Содержание журналов

Баннер
PERSONA GRATA

Группа ВКонтакте

Баннер
Баннер
Баннер
Баннер


Назначение наказания за преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 108 УК РФ
Научные статьи
12.05.15 17:50

вернуться


Назначение наказания за преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 108 УК РФ



 
УГОЛОВНОЕ ПРАВО
Бабичев А. Г.
3 (82) 2015
В статье рассматриваются вопросы назначения наказания за убийство, совершенное при превышении пределов необходимой обороны. В частности, анализируются теоретические вопросы, судебные приговоры по делам данной категории, выявляются наиболее типичные ошибки в них, даются рекомендации по их устранению.

    Согласно санкции ч. 1 ст. 108 УК РФ предусмотрено на­казание за убийство, совершенное при превышении пределов необходимой обороны, в виде исправительных работ на срок до двух лет, либо ограничения свободы на срок до двух лет, либо принудительных работ на срок до двух лет, либо лишения свободы на тот же срок.

То есть законодатель, в соответствии с ч. 2 ст. 15 УК РФ, от­носит это деяние к категории преступлений небольшой тяже­сти, однако предусматривает возможность назначения такого строгого вида наказания, как лишение свободы.

Проводя оценку санкции уголовно-правовой нормы, пред­усмотренной ч. 1 ст. 108 УК РФ, Н. Г. Вольдимарова признала неоправданным в социальном, правовом и этическом отноше­ниях установление за совершение указанного преступления такого сурового вида наказания, как лишение свободы, и пред­лагает исключить его из санкции данной уголовно-правовой нормы. По мнению автора, «назначение наказания прежде всего призвано оказывать позитивное психологическое и нрав­ственное воздействие на личность осужденного и общественное сознание. Тенденция, основанная на применении жестких мер наказания за преступления, совершенные при превышении пределов необходимой обороны, препятствует достижению целей его назначения, поскольку порождает неверие в спра­ведливость и законность судебных решений и способна вызвать негативный социальный резонанс в обществе...».

С этой точкой зрения трудно согласиться, так как зако­нодатель, определяя в ч. 2 ст. 15 УК РФ деяния, относящиеся к категории преступлений небольшой тяжести, имел в виду не только преступления, совершенные при превышении преде­лов необходимой обороны. При этом для всех преступлений этой категории основным критерием разграничения с престу­плениями средней тяжести является указания в санкциях со­ответствующих уголовно-правовых норм в качестве локального наказания на лишение свободы, не превышающее трех лет. В санкции ч. 1 ст. 108 УК РФ срок максимального наказания в виде лишения свободы за это преступление был даже снижен до двух лет. Но надо учитывать и то, что речь идет об убий­стве, то есть о преступлении, которое, по словам Ю. А. Васильева, «влечет необратимые последствия и невосполнимый вред в виде наступления смерти человека». Недооценка такой утраты как раз и может привести к негативным социальным последствиям.

 

Еще более тридцати лет назад отмечалось несовершенство практики назначения наказания за преступления, совершае­мые при превышении пределов необходимой обороны. Так, суды, по 55% изученных дел данной категории, назначили ви­новным наказание в виде лишения свободы, а исправительные работы были применены лишь к 16% осужденным. И сейчас исследователи пишут «о несовершенстве современной прак­тики назначения наказания по делам об убийствах». Вместе с тем едва ли можно согласиться с мнением Н. Г. Вольдимаро- вой о том, что «назначение наказания прежде всего призвано оказывать позитивное психологическое и нравственное воз­действие на личность осужденного и общественное сознание». Есть большое сомнение, что уголовное наказание способно оказывать такое «позитивное психологическое и нравствен­ное воздействие» «на личность осужденного», вместо тревоги и страха порождать в нем удовлетворение и радость, даже когда оно справедливое, ибо справедливое для осужденно­го — это, прежде всего, мягкое, гуманное, а не соразмерное характеру и степени общественной опасности преступления наказание. Относительно строгое, но справедливое наказание, назначенное, как правило, в рамках санкции, предусмотренной ч. 1 ст. 108 УК РФ, и сознанием осужденного, и общественным сознанием обычно воспринимается позитивно. Заслуженное наказание — это в своей основе и эффективное наказание. Вос­становление социальной справедливости, которое воплощается в заслуженном наказании, создает предпосылки для исправ­ления осужденного, служит достижению общей превенции, обращенной ко всем гражданам, и специальной превенции, направленной на лицо, ответственное за совершение преступления, чтобы вызвать мотив воздержания от совершения но­вых преступлений.

