Содержание журналов

Баннер
PERSONA GRATA

Content of journals

Баннер
Баннер
Баннер
Баннер


Реисламизация и попытка изменения конституционного строя Республики Дагестан в конце 90-х годов ХХ века
Научные статьи
11.01.16 11:02

вернуться

Реисламизация и попытка изменения конституционного строя Республики Дагестан в конце 90-х годов ХХ века

alt 
КОНСТИТУЦИОННОЕ ПРАВО
Саидова М.З.
10 89 2015
В данной статье предпринята попытка проследить события, произошедшие в Дагестане в последнее десятилетие ХХ в., когда после перестроечного периода не только в республике, но и в целом на Северном Кавказе возросла роль ислама, как всемирного политического фактора, появилось множество религиозных организаций. Религиозное возрождение, или реисламизация, обострило актуальность ислама, его ценности. Одновременно, в силу целого ряда внутренних и внешних причин и факторов, с конца 90-х гг. XX в. стал явно повышаться градус радикализации некоторых исламистских группировок, адепты которых стали носителями экстремистской идеологии и привели к трагическим событиям 1998–1999 гг.



Крах социалистической системы в стране, распад СССР на суверенные государства, расформирование Советов и созда­ние новых органов самоуправления совпало с усилением роли религиозного фактора в жизни бывшего советского общества.1

5 мая 1991 г. в Дагестане впервые был принят Закон «О свободе совести и религиозных организациях», сыгравший огромную роль в освобождении от партийно-советского на­следия дагестанского общества, в котором религия и религи­озные организации вынуждены были существовать в режиме нажима, диктата и преследования.

Закон способствовал воссозданию обширной инфра­структуры, восстановлению и открытию новых мечетей, церквей и молитвенных домов, возрождению традиционного паломничества дагестанских верующих мусульман в святые места ислама в Саудовской Аравии, проникновению религи­озных организаций в сферу образования, культуры.


 

Наряду с позитивными моментами, принятие Закона 1991 г. имело и ряд негативных последствий, связанных с тем, что в соответствии со ст. 20 Закон способствовал отстранению властных государственных структур от контроля за характе­ром деятельности религиозных организаций и религиозных процессов в республике.

17 октября 1991 г. появилось сообщение в прессе о реги­страции в Махачкале «Исламского центра Дагестана». В чис­ле целей организации ее учредители провозгласили «...воз­рождение народов Дагестана, распространение ислама путем организации медресе кружков, проведение симпозиумов и диспутов, создание миссионерских обществ, развитие связей с зарубежными мусульманскими духовными заведениями».

Активизация исламских деятелей происходит на фоне резкого обострения политической ситуации в Дагестане и создания национальных и религиозных движений. Внутри мусульман постепенно назревал конфликт между деятелями традиционного тарикатского ислама, превалировавшими в ДУМД, и новыми деятелями так называемого радикального - «ваххабитского» ислама, главным центром которого стал джа- маат в Кизилюрте, возглавляемый Багавудином Кебедовым.

Конечная цель центра была одна - исламизация, под ко­торой подразумевалась, прежде всего, шариатизация обще­ства и власти, введение «закона Аллаха», создание на террито­рии Северного Кавказа независимого исламского государства («от моря до моря»).

Управляющий делами ДУМД Г. Гамзатов по данному по­воду отмечал: «.Дело в том, что ваххабизм - крайне экстре­мистское религиозно-политическое течение в суннитском ис­ламе - стало новым явлением в религиозной жизни Дагестана. Это учение проникло в республику в последние годы. Как нам представляется, главным и успешно действующим каналом распространения и внедрения ваххабизма в Дагестане являет­ся бесконтрольная долларовая экспансия, совершаемая вахха- бистскими центрами в Саудовской Аравии и других странах мира.».

Не последнюю роль в возрождении и радикализации ис­лама в республике сыграли исламские миссионеры и благо­творительные арабские организации.

Религиозный раскол между ваххабитами и тарикатистами затронул не только отдельных исламских интеллектуалов с обеих сторон, но и государственные структуры, а также большую часть населения республики. Поскольку обращение в ваххабизм требовало отказа от многих традиционных для дагестанцев обычаев (поклонение могилам, чтение молитв на могилах близких, пользование четками, амулетами, раздачу милостыни - садака у могил святых, празднование мавлида - дня рождения пророка Мухаммада, посещение мазаров (зияратов), и т. д.), раскол доходил до разрыва личных отношений между близкими родственниками.

