Содержание журналов

Баннер
PERSONA GRATA

В кризисе юридической науки во многом виноваты сами учёные
Интервью с доктором юридических наук, профессором, заслуженным юристом Российской Федерации Николаем Александровичем Власенко

Группа ВКонтакте

Баннер
Баннер
Баннер
Баннер


Правовое регулирование использования информационных баз данных в деятельности полиции
Научные статьи
07.09.15 10:38

Правовое регулирование использования информационных баз данных в деятельности полиции

Кротов А. В.
Цель данной статьи – анализ правового регулирования использования полицией информации, содержащей сведения о частной жизни лица, персональные данные, в информационных базах данных. Развитие информационного общества повлекло за собой как создание новых привилегий, так и необходимость разрешения вопросов, присущих современному уровню технического прогресса. Человек, его частная жизнь оказались практически беззащитными перед технологическим развитием, позволившим бесконтрольно обрабатывать информацию о частной жизни, персональные данные. Создаваемые и используемые в целях обеспечения безопасности, защиты интересов общества и государства информационные базы данных, содержащие информацию о частной жизни, в связи с пробелами в правовом регулировании влекут неоправданное, чрезмерное ограничение права на частную жизнь. Автор в статье сделал попытку выявления существующих проблем в данной области, предложил варианты разрешения спорных вопросов.



     В современном постиндустриальном обществе роль ин­формации как никогда важна.

Информация, информационные процессы предопреде­ляют во многом развитие человека, его место в социуме, вли­яют на содержание его прав и свобод, формируют его мнение по различным вопросам.

Информационные процессы активно используются в це­лях разрешения государственных задач в различных областях, что подчеркивает возросшую значимость информатизации.

В тоже время использование информации в интересах органов государственной власти часто приводит к неоправдан­ному вторжению в область частной жизни человека, нарушая тем самым права и свободы личности.

В 2005 г. в РФ была ратифицирована Конвенция о защите физических лиц при автоматизированной обработке персо­нальных данных.

Необходимо отметить, что, по мнению Европейского суда по правами человека (далее - ЕСПЧ), «защита персональных данных... имеет фундаментальное значение для осуществления лицом права на уважение личной и семейной жизни, гаранти­рованного статьей 8 Конвенции... Разглашение таких сведений может серьезно затронуть личную и семейную жизнь лица, а также его социальное положение и трудоустройство, подвергая его позору и возможному остракизму».

Под персональными данными в Конвенции предлагается понимать любую информацию об определенном или подда­ющемся определению физическом лице («субъект данных»), при этом автоматизированная обработка включает в себя сле­дующие операции, осуществляемые полностью или частично с помощью автоматизированных средств: хранение данных, осуществление логических и/или арифметических операций с этими данными, их изменение, уничтожение, поиск или рас­пространение.


 

В любом современном государстве деятельность правоох­ранительных органов тесно связана с различными информа­ционными процессами, включающими обработку персональ­ных данных, не является исключением и РФ.

В 2011 г. были принят ФЗ «О полиции», целью которого является, с учетом современных реалий, определить права и обязанности полиции.

    Совершенно верно было замечено в 2010 году президен­том РФ Д. А. Медведевым, что «Милиция - чрезвычайно важ­ный институт для нашего общества, и чёткие законодательные рамки её деятельности нужны не только для защиты прав и интересов наших граждан, но и для создания нормальных ус­ловий работы самой милиции. Конкретизировав её права и обязанности, а также избавив её от несвойственных функций, мы тем самым можем сконцентрировать усилия милиции на выполнении её основной задачи - обеспечении правопоряд­ка... Не должно быть таких обязанностей милиции, которые не указаны в законе, но вытекают из других законов или из под­законных актов. Такой подход гарантирует не только право­вой порядок, но и удобство для обычных граждан, которые должны чётко представлять себе полномочия милиции: что милиция может делать, а чего она делать не должна... Надо избавиться от таких формулировок, которые не имеют чёткого содержания, которые размыты. Они создают в законодатель­стве пробелы, которыми впоследствии пользуются для дости­жения личных целей, то есть применяют закон произвольно, без должной процедуры или в нарушение существующих других правил, что, соответственно, влечёт ограничения прав и свобод граждан» (Вступительное слово Д. А. Медведева на совещании по проекту нового закона о милиции, 6.08.2010 г.).

К сожалению данный постулат не был полностью реали­зован в ФЗ О полиции.

