Содержание журналов

Баннер
PERSONA GRATA

Группа ВКонтакте

Баннер
Баннер
Баннер
Баннер


Политические институты: институциональный и неоинституциональный подходы
Научные статьи
03.03.16 11:15

вернуться

Политические институты: институциональный и неоинституциональный подходы

alt 
ПОЛИТИКА И ПРАВО
Гаджиев Х. А.
11 90 2015
В статье рассматривается генезис, сущность, характерные черты институционализма и неоинституционализма. Раскрываются фундаментальные интерпретационные модели институционального подхода. Приводятся основные теоретические направления трактовки институтов. Помимо этого, автором предлагается собственное видение институтов.

Политический институт - достаточно сложный фено­мен, который является незаменимой структурной единицей важнейших общественных сфер. Это обуславливает необхо­димость всестороннего междисциплинарного подхода его исследования. Основными парадигмами, занимающимися изучением институтов, являются институционализм и неоин­ституционализм, которые возникли и развивались в рамках различных социальных наук. Заметим, что следует разграни­чивать исследование политических институтов и институцио­нальные исследования. Объясняется это тем, что предметной областью исследования политических институтов являются политические институты, а предметом институционального исследования могут выступать не только политические институты. В данной работе внимание будет сфокусировано имен­но на исследовании политических институтов.


 

Сам термин «институционализм» был введен в 1918 г. У. Гамильтоном в рамках политической экономии и определял­ся как общепринятый способ мышления или действия, приня­тый социальными группами и закрепленный в обычаях наро­дов. Прежде чем рассматривать институционализм с позиции политической науки, стоит отметить, что изучение политиче­ских институтов - далеко не новое явление для социально-по­литической мысли. Начиная с Платона и Аристотеля, оно раз­вивалось на протяжении веков такими мыслителями, как: Н. Макиавелли, Ж. Боден, Т. Гоббс, Д. Локк, Ж.-Ж. Руссо, Гегель и другие. Но на этом отрезке развития в центре внимания, как правило, находилось государство и преобладало государствен­но-правовое понимание политических институтов. В период с конца XIX - начала XX в. доминировало представление, в соответствии с которым политические институты рассматри­вались исключительно как административные учреждения и юридические нормы, то есть продолжалась традиция фор­мально-юридического понимания институтов. Политическая наука определялась как область знания, занимающаяся изуче­нием государства, его органов и институтов, а политическая жизнь и политика рассматривалась как производная от по­литических институтов. Однако теперь такое формально-юри­дическое понимание было дополнено изучением внутренних элементов политических институтов. Этот этап становления политической науки, длившийся до 1950-х годов, определялся как «институциональный», а с 1980-х годов получил название «старый институционализм». В качестве основных представи­телей данного направления принято выделять таких исследо­вателей, как: В. Вильсон, Г. Картер, Д. Брюс, Т. Коул и другие.

С появлением в 1980-х года концепции «нового инсти­туционализма» («неоинституционализма»), толкование по­нятия «институт» обогатилось за счет теоретической базы других теорий политической науки: бихевиоризма и теории рационального выбора. Именно доминирование последних на протяжении 1960-х - 1970-х годов во многом способствовало появлению «неоинституционализма». В отличие от прежне­го, классического институционального подхода, в новом ин­ституционализме политические институты понимаются во взаимосвязи формальных норм и неформальных установок («правил игры»), которые в результате образуют сложные ор­ганизационные отношения в обществе, обеспечивая в нем ста­бильность и порядок.

Неоинституционализм в рамках политической науки можно свести к трем основным постулатам: институты - пол­ноправные акторы политики, имеющие собственные интере­сы; институты устанавливают определенные правила пове­дения человека; институты позволяют оценивать результаты политики и являются основными детерминантами.

Говоря об отличиях институционализма от неоинститу­ционализма, Г. Питерс отмечает, что представители первого течения в основном ограничивались описанием институтов, тогда как неоинституционалисты рассматривают институты как зависимые переменные, взаимодействующие с другими социальными явлениями. Последние, в свою очередь, высту­пают в роли независимых переменных, влияющих на институ­ты. Исследователь выделяет пять основных направлений ново­го институционализма:

1.    Нормативный институционализм: центральным эле­ментом институционального анализа становится набор цен­ностей, определяющий поведение членов организаций.

2.    Институционализм с позиции теории рационального выбора: институты понимаются как правила, которые огра­ничивая поведение индивидов, позволяют аккумулировать и реализовывать их интересы.

3.    Исторический институционализм: первоначальный институциональный выбор, совершенный в историческом прошлом, будет оказывать существенное влияние на полити­ческий процесс.

4.    Социальный институционализм изучает характер вза­имодействия между различными социальными группами, а также между государством и обществом.

5.    Структурный институционализм во главе исследования ставит сравнение президентских и парламентских режимов, а также федераций и унитарных государств.

Рассмотрим основные модели интерпретации институ­тов.

Термин «институт» довольно широко используется в раз­личных социальных науках и имеет содержательные различия в зависимости от применяемой области знания. Само понятие «институт» происходит от латинского «institutum», означаю­щее установление, учреждение, обычай.

Можно условно обозначить две основные теоретические линии интерпретации институтов. Первая из них делает ак­цент на том, что институт - это некая совокупность норм, пра­вил, установлений и традиций, укоренившихся в обществе, ко­торые упорядочивают и регулируют взаимоотношения между людьми и их поведение.

