла о присоединении Китая к ВТО. Важно, что ни третейская группа, ни Апелляционный орган не делают вывода о том, что ст. ХХ ГАТТ не может быть использована к обязательствам «ВТО-плюс» и «ВТО-минус». Применение ст. ХХ ГАТТ в данном случае, по мнению ОРС ВТО, не было обосновано по причи­нам, не связанным с правовой природой обязательств и самих соглашений, содержащих такие обязательства.

Другое дело ОРС ВТО — China Audiovisual Products — было инициировано США. Заявитель предположил, что огра­ничительные меры, введенные Китаем на импорт аудиови­зуальной продукции, являются необоснованными. ОРС ВТО пришел к выводу, что обязательства по предоставлению права на торговлю недискриминационным способом, предусмотрен­ные п. 1.2 Протокола о присоединении Китая и п. 84 (б) Докла­да Рабочей группы о присоединении Китая, были нарушены.

Таким образом, ОРС ВТО последовательно проводит в жизнь утверждение о том, что Протокол о присоединении является неотъемлемой частью Соглашения ВТО. С особым вниманием ОРС ВТО относится к статьям, связывающим Про­токол о присоединении к ВТО с Докладом Рабочей группы, отмечая их важность и обязательность для исполнения пред­усмотренных в них обязательств.

Следующий шаг ОРС ВТО сделал в деле China Raw materials. Согласно фактическим обстоятельствам дела China Raw materials США, Мексика и Европейский союз просили ОРС ВТО признать незаконными введенные Китаем ограничения на экспорт сырья, а именно: экспортные пошлины, экспортные квоты, лицензирование экспорта, требования к минимальным экспортным ценам. Речь шла о материалах, которые используются в различных продуктах, включая ле­карственные средства, электронику, аккумуляторы, хладагенты (кокс, магний, флюорит, марганец и др.).

Заявители утверждали, что Китаем нарушены положения ГАТТ, Протокола о присоединении Китая к Марракешскому соглашению об учреждении ВТО и Доклада Рабочей группы по присоединению Китая к ВТО. По мнению заявителей, Ки­тай не может извлекать выгоду из положений ст. XX ГАТТ и, более того, Китай не имеет права ссылаться на ст. XX (g) ГАТТ, чтобы обосновать экспортные пошлины, противоречащие его Протоколу о вступлении в ВТО. Кроме того, введенные Китаем меры носят дискриминационный характер и не соответствуют требованиям, предусмотренным п. (g) ст. ХХ ГАТТ.

Китай пытался обосновать некоторые из введенных мер (в частности, экспортные пошлины и квоты в отношении огне­упорного боксита и флюорита) ссылкой на п. (g) ст. ХХ ГАТТ как на меры, необходимые для целей сохранения истощаемых природных ресурсов, к числу которых относятся флюорит и огнеупорный боксит. Кроме того, Китай ссылался на п. (b) ст. ХХ ГАТТ и утверждал, что введенные меры необходимы для защиты жизни или здоровья человека, животных и растений.

Как следует из пояснений Китая, устойчивое развитие тре­бует, чтобы экономическое развитие и сохранение природных ресурсов были уравновешены за счет эффективного управле­ния недостающими ресурсами. Введенные им экспортные огра­ничения имеют отношение к сохранению природных ресурсов, так как представляют собой административное управление ограниченным запасом огнеупорного боксита и флюорита, в связи с чем могут быть оправданы ссылкой на п. (g) ст. ХХ.

Третейская группа в своем докладе по делу China Raw Materials дала оценку введенным Китаем мерам и признала необоснованным отказ в свободном экспорте сырья, добытом на его территории, и противоречащим обязательствам Китая по Протоколу о присоединении. Апелляционный орган в сво­ем докладе, с одной стороны, согласился не со всеми доводами третейской группы, однако, с другой стороны, не изменил ее решения по существу и в силу тех же соображений также при­шел к выводу о наличии нарушения обязательств, предусмо­тренных Протоколом о присоединении Китая к Соглашению об учреждении ВТО.

Не оспаривая в целом позицию Апелляционного органа о необоснованности введенных Китаем мер, нельзя согласиться с отдельными аргументами, приведенными третейской груп­пой и Апелляционным органом.

По нашему мнению, меры должны были быть признаны необоснованными не по причине того, что защита ст. ХХ ГАТТ не распространяется на положения п. 11.3. Протокола о при­соединении Китая, а в силу того, что введенные меры не соот­ветствовали требованиям, предъявляемым ст. ХХ ГАТТ.

