Содержание журналов

Баннер
PERSONA GRATA

В кризисе юридической науки во многом виноваты сами учёные
Интервью с доктором юридических наук, профессором, заслуженным юристом Российской Федерации Николаем Александровичем Власенко

Группа ВКонтакте

Баннер
Баннер
Баннер
Баннер


Позиция депутатов от Северного Кавказа в I Государственной Думе (апрель — июль 1906 г.) по разработке проектов аграрных реформ в России
Научные статьи
03.06.15 11:08

Позиция депутатов от Северного Кавказа в I Государственной Думе (апрель — июль 1906 г.) по разработке проектов аграрных реформ в России


Kеримханова А. Б.

Саидова М. З.

Эмирова М. Н.
 
ИСТОРИЯ ГОСУДАРСТВА И ПРАВА
Керимханова А. Б., Саидова М. З., Эмирова М. Н.
4 (83) 2015
В данной статье предпринята попытка проследить работу депутатов от Северного Кавказа в I Государственной Думе по решению одного из самых сложных для России вопросов. Именно нерешенный аграрный вопрос привлекал к себе внимание и вызывал бурные дебаты всех политических партий и фракций. Формы землевладения и землепользования на протяжении нескольких столетии были и остаются основными факторами социально-экономического развития России. Ни одна земельная реформа (1861, 1906, 1917, 1991 гг.) проблемы собственности на землю не решила комплексно. И в этом плане вызывает интерес опыт разработки земельной реформы в стенах Государственной Думы, где депутаты, в том числе от Северного Кавказа, с думской трибуны пытались решить законным путем ту проблему, которую крестьяне уже начали решать самостоятельно, стихийным путем, не надеясь на правительство.

Длительный исторический период, наряду с националь­ным, особую остроту на Северном Кавказе имел земель­ный вопрос. Аграрная проблема вызывала столкновения и споры между казачьей верхушкой, кулачеством и горской феодальной знатью, с одной стороны, и основной массой безземельных иногородних крестьян, горской и казачьей беднотой, с другой. Она же лежала в основе острых на­циональных противоречий. И в этом контексте борьба крестьян за улучшение своего экономического положения тесно переплеталась с движением за национальные права, что придавало многим крестьянским выступлениям поли­тический характер.

Самой острой проблемой крестьян в крае оставалось острое малоземелье, особенно в горных округах. Около 70% крестьянских хозяйств не имели овец, а, следовательно, не имели возможности пользоваться пастбищными участка­ми, принадлежащими им или сельскому обществу. В то же время отдельные хозяйства насчитывали сотни и тысячи голов скота. Все больше крестьянских хозяйств лишалось послед­ней скотины. Таким образом, общественными пастбищными участками пользовались крупные животноводы и крупные хозяйства.

Пахотная земля в горных округах Северного Кавказа сто­ила гораздо дороже, чем на плоскости. Об остром земель­ном голоде, дороговизне земли говорил в своем выступлении на заседании Государственной Думы Терский депутат Мас­лов А.П.: «Земельный вопрос стоит там чрезвычайно остро.

Вы не можете себе предста­вить, как ничтожны земель­ные владения... Земля стоит там дорого. Так, например, кусок земли под одной ко­ровой стоит столько, сколь­ко стоит сама корова».

Свои особенности аграр­ная политика имела в Даге­стане, где царизм опасаясь резко отрицательной реак­ции населения, затягивал решение данного вопроса, несмотря на то, что громад­ный материал, собранный несколькими поземельными комиссиями, свидетельство­вал о тяжелом положении податного населения, непосильном налоговом гнете.

«Природные условия Дагестанской области особые, — подчеркивал депутат Б. Султанов, — почти 8/10 всей площади представляют гористую местность, изрезанную в разных на­правлениях горами. Земли, сколько-нибудь годные и рас­положенные по склонам гор, постоянно подвергаются уничто­жению горными потоками после каждого проливного дождя. Единственной полосой, единственным плодородным участком, который кормит почти всю Дагестанскую область, может считаться долина вдоль Каспийского моря, равняющаяся прибли­зительно двум десятым всей площади Дагестанской области, и почти вся эта долина находится в руках беков-дворян, поме­щиков и казны. И так как дагестанцам без этой долины жить трудно, то они ежегодно платят громадные арендные деньги упомянутым владетелям, то беря землю под пашни, то под пастьбу скота».

Таким образом, не просто затягивание, а на самом деле, нерешенность аграрного вопроса создавало препятствия для развития экономики, а также служило причиной непрекращающейся классовой борьбы на том же Северном Кавказе.