В ФЗ «О полиции» ряд положений имеют прямое отно­шение к сфере частной жизни, в том числе следующие «...в рамках представленных полномочий полиция вправе... вести видеобанки и видеотеки лиц, проходивших (проходящих) по делам и материалам проверок полиции; формировать, вести и использовать банки данных оперативно-справочной, крими­налистической, экспертно-криминалистической, розыскной и иной информации о лицах, предметах и фактах; использовать банки данных других государственных органов и организаций, в том числе персональные данные граждан, если федеральным законом не установлено иное».

В соответствии со ст. 17 ФЗ «О полиции» «Полиция имеет право обрабатывать данные о гражданах, необходимые для вы­полнения возложенных на нее обязанностей, с последующим внесением полученной информации в банки данных о граж­данах (далее - банки данных)... Информация, содержащаяся в банках данных, предоставляется государственным органам и их должностным лицам только в случаях, предусмотренных федеральным законом; правоохранительным органам ино­странных государств и международным полицейским орга­низациям - в соответствии с международными договорами Российской Федерации... Полиция обязана обеспечить граж­данину возможность ознакомления в порядке, установленном законодательством Российской Федерации, с содержащейся в банках данных информацией, непосредственно затрагива­ющей его права и свободы. Обработка персональных данных осуществляется в соответствии с требованиями, установлен­ными законодательством Российской Федерации в области персональных данных. Персональные данные, содержащиеся в банках данных, подлежат уничтожению по достижении целей обработки или в случае утраты необходимости в достижении этих целей».

Рассмотрим указанные положения закона более под­робно.

В настоящее время отсутствует специальный нормативно­правовой акт регламентирующий получение содержащейся в банке данных информации, однако это не означает, что право на получение информации является правовой фикцией.

В случае соответствующего запроса на получение ин­формации следует применять нормы ФЗ «О полиции», ФЗ «Об информации, информационных технологиях и о защите информации», ФЗ «О персональных данных», ФЗ «О порядке рассмотрения обращений граждан Российской Федерации».

Наглядно иллюстрирует этот процесс Апелляционное определение ВС Республики Татарстан от 23 августа 2012 г. по делу № 33-8414/2012.

По материалам рассмотренного апелляционным судом дела было установлено что Г. И. обратился в суд с заявлением о признании незаконным отказа начальника Управления Ми­нистерства внутренних дел Российской Федерации по Нижне­камскому району Республики Татарстан (далее - УМВД РФ по Нижнекамскому району РТ) в предоставлении информации. В обоснование требования указано, что начальник УМВД РФ по Нижнекамскому району РТ в ответ на обращение Г. И. неза­конно отказал ему в предоставлении в полном объеме запра­шиваемой информации, тем самым были нарушены права и законные интересы заявителя.

Суд указал, что в соответствии со ст. 17 Федерального за­кона от 7 февраля 2011 г. N 3-ФЗ «О полиции» полиция имеет право обрабатывать данные о гражданах, необходимые для выполнения возложенных на нее обязанностей, с последую­щим внесением полученной информации в банки данных о гражданах.

Формирование и ведение банков данных осуществляют­ся в соответствии с требованиями, установленными законода­тельством Российской Федерации.

Полиция обязана обеспечить гражданину возможность ознакомления в порядке, установленном законодательством Российской Федерации, с содержащейся в банках данных ин­формацией, непосредственно затрагивающей его права и сво­боды.

Установлено, что 14 декабря 2011 г. Г. И. обратился с за­явлением в УМВД РФ по Нижнекамскому району РТ о предо­ставлении сведений из банка данных «Легенда» за период, начиная с даты его рождения, по настоящее время о всех за­регистрированных в КУСП материалах проверки сообщений о преступлениях с его участием с указанием номера, даты, кра­ткого их содержания, сведений о доставлении Г. И. в право­охранительные органы в качестве потерпевшего, подозревае­мого, обвиняемого, сведений о его судимостях, о совершенных им административных правонарушениях. Кроме этого, Г. И. просил сообщить о том, кем, когда, сколько раз, в каком объе­ме была получена информация о нем через информационный банк данных «Легенда» УМВД РФ по Нижнекамскому району РТ, а также проверить законность и обоснованность доступа и получения данных сведений.

26 декабря 2011 г. начальником УМВД РФ по Нижнекам­скому району РТ на указанное обращение Г. И. был дан ответ, содержащий сведения из информационной системы УМВД РФ по Нижнекамскому району РТ, в том числе о материалах проверки сообщений о преступлениях, зарегистрированных в КУСП, в отношении заявителя с указанием их номера, даты и результата, а также сведения о том, кому в соответствии с требованиями закона могла быть предоставлена информация о заявителе. Кроме этого, Г. И. был разъяснен порядок полу­чения сведений о наличии (об отсутствии) судимостей.