Напомним, что п. 11.3. Протокола о присоединении Ки­тая предусматривает, что Китай должен устранить все нало­ги и сборы, применяемые к экспорту, если иное специально не предусмотрено в Приложении 6 Протокола о присоеди­нении или не применяется в соответствии с положениями ст. VIII ГАТТ. Таким образом, только в двух случаях возможно применение экспортных пошлин: это применение экспортных пошлин к продуктам, перечисленным в приложении 6 к Про­токолу, и применение ст. VIII ГАТТ. Рассмотрим основания более подробно.

Во-первых, экспортные пошлины применяются к продук­там, перечисленным в Приложении 6 к Протоколу о присо­единении Китая. Приложение имеет вид таблицы, в которую включено 84 вида продуктов с указанием описания и количества продукта, а также возможной применимой максимальной ставки экспортной пошлины. После указанной таблицы в при­ложении следует текст, в соответствии с которым Китай берет на себя обязательство, что представленный уровень тарифов является максимальным и не будет превышен. Более того, су­ществующий на момент подписания указанного Протокола о присоединении уровень экспортных пошлин на перечислен­ные продукты не будет превышен, за исключением «особых обстоятельств», при наступлении которых Китай должен про­вести консультации, прежде чем пошлины будут повышены. Целью таких консультаций будет являться нахождение взаи­моприемлемого решения.

Совершенно обоснованно возникает вопрос о том, что под­разумевается под «особыми обстоятельствами», о которых го­ворится в Приложении 6, и будут ли в таком случае «особые обстоятельства» являться «общими исключениями» по смыслу ст. ХХ ГАТТ?

Третейская группа и Апелляционный орган указывают, что такая оговорка в Приложении 6 говорит лишь о возмож­ности превышения экспортных пошлин от уровня уже суще­ствующих в момент подписания Протокола о присоединении до максимальных пределов, предусмотренных в Приложении 6. В свою очередь, обязанность по проведению консультаций относится к повышению пошлин применительно к тем про­дуктам, которые в нем указаны. В подтверждение этого дово­да Апелляционный орган отменил вывод третейской группы в той части, где действия Китая по непроведению переговоров при повышении экспортных тарифов по отношению к от­дельным формам бокситов, кокса, плавикового шпата, магния, марганца, металла кремния, цинка были признаны несоответ­ствующими обязательствам «ВТО-плюс». Так, Апелляционный орган пояснил, что проведение переговоров по материалам, не входящим в перечень Приложения 6, не является обязатель­ством Китая, ввиду чего нарушения в отсутствии переговоров не усматриваются.

По нашему мнению, в данном случае следует согласиться с Апелляционным органом. Никаких правовых оснований для заявлений о том, что «особые обстоятельства» являются «общи­ми исключениями», нет. Различная терминология и отсутствие прямого указания с точки зрения юридической техники не по­зволяют нам сделать заключение об обратном.

Напомним, что применительно к рассматриваемому делу этот аспект вопроса не был детально исследован, поскольку из всех материалов, в отношении которых были введены оспа­риваемые меры, только желтый фосфор входил в перечень Приложения 6. В свою очередь, не вызывает сомнений, что приведенное обязательство с оговоркой на «особые обстоятель­ства» именно в рамках Приложения 6 относится исключитель­но к продуктам, в нем перечисленным. Так, применительно к желтому фосфору Третейской группой факта превышения экспортных пошлин установлено не было.

Помимо рассмотренного основания возможности примене­ния экспортных пошлин, п. 11.3 протокола содержит ссылку на ст. VIII ГАТТ, которая указывает главным образом на то, что все сборы и платежи любого характера (кроме импортных и экспортных пошлин в смысле ст. III) на ввоз и вывоз товара по своей величине ограничиваются приблизительной стоимо­стью оказанных услуг и не могут являться косвенной защитой отечественного товара или средством обложения импорта или экспорта в фискальных целях.

Рассматривая данное дело, Апелляционный орган пришел к выводу о том, что так как п. 11.3. Протокола о присоедине­нии Китая не включает в себя какого-либо упоминания о ст. ХХ ГАТТ, также как и не включает в себя каких-либо более общих ссылок на положения ГАТТ, в данном случае стороны согласовали, что ст. ХХ ГАТТ к рассматриваемым отношениям не применяется.

Что касается формулировки п. 5.1 Протокола о присоеди­нении о праве Китая регулировать торговлю «без ущерба для права Китая в соответствии с Соглашением ВТО», согласно которой в ранее рассмотренном деле China Publications and Audiovisual Products позволил себе сделать вывод о возможно­сти применения ст. ХХ (а) ГАТТ к положениям п.5.1. Протокола о присоединении Китая, в данном случае Апелляционный орган видит в этом пример того, что при желании распро­странения договаривающимися сторонами на п. 11.3. Прото­кола о присоединении Китая положений ст. ХХ ГАТТ, стороны могли сделать ссылку в п. 11.3 Протокола, аналогичную ссылке в п. 5.1, и тогда было бы очевидно намерение сторон распро­странить на отношения, регулируемые п. 11.3., положения об общих исключениях ГАТТ.

