Содержание журналов

Баннер
PERSONA GRATA

В кризисе юридической науки во многом виноваты сами учёные
Интервью с доктором юридических наук, профессором, заслуженным юристом Российской Федерации Николаем Александровичем Власенко

Группа ВКонтакте

Баннер
Баннер
Баннер
Баннер


Институционализация социального государства в контексте права человека на достойное существование: теоретико-правовой анализ
Научные статьи
29.10.15 10:41

вернуться


Институционализация социального государства в контексте права человека на достойное существование: теоретико-правовой анализ

alt 
ПОЛИТИКА И ПРАВО
Лабыгина А. В.
8 87 2015
В представленной статье автор рассматривает динамику развития концепции «социального государства» в работах отечественных и зарубежных ученых, а также основные этапы ее нормативно-правового закрепления. Автор обосновывает реальность данной стратегии развития отечественного государства прежде всего ее универсальностью.

Согласно ст. 7 Конституции РФ: «Российская Федерация - социальное государство, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и сво­бодное развитие человека.. .Л.

События последних десятилетий, происходящие в Рос­сии, сделали очевидными общественный запрос на сильную социальную политику с одной стороны, с другой - отсутствие тривиального ответа на этот запрос. Стало более чем очевид­но, что проблема правового обеспечения и реализации соци­альной политики государства неразрывно связана с его соци­альной функцией.

В настоящее время в правовой науке существуют раз­личия в трактовке доктринальных основ концепции «соци­ального государства», что естественным образом не может не оказывать влияния на реализацию данной концепции в нор­мативно-правовой и политической практиках. Именно отсут­ствие определенности в концептуальных началах во многом осложняет выбор тактики и стратегии развития России как социального государства.


 

   Однако указанные проблемы не должны послужить ос­нованием для отказа или ослабления развития Российского государства в данном направлении. Как справедливо отмечает ряд авторов, в том числе и Е. А. Лукашева, «социальное госу­дарство - одно из важнейших достижений человеческой мыс­ли, впитавшее озарения древних мыслителей, деятелей эпохи Возрождения, блистательные концепции, возникшие в эпоху Просвещения». Это «одна из великих идей цивилизационного развития, сыгравшая неоценимую роль в предотвращении социальных конфликтов, гармонизации общественных отно­шений, установлении разумных параметров воздействия госу­дарства, общества и человека».

Понятие социальной государственности возникло в конце XIX - начале XX в. и было связано с новыми качествами госу­дарства, отличными от модели либерального правового госу­дарства.

Вопрос о взаимоотношения государства и человека в ус­ловиях свободной рыночной экономики нередко становился в центре противостояния представителей различных течений экономической и политико-правовой мысли буржуазного общества.

Сторонники теории индивидуальной свободы человека (А. Смит, С. Милль, Б. Констант, Дж. Локк) ставили ее выше равен­ства. Главным условием обеспечения такой «негативной» свобо­ды они считали невмешательство государства в экономику.

Высокую ценность классического либерализма XVIII в. подтвердило развитие частного предпринимательства в бур­жуазных государствах и, в конечном итоге, упрочнение их эко­номической мощи.

Однако уже в конце XIX в. обнаружились негативные по­следствия реализации идей либерализма и индивидуализма. Стали все ярче проявляться классовые противоречия в обще­стве, резкая поляризация между богатством и бедностью, что, в свою очередь, могло привести к социальному взрыву.

«По мере развития буржуазного общества понятие инди­видуализма обеднялось, стало ассоциироваться со своеволием и эгоизмом. Гиперболизация индивидуальных потребностей и пристрастий неизменно приводит к нравственным и соци­альным деформациям общества, резкой противоположности и противоборству интересов различных его слоев и групп. Исчезает чувство их взаимосвязанности, ответственности и солидарности».

Индивидуализм сформировал человека, «одержимого стремлением к выгоде, прибылям и богатству, сметающе­го на пути к ним все социальные помехи и нравственные ценности...».

