Содержание журналов

Баннер
PERSONA GRATA

В кризисе юридической науки во многом виноваты сами учёные
Интервью с доктором юридических наук, профессором, заслуженным юристом Российской Федерации Николаем Александровичем Власенко

Группа ВКонтакте

Баннер
Баннер
Баннер
Баннер


Мониторинг регионального правового регулирования вопросов иерархии федеральных подзаконных актов и законов субъектов РФ
Научные статьи
03.07.15 12:34

вернуться



Мониторинг регионального правового регулирования вопросов иерархии федеральных подзаконных актов и законов субъектов РФ


alt 
АДМИНИСТРАТИВНОЕ ПРАВО
Шинкевич Д.С.
5 (84) 2015
В статье раскрывается проблематика соотношения норм федеральных подзаконных актов и региональных законов в случае коллизии между ними. особое внимание уделяется отношению субъектов федерации к данной проблеме, ее решению региональными легислатурами.


Вопрос соотношения федерального и регионального за­конодательства занимал умы многих исследователей на про­тяжении долгого времени с момента возникновения теории вертикального разделения властей, с момента обнаружения необходимости регуляции определенных общественных отно­шений на региональном уровне. Вопрос соотношения законов и подзаконных актов также в разное время de facto решался по- разному. Ныне на законодательном уровне каждый из них ре­шен в отдельности: при противоречии закона и подзаконного акта действует закон, при противоречии федерального и регио­нального акта по предмету, находящемуся в сфере совместного ведения Федерации и ее субъектов действует федеральный. Но как быть с пересечением двух этих критериев - юридической силы и уровня правового регулирования, когда все, что пред­усмотрено законодателем, сводится к следующему: «Законы и иные нормативные правовые акты субъектов РФ не могут про­тиворечить федеральным законам, принятым по предметам ведения РФ или совместного ведения Федерации и субъектов. В случае противоречия между федеральным законом и иным актом, изданным в Российской Федерации, действует федераль­ный закон»? Иными словами, Конституция обходит вопрос соотношения федеральных подзаконных актов и региональных законов, уделяя внимание лишь безоговорочному приоритету федерального закона. Но в каком же еще источнике следует ис­кать решение данной проблемы, если даже Основной закон иг­норирует ее существование?

В ситуации молчания федерального законодателя ин­тересно обратить внимание на региональные легислатуры: провозгласят ли они приоритет собственных законов над фе­деральными подзаконными актами, смирятся с безусловным верховенством федеральных актов или продублируют консти­туционные нормы?

Все субъекты федерации по интересующему нас критерию можно условно разбить на 4 группы. Первая группа регионов в своих актах, так или иначе, самостоятельно решает указанную проблему. Вторая группа субъектов дублирует положения ст. 76 Конституции РФ, как бы подчеркивая свое подчинение феде­ральному центру и подтверждая, что регионы осознают все те же проблемы, осознаваемые центральными властями (не больше - не меньше). Третья группа регионов отказывается полностью дубли­ровать федеральную конституцию и содержит свои собственные нормы, не менее туманные и затушевывающие вопрос соотноше­ния интересующих нас актов. Четвертая группа субъектов даже не пытается решить проблему или попросту не имеет интересу­ющих нас актов.

Проверив все субъекты РФ на наличие законов, регулиру­ющих требуемые отношения, а затем разбив регионы на 4 ука­занных выше группы, мы приходим к следующим выводам.


В процентном соотношении преобладает четвертая груп­па субъектов (40%), затем идет третья (29,4%), вторая (22,36%) и первая (8,24%). Таким образом, конкретное решение про­блемы соотношения региональных законов и федеральных подзаконных актов предложено лишь семью субъектами, 34 региона полностью отказались от какой бы то ни было право­вой регламентации этого соотношения, 19 имплементирова­ли в свои акты неопределенные положения Конституции, 25 установили на этот счет собственные порой весьма туманные нормы, что проблемы также не решило.