Более того, Апелляционный орган поясняет, что содер­жащийся в п. 11.3 Протокола о присоединении исчерпыва­ющий перечень исключений, а именно: те, что содержатся в Приложении 6, и те, которые охватываются ст. VIII ГАТТ, делают очевидным то, что положения ст. ХХ ГАТТ в данном случае не применимы. По мнению Апелляционного органа, им использовано буквальное толкование положений п. 11.3 Протокола, при котором он пришел к выводу, что государ­ства — члены ВТО не намеревались включить действие ст. ХХ в пункт Протокола 11.3.

Апелляционный орган приходит к выводу, что нет ника­кого понятия «общих исключений» применительно ко всем соглашениям ВТО вообще. Каждое соглашение само должно устанавливать свой «набор исключений или уступок», которые будут применяться к каждому частному обязательству отдель­ного соглашения. Так, ссылка в ст. ХХ на «настоящее согла­шение» предполагает только ГАТТ. Для действия ст. ХХ ГАТТ необходимо, чтобы на это было прямое указание в тексте со­глашения, либо содержалась перекрестная ссылка на ст. ХХ.

В определенной степени интересна позиция Европейского союза, из которой следует, что если в отдельном соглашении будет содержаться положение, в соответствии с которым ст. ХХ будет иметь свое действие в рамках такого соглашения, то правовым обоснованием отступления от обязательств будет даже не ст. ХХ ГАТТ, а именно то положение соглашения, ко­торое позволяет такое применение.

Китай в обоснование своей позиции исходил из того, что у него, как и у других государств — членов ВТО, есть неотъ­емлемое право регулировать торговлю. Третейская группа и Апелляционный орган, не оспаривая существование данного права, однако, пояснили, что указанное право было Китаем реализовано при проведении переговоров по условиям при­соединения к ВТО, а также при ратификации Соглашения о создании ВТО.

Достаточно сложно оспорить приведенную аргументацию Апелляционного органа, однако, на наш взгляд, положения ст. ХХ ГАТТ не могут и не должны иметь столь ограниченную сфе­ру применения, так как положения ст. XX имеют значение для всех государств — членов ВТО вне зависимости от конкретного правового режима, установленного тем или иным соглашени­ем ВТО. Положения данной статьи предоставляют государ­ствам определенные дополнительные права, включая право нарушить предусмотренные ГАТТ обязательства в области за­щиты общепризнанных человечеством ценностей и обществен­но значимых сфер государства при условии, что реализация данных прав не будет служить поводом для неоправданной и произвольной дискриминации при осуществлении между­народной торговли, а также ее скрытым ограничением.

На наш взгляд, «ценностная» составляющая положений ст. XX ГАТТ настолько велика, что применение института об­щих исключений не только не должно требовать отдельного упоминания о возможности его распространения на положе­ния нового заключаемого соглашения, но и сама возможность исключения его применения в отношениях между государ­ствами должна быть запрещена. Такое предложение не будет нарушать стабильность торговых отношений, поскольку ин­ститут общих исключений имеет собственный механизм его применения, который является самостоятельным способом защиты от скрытого протекционизма (что можно увидеть даже в деле China Raw materials, где защитный механизм срабо­тал, и меры были признаны неоправданными по ст. ХХ ГАТТ) и гарантией для государств — членов ВТО.

Следует отметить, что приведенные доводы ОРС ВТО о воз­можности применения к обязательствам, предусмотренным п. 11.3 Протокола о присоединении Китая, ст. ХХ ГАТТ, не по­влияли на результат рассматриваемого спора. Третейская группа и Апелляционный орган одинаково пришли к выводу, что введенные Китаем меры не соответствовали требованиям, содержащимся в самой ст. ХХ (g) ГАТТ, в результате чего вве­дение мер было признано необоснованным.

Вместе с тем возникает вопрос, насколько оправдано, что новые участники Соглашения о создании ВТО в каком-то смыс­ле ущемляются в правах по сравнению с первоначальными членами ВТО? Не будет ли подобное толкование протоколов о присоединении, применяемое ОРС ВТО, нарушением прав государств, ставших участниками соглашений ВТО в порядке процедуры присоединения?