Как уже ранее указывалось, в конце XIX, а особенно в на­чале XX в. представители либеральных течений стали ощу­щать кризис идей индивидуализма и классического либера­лизма. На фоне резкой поляризации общества и увеличения степени фактического неравенства людей, а также широкого распространения и признания марксисткой доктрины, ори­ентировавшей на социалистическую революцию, происходи­ло возрастание противоречий и напряженности в обществе. В связи с этим представителями неолиберальной идеологии было выдвинуто новое «позитивное» понимание свободы. По словам П. И. Новгородцева: «Положительное понимание сво­боды представляло собой целый переворот понятий, который знаменует новую стадию в развитии правового государства». Теперь органы государственной власти «должны не только воздерживаться; они должны действовать, и эта обязанность переводится в юридическую обязанность обеспечить обучение и гарантировать труд».

Таким образом, устанавливая новые параметры отно­шений между государством и человеком, утверждая досто­инство личности, возникла идея социального государства, которая получила широкое развитие и признание во второй половине XX в.

Среди представителей отечественной дореволюционной мысли идея усиления социальной роли государства нашла поддержку в работах В. С. Соловьева, П. И. Новгородцева, Б. А. Кистяковского.

Отечественными мыслителями была выдвинута идея «права человека на достойное существование, реализация ко­торого связывалась с осуществлением социальных реформ».

Б. А. Кистяковский подчеркивал, что «с развитием соци­ально-философского и юридического анализа в новых исто­рических условиях возникает убеждение в том, что наряду с гражданскими и политическими правами должны быть по­ставлены и права социальные, наряду со свободой от вмеша­тельства государства в известную сферу личной жизни и пра­вом на участие в организации и направлении государственной деятельности должно быть поставлено право каждого гражда­нина требовать от государства обеспечения ему нормальных условий экономического и духовного существования».

К спорам, ведущимся между буржуазными либералами (классическими и новыми) и консерваторами, активно под­ключился марксизм, используя в этих целях свои аргументы, резко не совпадающие ни со сторонниками, ни с противни­ками реформ. «В основе борьбы марксизма с реформизмом лежала идея о невозможности улучшить положение трудя­щихся при сохранении буржуазного строя. ибо реформы в рамках буржуазного строя существенно изменить положение трудящихся не могут».

Несмотря на сложившееся противостояние, история опровергла марксистские идеи установления всеобщего ра­венства и справедливости путем революционного насилия. Однако поляризация мнений относительного того, должно ли государство устранять «несправедливость», порождаемую ры­ночными отношениями, сохранилась.

Тем не менее можно констатировать, что в результате длительного господства в политике и экономике большинства развитых государств идей крайнего индивидуализма и рыноч­ной свободы со всеми негативными последствиями, с одной стороны, и упорного противостояния им идеи социального государства, с другой, стало очевидно, что «негативная свобо­да», «невидимая рука рынка» - не более чем «миф, который не может дать обществу ни справедливости, ни обеспечения до­стойной жизни человека, подрывая солидарность и сплочен­ность общества».

Определение перспектив экономического и социального развития стало необходимым условием устойчивости обще­ства и государства.

На смену традиционному идеологическому противостоя­нию сторонников «жесткого рынка» и сторонников «социаль­ного реформирования государства» приходят процессы кон­вергенции, стремление сбалансировать рыночные начала и государственную социальную поддержку, поскольку все более становятся необходимы действенные механизмы предотвра­щения конфликтов и раскола общества.

В связи с этим французский экономист П. Розанваллон отметил, что углубление социальных противоречий заставило пересмотреть неолиберальные позиции относительно мини­мизации роли государства в воздействии на экономику, кото­рые «вышли из моды».

