Содержание журналов

Баннер
PERSONA GRATA

Группа ВКонтакте

Баннер
Баннер
Баннер
Баннер


Социально-философский анализ правовой дифференциации феномена агрессии
Научные статьи
06.04.15 15:48

вернуться

Социально-философский анализ правовой дифференциации феномена агрессии


Хайруллин В. А.
alt
Туманова А. Ю.
 
ФИЛОСОФИЯ И ПРАВО
Хайруллин В. А., Туманова А. Ю.
2 (81) 2015
Философская мысль различает множество различных теорий и подходов, так или иначе объясняющих феномен агрессии. Правовое поле, которое окружает современное общество, ориентировано, прежде всего, на то, что агрессия — это злокачественное проявление природы человека. При этом не делается различия между агрессией подростка и взрослого человека, хотя, на взгляд авторов, содержательные аспекты данного феномена различны. Отсюда, по мнению авторов, необходима дифференциация правовой ответственности за совершенные деяния. Цель данной статьи — предложить осмысление модели этого феномена.

Один из лидеров немецкой классической философии И. Кант опубликовал две статьи: «Предполагаемое начало человеческой истории» и «Об изначально злом в человеческой природе» — содержание которых затрагивает процесс фор­мирования феномена агрессии. Свобода воли, согласно Канту, есть, прежде всего, автономия разума, благодаря которой про­извол постигается как соответствующий безусловному пове­лению — именно поэтому как свободный в выполнении долга произвол. Но свобода произвола должна располагать в своем отношении к требованию автономного разума альтернативой; в ином случае она не может быть чем-либо иным, кроме как самим разумом. Эту альтернативу дает чувственность. Но не в том смысле, что чувственность является морально злой, этого Кант не утверждал. Чувственность есть природное в нас. Она действует уже не как определенный, неизбежный инстинкт, но скорее как влечение и склонность. Влечение направлено на удовлетворение и притом того именно существа, которо­му оно присуще, т.е. некоторого индивидуума. Эта структура влечения не является морально дурной, она носит природный характер. Требование разума, которое Кант формулирует как категорический императив, указывает то условие, при кото­ром наш поступок, точнее, определение нашей воли, является правильным и добрым. Согласно этому условию, правило, которому будет следовать наш поступок, может быть мыслимо как закон. Но закону присуща всеобщая значимость, иными словами, значимость для всех случаев. Если разум требует, что­бы определение нашей воли соответствовало закону, то альтер­натива, имеющаяся в определении нашей воли, наличествует не во всеобщности закона. Поэтому мы можем утверждать, что проявление агрессии может быть выражением свободы, в том смысле, что это есть активность природного, но этот феномен тогда становится морально злым, когда человек использует свое право выбора в пользу манипуляции другим человеком, тем самым ограничивая его свободу.

     «Те встречи, которые выпало пережить перво­бытному человеку, отнюдь не несли с собой невинных радостей взаимного распо­ложения; но уж лучше на­силие над реальным живым существом, чем призрачное попечение о безликих порядковых числительных...», — таким образом М. Бубер сформулиро­вал мысль о том, что в череде случаев открыто проявляемая агрессия будет являться в своем выражении более позитив­ной, нежели так называемый имплозивный вид агрессии. Им­плозивность обозначает процесс накопления отрицательных эмоций и перенос этих накоплений на некий объект агрес­сии. Примечательно то, что данный вид агрессии растяжим во времени, и морально, и эмоционально индивиду тяжелее будет переносить агрессора данного типа, более того, найти пути минимизации агрессивных проявлений и их последствий в данном случае будет намного тяжелее вследствие высокой идентификации агрессора с объектом агрессии, что связано с длительной временной характеристикой проявлений. Про­явление данного вида агрессии характерно для человеческих существ, в природном мире в явном виде оно не выражено, что наталкивает на мысль: агрессия у человека связана более с мыслительной активностью и менее с физической. При опре­делении модели человеческой агрессивности мы должны будем это учесть. Существуют различные теории агрессии, в которых используются способности уже взрослого человека. Однако в данном случае мы имеем обстоятельства, отличные от си­туации, когда проблема может быть решена только за счет изменения индивида, поскольку вопрос заключается не в том, что делать, когда мы наблюдаем выражение агрессии, а в том, каким образом сформировался данный тип реагирования. Очевидно, что системы данного типа формируются как некая психическая реальность в раннем детстве, впоследствии раз­виваясь или видоизменяясь, но не появляясь в том временном промежутке, когда личность уже состоятельна. За несколько лет работы с подростками с отклоняющимся поведением мы заметили тот факт, что характерные особенности окружающе­го ребенка микроклимата почти в девяноста процентах случаев формируют базовый опыт ребенка. В биологии подобный ме­ханизм называется импринтингом.