Заседания I Государственной Думы открылись 27.04.1906 года. Самой большой фракцией Думы была кадет­ская, которую от Северного Кавказа представляли кубанские депутаты Гришай, Бардиж, Морев и Кочевский. По многим вопросам к ним примыкал ставропольский крестьянин Ми­шин. Больше всего кадетов было среди депутатов от Войска Донского — 7 из 12, это Харламов, Арканцев, Ладж, Кулаков, Хартахай и другие.

Вскоре после открытия Государственной Думы кадеты по­терпели первое ощутимое поражение: несмотря на все усилия, им не удалось включить в свою фракцию депутатов от кре­стьян. Эти депутаты организовали отдельную фракцию («Тру­довая группа»), в состав которой вошли и некоторые интелли­генты народнического толка. В трудовую группу от Северного Кавказа вошли депутаты Маслов и Эльдарханов из Терской области, ставропольский крестьянин Онипко и кубанский дво­рянин Лукин.

Трудовики отражали стихийную линию крестьянских масс, требовавших безотлагательно решить самый острый для них земельный вопрос. Уравнительное распределение земли они рассматривали как залог освобождения крестьян от всякой эксплуатации. Правда, в принципе трудовики не отказывались от вознаграждения помещиков за счет государства.

Работа северокавказских депутатов велась в основном по двум направлениям — участие в работе аграрной комиссии по подготовке проекта земельной реформы и работа с кре­стьянскими запросами в адрес Думы.

В мае 1906 г., на одном из первых заседаний Думы, ставро­польский депутат, трудовик Ефремов, призвал уделить земель­ному вопросу главное внимание депутатов. «Важность этого вопроса, — сказал он, — заключается не только в том исклю­чительном значении, которое ему придает все крестьянство, но еще и в том, что острота этого вопроса затрудняет и ослож­няет тот перелом жизни России, который происходит в насто­ящее-время. Происходит не только политический переворот, но и переворот хозяйственный».

Останавливаясь на аграрной части адреса царю, ставро­польский депутат внес редакционные поправки. Они касались принципов и размеров от принудительного отчуждения земли, а также необходимости как можно скорее заселить свободные земли. «Эта мера чрезвычайно важна для поднятия произво­дительности сельского хозяйства России и как средство для усовершенствования народного хозяйства». Депутата также интересовали вопросы усовершенствования методов хозяйство­вания и средств для их осуществления. «Будут ли эти средства даны в форме дешевого кредита, в форме ли развития коопе­рации и союзов или в форме правительственной помощи суб­сидиями и развития необходимых технических знаний... Когда доходность будет доведена до возможной нормы, тогда будет утрачена надолго, если не навсегда, не только острота земельно­го вопроса, но будет упрочено и благосостояние населения».

В июне 1906 г. в Думе начались прения по аграрному вопро­су. Дума приняла также проект аграрного закона, по которому крестьяне могли бы «за справедливую компенсацию» полу­чить арендуемые земли. Правительство сочло, что этот вопрос не входит в компетенцию Думы, будучи слишком важным для страны. Получив отказ на свой запрос по данному вопросу, Дума приняла подавляющим большинством голосов вотум недоверия правительству.

I Государственная Дума с своем программном обращении к верховной власти в ответ на тронную речь заявила о своей платформе земельной реформы: «Выяснение нужд сельско­хозяйственного населения и принятие соответствующих зако­нодательных мер составит ближайшую задачу Государствен­ной Думы. Наиболее многочисленная часть населения страны -трудовое крестьянство — с нетерпением ждет удовлетворения своей острой земельной нужды, и первая русская Дума не ис­полнила бы своего долга, если бы не выработала закона для удовлетворения этой насущной потребности, путем обраще­ния на этот предмет казенных, удельных, кабинетских, цер­ковных, монастырских и принудительного отчуждения земель частновладельческих».

8 мая 1906 г. 42 члена Думы (партия народной свободы) внесли в Думу заявление с проектом общих положений зе­мельной реформы.

Депутаты от Северного Кавказа приняли активное участие в прениях по Проекту 42-х. Почти все выступающие отмечали наличие острого малоземелья крестьян региона, и как насущ­ную необходимость передать им годные для земледелия казен­ные земли, а также создания специальных землеустроительных комиссий на местах для решения текущих вопросов. Различ­ные точки зрения по этому вопросу обозначились в основном между кадетами и трудовиками. Все остальные партии и фрак­ции чаще всего поддерживали ту или иную другую сторону.

Вопросы земельной реформы трудовики связывали с демо­кратическими преобразованиями и введением политических свобод. По их предложению в проведении реформы должен участвовать весь народ, через местные комитеты.

