Содержание журналов

Баннер
PERSONA GRATA

Группа ВКонтакте

Баннер
Баннер
Баннер
Баннер


Формы и тенденции развития интеграции в Евразии
Научные статьи
16.11.15 11:25

Формы и тенденции развития интеграции в Евразии

alt
 
ЕВРАЗИЙСКАЯ ИНТЕГРАЦИЯ
Аксенчук М.А.
9 88 2015
В статье рассматриваются стадии интеграции, через которые прошли постсоветские страны на пути к созданию ЕАЭС; анализируются форма и дальнейшее направление развития
организации.


Понятие «форма интеграции» (иногда в литературе име­нуется стадией интеграции) используется для характеристи­ки «глубины» интеграционного процесса. Наибольший вклад в его разработку был сделан венгерским экономистом Бела Баласса (Bela Balassa) в работе «Теория экономической инте­грации» (The Theory of Economic Integration). Он рассматри­вал интеграционный процесс как последовательный переход интеграционного объединения от одной формы к другой по мере увеличения взаимодействия стран-участников. Каждая последующая форма включает в себя предыдущую и добав­ляет новые свойства, углубляющие интеграционный процесс. Всего Б. Баласса выделял 4 формы (стадии) интеграции:

1. Зону свободной торговли. Страны-участники устанав­ливают нулевые тарифы на товары, произведенные на их тер­ритории. Каждое государство при этом сохраняет собствен­ные тарифные барьеры в отношениях с третьими странами (ст. XXIV, п. 8, пп. b ГАТТ).

2. Таможенный союз. Зона свободной торговли, в которой страны-участники устанавливают общий внешний тариф на товары, импортируемые из третьих стран (ст. XXIV, п. 8, пп. a ГАТТ).

3. Общий рынок. Таможенный союз, в котором разреше­но свободное перемещение рабочей силы и капитала на тер­ритории стран-участников. Общий рынок также связывают с окончательным исчезновением всех торговых барьеров, вклю­чая нетарифные ограничения, и определенным уровнем со­гласованности экономической политики.

4. Экономический союз. Общий рынок, в котором стра­ны-участники гармонизировали или унифицировали моне­тарную и налоговую политику, широко сотрудничают в обла­сти экономической политики.


 

Экономический союз, по мнению автора, естественным образом приводил к «тотальной экономической интеграции» или политическому союзу, который он связывал с образовани­ем общего, единого аппарата управления.

В качестве критериев, предопределяющих отнесение интеграционного объединения к той или иной форме, Б. Баласса обозначил:

• свободу передвижения товаров, услуг, капитала, рабо­чей силы внутри интеграционного объединения;

• наличие общих ограничений в отношениях со страна­ми, не являющимися участниками интеграционного объеди­нения;

• проведение общей таможенной, монетарной, эконо­мической политики.

Современная система форм (стадий) интеграции во мно­гом основана именно на классификации Б. Баласса. Однако не­которые из его идей оказались пересмотрены: исследователи отмечают некоторую схематичность и упрощенность приве­денной им схемы. Критика его взглядов ведется по трем основ­ным направлениям:

• подвергается сомнению естественность и неизбежность перехода интеграционного объединения от одной формы к другой;

• высказывается тезис об отсутствии примеров интегра­ционных объединений, которые бы в точности соответствова­ли одной из форм (поэтому говорить о той или иной форме интеграционного объединения можно лишь с определенной долей условности);

• сегодня не существует единого мнения ни о характери­стике каждой отдельной формы интеграции, ни об их общем количестве: разные исследователи выделяют от 4 (как в класси­фикации Б. Баласса) до 8 форм 5. Связано это с тем, что многие видят необходимость дополнить существующую классифика­цию промежуточными формами.

  Так, помимо формы «общего рынка», отдельно выделя­ют форму «единого рынка» (когда помимо свободы движения товаров, услуг, капиталов и рабочей силы происходит унифи­кация юридических и технических условий); помимо зоны свободной торговли — зону свободной торговли «плюс» (пред­полагающую либерализацию не только торговли товарами и услугами, но и других сфер экономического сотрудничества); помимо экономического союза — экономический и валютный союз. Дискуссионным остается вопрос и о начальном этапе интеграционного процесса: в некоторых классификациях он считается инициированным с момента создания зоны свобод­ной торговли, в то время как другие первым этапом называют заключение преференциальных соглашений.