 

Импринт — это не просто какое-то травмирующее событие в нашей биографии. Это убеждение или формирующий лич­ность опыт. Он не обязательно должен быть травматическим. Это то, что отражается в нашей личности. Термин «импринт» сформулировал К. Лоренц, который изучал утят с того мо­мента, когда они вылуплялись из яйца. Он установил, что, едва вылупившись из яйца, утята были заняты поиском «образа ма­тери». Для определения своей матери они высматривали всего лишь одну конкретную субмодальность. Единственное, что должна была делать их мать, — это двигаться. Если появлялся двигающийся объект, они начинали повсюду следовать за ним. Например, когда Лоренц прогуливался, они за ним начинали бегать. По прошествии одного дня с небольшим импринт мате­ри у утят завершался. После этого они уже полностью игнори­ровали даже свою настоящую мать, если таковую им пытались вернуть, и в данном случае повсюду следовали за Лоренцем. Для одного из утят таким импринтом был воздушный шарик, и когда шарик перемещали с места на место, утенок повсюду следовал за ним. Когда этот утенок вырос, он не обращал аб­солютно никакого внимания на своих соплеменниц, и все его ухаживания и стремление образовать пару были направлены на любой круглый предмет. Это говорит о том, что когда уте­нок вырос, то импринт матери перешел также и на подругу.

Мы считаем, и в этом мы единодушны с Г. Бейтсоном4, известным антропологом и философом, что это в некоторой степени проявляется и у людей. Если в детстве отец наказы­вал девочку физически, то, повзрослев, она создаст себе один любопытный стереотип. Независимо от ее логического по­нимания и от того, как бы ей хотелось поступать, у нее часто будут складываться отношения, в которых она будет подвер­гаться грубому обращению, поскольку этот импринт подобен архетипу, определяющему, какими должны быть отношения с мужчиной.

Если в детстве девочка подвергалась грубому отношению со стороны матери, то когда она вырастет, вполне возмож­но, что так или иначе будет грубо обращаться со своими соб­ственными детьми, ненавидя себя за это и недоумевая, почему так поступает. Это означает, что наш ранний опыт не только воздействует на наши чувства, но и создает весьма глубинные ролевые модели отношений. В жизни каждого человека насту­пают некоторые переходные периоды, когда необходимо будет прибегнуть к этой роли. И нравится она ему или нет, но она может оказаться единственной имеющейся у него ролью. Вся сила этого процесса глубинного ролевого моделирования рас­крывается при знакомстве с так называемой неконтролируе­мой и беспричинной (бессознательной) агрессией, когда ин­дивид не в состоянии объяснить что произошло, — тем самым отсутствуют логические предпосылки поведения. Нравится индивиду или нет, но он будет вбирать в себя роли, которые перенимает у тех, кто представляется ему значимой личностью. Психоаналитики называют это отождествлением с агрессором. Создавая модели мира, субъект также строит модели других значимых людей. Когда вы строите ролевую модель, то, воз­можно, ассоциируетесь с ней, особенно если она оказывает вли­яние на нашу идентичность. После чего это формирует вашу собственную жизнь. Будучи еще ребенком, Вы отождествляете себя с одной ролью в системе семьи.

В рамках представленных выше теорий и подходов пред­ложено собственное определение агрессии, которая включает несомненные достижения предшествующих моделей и от­ражает разнообразные объяснения того, как и почему воз­никает агрессивное поведение. При сравнении различных концепций агрессии большое значение имеет сопоставление взглядов на контроль и возможность сокращения агрессивного поведения. Из ранних, основывавшихся на инстинкте и по­буждении подходов, вытекает по существу пессимистичный взгляд, однако нехватка эмпирических данных, подтвержда­ющих основные построения этих подходов, привела к тому, что в современных исследованиях агрессии им, как правило, не придается большого значения. Как отмечает Л. Берковиц, люди обладают способностью к агрессии и насилию, но не биологическим побуждением нападать и уничтожать других, которое постоянно в них накапливается. Данный взгляд под­держивается теориями, которые подчеркивают опосредующую роль когнитивных процессов, научения, а также процессов принятия решений. Предложенное определение подчеркивает возможность усиления факторов, препятствующих открытым проявлениям агрессии, и признает свободу индивида в выборе вместо агрессивного поведения каких-либо альтернативных ва­риантов действия. Вместе с тем делается упор на то, что агрес­сия есть неизбежное проявление активного разумного начала. Если в природе агрессия является необходимостью и чаще выражается в физической форме, то в социуме это неизбеж­ный ответ на коммуникацию, и содержание агрессии зависит от субъективного понимания человеком контекста и внешних условий, в которых осуществляется коммуникация.

Необходимо различать доброкачественную и злокачествен­ную агрессию, агрессия, как эволюционно закрепленное по­ведение, не может не быть адаптивной, поэтому необходимо прилагать усилия по нейтрализации агрессивных проявлений, которые социально опасны и мешают приспособлению.