Напомним, что согласно абзацу 7 Решения о принятии Соглашения об учреждении ВТО и присоединении к нему «...Соглашение о ВТО ни в коей мере не проводит разграни­чения между членами ВТО, которые приняли указанное Со­глашение в соответствии со статьями Х! и ХГУ, и членами ВТО, которые присоединились к нему в соответствии со статьей ХП, и, исходя из желания обеспечить такое положение, при кото­ром процедуры присоединения государств и отдельных тамо­женных территорий, которые не стали договаривающимися сторонами ГАТТ 1947 на дату вступления в силу Соглашения об учреждении ВТО, были такими, чтобы не ставить их в невы­годные условия и избежать неоправданных задержек для этих государств и отдельных таможенных территорий». Очевидно, что позиция ОРС ВТО в деле China Raw materials не соответ­ствует положениям абзаца 7 Решения о принятии соглашения об учреждении ВТО и присоединении.

Совершенно непредсказуемыми являются последствия та­ких выводов ОРС ВТО для Российской Федерации, ведь ана­логично Протоколу о присоединении Китая к Соглашению об учреждении ВТО Протокол о присоединении РФ не содер­жит никаких упоминаний о возможности применения ст. ХХ ГАТТ. Выводы, к которым приходит ОРС ВТО в деле China Raw materials, свидетельствуют о возможной негативной пер­спективе рассмотрения споров для Российской Федерации в аналогичной категории дел.

Кроме того, небесспорным является довод Апелляционного органа о том, что стороны, намеренно не упоминая о возможности применения ст. ХХ ГАТТ, имели целью исключить для себя возможность ее действия. Разумеется, ни Китай, ни Россия не имели такой цели и намерений. Более того, следуя логике ОРС ВТО, для обеспечения интересов новых участников будет необходимо дублирование всех норм соглашений ВТО в Про­токол о присоединении какого-либо нового участника. Так как согласно применяемому ОРС ВТО подходу, если этого не сделать, то ввиду отсутствия прямого указания, что между странами — участницами ВТО и новым участником действует какое-либо конкретное положение, уже содержащееся в согла­шениях ВТО, действие таких положений станет невозможным. Совершенно очевидно, что ни один участник ВТО, присоеди­нившийся к нему в порядке ст. XII Марракешского соглашения, не мог предвидеть для себя таких последствий.

В 2014 г. ОРС ВТО вернулся к вопросу о возможности применения к обязательствам, предусмотренным в п. 11.3 Протокола о присоединении Китая, ст. ХХ в деле China Measures Related to the Exportation of Rare Earths, Tungsten and Molybdenum (далее — China — Rare Earths).

Обстоятельства дела сводились к тому, что в 2009 г. Китай ввел экспортные пошлины и экспортное квотирование в отно­шении редкоземельных металлов, вольфрама и молибдена. На­рушающими положения п. 11.3 Протокола о присоединении такие меры посчитали ряд участников — США, ЕС и Япония, в связи с чем и последовало обращение к механизму разреше­ния споров ВТО.

Выводы о невозможности применения ст. ХХ ГАТТ были вновь подтверждены со стороны Апелляционного органа, и, что не менее интересно, Апелляционный орган достаточно часто ссылался аргументы первого в этом вопросе доклада по делу China Raw Materials. Однако Китай при второй попытке попытался усилить свою позицию и привел допол­нительный аргумент, которому не была дана оценка в деле China Raw materials, в силу чего Апелляционный орган фак­тически повторно рассмотрел вопрос по существу.

Китай заявил, что Протокол о присоединении Китая к Со­глашению об учреждении ВТО и соглашения ВТО являются частью одной системы в силу того, что, во-первых, «умолча­ние» в п. 11.3 Протокола (имеется ввиду отсутствие ссылки или прямого указания на возможность применения ст. ХХ ГАТТ) нельзя воспринимать, как намерение ограничить сферу действия ст. ХХ ГАТТ. Во-вторых, п. 11.3 Протокола о присоеди­нении должен рассматриваться как составная часть ГАТТ 1994. В-третьих, положение о том, что «ничто в настоящем соглаше­нии не препятствует принятию или применению любой до­говаривающейся стороной мер.», содержащееся во вводной части ст. ХХ ГАТТ, не исключает возможности применения ст. ХХ ГАТТ в обоснование нарушений п. 11.3 Протокола о присо­единении. Наконец, в-четвертых, в данном случае необходима комплексная интерпретация и толкование рассматриваемых положений с учетом объекта и цели Соглашения об учрежде­нии ВТО. По мнению Китая, такая интерпретация позволит прийти к выводу о возможности применения ст. ХХ ГАТТ.