Следует подчеркнуть, что приведенное деление в некотором роде условно - например, иногда сложно провести различие - акт уходит от рассмотрения этого вопроса или элементарно не пред­назначен для подобного, а искомый документ в регионе попросту отсутствует. Кроме того, предлагаемая классификация с четы­рехзвенным делением приведена здесь для того, чтобы обрисо­вать общую картину, отобразить маневры, к которым прибегают субъекты при столкновении с подобной ситуацией. Однако пути решения проблемы, закрепленные второй, третьей и четвертой группой субъектов, в итоге ведут к одному и тому же результату - вопрос отдается на откуп федеральным властям. А потому три указанных группы будут рассматриваться далее в рамках одной категории. Дифференцируются все 78 регионов, к ней принадле­жащих, только по способу уклонения от решения проблемы. И противопоставить этой категории можно только первую группу из 7 оставшихся регионов. Подробное изучение актов «субъек- тов-уклонистов» особого интереса не представляет, т.к. в лучшем случае способно привести к тем же выводам, что и при анализе Конституции. А потому имеет смысл сосредоточить внимание на законах первой группы субъектов, к которым можно отнести два края - Алтайский, Краснодарский, а также пять областей - Брян­скую, Иркутскую, Калининградскую, Липецкую и Пензенскую.

Ч.6 ст.9 закона «О законах и иных нормативных правовых актах Брянской области» содержит следующую формулиров­ку: «Законы области и иные нормативные правовые акты обла­сти не должны противоречить Конституции РФ, федеральным законам». С одной стороны, перечень актов, которым законо­дательство регионов не должно противоречить, выглядит за­крытым в силу примененного приема анафразы. В результате перестановки слов в тексте конституционной нормы, послед­няя может приобрести принципиально новое звучание - и тогда «иные акты области» по предметам совместного ведения Федерации и субъектов официально смогут противоречить подзаконным актам федеральной власти. С другой стороны, нельзя исключать, что его создатели даже не задумались над возможностью такой трактовки и просто неудачно изложили норму, что, впрочем, не снимает с них ответственности.

Перечень нормативных актов, которым должны соответ­ствовать региональные законы, закрепленный в законе «О по­рядке подготовки, принятия и вступления в силу законов Пен­зенской области и постановлений Законодательного Собрания Пензенской области» также выглядит исчерпывающим, и в нем точно также не отражены федеральные подзаконные акты, из чего можно сделать вывод о приоритете региональных законов в этой сфере предметного ведения. Аналогично, закон «О норма­тивных правовых актах Липецкой области» не называет в числе документов, стоящих выше законов области (а перечень выгля­дит закрытым), федеральные подзаконные акты.

Ст.6 закона Алтайского края «О правотворческой деятель­ности» повторяет неопределенные положения Конституции, но озаглавливает их следующим образом: «Приоритет юриди­ческой силы федеральных законов». Таким образом, делается акцент на том, что эти нормы не подлежат распространению по аналогии в отношении подчинения региональных законов федеральным подзаконным актам.

Напротив,ч.7 ст.17.1. закона «О порядке подготовки, приня­тия, обнародования и вступления в силу законов Калининград­ской области» предусматривает, что государственно-правовое управление Калининградской областной Думы по поручению председателя Калининградской областной Думы осуществляет правовую экспертизу проектов уставных законов Калининград­ской области, проектов законов Калининградской области на их соответствие Конституции Российской Федерации, федераль­ным конституционным законам, федеральным законам и иным нормативным правовым актам Российской Федерации, Уставу (Основному Закону) Калининградской области, правилам юри­дической техники, а также антикоррупционную экспертизу». Таким образом, вполне очевидно закрепляется приоритет фе­деральных подзаконных актов. Систематическое толкование некоторых норм закона «О правовых актах Иркутской области и правотворческой деятельности Иркутской области» также наталкивает на вывод о приоритете всего массива нормативных актов федерального уровня над региональными законами.

Закон «О правотворчестве и нормативных правовых ак­тах Краснодарского края» гласит: «Законодательство края не должно противоречить Конституции Российской Федерации, нормативным правовым актам федеральных органов государ­ственной власти, принятым в пределах их компетенции (пол­номочий), Уставу Краснодарского края». Подходов к термину «законодательство» в доктрине существует немало, однако, каждый из них включает в состав этого понятия хотя бы зако­ны. Следовательно, законы края не могут противоречить всем нормативным актам федеральной власти, в т.ч. подзаконным.