Проведенный анализ судебных решений с целью изучения современной практики назначения наказания за убийство, со­вершенное при превышении пределов необходимой обороны, позволил установить значительное число недочетов и наруше­ний уголовного и уголовно-процессуального законодательства, действующего в этой сфере осуществления уголовного право­судия.

Так, при назначении наказания Д. за убийство своего супру­га, совершенное ею при превышении пределов необходимой обороны, суд учел в качестве обстоятельства, смягчающего наказание, «противоправность поведения потерпевшего, по­служившего поводом к совершению преступления». В п. «з» ч. 1 ст. 61 УК РФ в качестве обстоятельства, смягчающего на­казание, учитывается «противоправность или аморальность поведения, явившегося поводом для преступления». Однако в соответствии с ч. 3 ст. 61 УК РФ в случаях, когда «смягчаю­щее обстоятельство предусмотрено соответствующей статьей Особенной части настоящего Кодекса в качестве признака преступления, оно само по себе не может повторно учиты­ваться при назначении наказания». Статья 108 УК РФ пред­усматривает в качестве обязательного признака преступле­ния «общественную опасность и противоправность поведения (посягательства) потерпевшего, являющегося не «поводом», а основанием возникновения состояния необходимой обороны и совершения соответствующего преступления. Лишь в ст. 107 УК РФ «противоправность поведения потерпевшего» является «поводом» к убийству». Таким образом, «противоправность поведения потерпевшего» как смягчающее обстоятельство: во-первых, не может учитываться как смягчающее наказание обстоятельство, поскольку оно максимально учтено как при­знак указанного преступления, являющегося не столько пово­дом, сколько основанием, причиной вынужденного ответного насилия со стороны лица, виновного в убийстве при «эксцессе обороны»; во-вторых, предусмотренное в конструкции п. «з» ч. 1 ст. 61 УК РФ, оно должно быть изменено по своему со­держанию и не должно ограничиваться лишь случаями, когда оно являлось «поводом для преступления». Это смягчающее наказание обстоятельство можно было бы указать в следующей редакции: «з) общественная опасность, противоправность или аморальность поведения потерпевшего, содействовавшего со­вершению преступления».

Кроме того, в приведенном выше примере суд указал в при­говоре, что «при назначении наказания подсудимой суд учиты­вает характер и степень общественной опасности совершенного ею деяния, личность виновной...». Но какова общественная опасность ее деяния, ее характер и степень, что в личности ви­новной может как-то повлиять на назначение ей справедливого и целесообразного наказания, в приговоре не раскрывается.

В другом приговоре суд, принимая решение о назначении наказания Д. за совершенное убийство К. при превышении пределов необходимой обороны, указал в приговоре не только то, что учитывает при этом «характер и степень общественной опасности преступления, личность виновного и другие обсто­ятельства совершенного преступления», но и разъяснил, что под «характером и степенью общественной опасности пре­ступления» суд понимает то, что Д. «совершено преступление небольшой тяжести», и то, что «совершенное преступление на­правлено против жизни человека, конституционно закреплен­ного блага как высшей ценности государства, с причинением смерти потерпевшему», а говоря об учете «личности виновно­го», он указал на его «молодой возраст», «положительные характеристики по месту жительства и учебы», «награждение его почетными грамотами и медалями». Отмечая положительные моменты в приговоре по делу, касающиеся учета «характера и степени общественной опасности преступления» и «лично­сти преступника» — основных величин в системе общих начал назначения наказания, нельзя не сказать о несправедливости назначенного Д. наказания в виде 1 года 4 мес. лишения свобо­ды с реальным его отбыванием, поскольку, наряду с положи­тельными характеристиками личности подсудимого, суд учел совокупность смягчающих обстоятельств: совершение впервые преступления небольшой тяжести, признание им вины, явку с повинной и активное способствование раскрытию и рассле­дованию преступления. При отсутствии отягчающих обстоя­тельств и наличии совокупности смягчающих обстоятельств, данных, положительно характеризующих подсудимого, мера назначенного ему наказания не должна быть связана с лишени­ем свободы — наиболее строгим видом наказания из четырех, предусмотренных в ч. 1 ст. 108 УК РФ, да еще с реальным его отбыванием. Вопреки требованию уголовного закона (ч. 1 ст. 60 УК РФ) о том, что «более строгий вид наказания из числа предусмотренных за совершенное преступление назначается только в случае, если менее строгий вид наказания не сможет обеспечить достижение целей наказания», суд обосновал свое решение в этой части лишь тем, что раз «совершенное пре­ступление направлено против жизни и здоровья человека», он «полагает необходимым и справедливым назначить Д. наказа­ние в виде лишения свободы с реальным его обоснованием». Предусматривая наказание за этот вид «привилегированного» убийства в виде исправительных работ (до 2-х лет), ограниче­ния свободы (до 2-х лет), принудительных работ (до 2-х лет) и лишения свободы (до 2-х лет), законодатель исходил прежде всего из того, что данное преступление «направлено против жизни человека». Однако в какой мере назначенное Д. нака­зание связывалось с его исправлением и достижением других целей наказания, суд в приговоре так и не сказал. Вследствие этого законность, справедливость и целенаправленность назна­ченного Д. наказания вызывает сомнение. Кроме того, нельзя забывать, как отмечалось, что согласно ч. 1 ст. 56 УК РФ «наказа­ние в виде лишения свободы может быть назначено осужденно­му, совершившему преступление небольшой тяжести, только при наличии отягчающих обстоятельств, предусмотренных статьей 63 настоящего Кодекса. или только если соответству­ющей статьей Особенной части настоящего Кодекса лишение свободы предусмотрено как единственный вид наказания».