Конечно, если бы Апелляционный орган признал новый аргумент убедительным, он мог бы изменить ранее высказан­ную позицию по уже рассмотренному спору. Однако довод о системном взаимодействии Протокола о присоединении и ГАТТ таковым признан не был, в силу чего выводы и позиция ОРС ВТО не поменялась, что, безусловно, скажется и на по­следующих делах.

В заключение хотелось быть отметить, что несмотря на не­гативную практику ОРС ВТО применения положений ст. ХХ ГАТТ к обязательствам, вытекающим из Протокола о присо­единении и Доклада Рабочей группы, необходимо отдавать себе отчет в том, что прямого запрета на применение ст. ХХ ГАТТ к обязательствам «ВТО-плюс» или «ВТО-минус» Органом по разрешению споров ВТО в рассмотренных делах не содер­жится. Выводы о необоснованности применения ст. ХХ ГАТТ к обязательствам, предусмотренным Протоколом о присоеди­нении Китая к Марракешскому Соглашению о создании ВТО и Докладом Рабочей группы о вступлении в ВТО, были сдела­ны в связи с конкретными фактическими обстоятельствами.

В рассмотренных делах неприменение положений ст. XX ГАТТ во многом было и обусловлено тем, что ни одна из вводи­мых Китаем мер не соответствовала требованиям, предъявляе­мым самой ст. ХХ ГАТТ. Каким будет решение ОРС ВТО, когда предусмотренные ст. ХХ ГАТТ требования будут соблюдены, может показать только время.

Для определения возможности применения к обязатель­ствам «ВТО-плюс» или «ВТО-минус» ст. ХХ ГАТТ, ОРС ВТО об­ращается к буквальному толкованию положений, содержащих­ся в Протоколе о присоединении и Докладе Рабочей группы. Положение о применении ст. ХХ ГАТТ, закрепленное в Про­токоле о присоединении к Соглашению об учреждении ВТО, полностью устраняет правовую неопределенность в данном вопросе. Однако и ссылка на возможность применения прав, предусмотренных Соглашением ВТО, на наш взгляд, не исклю­чает применения ст. ХХ ГАТТ. Позиция ОРС ВТО, при которой отсутствие прямого указания на возможность применения ст. ХХ ГАТТ толкуется как намеренный отказ государства от такого права, представляется нам неверной и существенным образом нарушающей права «непервоначальных» членов ВТО.

МЕЖДУНАРОДНОЕ ЧАСТНОЕ ПРАВО



Следующие материалы:

Предыдущие материалы:

 

от Монро до Трампа


Узнать больше?

Ваш email:
email рассылки Конфиденциальность гарантирована
email рассылки

Blischenko 2017


ПОЗДРАВЛЕНИЯ!!!




КРУГЛЫЙ СТОЛ

по проблемам глобальной и региональной безопасности и общественного мнения в рамках международной конференции в Дипломатической академии МИД России

МЕЖДУНАРОДНОЕ ПРАВО

Право международной безопасности



Инсур Фархутдинов: Цикл статей об обеспечении мира и безопасности

№ 4 (104) 2016
Московский журнал международного права
Превентивная самооборона в международном праве: применение и злоупотребление (С.97-25)

№ 2 (105) 2017
Иранская доктрина о превентивной самообороне и международное право (окончание)

№ 1 (104) 2017
Иранская доктрина о превентивной самообороне и международное право

№ 11 (102) 2016
Стратегия Могерини и военная доктрина
Трампа: предстоящие вызовы России


№ 8 (99) 2016
Израильская доктрина o превентивной самообороне и международное право


7 (98) 2016
Международное право о применении государством военной силы против негосударственных участников

№ 2 (93) 2016
Международное право и доктрина США о превентивной самообороне

№ 1 (92) 2016 Международное право о самообороне государств

№ 11 (90) 2015 Международное право о принципе неприменения силы
или угрозы силой:теория и практика


№ 10 (89) 2015 Обеспечение мира и безопасности в Евразии
(Международно правовая оценка событий в Сирии)

Индексирование журнала

Баннер

Актуальная информация

Баннер
Баннер
Баннер

Дорога мира Вьетнама и России

Ирина Анатольевна Умнова (Конюхова) Зав. отделом конституционно-правовых исследований Российского государственного университета правосудия


Вступительное слово
Образ жизни Вьетнама
Лицом к народу
Красота по-вьетнамски
Справедливость и патриотизм Вьетнама
Дорогой мира вместе


ФОТО ОТЧЕТ
Copyright © 2007-2017 «Евразийский юридический журнал». Перепечатывание и публичное использование материалов возможно только с разрешения редакции
Яндекс.Метрика