В настоящее время идея социального государства полу­чает все большее признание. Принцип социального государ­ства и его неразрывная связь с социальными, экономически­ми и культурными правами в той или иной форме выражен в конституциях Германии, Франции, Швеции, Греции, Дании, Испании, Италии, Нидерландов, Португалии, Турции и др. Он нашел свое воплощение в важнейших международных правовых документах - Всеобщей декларации прав человека и Международном пакте об экономических, социальных и культурных правах. Ключевым является положение, сформу­лированное в п. 1 ст. 25 Всеобщей декларации прав человека: «Каждый человек имеет право на такой жизненный уровень, включая пищу, одежду, жилище, медицинский уход и необ­ходимое социальное обслуживание, который необходим для поддержания здоровья и благосостояния его самого и его се­мьи, и право на обеспечение на случай безработицы, болезни, инвалидности, вдовства, наступления старости или иного слу­чая утраты средств к существованию по не зависящим от него обстоятельствам». Данный принцип развит в п. 1 ст. 11 Между­народного пакта об экономических, социальных и культурных правах, обязывая государства к социальной ориентации их деятельности: «Участвующие в настоящем Пакте государства признают право каждого на достаточный жизненный уро­вень для него и его семьи, включающий достаточное питание, одежду и жилище, и на непрерывное улучшение условий жизни. Государства-участники примут надлежащие меры к обеспечению осуществления этого права, признавая важное значение в этом отношении международного сотрудничества, основанного на свободном согласии».

Таким образом, вопрос о необходимости социальной ориентированности государства, постепенном гарантирова­нии прав «второго поколения» признается международным сообществом. Однако далеко не все государства сегодня могут реально обеспечить все важнейшие права этой группы. Основ­ная причина - состояние экономики. Социальная функция может осуществляться в полном объеме лишь при высоком уровне экономического развития, позволяющем разумно пе­рераспределить средства и ресурсы, сохраняя свободу рыноч­ных отношений и предпринимательства.

В практике современных государств, даже высокоразви­тых, существуют большие трудности, связанные с обеспечени­ем социально-экономических и культурных прав. Так, напри­мер, в условиях частного предпринимательства, при котором государство не распоряжается трудовыми ресурсами, без­работица неизбежна. Поэтому задача государства видится в минимизации ее неблагоприятных последствий: добиваться роста занятости; создавать новые рабочие места; выплачивать пособия по безработице.

Вышеперечисленные и множество других мер требуют постоянного внимания и содействия государства.

Идеи социальной государственности и гарантирован­ности социально-экономических и культурных прав, в свою очередь, требуют стратегического плана социальной полити­ки, социальных программ и постоянных усилий государства, гражданского общества и личности.

Как справедливо замечает А. Е. Лукашева: «Формирова­ние социальной государственности - процесс непрерывный и постоянный, требующий реакции на вновь возникающие си­туации и в экономике и в политике, и в нравственности. Воз­можности государства в проведении социальных реформ не безграничны. Одни социальные проблемы слишком сложны, чтобы их решить законодательным путем, другие слишком тонки и неуловимы, а третьи во многом зависят от нравствен­ных причин... Проявляя заботу о повышении социального статуса граждан, государству необходимо соблюдать меру, ко­торая воспрепятствовала бы освобождению индивида от лич­ной ответственности за свою судьбу и судьбы своих близких».

Опыт развития социальных государств запада показал, насколько трудно достигнуть баланса между рыночной свобо­дой и воздействием государства на экономику.

Поиск баланса, позволяющего сочетать непрерывный экономический рост с расширением социальных функций государства - одно из наиболее важных направлений обще­ственной мысли в современном мире, когда новые ситуации и гуманитарные идеалы не могут найти опоры в существовав­ших ранее доктринах. Отсюда и неугасающий интерес к идее «социального государства» в современной науке, где наряду с приверженностью к неолиберальным концепциям четко обо­значаются подходы, основанные на стремлении утвердить в обществе принципы справедливости, проявляющиеся, пре­жде всего, в теоретическом обосновании курса социальных реформ, социальных программ государства, «социального ка­чества жизни».

В контексте рассматриваемой проблемы особого внима­ния заслуживает теория справедливости Дж. Ролза, которая отстаивает идею «государства благосостояния», соответству­ющие перспективы и социальную политику, основанную на перераспределении доходов, по возможности большего их выравнивания средствами, которые принимаются людьми сознательно и добровольно в результате общего согласия, договора».

Несмотря на некоторую утопичность и морализаторство, в котором упрекают Ролза теоретики неконсервативного тол­ка, моральную направленность его теории «справедливости как честности» нельзя недооценивать, поскольку она ориенти­рует на решение острых проблем общества.