Ниже приведено общее определение агрессии, которая предлагает обобщающую схему описания многих аспектов ранее созданных теорий и подходов. Разделение агрессии на доброкачественную и злокачественную позволяет избежать неправильной оценки феномена агрессии, неоспоримо, что наличествуют также доброкачественная агрессия, в форме выражения успешного, уверенного поведения, потребности к самоутверждению и самореализации. Агрессия часто ассоци­ируется с негативными эмоциями — такими, как злость; с мо­тивами — такими, как стремление навредить или оскорбить. Конечно, эти факторы оказывают огромное влияние на агрес­сивное поведение, но их наличие не является необходимым условием для подобного поведения.

Мы выделяем следующие категории, обусловливающие проявление агрессии у индивида.

— врожденные побуждения или задатки;

— потребности, активизируемые внешними стимулами;

— познавательные и эмоциональные процессы;

— актуальные социальные условия в сочетании с предше­ствующим научением.

Мы предлагаем следующее определение феномена агрес­сии: агрессия — сформированная в человеке потенциальная возможность преимущественно негативного, враждебного, угрожающего воздействия сознательного и бессознательного характера, в целом имеющая деструктивный характер, в не­которых случаях имеет адаптивную характеристику и может быть воспринята положительно.

   Важное отличие авторского определения феномена агрес­сии — помещение агрессии в контекст других форм социально­го поведения. В рамках данного определения подчеркивается, что агрессия, как определенная форма принудительных дей­ствий, представляет собой лишь одну из потенциально воз­можных стратегий влияния, и индивид в процессе рационального выбора решает, следует ли в данной ситуации применять эту стратегию. Следовательно, индивид здесь рассматривается не как побуждаемый к агрессивному поведению природны­ми инстинктами или сильными отрицательными эмоциями, а как контролирующий собственный репертуар агрессивных реакций и способный выбирать альтернативы неагрессивного характера. С целью нахождения путей минимизации агрессив­ных проявлений приведенная выше общая модель агрессии содержит необходимый ряд факторов, влияние на которые по­зволит значительно снизить уровень деструктивной агрессии. Несомненно, сценарий агрессивного поведения формируется у индивида в раннем возрасте, поэтому импринтинг, индиви­дуальные различия, формирующиеся у ребенка, оказывают прямое влияние на организацию агрессивных сценариев, как доброкачественных, так и злокачественных. Общим выводом является то, что агрессивного поведения можно избежать: ве­роятность его возникновения зависит от влияния различных факторов, способствующих или препятствующих агрессии, связанных как с самой личностью, так и с окружающей средой. Отсюда отсутствие правовой дифференциации в вопросах от­ветственности за деяния подросткового поколения и сформи­ровавшейся личности требует дальнейшего переосмысления, с целью избежания непродуктивных форм социализации не- сформировавшейся личности.

Философия права



Следующие материалы:

Предыдущие материалы:

 

от Монро до Трампа


Blischenko 2017


Узнать больше?

Ваш email:
email рассылки Конфиденциальность гарантирована
email рассылки

ПОЗДРАВЛЕНИЯ!!!




КРУГЛЫЙ СТОЛ

по проблемам глобальной и региональной безопасности и общественного мнения в рамках международной конференции в Дипломатической академии МИД России

МЕЖДУНАРОДНОЕ ПРАВО

Право международной безопасности



Инсур Фархутдинов: Цикл статей об обеспечении мира и безопасности

№ 4 (104) 2016
Московский журнал международного права
Превентивная самооборона в международном праве: применение и злоупотребление (С.97-25)

№ 2 (105) 2017
Иранская доктрина о превентивной самообороне и международное право (окончание)

№ 1 (104) 2017
Иранская доктрина о превентивной самообороне и международное право

№ 11 (102) 2016
Стратегия Могерини и военная доктрина
Трампа: предстоящие вызовы России


№ 8 (99) 2016
Израильская доктрина o превентивной самообороне и международное право


7 (98) 2016
Международное право о применении государством военной силы против негосударственных участников

№ 2 (93) 2016
Международное право и доктрина США о превентивной самообороне

№ 1 (92) 2016 Международное право о самообороне государств

№ 11 (90) 2015 Международное право о принципе неприменения силы
или угрозы силой:теория и практика


№ 10 (89) 2015 Обеспечение мира и безопасности в Евразии
(Международно правовая оценка событий в Сирии)

Индексирование журнала

Баннер

Актуальная информация

Баннер
Баннер
Баннер

Дорога мира Вьетнама и России

Ирина Анатольевна Умнова (Конюхова) Зав. отделом конституционно-правовых исследований Российского государственного университета правосудия


Вступительное слово
Образ жизни Вьетнама
Лицом к народу
Красота по-вьетнамски
Справедливость и патриотизм Вьетнама
Дорогой мира вместе


ФОТО ОТЧЕТ
Copyright © 2007-2017 «Евразийский юридический журнал». Перепечатывание и публичное использование материалов возможно только с разрешения редакции
Яндекс.Метрика