При непосредственной поддержке таких международ­ных исламских организаций, как «ал-Харамейн», «ал-Игаса ал-Исламийа», «Тайба» и т.д. дагестанские исламисты создают лагеря по подготовке дагестанцев к «джихаду». Крупнейший из них функционировал с 1994 г. в Кадарской зоне (селения: Кадар, Чабанмахи, Карамахи), где была создана крупная гор­ная община радикалов.

По словам участников противостояния с одной из сто­рон, все население Карамахи разделилось на две вооруженные враждующие стороны.

Ваххабитский анклав также стал действовать в сел. Губ- ден. Группы радикалов появились в Хасавюртовском, Казбековском, Гунибском, Карабудахкентском, Дербентском райо­нах, в поселках Хушет, Ленинкент под Махачкалой.

В 1995 г. была запрещена деятельность Исламской партии Воз­рождения в Дагестане. Но противостояние на религиозной почве, в конечном счете, с 1995 г. переросло в кровавые столкновения. В июле 1996 г. вновь вспыхнул конфликт в Карамахи, когда встал вопрос об избрании кадия Карамахинской мечети. Этот вопрос - кому быть кадием? - оказался тогда ключевым, поскольку определял, чей ав­торитет будет санкционировать местная духовная власть. События вновь обострились в сентябре 1996 г. и одновременно резкое проти­востояние складывалось и в селах Кадар и Чабанмахи.

С целью предотвращения массовых столкновений и кро­вопролития к месту событий были подтянуты личный состав милиции со всего района и города Буйнакска, а затем и из числа сотрудников аппарата МВД республики с техникой и вооружением. Карамахинская зона была полностью заблоки­рована милицией и ОМОНом.

Представители государственных органов и депутаты пар­ламента стремились путем переговоров и соглашений выра­ботать единую формулу сохранения мира и стабильности в данной зоне и в целом в Дагестане. Результатом переговоров явилось заключение «Мирного соглашения» с ваххабитами и снятия блокады с селений «Карамахинской зоны».

«Мирное соглашение» не решило проблему противосто­яния между тарикатистами и ваххабитами, но свидетельство­вало, что ваххабиты добились своей легализации у республи­канских властей.

Карамахинский анклав, на протяжении более чем пяти лет просуществовал без вмешательства органов государствен­ной власти: объявил себя независимой зоной шариата, сверг светские институты власти, наращивал милитаристский ар­сенал и потому вполне естественно не вписывался в систему устоявшихся правил, ценностей и политической культуры ре­спублики и страны.

      22 мая 1998 г. в окрестностях Карамахи, Чабанмахи и Ка­дар вооруженные местные жители блокировали все подходы к селам. В Дагестане возник анклав, в котором были установле­ны законы шариата. 5 июля в Карамахи был проведен «Съезд военного и политического руководства Центрального фронта по освобождению Дагестана», на который собралось около 700 человек. Были представлены ваххабиты кадарского джамаата, из Кизилюртовского района, из Кудали Гунибского, Губден Карабудахкентского районов, из ряда селений Хасавюртов­ского, Унцукульского районов, городов Махачкала, Каспийск, Буйнакск, Кизилюрт, Кизляр, а также Чечни. Съезд продемонстрировал существование оппозиции, враждебно на­строенной по отношению к официальной власти. Поскольку решительных действий со стороны республиканских властей не последовало, в августе ваххабиты установили блокпосты и контроль за транспортом, проходящим мимо их селений, по автодороге в обоих направлениях - в горы и на равнину.

19 августа 1998 г. состоялось чрезвычайное совместное за­седание Государственного совета, Народного собрания (пар­ламента) и Правительства Дагестана для обсуждения создав­шейся ситуации. После бурного обсуждения было принято постановление «О мерах по нормализации ситуации» и уль­тимативное обращение «К гражданам Дагестана и жителям с. Карамахи и Чабанмахи». Однако власти не планировали силовыми методами решать проблему, а лишь провести мас­сированную антиваххабитскую кампанию среди населения республики. Видные деятели республики встречались с обще­ственностью, выезжали в сельские районы с целью разъясне­ния угрозы религиозного экстремизма.

В ответ на пропагандистскую работу против ваххабитов органов власти и местного самоуправления 21 августа 1998 г. во время пятничной молитвы во дворе центральной мечети в Махачкале в результате теракта был убит муфтий Дагестана Саидмухаммад-хаджи Абубакаров.