В целом, важно отметить, что поиск путей утверждения справедливости имеет давние традиции. Так, например, Л. Дюги в своей теории социальной солидарности, уже в начале XX в. считал, что пришло время гибкого и гуманного поли­тического строя, охраняющего индивида. Этот строй должен покоиться на двух элементах: на понятии социальной нормы, обязательной для всех и объединяющей всех членов общества, и федерализме классов, организованных в синдикаты, которые будут соединены с центральной властью, обладающей функ­циями, не сводящимися к контролю и надзору, а имеющими положительные обязанности, связанные с оказанием помощи, обучением, страхованием от безработицы.

Таким образом, можно сделать вывод, что вопрос о со­циальной роли государства - не только политический, юри­дический, но и нравственный, и потому сводить все проблемы взаимоотношений государства и гражданина к формальным юридическим аспектам нельзя.

В правовой науке существует устойчивое мнение о том, что возрастание роли государства в развитии экономики про­тиворечит первоначальному замыслу правового государства как образования, ограничивающегося ролью «ночного сторо­жа», и потому ведет к отрицанию самой сущности правового государства.

В этой связи автор выражает свое согласие с позицией А. Е. Лукашевой, которая предлагает рассмотреть данную про­блему исходя из сущности правового государства в единстве всех его признаков: приоритет прав человека; построение государственной и общественной жизни на принципе верхо­венства права; разделение властей; взаимная ответственность индивида и государства. Второе поколение прав человека, включаясь в систему приоритетов государства, обязывает его принимать меры по обеспечению этих прав. Обогащение ка­талога прав человека дает импульс развитию новых функций государства, новых направлений его деятельности.

Таким образом, социальное реформирование следует рассматривать как новую стадию развития правового государ­ства, стремление преодолеть резкую поляризацию различных слоев общества, гуманизировать социальные условия жизни. Соотношение правового и социального государства, в свою очередь, следует рассматривать не как антитезисы, а как диа­лектику развития государства, признающего приоритет прав человека и определяющего в соответствии с этим формы и ме­тоды своей деятельности.

    В настоящее время именно принципы правового государ­ства, уже сформировавшиеся и вошедшие в реальную практи­ку, помогают удерживать процесс становления социального государства в определенных границах, не ущемляя свободы одних и не снимая ответственности за свою судьбу с других.

Ответственность государства за предоставление каждому гражданину прожиточного минимума, это лишь начальная стадия развития социального государства, и тем не менее даже она ведет к высокому объему социальных расходов современ­ных развитых государств.

Дополнительные пособия по безработице, право на полу­чение образования, жилье, доступ к культурным ценностям, возможны только в условиях высокоразвитой инновацион­ной экономики, с одной стороны, и консолидации общества, устранения резких социальных неравенств, с другой, но оче­видно, что даже эти условия не гарантируют социального бла­годенствия всех граждан.

Таким образом, развитие социального государства - не однолинейное поступательное движение, а сложный и про­тиворечивый процесс, в котором есть свои успехи и неудачи, взлеты и падения. На уровень социальности государства не­малое влияние оказывают политическая ориентация прави­тельств, соотношение политических элит общества.

С другой стороны, проблемы социальной обеспечен­ности нередко играют решающую роль при проведении вы­боров в представительные органы, в предвыборной борьбе за пост президента и т.д. Поэтому социальное государство, зада­ча которого - создание условий и принятие ответственности за реализацию прав человека «второго поколения», оказывает самое непосредственное воздействие на осуществление всего комплекса прав и свобод человека.

«Настоящие истинные цели государства. заключаются в осуществлении солидарных интересов людей. При помощи государства осуществляется то, что нужно, дорого, ценно всем людям. Государство само по себе есть пространственно самая обширная и внутренне всеобъемлющая форма. солидарно­сти между людьми, и вместе с тем оно ведет к созданию и вы­работке наиболее полных и всесторонних форм человеческой солидарности. Общее благо - вот формула, в которой выра­жаются цели и задачи государства».