Традиционно в качестве события, положившего начало процессу евразийской интеграции, рассматривается заключе­ние Соглашения об образовании Содружества Независи­мых Государств (8 декабря 1991 г.). Развитие интеграционных процессов здесь предусмотрено, например, ст. 4 Соглашения, которая декларирует широкий спектр целей, стоящих перед сторонами: развитие сотрудничества в области экономики, политики, культуры, образования, здравоохранения, охраны окружающей среды, торговли и других сферах. Некоторые ис­следователи выражают сомнение в корректности обозначения СНГ как интеграционного объединения. Для сотрудничества в рамках СНГ свойственно рьяное отстаивание участниками своей полной независимости и отрицание наднационализма (который, по мнению Т. Н. Нешатаевой, и является главным признаком интеграционного объединения). Еще одним ар­гументом против рассмотрения образования СНГ как стадии интеграционного процесса является и то, что в самом Согла­шении (например, в преамбуле) говорится, в первую очередь, о последствиях распада Советского Союза, что позволяет оце­нивать создание СНГ, скорее, как этап дезинтеграции, «пло­щадку для развода»10 стран бывшего СССР.

СНГ, как объединение государств, ставящее целью раз­витие сотрудничества между постсоветскими странами, часто критикуется за излишнюю декларативность положений, от­сутствие четкого механизма реализации межгосударственных решений, отсутствие возможности принудительного их испол­нения (решения Экономического Суда СНГ имели рекоменда­тельный характер) и применения санкций к нарушителям. За 10 лет деятельности СНГ из 173 документов, предусматри­вающих ратификацию и выполнение внутригосударственных процедур, только 8 вступили в силу для всех участников, поэ­тому Содружество действовало на базе заключения двусторон­них договоров и соглашений (по состоянию на 1 марта 2007 г. было принято 1657 документов). Однако нельзя отрицать, что попытки наладить сотрудничество и найти оптимальный способ дальнейшей интеграции первоначально происходили именно в рамках Содружества (проводился поиск эффектив­ной системы межгосударственных органов; попытки гармо­низации законодательства стран через принятие модельных законов; попытки интеграции на базе договоров и на базе ММПО и т.д.).

  24 сентября 1993 г. между странами СНГ (кроме Тур­кменистана и Украины) был подписан Договор о создании Экономического союза. По задумке участников договора, Экономический союз подразумевал гармонизацию законода­тельства, а также проведение согласованной денежно-кредит­ной, бюджетной, налоговой, ценовой, внешнеэкономической, таможенной и валютной политики (ст. 3). Статья 4 предусма­тривала поэтапное углубление интеграции через последова­тельное создание ассоциации свободной торговли, таможен­ного союза, общего рынка товаров, услуг, капитала и рабочей силы и валютного (денежного) союза. Для каждого из этапов предусматривалось подписание собственного соглашения. Та­ким образом, данный договор можно рассматривать в первую очередь как декларацию намерений государств. В рамках реа­лизации проекта о создании Экономического союза были под­писаны следующие соглашения:

• 15 апреля 1994 г. подписано Соглашение о создании зоны свободной торговли.

Многосторонний режим свободной торговли, введение которого предполагалось при подписании Соглашения, так и не был создан. Взаимоотношения стран регулировались двусторонними соглашениями о свободной торговле. При этом уже протоколом от 2 апреля 1999 г. положение о даль­нейшем преобразовании зоны свободной торговли в Эконо­мический союз было вычеркнуто. Впоследствии Соглашение было заменено Договором о зоне свободной торговли от 18 октября 2011 г.

• 6 января 1995 г. подписано Соглашение о Таможен­ном союзе между Российской Федерацией и Республикой Беларусь. Позже к соглашению присоединились Республика Казахстан (20 января 1995 г.), Кыргызская Республика (29 мар­та 1996 г.), Республика Таджикистан (26 февраля 1999 г.).