Таким образом, в рассматриваемом нами преступлении не­большой тяжести имеются данные, положительно характери­зующие личность подсудимого, совокупность смягчающих об­стоятельств, и отсутствуют отягчающие обстоятельства, то есть лицу, совершившему убийство при превышении пределов необходимой обороны, следует назначать сравнительно более мягкое наказание в пределах санкции ч. 1 ст. 108 УК РФ.

Анализ практики назначения наказания по делам об убий­ствах, совершаемых при превышении пределов необходимой обороны, также показывает, что некоторые судьи выделяют как самостоятельные величины общих начал назначения нака­зания «тяжесть совершенного преступления» и одновременно «характер и степень общественной опасности совершенного преступления», а иногда и «категорию преступления».

Так, при назначении наказания М-вой, осужденной по ч. 1 ст. 108 УК РФ, суд учел «тяжесть совершенного преступления», «характер и степень его общественной опасности» и то, что «со­вершенное ею преступление относится к категории небольшой тяжести». Из сказанного можно понять, что суд рассматривал указанные понятия как различающиеся между собой элемен­ты общих начал назначения наказания. Но в ч. 3 ст. 60 УК РФ судам указывается на необходимость учитывать из вышепере­численного лишь «характер и степень общественной опасно­сти преступления». Что касается «категории преступления», то согласно ст. 15 УК РФ в основе подразделения преступле­ний на категории по их тяжести лежит «характер и степень общественной опасности деяния, предусмотренные настоящим Кодексом».

Общественная опасность — это объективный признак и по­казатель преступления, его характера и степени. Но сам по себе этот признак, согласно ч. 1 ст. 14 УК РФ, не придает деянию преступный характер и не может служить показателем тяже­сти преступления без учета «виновности» лица, совершившего преступление. Не удивительно, что законодатель, указав в ст. 15 УК РФ в основе подразделения преступлений на категории «характер и степень общественной опасности деяния», на са­мом деле в основу их подразделения поставил содержательный признак — «виновность», то есть совершение преступления по умыслу или неосторожности, и формальный признак — «наказуемость», то есть вид и размер наказания (главным об­разом — лишения свободы), которое предусматривает УК РФ за данный вид преступления. Это логично, поскольку «лицо подлежит уголовной ответственности только за те общественно опасные действия (бездействие) и наступившие общественно опасные последствия, в отношении которых установлена его вина» (ч. 1 ст. 5 УК РФ).

Учитывая обстоятельства, смягчающие и отягчающие на­казание, суд должен понимать, что справедливость наказания, то есть его соответствие характеру и степени общественной опасности преступления и личности виновного, во многом за­висит от обстоятельств, характеризующих деяние и лицо, его совершившее (ч. 1 ст. 6 УК РФ). Среди обстоятельств, смягча­ющих или отягчающих наказание, есть только те обстоятель­ства, которые характеризуют или деяние (преступление), или личность виновного. Это вытекает из смысла того положения, которое предусматривается в ч. 3 ст. 60 УК РФ и заключается в словах: «При назначении наказания учитываются характер и степень общественной опасности преступления и личность виновного, в том числе обстоятельства, смягчающие и отяг­чающие наказание...». Необходимо лишь подразделить эти обстоятельства на те, что отражают степень общественной опасности (и виновности) преступления — с одной стороны, и опасность или степень опасности личности виновного, его потенциальную способность и готовность к исправлению — с другой. Первые из них играют основную роль при определе­нии заслуженного наказания, поскольку основным мерилом наказания должно быть само совершенное деяние. Вторые в большей мере должны служить показателями эффектив­ности будущего наказания, помочь суду прогнозировать воз­можность исправления виновного в определенных условиях отбывания того или иного наказания.