Видится, что только в рамках концепции правового со­циального государства, цель которого - защита прав и свобод человека, обеспечение его достоинства, возможно проявление всеобъемлющей солидарности людей.

Современное социальное государство давно перешагнуло границы его понятий, назначения, функций, существовавших на ранних этапах его возникновения и развития. В момент ин­ституционализации социального государства в нормах меж­дународного права, а также в основных законах большинства развитых стран (вторая половина XIX в. - 90-е гг. XXв.) речь шла о минимальных социальных стандартах, цель которых - поддержать «социально слабые» слои населения, оказать им помощь в неблагоприятной жизненной ситуации.

В конце XX - начале XXI в., в связи с глобальными изме­нениями в характере экономики, инновационным характером ее развития, определившим необходимость инвестирования в человеческий капитал, социальное назначение государства видоизменяется. Большинство развитых стран важнейшее его назначение видят в обеспечении «социального качества жиз­ни».

     Указанное понятие основано на принципе человеческого развития, выдвинутом программой развития ООН в 1990 г. Именно нераздельность социальных, политических, граждан­ских проблем была положена в основу концепции социально­го качества, которая, по мнению ряда авторов, представляет собой новый этап развития принципов социального государ­ства.

Проведенный анализ показывает, что проблема усиления социальной роли государства сохраняет свою актуальность на протяжении не одного десятилетия. Причем она уже перешла из области исключительно теоретических изысканий в область нормативно-правового воплощения, и именно это определяет направления дальнейшего развития данной концепции.

Можно констатировать, что усиление роли государства, опирающегося на право, не отступающего от правовых прин­ципов, формирование его социальной направленности в це­лях обеспечения достойной жизни каждого, признание выс­шей ценности прав и свобод человека, воспитание уважения к праву и закону - вот задачи, на которых необходимо сосре­доточить усилия и решение которых поможет нормализовать ситуацию, обеспечить стабильность и устойчивое развитие российского общества.

Право и политика



Следующие материалы:

Предыдущие материалы:

 

от Монро до Трампа


Blischenko 2017


Узнать больше?

Ваш email:
email рассылки Конфиденциальность гарантирована
email рассылки

ПОЗДРАВЛЕНИЯ!!!




КРУГЛЫЙ СТОЛ

по проблемам глобальной и региональной безопасности и общественного мнения в рамках международной конференции в Дипломатической академии МИД России

МЕЖДУНАРОДНОЕ ПРАВО

Право международной безопасности



Инсур Фархутдинов: Цикл статей об обеспечении мира и безопасности

№ 4 (104) 2016
Московский журнал международного права
Превентивная самооборона в международном праве: применение и злоупотребление (С.97-25)

№ 2 (105) 2017
Иранская доктрина о превентивной самообороне и международное право (окончание)

№ 1 (104) 2017
Иранская доктрина о превентивной самообороне и международное право

№ 11 (102) 2016
Стратегия Могерини и военная доктрина
Трампа: предстоящие вызовы России


№ 8 (99) 2016
Израильская доктрина o превентивной самообороне и международное право


7 (98) 2016
Международное право о применении государством военной силы против негосударственных участников

№ 2 (93) 2016
Международное право и доктрина США о превентивной самообороне

№ 1 (92) 2016 Международное право о самообороне государств

№ 11 (90) 2015 Международное право о принципе неприменения силы
или угрозы силой:теория и практика


№ 10 (89) 2015 Обеспечение мира и безопасности в Евразии
(Международно правовая оценка событий в Сирии)

Индексирование журнала

Баннер

Актуальная информация

Баннер
Баннер
Баннер

Дорога мира Вьетнама и России

Ирина Анатольевна Умнова (Конюхова) Зав. отделом конституционно-правовых исследований Российского государственного университета правосудия


Вступительное слово
Образ жизни Вьетнама
Лицом к народу
Красота по-вьетнамски
Справедливость и патриотизм Вьетнама
Дорогой мира вместе


ФОТО ОТЧЕТ
Copyright © 2007-2017 «Евразийский юридический журнал». Перепечатывание и публичное использование материалов возможно только с разрешения редакции
Яндекс.Метрика