В реализации Соглашения было предусмотрено несколь­ко этапов. Первый этап — практическое применение поло­жений Соглашения от 15 апреля 1994 г. (отмена тарифных и количественных ограничений во взаимной торговле), т.е. фак­тически введение режима свободной торговли, уже предусмо­тренного предыдущим соглашением. Второй этап — унифи­кация внешнеторгового, таможенного, валютно-финансового, налогового и другого законодательства, затрагивающего внеш­неэкономическую деятельность, в том числе установление одинакового торгового режима, общих тарифов в отношении третьих стран (предполагалось, что унификация будет завер­шена в течение 4 месяцев с даты подписания Соглашения). Полномочия по установлению взаимоотношений с другими странами предполагалось делегировать одной из сторон.

На данном этапе стала очевидна бесперспективность по­пыток выстроить единое интеграционное объединение, в ко­тором бы участвовали все страны СНГ: пока некоторые из них выступали за углубление интеграции, другие не готовы были пойти дальше. Как отмечается Т. Н. Нешатаевой, «формиро­вание Таможенного союза, ЕЭП, а затем и ЕАЭС произошло не благодаря институтам СНГ, а скорее в связи с отходом от них». В этом смысле шагом вперед было подписание 29 мар­та 1996 г. Договора об углублении интеграции в экономи­ческой и гуманитарной областях (с участием РФ, Белорус­сии, Казахстана, Киргизии, Таджикистана). Для договора все еще характерна некоторая декларативность: в качестве цели здесь заявлено создание в перспективе Сообщества интегри­рованных государств (в ст. 7 рассматривается и возможность введения валютного союза). Важным отличием является соз­дание наднациональных органов управления интеграцией:

Межгосударственного совета, Интеграционного комитета, Межпарламентского комитета. Здесь же впервые была при­знана возможность разноуровневой интеграции в рамках СНГ. На территории Содружества начали появляться объединения, нацеленные на более активную интеграцию (Союз Белоруссии и России, ГУАМ, ЦАС, ЕврАзЭС), большинство из которых, однако, не показали большой эффективности.

26 февраля 1999 г. заключен договор о Таможенном со­юзе и Едином экономическом пространстве (с участием РФ, Белоруссии, Казахстана, Киргизии и Таджикистана). В преамбуле стороны ссылались уже не на Договор о создании Экономического союза (в котором участвовало большинство стран СНГ), а на договор от 29 марта 1996 г. (где участвовали лишь 5 государств). По сути, договор представляет собой вза­имное обязательство завершить формирование Таможенного союза и создать на его основе единое экономическое простран­ство. Под ним понималось создание общего рынка товаров, услуг, капиталов и труда, а также проведение согласованной налоговой, денежно-кредитной, валютно-финансовой, торго­вой, таможенной и тарифной политики (ст. 1). Здесь же со­держится обязанность сторон реализовать в полном объеме режим свободной торговли, действующий на основании уже принятых соглашений.

10 октября 2000 г. был подписан Договор об учрежде­нии Евразийского экономического сообщества (с участи­ем РФ, Белоруссии, Казахстана, Киргизии и Таджикистана и, с 2006 г., Узбекистана). Организация была создана для повы­шения эффективности формирования Таможенного союза и Единого экономического пространства. В отличие от пре­дыдущих попыток интеграции, которые были основаны на деятельности внеорганизационных объединений государств и не принесли впечатляющих результатов, в этом договоре предусматривалось создание межгосударственной межпра­вительственной организации. По мнению некоторых исследо­вателей, реальная интеграция на евразийском пространстве начала осуществляться только с момента создания ЕврАзЭС. Связывается это со сложностью создания на базе внеорганиза- ционных объединений любых интеграционных проектов ам­бициозней зоны свободной торговли - для таких задач гораздо лучше подходит интеграция на базе ММПО (хоть и отмеча­ется, что существуют примеры успешной интеграции обоих видов). При этом 19 сентября 2003 г. было подписано Согла­шение о создании Единого экономического пространства (с участием РФ, Белоруссии, Казахстана и Украины), которое, в свою очередь, действовало именно как внеорганизационное объединение. Здесь предусматривалась гораздо большая сво­бода государств. Как отмечается в работе С. М. Босовец: «Го­сударства могут самостоятельно определять, когда и к какому международному договору присоединяться, могут выбирать сферы и направления интеграции, мероприятия и проекты, в которых будут участвовать, и объем этого участия». Таким образом, сложилась парадоксальная ситуация, когда парал­лельно действовали ЕврАзЭС и ЕЭП, преследующие одинако­вые цели — углубление интеграции до формирования общего рынка и находящиеся на одном географическом пространстве (участником ЕврАзЭС не являлась лишь Украина, которая оговаривала, что собирается участвовать лишь в создании Зоны свободной торговли).