Например, при назначении наказания М. за совершенное им убийство при превышении пределов необходимой обо­роны суд учел: «характер и степень общественной опасности совершенного им преступления, которое является умышлен­ным и относится к категории небольшой тяжести»; «личность подсудимого, который ранее не судим»; «имеет на иждивении двоих малолетних детей»; «по месту жительства характеризу­ется положительно»; «к административной ответственности не привлекался»; «на учете у врачей нарколога и психиатра не состоял»; «жалоб на него не поступало»; «является актив­ным участником региональной общественной организации азербайджанцев «Мост дружбы"»; «замечаний по поведению не имеет»; «общественный порядок не нарушал». В качестве обстоятельств, смягчающих наказание подсудимому, суд учел «наличие у М. двух малолетних детей», «противоправность поведения потерпевшего, явившегося поводом для престу­пления», «явку с повинной», «признание вины», «активное способствование расследованию преступления», «раскаяние в содеянном». При изложенных обстоятельствах суд назначил М. наказание в виде исправительных работ на срок в 1 год 8 мес. с удержанием из заработка осужденного в доход государства 10%. В соответствии со ст. 73 УК РФ это наказание суд указал «считать условным с испытательным сроком на 1 год».

Необходимо отметить, что общие начала назначения на­казания, учет которых, по мнению законодателя (ст. 60 УК РФ), призван гарантировать справедливое наказание за совершен­ное преступление, представляют собой единую целостную систему, в которой одни обстоятельства составляют основу, ядро, наиболее важную часть данной системы. Это обстоя­тельства, отражающие характер и степень общественной опас­ности совершенного преступления, которые в первую очередь влияют на оценку содеянного как обстоятельства, смягчающие или отягчающие наказание. От их наличия и соотношения (по количественным и, в большей мере, по качественным ха­рактеристикам) в подсистеме этих обстоятельств в решающей степени зависит общее смягчение или отягчение (ужесточение) наказания в пределах, предусмотренных соответствующей ста­тьей Особенной части УК РФ, а в случаях, предусмотренных ст. 64 УК РФ, — назначение более мягкого наказания, чем предус­мотрено за данное преступление. Следующую, более низкую ступеньку в структуре общих начал назначения наказания за­нимают обстоятельства, характеризующие личность виновного, прежде всего те из них, которые проявились в совершенном преступлении, а также те, что способны оказать влияние на ис­правление осужденного и на условия жизни его семьи.

В вышеуказанном приговоре по делу М. системный подход при назначении наказания виновному отсутствует. Вместо это­го в нем дается некий бессистемный набор обстоятельств, кото­рые в разной мере характеризуют личность виновного и могут влиять на смягчение наказания либо на выбор оптимального наказания, способного создать благоприятные условия для исправления осужденного или ухудшить условия жизни его семьи, а также обстоятельства, не способные как-то повли­ять на назначение заслуженного и эффективного наказания. Правда, указывая на «учет характера и степени общественной опасности совершенного преступления», суд правильно разъ­яснил, что совершенное М. преступление относится к кате­гории небольшой тяжести и было умышленным, поскольку ч. 2 ст. 15 УК РФ относит к категории небольшой тяжести как умышленные, так и неосторожные преступления. Вполне спра­ведливо было бы указать на объект посягательства, на то, что им является жизнь человека — особо ценное благо, защита которого стоит на первом месте в Особенной части УК РФ. Если обратиться непосредственно к перечню обстоятельств, которые суд учел при назначении наказания по данному делу, то в нем перечисляются в беспорядке и обстоятельства, харак­теризующие личность виновного, — ранее не судим, по месту жительства характеризуется положительно, является актив­ным участником региональной общественной организации азербайджанцев «Мост дружбы», и обстоятельства, способные оказать влияние назначенного наказания на исправление осуж­денного и на условия жизни его семьи, — наличие у М. двух малолетних детей, хотя в приговоре оно ошибочно отнесено к обстоятельствам, смягчающим наказание (к деянию это об­стоятельство не имеет никакого отношения), и обстоятельство, собственно смягчающее наказание, — противоправное пове­дение потерпевшего, явившегося поводом для преступления, явка с повинной, признание вины, активное способствование расследованию преступления и раскаяние в содеянном, и об­стоятельства, которые едва ли следовало выделить при назна­чении М. наказания, — к административной ответственности не привлекался, жалоб на него не поступало, замечаний по по­ведению не имеет; общественный порядок не нарушал, на учете у врачей нарколога и психиатра не состоял.