Гибель муфтия вызвала широкий общественный резо­нанс. 25 августа 1998 г. в Хасавюрте собрался большой митинг, участники которого потребовали от имени образовавшегося тогда же Координационного Совета Северного региона Даге­стана отставки Госсовета и Правительства РД, изменения ка­дровой политики и проведения всенародных выборов нового главы республики.

1 сентября 1998 г. в Буйнакске состоялась встреча делегаций руководства республики с представителями джамаатов селений Карамахи и Чабанмахи. Делегацию официальных республикан­ских властей возглавлял председатель Госсовета М. Магомедов. Итогом встречи было подписание «протокола согласия», соглас­но которому в Карамахинской зоне, по сути, была установлена легализованная властью «шариатская республика».

Вслед за произошедшими событиями активизировался Кудалинский центр. 5 сентября 1998 г. в с. Кудали Гунибского района состоялся съезд мусульман. Делегаты от десятка общин горного и равнинного Дагестана, 585 исламских активистов от ваххабитских и тарикатских групп избрали нового председате­ля общества «Аль-Ислами», которым стал Сиражудин Рамаза­нов, родственник А. Ахтаева. Был создан свой Совет алимов и установлена главная цель: «постепенно, эволюционным путем вводить в джамаатах исламские законы».

Пример Карамахинской шариатской республики для ра­дикальных исламистов служил сильным аргументом в пользу решительных действий, которые, в конечном счете, привели к военным событиям 1999 г. В июле 1999 г. религиозно-поли­тические экстремисты во главе с М. Курамагомедовым и Б. Магомедовым заявили о создании в селах Эчеда, Хвайниколо, Сильди, Гакко Цумадинского района территории с шариат­ской формой правления по Карамахинскому варианту.

Глава республики Магомедали Магомедов, подчеркивая экстремистский характер Карамахинского анклава, указывал, что они «...хотели повторить на земле Дагестана трагический опыт Афганистана, Таджикистана, других стран, некоторых наших соседей по Кавказу, которые прошли через братоубий­ственные войны и сегодня еще продолжают пожинать их горь­кие плоды. Они хотели навязать дагестанцам, которые никогда не воевали друг с другом, десятилетия горя и слез, повторить на нашем народе кровавые уроки борьбы за так называемую независимость и "чистоту веры"».

4 августа 1999 г. 102-я бригада Внутренних войск МВД пе­ребазировалась в Цумадинский район после того как 150 бое­виков атаковали райцентр Агвали, но боевики понесли потери и были отброшены обратно в Чечню.

7 августа около 2 тысяч боевиков, руководимы, известны­ми террористами Ш. Басаевым и Э. Хаттабом, вошли в Бот- лихский район Дагестана. Ими было захвачено 7 населенных пунктов Ботлихского района - Ансалта, Рахата, Ашино, Шо- дрода, Тандо, Зибирхали и Беледи. Консолидирующим фак­тором явилось в тот момент обращение дагестанских властей к руководству МВД и Военному Комиссару и народу республи­ки. Повсеместно, начиная от Махачкалы до далеких Агульско­го и Цунтинского районов, были созданы штабы по набору и направлению в зону боевых действий добровольцев, форми­рованию отрядов ополчения.

Получив достойный отпор и потеряв более 500 человек убитыми, 24 августа 1999 г. бандформирования были вынуж­дены оставить Ботлихский район.

27 августа 1999 г. Госсовет РД выдвинул ультиматум, по­требовав от Карамахинских ваххабитов прекратить самоуправ­ство и разоружиться. Ввиду отказа экстремистов разоружить­ся и распустить незаконные вооруженные формирования, на следующий день органами правопорядка был задействован план антитеррористической операции по наведению консти­туционного порядка.

4 сентября 1999 г., в разгар проведения спецоперации против религиозных экстремистов в Карамахинской зоне, в г. Буйнакске был осуществлен террористический акт. На ул. Ле­ваневского около пятиэтажного дома № 3 было приведено в действие взрывное устройство большой мощности. В резуль­тате были разрушены 2 подъезда, погибло 64 и было ранено более 80 человек.

Уже через несколько часов после взрыва, утром 5 сентя­бря 1999 г., в Новолакский район из Чечни с целью отвлечения федеральных сил от Карамахинской зон вошли бандформи­рования Ш. Басаева, общей численностью до 2 тыс. человек. Были захвачены села Ахар, Гамиях, Новолакское и Тухчар. В тот же день 5 сентября в 11 часов со стороны ЧРИ на террито­рию Казбековского района прорвалась большая группа боеви­ков. У населенного пункта Калининаул Казбековского района личный состав РОВД вступил в бой. Образовался новый очаг войны в непосредственной близости от Хасавюрта.