6 октября 2007 г. был подписан Договор о создании еди­ной таможенной территории и формировании Таможен­ного союза на базе ЕврАзЭС (с участием РФ, Белоруссии, Ка­захстана). В результате с 1 июля 2011 г. на внутренних границах был снят таможенный контроль. С 2012 г. вступили в силу 17 базовых соглашений, формирующих Единое экономическое пространство.

Таким образом, за время попыток создания с 1995 г. Тамо­женного союза и Единого экономического пространства было подписано более сотни международных договоров. В 2011 г. было поручено провести их кодификацию, результатом кото­рой стал Договор о Евразийском экономическом союзе.

18 ноября 2011 г. была принята Декларация о евразий­ской экономической интеграции. Здесь констатировалось успешное функционирование Таможенного союза и переход к следующему этапу интеграции - единому экономическому пространству, договоры о котором вступали в силу с 2012 г. При дальнейшей интеграции планировалось формирование согласованной промышленной, транспортной, энергетиче­ской и аграрной политики; гармонизация и, в определенных сферах, унификация законодательства; осуществление согла­сованной экономической политики, углубление сотрудниче­ства в валютной сфере; обеспечение совместных стандартов образования; сотрудничество в вопросах миграционной по­литики; развитие сотрудничества в сфере внешней политики. Идеи же многих должностных лиц простирались еще дальше: «Мы не останавливаемся на этом и ставим перед собой амби­циозную задачу: выйти на следующий, более высокий уровень интеграции — к Евразийскому союзу», — рассуждал В. В. Пу­тин в конце 2011 г.

   Последним этапом интеграции является подписание 29 мая 2014 г. Договора о Евразийском экономическом союзе. ЕАЭС начал функционировать с 2015 г. с участием РФ, Казах­стана, Белоруссии. Позже к договору присоединились Арме­ния (которая стала участником со 2 января 2015 г.) и Киргизия (с 12 августа 2015 г.). ЕАЭС не достиг того уровня интеграцион­ного объединения, которого от организации многие ожидали изначально. В договоре не осталось декларативных положений о политической составляющей союза: не рассматриваются во­просы о миграционно-визовой политике, общем гражданстве, согласованной внешней политике. Несколько раз были от­вергнуты инициативы о создании общего наднационального органа - Евразийского парламента. В выступлениях долж­ностных лиц Белорусии и Казахстана подчеркивается именно экономический характер объединения и недопустимость его политизации: «Такие направления, как охрана границ, мигра­ционная политика, система обороны и безопасности, а также вопросы здравоохранения, образования, культуры, правовой помощи по гражданским, административным и уголовным делам не относятся к экономической интеграции и не могут быть перенесены в формат экономического союза», — считает Н. Назарбаев. Прогрессом можно считать достижение согла­шения о гармонизации законодательства в сфере финансовых рынков и создание к 2025 г. наднационального органа-мегаре­гулятора.

Несмотря на формальное декларирование перехода к форме экономического союза, однозначно отнести ЕАЭС к этой стадии интеграции нельзя. По мнению некоторых иссле­дователей, все еще продолжается формирование полноцен­ного таможенного союза и общего рынка. В качестве изъянов интеграционного образования называют существование мно­жества нетарифных барьеров, самостоятельное определение каждой страной экспортной пошлины, отсутствие единого органа ветеринарного и фитосанитарного надзора. Помимо этого, в самом договоре содержатся положения лишь о пред­стоящем формировании общего рынка: рынка лекарственных средств и медицинских изделий - к 2016 г.; общего рынка элек­троэнергетики — к 1 июля 2019 г.; общего рынка нефти и газа - к 2025 г.