Таким образом, в решении проблемы соотношения феде­ральных подзаконных актов и региональных законов из всех 75 субъектов РФ приняло участие только 7: четверо предположили, что указанные коллизии следует всегда разрешать в пользу ре­гиональных законов, а трое поддержали в этом противостоянии федеральные подзаконные акты. Учитывая, что перевес в голосах здесь незначителен и составляет только 1/7 (и актов, решающих проблему в принципе только 7), а деление на группы и категории в известной доле условно, формулирование итогового вывода о том, что среди субъектов преобладает позиция в поддержку ре­гиональных законов, представляется преждевременным. Однако, можно утверждать, что подавляющее большинство субъектов (78) от решения проблемы отказалось: 34 региона предпочли проблемы не замечать, 19 - слепо копировали неопределенную норму Конституции, 25 осознали существование проблемы и предприняли не особо успешные попытки подойти к ее реше­нию. Все это свидетельствует не только о ее неразработанности в теории, но и об отсутствии осмысления в принципе, даже са­мими регионами - субъектами, чьи интересы в этом вопросе за­трагиваются напрямую.

Такое положение дел представляется неудовлетворитель­ным, поскольку создает неопределенность, наносящую вред правовому регулированию - правоприменители не знают, как по­ступать (но поступать хоть как-то при получении дела обязаны), иные субъекты не знают, как оценить правоприменительные акты (вынесены верно, имеют под собой рациональное обоснование или же не верно, являются продуктом чистого судейского усмо­трения). В Конституции зияет пробел, и ни федеральная власть, ни субъекты преодолеть его не пытаются (за редким исключени­ем), что с очевидностью выявил проведенный мониторинг законов субъектов. А раз на законодательном уровне отсутствуют какие- либо предпосылки формулирования приоритета региональных законов или федеральных подзаконных актов, значит, их следует искать не здесь - и следующим шагом в исследовании соотноше­ния указанных актов должен стать анализ судебной практики, спо­собный выявить правоприменительные закономерности и нагляд­но отразить наиболее популярную модель поведения судьи при столкновении с подобными коллизиями.





Следующие материалы:

Предыдущие материалы:

 

от Монро до Трампа


Blischenko 2017


Узнать больше?

Ваш email:
email рассылки Конфиденциальность гарантирована
email рассылки

ПОЗДРАВЛЕНИЯ!!!




КРУГЛЫЙ СТОЛ

по проблемам глобальной и региональной безопасности и общественного мнения в рамках международной конференции в Дипломатической академии МИД России

МЕЖДУНАРОДНОЕ ПРАВО

Право международной безопасности



Инсур Фархутдинов: Цикл статей об обеспечении мира и безопасности

№ 4 (104) 2016
Московский журнал международного права
Превентивная самооборона в международном праве: применение и злоупотребление (С.97-25)

№ 2 (105) 2017
Иранская доктрина о превентивной самообороне и международное право (окончание)

№ 1 (104) 2017
Иранская доктрина о превентивной самообороне и международное право

№ 11 (102) 2016
Стратегия Могерини и военная доктрина
Трампа: предстоящие вызовы России


№ 8 (99) 2016
Израильская доктрина o превентивной самообороне и международное право


7 (98) 2016
Международное право о применении государством военной силы против негосударственных участников

№ 2 (93) 2016
Международное право и доктрина США о превентивной самообороне

№ 1 (92) 2016 Международное право о самообороне государств

№ 11 (90) 2015 Международное право о принципе неприменения силы
или угрозы силой:теория и практика


№ 10 (89) 2015 Обеспечение мира и безопасности в Евразии
(Международно правовая оценка событий в Сирии)

Индексирование журнала

Баннер

Актуальная информация

Баннер
Баннер
Баннер

Дорога мира Вьетнама и России

Ирина Анатольевна Умнова (Конюхова) Зав. отделом конституционно-правовых исследований Российского государственного университета правосудия


Вступительное слово
Образ жизни Вьетнама
Лицом к народу
Красота по-вьетнамски
Справедливость и патриотизм Вьетнама
Дорогой мира вместе


ФОТО ОТЧЕТ
Copyright © 2007-2017 «Евразийский юридический журнал». Перепечатывание и публичное использование материалов возможно только с разрешения редакции
Яндекс.Метрика