Однако стоит отметить, что указанные действия никоим образом не могли качественно изменить сложившиеся тен­денции. 14 сентября 1999 г. была завершена спецоперация в Карамахинской зоне, отряды спецназа МВД водрузили флаг РФ над зданиями бывших администраций селений Карамахи и Чабанмахи и приступили к зачистке.

Завершение спецоперации в Кадарской зоне привело к ликвидации шариатской республики и восстановлению дея­тельности органов самоуправления.

17 сентября 1999 г. от боевиков были освобождены все ра­нее захваченные ими населенные пункты в Новолакском рай­оне.

Разгром и выдворение бандформирований из Дагестана, поддерживаемых международными террористическими цен­трами, получили высокую оценку Президента страны В. В. Пу­тина.

29 декабря 2000 г. на приеме в Кремле, устроенном для дагестанской делегации, В. В. Путин отметил: «Дагестанскому руководству удалось так сбалансировать ситуацию в респу­блике, что после этого Российской Федерации в целом стало легче возрождаться. Начало возвращения государственности, авторитета страны пошло из Дагестана... Дагестанцы прояви­ли истинный патриотизм. Бандиты использовали не только силу, но и пытались спекулировать на религиозных ценно­стях, и здесь им не удалось вас обмануть. В крови дагестанцев - мудрость жизни. На земле Дагестана живет свыше ста народ­ностей, и это - колоссальный опыт для многонационального государства. Ваши действия в целом помогли сплотить обще­ство в республике и в стране».

Трагические события 1998-1999 гг. в Дагестане явились логическим итогом всех тех деформаций в области религиоз­ной политики, которые были допущены властями Дагестана в ХХ в. и воочию обнаружились в процессе реисламизации. Переход властных структур республики от одной крайности -государственного диктата и контроля над религиозной жиз­нью республики в 20-80-х годах, к политике невмешательства и соглашательства в 90-е годы позволил экстремистам по­считать возможной замену конституционного правительства республики. Административная граница Дагестана почти по всему ее периметру была в огне. Расчет экстремистов на поддержу их действий населением не оправдался. Более того, население Дагестана не только негативно отнеслось к акциям экстремистов, но и активно подключилось к борьбе с банд­формированиями.

конституционное право



Следующие материалы:

Предыдущие материалы:

 

от Монро до Трампа


Узнать больше?

Ваш email:
email рассылки Конфиденциальность гарантирована
email рассылки

Blischenko 2017


ПОЗДРАВЛЕНИЯ!!!




КРУГЛЫЙ СТОЛ

по проблемам глобальной и региональной безопасности и общественного мнения в рамках международной конференции в Дипломатической академии МИД России

МЕЖДУНАРОДНОЕ ПРАВО

Право международной безопасности



Инсур Фархутдинов: Цикл статей об обеспечении мира и безопасности

№ 4 (104) 2016
Московский журнал международного права
Превентивная самооборона в международном праве: применение и злоупотребление (С.97-25)

№ 2 (105) 2017
Иранская доктрина о превентивной самообороне и международное право (окончание)

№ 1 (104) 2017
Иранская доктрина о превентивной самообороне и международное право

№ 11 (102) 2016
Стратегия Могерини и военная доктрина
Трампа: предстоящие вызовы России


№ 8 (99) 2016
Израильская доктрина o превентивной самообороне и международное право


7 (98) 2016
Международное право о применении государством военной силы против негосударственных участников

№ 2 (93) 2016
Международное право и доктрина США о превентивной самообороне

№ 1 (92) 2016 Международное право о самообороне государств

№ 11 (90) 2015 Международное право о принципе неприменения силы
или угрозы силой:теория и практика


№ 10 (89) 2015 Обеспечение мира и безопасности в Евразии
(Международно правовая оценка событий в Сирии)

Индексирование журнала

Баннер

Актуальная информация

Баннер
Баннер
Баннер

Дорога мира Вьетнама и России

Ирина Анатольевна Умнова (Конюхова) Зав. отделом конституционно-правовых исследований Российского государственного университета правосудия


Вступительное слово
Образ жизни Вьетнама
Лицом к народу
Красота по-вьетнамски
Справедливость и патриотизм Вьетнама
Дорогой мира вместе


ФОТО ОТЧЕТ
Copyright © 2007-2017 «Евразийский юридический журнал». Перепечатывание и публичное использование материалов возможно только с разрешения редакции
Яндекс.Метрика