Плохо согласуется с наличием единой таможенной тер­ритории и единоличное введение РФ санкций в виде запрета на ввоз с/х продукции, сырья и продовольствия, страной про­исхождения которых являются США, ЕС, Канада, Австралия, Норвегия (в июне 2015 г. эмбарго было продлено еще на год). Белоруссия и Казахстан становятся посредниками в преодо­лении таких санкций, ведь после попадания на территорию таможенного союза, он должен свободно перемещаться вну­три интеграционного объединения, как внутри одной стра­ны. Проведение координированной политики подразумевает присоединение Белоруссии и Казахстана к российским санк­циям или воспрепятствование поступлению запрещенных продуктов на свой рынок, что является для них нецелесообраз­ным. При этом таможенные границы между РФ, Казахстаном и Белоруссией были отменены еще в 2010 г., что усложняет процедуру проверки страны происхождения.

Помимо запланированного создания общего рынка ле­карственных средств, электроэнергетики, нефти и газа, раз­витие ЕАЭС в данный момент идет по нескольким направ­лениям:

• Создание Свободной зоны торговли стран ЕАЭС с госу­дарствами, выразившими в этом заинтересованность (с пред­ложением заключить соглашение обратились более 30 стран и региональных объединений).

     На данный момент подписано лишь Соглашение о созда­нии Зоны свободной торговли с Вьетнамом (от 29 мая 2015 г.). Вступление Соглашения в силу произойдет через 60 дней после ратификации всеми странами-участниками. В рамках Соглашения предусматривается отмена Вьетнамом таможен­ных пошлин на 88 % товарных линий от общей номенклатуры (59 из которых будут отменены сразу, а для отмены остальных предусматривается переходный период). В отношении остав­шихся — у стран ЕАЭС отсутствует экспортный интерес. При этом предусмотрена обоюдная возможность введения ряда защитных и заградительных мер при превышении установ­ленного годового объема импорта.

Помимо Вьетнама, переговоры о создании Зоны свобод­ной торговли ведутся с Израилем, Индией и Египтом. На данный момент прогнозы имеются лишь в отношении Егип­та: рассчитывается, что соглашение о ЗСТ будет подписано к концу 2016 г.

Остаются замороженными по инициативе партнеров переговоры с Новой Зеландией и Европейской ассоциацией свободной торговли (Исландия, Норвегия, Швейцария и Лих­тенштейн). Возможность возобновления переговоров предска­зать трудно.

В далекой перспективе предусматривается сотрудниче­ство стран ЕАЭС и Китая в рамках «Шелкового пути», однако даже по самым оптимистичным прогнозам заключение ин­теграционных соглашений — вопрос не одного десятка лет. Кроме того, предложение об интеграции ЕАЭС и ЕС выдви­нул 28 сентября В. В. Путин на 70 сессии Генеральной Ассам­блеи ООН.

• Инициатива углубления сотрудничества стран ЕАЭС до валютного союза.

Со стороны Российской Федерации настойчиво вносятся предложения о создании валютного союза на базе ЕАЭС. Так, 10 марта В. В. Путин поручил Банку России рассмотреть во­прос о возможности создания валютного союза (Поручение Президента ПР-398, п. 2). 29 мая Д. А. Медведев выступил с предложением создания валютного союза на заседании Ев­разийского межправительственного совета. При этом пред­ставители Казахстана и Белоруссии относятся к подобным инициативам негативно, подчеркивая, что вопрос о введении единой валюты не является темой сегодняшнего дня, и не уставая напоминать, что в рамках Договора о ЕАЭС вплоть до 2025 г. предусматривается лишь гармонизация законодатель­ства в области регулирования финансовых рынков (ст. 103), а валютного союза в планах нет. Аналогичного мнения при­держиваются и эксперты Евразийской экономической комис­сии, которые в аналитической записке отмечают невозмож­ность создания валютного союза на данном этапе.

Следует отметить, что прошлая попытка создания еди­ной валюты на постсоветском пространстве - между Россией и Белоруссией, несмотря на подписание в 1994 г. соответству­ющего соглашения, закончилась неудачей (стороны не сумели договориться о едином эмиссионном центре).