Ставропольский депутат Онипко, выступая в прениях, ска­зал: «... Но не пытайтесь успокоить крестьянство половинча­тыми мерами вроде тех, которые предлагаются в проекте 42-х. Здесь, как бы для сохранения сельскохозяйственной культу­ры, предлагается оставить крупные владельческие хозяйства. Но разве эта культура не может быть введена в мелких трудо­вых хозяйствах? И разве помогло нашему крестьянству то дея­тельное поощрение культурных хозяйств, которое в больших размерах практиковалось нашим министерством и на кото­рое уходили последние гроши, выкачанные с полуголодных крестьян?».

В целом, проект трудовой группы был выражением кре­стьянских надежд и интересов. Он был главной и основной платформой всего российского крестьянства, выступающего как сознательная общественная сила. Единственный пункт, по которому трудовики, расходились во мнениях, был вопрос о национализации земли. В речах многих деятелей было много демагогии, часто совершенно противоречивых тезисов, но поч­ти все они старались привлечь внимание правительства и Думы к справедливому решению земельного вопроса и улучшения жизни кавказских народов.

    Дискуссии в стенах I Государственной Думы, вызывали не­малый отклик в стране, сопровождавшийся посылкой депу­татами различного рода наказов, приговоров и других документов, свидетельствовавших о настроениях жителей России и уровне их общественного сознания.

Принимать наказы и приговоры крестьяне начали на сель­ских сходах еще задолго до начала заседаний I Государственной Думы. Авторами большей их части были крестьяне, в отдель­ных случаях они были написаны мещанами, несколько со­вместных наказов поступило от горцев Терека, некоторые на­казы были плодом совместного творчества рабочих и крестьян Кубани, Дагестана, Ставрополья.

Крестьянскую психологию довольно образно отразил журналист Тан: «Русский народ как кипящее масло. Сверху не парит, а попробуй, сунь руку, обожжешь до кости, — так сказал мне один старый крестьянский депутат. И все вместе дают однообразные, как будто стереотипные ответы. Пусть они не утешают себя, не будет успокоения. Без воли, без земли не утихнет народ. И даже одну землю без воли не возьмут».

   Как известно, первая Дума не решила аграрный вопрос, и причин на то было не мало. Но объективности ради, следует отметить, что, избранные от Северного Кавказа депутаты I Думы, не были готовы заниматься законотворчеством. Их выступления с думской трибуны часто были и противоре­чивыми и спорными, и, как правило, в речах зачастую было много демагогии, но почти все они старались привлечь вни­мание правительства и Думы к справедливому решению зе­мельного вопроса и улучшения жизни народов Северного Кавказа. Пусть с рядом ошибок и незрелости выступлений, тем не менее, это был первый опыт, первые шаги решения вопроса о земле самими крестьянами законным, парламент­ским путем.




Следующие материалы:

Предыдущие материалы:

 

от Монро до Трампа


Blischenko 2017


Узнать больше?

Ваш email:
email рассылки Конфиденциальность гарантирована
email рассылки

ПОЗДРАВЛЕНИЯ!!!




КРУГЛЫЙ СТОЛ

по проблемам глобальной и региональной безопасности и общественного мнения в рамках международной конференции в Дипломатической академии МИД России

МЕЖДУНАРОДНОЕ ПРАВО

Право международной безопасности



Инсур Фархутдинов: Цикл статей об обеспечении мира и безопасности

№ 4 (104) 2016
Московский журнал международного права
Превентивная самооборона в международном праве: применение и злоупотребление (С.97-25)

№ 2 (105) 2017
Иранская доктрина о превентивной самообороне и международное право (окончание)

№ 1 (104) 2017
Иранская доктрина о превентивной самообороне и международное право

№ 11 (102) 2016
Стратегия Могерини и военная доктрина
Трампа: предстоящие вызовы России


№ 8 (99) 2016
Израильская доктрина o превентивной самообороне и международное право


7 (98) 2016
Международное право о применении государством военной силы против негосударственных участников

№ 2 (93) 2016
Международное право и доктрина США о превентивной самообороне

№ 1 (92) 2016 Международное право о самообороне государств

№ 11 (90) 2015 Международное право о принципе неприменения силы
или угрозы силой:теория и практика


№ 10 (89) 2015 Обеспечение мира и безопасности в Евразии
(Международно правовая оценка событий в Сирии)

Индексирование журнала

Баннер

Актуальная информация

Баннер
Баннер
Баннер

Дорога мира Вьетнама и России

Ирина Анатольевна Умнова (Конюхова) Зав. отделом конституционно-правовых исследований Российского государственного университета правосудия


Вступительное слово
Образ жизни Вьетнама
Лицом к народу
Красота по-вьетнамски
Справедливость и патриотизм Вьетнама
Дорогой мира вместе


ФОТО ОТЧЕТ
Copyright © 2007-2017 «Евразийский юридический журнал». Перепечатывание и публичное использование материалов возможно только с разрешения редакции
Яндекс.Метрика