Г. И. в ответ на обращение в установленный Федеральным законом от 2 мая 2006 г. № 59-ФЗ «О порядке рассмотрения обращений граждан Российской Федерации» срок была пре­доставлена полная, актуальная и достоверная информация, имеющаяся в банке данных о гражданах УМВД РФ по Нижне­камскому району РТ».

Анализируя данное решение, а также указываемую в нем нормативно-правовую базу, возможно сделать следующие вы­воды:

- для получения интересующей информации управомо­ченный субъект должен сформировать запрос, указав источ­ник данных, то есть непосредственно сам информационный банк (информационную базу), а также перечень требуемой ему информации, что выполнить представляется затрудни­тельным, так как указанная информация о банках данных не является публичной, доступной для инициатора запроса.

- отсутствуют правовые механизмы позволяющие осуще­ствить контроль за тем, насколько представленная по запросу лица информация из банка данных была на момент направле­ния заявителю актуальна, достоверна, полна, гарантии против злоупотреблений со стороны сотрудников правоохранитель­ных органов в данном случае отсутствуют.

- процесс формирования и направления информацион­ного запроса, ответа на запрос, регулируется рядом норматив­но-правовых актов, что в итоге приводит к излишней форма- лизированности информационных процессов по предостав­лению информации управомоченному субъекту, что в итоге может привести к злоупотреблениям.

Особо хотелось бы отметить, что норма ФЗ «О полиции» устанавливающее что «персональные данные, содержащиеся в банках данных, подлежат уничтожению по достижении целей обработки или в случае утраты необходимости в достижении этих целей» в настоящее время фактически не выполнима.

В банках данных содержится огромный массив информа­ции о частной жизни лица, при этом в открытых источниках правовой регламентации подвергнуты лишь действий по уче­ту преступлений (Приказ Генпрокуратуры России № 39, МВД России № 1070, МЧС России № 1021, Минюста России № 253, ФСБ России № 780, Минэкономразвития России № 353, ФСКН России № 399 от 29.12.2005 (ред. от 20.02.2014) «О едином учете преступлений»), что составляет небольшой процент от обще­го массива информации.

Определение, что персональные данные подлежат унич­тожению «по достижении целей обработки или в случае утраты необходимости в достижении этих целей», настоль­ко абстрактно, что персональные данные граждан могут ис­пользоваться в информационных процессах не ограниченное время.

Судебная практика полностью оправдывает в данном случае действия полиции, подтверждая возможность бескон­трольных операции с информацией о частной жизни граждан, в том числе в электронных формах (Апелляционное определе­ние Красноярского краевого суда от 12.11.2014 № 33-10781/2014, Апелляционное определение Верховного суда Республики Татарстан от 26.03.2015 по делу № 33-4249/15, Апелляционное определение Томского областного суда от 10.04.2012 по делу № 33-812/2012).

Нормы ФЗ «О полиции» в части предоставления права органам полиции создания и использования баз данных со­держащих сведения о частной жизни, персональные данные, практически дублируются положениями ФЗ «Об оперативно­розыскной деятельности».

Ряд положений ФЗ «Об оперативно-розыскной деятель­ности» по мнению автора входят в противоречие как с норма­ми Конституции РФ, так и ст. 8 Европейской конвенции о за­щите прав человека и основных свобод, выводами ЕСПЧ.

- положения закона о том что «факт заведения дела опе­ративного учета не является основанием для ограничения конституционных прав и свобод, а также законных интересов человека и гражданина» представляется ошибочным, так как обработка персональных данных гражданина (в том числе и в электронной форме), тем более содержащих информацию о его частной жизни, без согласия на это субъекта-источника информации, априори является ограничением права на част­ную жизнь.

- следующая правовая норма «Дело оперативного учета прекращается в случаях решения конкретных задач оператив­но-розыскной деятельности... а также установления обстоя­тельств, свидетельствующих об объективной невозможности решения этих задач» подразумевает под собой возможности злоупотребления при использовании банков данных, при этом при отсутствии сведений о том что данные лица внесены в какую-либо базу данных, контроль за использованием базы данных не представляется возможным.

Необходимо также обратить внимание, что основания­ми для включения информации в базу данных могут быть не только правонарушения, а любые подозрения о возможности совершения лицом действия противоречащих интересам го­сударства, и в данном случае контроль за использованием бан­ков данных приобретает особую актуальность, однако такой контроль фактически в национальном законодательстве РФ не предусмотрен.