Суд, используя разрешение законодателя учитывать в ка­честве смягчающих обстоятельства, непосредственно не пред­усмотренные в уголовном законе (ч. 2 ст. 61 УК РФ), проявил ненужную изобретательность в данном деле и помимо того, что при назначении М. наказания учел в качестве смягчаю­щих такие обстоятельства, как «явка с повинной», «активное способствование расследованию преступления» и «раскаяние в содеянном», учел еще и «признание вины», как будто без при­знания вины в принципе возможны все три предыдущих акта позитивного постпреступного поведения, в которых признание вины предполагается как обязательный первоначальный шаг «повинившегося» и «раскаявшегося» преступника, который к тому же активно способствует расследованию преступления. Еще большую изобретательность проявил суд при опреде­лении обстоятельств, характеризующих личность виновного. Наряду с положительной характеристикой М., его активной позитивной общественной деятельностью, суд указал также на такие самостоятельные обстоятельства: «к административ­ной ответственности не привлекался», «общественный порядок не нарушал», «жалоб на него не поступало», «замечаний по по­ведению не имеет», что может служить лишь подтверждением положительной социальной характеристики виновного.

Указание же в приговоре на то, что М. «на учете у врачей нарколога и психиатра не состоял», нередко встречающие­ся в приговорах по делам данной категории, вызывает недо­умение. Вот если бы, к несчастью, подавляющее большинство россиян «состояло на учете у врачей нарколога или психиа­тра», тогда те из них, которые «не состоят», могли бы полу­чить какую-то положительную характеристику или оценку личности.

В данном приговоре повторилась та же ошибка, о которой ранее уже было сказано при анализе решения о наказании виновного по другому делу рассматриваемой категории, — о признании в качестве обстоятельства, смягчающего наказа­ние, «противоправного поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления», где автор уже разъяснил, что это смягчающее обстоятельство предусмотрено ч. 1 ст. 108 УК РФ «в качестве признака преступления» (правда, в иной редакции) и согласно ч. 3 ст. 61 УК РФ «не может повторно учитываться при назначении наказания».

Об этом же в сущности говорится, например, в кассаци­онном определении по делу Ш., осужденного по ч. 1 ст. 108 УК РФ к 8 месяцам ограничения свободы. Отвечая на доводы адвоката осужденного, выражавшего в своей жалобе несогласие с приговором суда в части назначения наказания подзащит­ному в том, что при назначении наказания Ш. «суд не учел неправомерное поведение потерпевшего», кассационная судеб­ная инстанция не признала их обоснованными и указала, что «противоправное поведение потерпевшего установлено судом как одно из обстоятельств объективной стороны преступления, обусловившее квалификацию содеянного по ч. 1 ст. 108 УК РФ, поэтому не подлежит повторному учету при назначении наказания».

Иногда суды неправильно признают в качестве отягчающе­го обстоятельства «наступление тяжких последствий» (п. «б» ч. 1 ст. 63 УК РФ) в виде смерти потерпевшего, хотя это обстоя­тельство является необходимым признаком состава преступле­ния, предусмотренного ч. 1 ст. 108 УК РФ и поэтому не должно дополнительно учитываться как отягчающее обстоятельство. Вместе с тем верно, когда суд при назначении наказания за дан­ный «привилегированный» вид убийства, ссылаясь на характер и степень общественной опасности преступления, учитывает не только категорию преступления, но и намеренное (умыш­ленное) причинение смерти другому человеку, то есть посяга­тельство на самый ценный (согласно Конституции РФ и УК РФ) объект охраны — жизнь человека, поскольку в определении категорий преступления допускается различная степень вины (в зависимости от формы вины) и различные по своей ценности объекты посягательства.

Подводя итог, необходимо выделить типичные ошибки, препятствующие назначению справедливого и соответствую­щего требованиям уголовного закона наказания за убийство, совершенное при превышении пределов необходимой обо­роны.