• Расширение ЕАЭС.

С начала функционирования ЕАЭС членами организа­ции стали Армения (2 января 2015 г.) и Киргизия (12 августа 2015 г.). Перспектива вступления в ЕАЭС также обсуждается в Таджикистане Так, Н. С. Зиядулаев отмечает: «В ближайшей перспективе возможно вступление в ЕАЭС еще одной стра­ны Центральной Азии - Таджикистана, где это было бы ре­шением многих острых социально-экономических проблем, в частности, связанных с модернизацией и диверсификацией экономики, огромной внешней трудовой миграцией и други­ми сложностями ее развития. На этом процесс расширения Евразийского союза, по-видимому, завершится до лучших времен».

Вступление в интеграционное объединение других пост­советских стран представляется маловероятным. Несмотря на активное продвижение в 2013 г. идеи членства Украины в Таможенном союзе, в свете последних событий вероятность её участия в подобном проекте стремится к нулю. Другие страны, как Молдавия и Грузия, в большей степени тяготеют к интеграции с ЕС и уже подписали соглашения об ассоциа­ции. Соглашение об ассоциации с ЕС, по сути, представляет собой создание Свободной зоны торговли и постепенную им­плементацию норм ЕС в ряде отраслей, обязательства в сфере противодействия коррупции. Отмечается, что соглашение об ассоциации во многих аспектах более глубокое, чем договор ЕАЭС: он, вместе с приложениями, занимает 361 страницу, а соглашение об ассоциации - 2200. Здесь встает вопрос о со­отношении ассоциации с ЕС (и, как следствие, уменьшение пошлин) с Зоной свободной торговли СНГ, участниками ко­торой являются также и страны ЕАЭС. В Договоре о создании Зоны свободной торговли СНГ предусмотрена возможность защиты внутреннего рынка - при объемах поставок, которые угрожают нанести ущерб промышленности, возможно введе­ние пошлины в размере ставки наибольшего благоприятство­вания после проведения с консультаций с заинтересованными сторонами.



Следующие материалы:

Предыдущие материалы:

 

от Монро до Трампа


Blischenko 2017


Узнать больше?

Ваш email:
email рассылки Конфиденциальность гарантирована
email рассылки

ПОЗДРАВЛЕНИЯ!!!




КРУГЛЫЙ СТОЛ

по проблемам глобальной и региональной безопасности и общественного мнения в рамках международной конференции в Дипломатической академии МИД России

МЕЖДУНАРОДНОЕ ПРАВО

Право международной безопасности



Инсур Фархутдинов: Цикл статей об обеспечении мира и безопасности

№ 4 (104) 2016
Московский журнал международного права
Превентивная самооборона в международном праве: применение и злоупотребление (С.97-25)

№ 2 (105) 2017
Иранская доктрина о превентивной самообороне и международное право (окончание)

№ 1 (104) 2017
Иранская доктрина о превентивной самообороне и международное право

№ 11 (102) 2016
Стратегия Могерини и военная доктрина
Трампа: предстоящие вызовы России


№ 8 (99) 2016
Израильская доктрина o превентивной самообороне и международное право


7 (98) 2016
Международное право о применении государством военной силы против негосударственных участников

№ 2 (93) 2016
Международное право и доктрина США о превентивной самообороне

№ 1 (92) 2016 Международное право о самообороне государств

№ 11 (90) 2015 Международное право о принципе неприменения силы
или угрозы силой:теория и практика


№ 10 (89) 2015 Обеспечение мира и безопасности в Евразии
(Международно правовая оценка событий в Сирии)

Индексирование журнала

Баннер

Актуальная информация

Баннер
Баннер
Баннер

Дорога мира Вьетнама и России

Ирина Анатольевна Умнова (Конюхова) Зав. отделом конституционно-правовых исследований Российского государственного университета правосудия


Вступительное слово
Образ жизни Вьетнама
Лицом к народу
Красота по-вьетнамски
Справедливость и патриотизм Вьетнама
Дорогой мира вместе


ФОТО ОТЧЕТ
Copyright © 2007-2017 «Евразийский юридический журнал». Перепечатывание и публичное использование материалов возможно только с разрешения редакции
Яндекс.Метрика