Конституционный Суд РФ в Определении от 14.07.1998 г. оправдывает действия по созданию и ведению дел оператив­ного учета.

Подчеркнем несколько основных положений указанного Определения Конституционного суда:

- у гражданина нет конституционного права на истребо­вание всей собранной о нем информации;

    - лицо вправе в порядке, установленном Федеральным законом, обжаловать действия органов, осуществляющих опе­ративно-розыскную деятельность, обоснованность заведения дела оперативного учета и проведение оперативно-розыскных мероприятий, в том числе и тех, которые осуществляются с санкции суда, в случае если лицу стало известно об их прове­дении.

Соответственно, не ясно, как отсутствие у гражданина права на истребовании информации о нем соотносится со ста­тьями 23, 24 и 29 Конституции РФ, ст. 8 Европейской конвен­ции о защите прав человека и основных свобод? Правомочны ли в данном случае выводы Конституционного Суда об отсут­ствии нарушений прав и свобод человека?

Уместно в данном случае обратится к Постановлению ЕСПЧ от 21 июня 2011 г. «Дело «Шимоволос (Shimovolos) про­тив Российской Федерации»» (жалоба № 30194/09).

В указанном деле рассматривался вопрос о правомерно­сти действий по включению имени заявителя в милицейскую базу данных, с помощью которой в рамках борьбы с экстре­мизмом проводятся регистрация и наблюдение за обществен­но активными гражданами.

Европейский суд рассматривая материалы дела подчер­кнул, что личная жизнь - это широкое понятие, не подлежа­щее исчерпывающему определению. Статья 8 Конвенции не ограничивается защитой только «внутреннего круга», в кото­ром лицо может жить своей личной жизнью по своему усмо­трению, полностью исключая внешний мир, не входящий в данный круг. Она также защищает право налаживать и раз­вивать отношения с другими людьми и внешним миром (как ранее в данной работе указывал автор, право «на развитие от­ношений»). Личная жизнь может даже включать деятельность профессионального и делового характера. Следовательно, существует зона взаимодействия человека с другими людьми даже в публичном контексте, на которую может распростра­няться сфера «личной жизни».

Европейский суд повторно обратил внимание, что систе­матический сбор и хранение службами безопасности данных о конкретных лицах являются вмешательством в личную жизнь указанных лиц, даже если эти данные собираются в обществен­ных местах или касаются исключительно профессиональной и общественной деятельности лица.

Обращаясь к обстоятельствам цитируемого дела, Евро­пейский суд отмечает, что имя заявителя было внесено в базу данных «Сторожевой контроль», с помощью которой собира­лась информация о его поездках на поезде или самолете в пре­делах России, что явилось нарушением п. 1 ст. 8 Конвенции.

Далее суд в своем Постановлении осуществил анализ пра­вомерности таких ограничений права на частную жизнь.

    Европейский суд подчеркнул, что в специальном контек­сте секретных мер требования соблюдения принципов право­мерности введения ограничений права на частную жизнь не означают, что лицо должно быть способно предвидеть, когда власти могут прибегнуть к секретному наблюдению, чтобы он мог изменить свое поведение с учетом этого. Однако особенно в том случае, когда полномочия, которыми наделено долж­ностное лицо, используются в секретном режиме, риски про­извольности очевидны. Поэтому существенное значение име­ют ясные, подробные правила применения секретных мер по наблюдению особенно ввиду того, что доступные технологии становятся все более совершенными. Законодательство долж­но быть достаточно ясным, чтобы граждане получали адекват­ное указание на условия и обстоятельства, при которых власти уполномочены использовать любые меры тайного наблюде­ния и сбора данных (принцип того, что лицо должно предви­деть последствия норм закона, предусматривающих ограни­чения права на частную жизнь). Кроме того, из-за отсутствия общественного контроля и риска злоупотреблений, присущих любой системе тайного наблюдения, законодательство долж­но предусматривать следующие минимальные гарантии во избежание злоупотреблений: указание характера, пределов и длительности возможных мероприятий, основания для изда­ния распоряжения об их применении, органы, уполномочен­ные разрешать их осуществление, а также вид средства право­вой защиты, предусмотренный национальным законодатель­ством (предусмотрены адекватные и эффективные гарантии против злоупотреблений введенных ограничений).