Во-первых, в нарушение ч. 1 ст. 60 УК РФ нередко необо­снованно назначается более строгий вид наказания (например, лишение свободы или ограничение свободы вместо исправи­тельных работ), когда менее строгий вид наказания способен обеспечить достижение целей наказания.

Во-вторых, при назначении наказания за такое убийство, впрочем, как и в практике назначения наказания за другие виды убийства, отсутствует системный подход, когда в первую очередь необходимо учитывать характер и степень обществен­ной опасности совершенного преступления и, соответственно, обстоятельства, характеризующие деяние и способные в связи с этим повлиять на наказание, а затем учитывать личность виновного и обстоятельства, ее характеризующие и характе­ризующие его поведение до и после совершения убийства, а затем учитывать обстоятельства, способные оказывать воз­действие назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи. Непонимание структуры общих начал назначения наказания мешает реализации принципа справедливости и достижению целей наказания на стадии его назначения.

В-третьих, учитывая характер и степень общественной опас­ности преступления, при назначении наказания за данное преступление суд иногда не учитывает то, что преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 108 УК РФ, относится к категории преступлений небольшой тяжести, а если и учитывает это обстоятельство, то не учитывает такие обстоятельства, как умышленный характер его совершения и его направленность на особо ценный объект посягательства — на жизнь человека, которые позволяют учесть в назначенном наказании степень вины и степень проявления общественной опасности совер­шенного преступления.

В-четвертых, нередко суд учитывает в качестве обстоя­тельств, смягчающих и отягчающих наказание, те обстоятель­ства, которые уже учтены в ч. 1 ст. 108 УК РФ в качестве призна­ка преступления и сами по себе повторно не могут учитываться при назначении наказания (например, «противоправное пове­дение потерпевшего», вызвавшее ответные действия обороня­ющегося, или «наступление тяжких последствий в результате совершения преступления»).

В-пятых, используя положение, предусмотренное ч. 2 ст. 61 УК РФ, о том, что «при назначении наказания могут учитывать­ся в качестве смягчающих и обстоятельства, не предусмотрен­ные частью первой настоящей статьи», суды часто учитывают в качестве самостоятельных такие обстоятельства, которые по своей сути не способны оказывать влияние на смягчение наказания либо лишь повторяют или дополняют содержание уже учтенных судом обстоятельств, характеризующих личность или облегчающих прогнозирование условий исправления осужденного при назначении соответствующего наказания.




Следующие материалы:

Предыдущие материалы:

 

от Монро до Трампа


Blischenko 2017


Узнать больше?

Ваш email:
email рассылки Конфиденциальность гарантирована
email рассылки

ПОЗДРАВЛЕНИЯ!!!




КРУГЛЫЙ СТОЛ

по проблемам глобальной и региональной безопасности и общественного мнения в рамках международной конференции в Дипломатической академии МИД России

МЕЖДУНАРОДНОЕ ПРАВО

Право международной безопасности



Инсур Фархутдинов: Цикл статей об обеспечении мира и безопасности

№ 4 (104) 2016
Московский журнал международного права
Превентивная самооборона в международном праве: применение и злоупотребление (С.97-25)

№ 2 (105) 2017
Иранская доктрина о превентивной самообороне и международное право (окончание)

№ 1 (104) 2017
Иранская доктрина о превентивной самообороне и международное право

№ 11 (102) 2016
Стратегия Могерини и военная доктрина
Трампа: предстоящие вызовы России


№ 8 (99) 2016
Израильская доктрина o превентивной самообороне и международное право


7 (98) 2016
Международное право о применении государством военной силы против негосударственных участников

№ 2 (93) 2016
Международное право и доктрина США о превентивной самообороне

№ 1 (92) 2016 Международное право о самообороне государств

№ 11 (90) 2015 Международное право о принципе неприменения силы
или угрозы силой:теория и практика


№ 10 (89) 2015 Обеспечение мира и безопасности в Евразии
(Международно правовая оценка событий в Сирии)

Индексирование журнала

Баннер

Актуальная информация

Баннер
Баннер
Баннер

Дорога мира Вьетнама и России

Ирина Анатольевна Умнова (Конюхова) Зав. отделом конституционно-правовых исследований Российского государственного университета правосудия


Вступительное слово
Образ жизни Вьетнама
Лицом к народу
Красота по-вьетнамски
Справедливость и патриотизм Вьетнама
Дорогой мира вместе


ФОТО ОТЧЕТ
Copyright © 2007-2017 «Евразийский юридический журнал». Перепечатывание и публичное использование материалов возможно только с разрешения редакции
Яндекс.Метрика