Рассматривая дело «Шимоволос (Shimovolos) против Рос­сийской Федерации», Европейский суд отметил, что создание и ведение базы данных «Сторожевой контроль» и порядок ее функционирования регулируются министерским приказом № 47. Этот приказ не опубликован и недоступен широкой об­щественности. Основания для внесения имени человека в базу данных, органы, имеющие полномочия дать указание о таком внесении, продолжительность данной меры, точный характер собираемых данных, порядок хранения и использования со­бранных данных и существующий контроль и гарантии про­тив злоупотреблений недоступны для общественного контро­ля и осведомления общественности.

В силу вышеуказанных причин Европейский суд не счи­тает, что национальное законодательство определяет с доста­точной ясностью пределы и характер использования дискреции, предоставляемой национальным властям для сбора и хранения в базе данных «Сторожевой контроль» информации о личной жизни. В частности, нет никаких указаний в форме, доступной общественности, на минимальные гарантии от зло­употреблений. Следовательно, вмешательство в права заяви­теля, предусмотренные ст. 8 Конвенции, не было «предусмо­трено законом». Соответственно, имело место нарушение ст. 8 Конвенции.

Учитывая проведенный анализ положений ФЗ «О поли­ции» и ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности», обоб­щим ранее сделанные выводы.

В части создания и использования информационных баз данных выявлены следующие недостатки:

1. Для получения интересующей информации, контроля за ее использованием управомоченный субъект должен об­ладать данными о существующих информационных банках данных, а также о перечне содержащейся в них информации (обезличено), что для обычного обывателя — инициатора за­проса, не выполнимо.

2. Основания сбора информации о частной жизни, срок и цели использования, ясно в законе не определены.

3. Отсутствуют правовые механизмы, позволяющие осу­ществить контроль за тем, насколько представленная по за­просу лица информация из банка данных была на момент направления заявителю актуальна, достоверна, полна, а также уничтожена ли имеющееся информация в установленные за­коном сроки.

4. Процесс информирования управомоченного субъекта затруднен, излишне отягощен рядом нормативно-правовых актов, что осложняет получение интересующей информации.

Исправление выявленных недостатков представляется возможным следующим путем:

   - создание открытого списка информационных банков данных используемых в деятельности правоохранительных органов, с указанием перечня общего объема содержащейся в них информации;

- ясное определение в законе оснований, позволяющих осуществлять сбор информации о частной жизни, срок и цели её использования, включение такой информации в информа­ционный банк данных.

- создание доступного для использования внесудебного правового механизма, позволяющего контролировать право­мерность использования информации содержащейся в ин­формационных банках данных, её уничтожение.




Следующие материалы:

Предыдущие материалы:

 

от Монро до Трампа


Blischenko 2017


Узнать больше?

Ваш email:
email рассылки Конфиденциальность гарантирована
email рассылки

ПОЗДРАВЛЕНИЯ!!!




КРУГЛЫЙ СТОЛ

по проблемам глобальной и региональной безопасности и общественного мнения в рамках международной конференции в Дипломатической академии МИД России

МЕЖДУНАРОДНОЕ ПРАВО

Право международной безопасности



Инсур Фархутдинов: Цикл статей об обеспечении мира и безопасности

№ 4 (104) 2016
Московский журнал международного права
Превентивная самооборона в международном праве: применение и злоупотребление (С.97-25)

№ 2 (105) 2017
Иранская доктрина о превентивной самообороне и международное право (окончание)

№ 1 (104) 2017
Иранская доктрина о превентивной самообороне и международное право

№ 11 (102) 2016
Стратегия Могерини и военная доктрина
Трампа: предстоящие вызовы России


№ 8 (99) 2016
Израильская доктрина o превентивной самообороне и международное право


7 (98) 2016
Международное право о применении государством военной силы против негосударственных участников

№ 2 (93) 2016
Международное право и доктрина США о превентивной самообороне

№ 1 (92) 2016 Международное право о самообороне государств

№ 11 (90) 2015 Международное право о принципе неприменения силы
или угрозы силой:теория и практика


№ 10 (89) 2015 Обеспечение мира и безопасности в Евразии
(Международно правовая оценка событий в Сирии)

Индексирование журнала

Баннер

Актуальная информация

Баннер
Баннер
Баннер

Дорога мира Вьетнама и России

Ирина Анатольевна Умнова (Конюхова) Зав. отделом конституционно-правовых исследований Российского государственного университета правосудия


Вступительное слово
Образ жизни Вьетнама
Лицом к народу
Красота по-вьетнамски
Справедливость и патриотизм Вьетнама
Дорогой мира вместе


ФОТО ОТЧЕТ
Copyright © 2007-2017 «Евразийский юридический журнал». Перепечатывание и публичное использование материалов возможно только с разрешения редакции
Яндекс.Метрика