Д. Норт дает следующее определение: «Институты — это "правила игры" в обществе, или, выражаясь более формально, созданные человеком ограничительные рамки, которые орга­низуют взаимоотношения между людьми». Он отмечает, что институты являются не только источником «побудительных мотивов человеческого взаимодействия» во всех основных сфе­рах общества, структурируют повседневную жизнь людей, но они также отражают характер общественного развития. В со­ответствии с выдвинутой концепцией институты можно раз­делить на формальные и неформальные.

Дж. Марч и Й. Ольсен рассматривают институты в каче­стве устойчивого набора правил и практик, которые доста­точно неизменны и независимы от внешних обстоятельств и ожиданий субъектов. Эти правила не только задают цели и регулируют поведение субъектов в конкретных ситуациях, но также, направляя их поведение, обосновывают и оправдыва­ют необходимость действовать именно таким образом (то есть согласно этим установкам). Ученые отводят политическим ин­ститутам достаточно автономную роль и отмечают, что инсти­туты обладают собственными организационными качествами.

С. Хантингтон определяет институты как «устойчивые, значимые и воспроизводящиеся формы поведения», а инсти­туционализацию как «процесс, посредством которого органи­зации и процедуры приобретают ценность и устойчивость». Рассматривая политические институты, он отмечает, что не­обходимость в них возникает в сложных, неоднородных обще­ствах.

Интересную концепцию предложил М. Вебер. По его мнению, институт - это форма социального объединения, в ко­тором общественное поведение упорядочено в своих средствах и целях принятыми установлениями. Поведение отдельного индивида - участника подобного объединения - рациональ­но упорядочено и ориентировано на принятые установления. Индивиды «эмпирически считаются "обязанными" участво­вать в общностных действиях, конститутивных для данного сообщества». Соблюдение принятых установлений обеспечи­вается посредством аппарата принуждения, а вступление ин­дивида в такое сообщество предопределено его рождением и воспитанием, а не добровольным вступлением.

С позиции Р. Даля, институты - это организации, кото­рые рассчитаны на длительный период и передаются из по­коления в поколение. Выделяя также понятия «политические соглашения» и «укоренившийся порядок», ученый предлага­ет рассматривать их как более ранние формы институтов. То есть, «первоначально возникающие соглашения постепенно становятся укоренившимся порядком (практикой), а тот в свой черед превращается в институты».

Б. Ротстайн интерпретирует политические институты как организации (органы власти, органы управления), которые создаются: индивидами для отстаивания общих интересов; «некой высшей силой» (правителем, правящей группой) для максимального извлечения выгоды «из эксплуатации под­властной им группы людей в собственных интересах».

Институты как организации также рассматриваются П. Ди Маджио и У. Пауэллом. Пытаясь объяснить причины возникновения и эволюции институтов-организаций, П. Ди Маджио и У. Пауэлл разработали концепцию институцио­нального изоморфизма. В соответствии с ней, организации в своей совокупности составляют некие организационные поля, которые постепенно преобразовывая входящие в них органи­зации, делают их схожими. Процесс «структуации» (структу­рирования) организационного поля происходит при наличии четырех условий:

1)    в процессе функционирования происходит усиление взаимодействия организаций;

2)    появляются межорганизационные структуры - союзы, объединения организаций;

3)    возрастает уровень информационной нагрузки на ор­ганизации;

4)    организации начинают идентифицировать себя частью организационного поля, которое способствует их активному взаимодействию с другими организациями.

Процесс, в результате которого организации становятся схожими (гомогенизируются), обозначается понятием «изо­морфизм». Постепенно адаптируясь к институциональной среде, институты-организации меняют свои характеристики и, как результат, становятся изоморфными. Исследователи выделяют два типа изоморфизма: конкурентный и институ­циональный. При конкурентном изоморфизме организации стремятся соответствовать рыночной среде и пытаются кон­курировать не только в экономической сфере, но также иметь влияние в политической и социальной сферах. Институцио­нальный изоморфизм можно охарактеризовать через следу­ющие механизмы изоморфных изменений: принудительный изоморфизм, подражательный изоморфизм и нормативный изоморфизм. Институциональные изоморфные изменения носят принудительный характер, если они обусловлены формальным или неформальным давлением со стороны других институтов-организаций или же в связи с проблемами леги­тимности. Подражательный изоморфизм имеет место в том случае, если институты сталкиваются с неопределенностью и для ее преодоления начинают моделировать себя по образцу других институтов. И, наконец, нормативный изоморфизм связан с профессионализацией: для достижения наибольшей эффективности в деятельности институтов-организаций в каждой отрасли появляются определенные профессии. При­веденные виды изоморфизма на практике могут смешиваться и, как следствие, их становится сложно дифференцировать.

На основе приведенных моделей, как первой теорети­ческой линии, так и второй, можно заключить, что при под­держании любой из них, за рамками исследования остается довольно большой пласт социальных явлений, которые не включаются в понятие «институт».

В этом смысле достаточно гибка позиция, в соответствии с которой понимание институтов как системы норм, правил и трактовка институтов как организаций являются взаимо­дополняющими. При этом предлагается рассматривать эти нормы, правила и традиции как более простые и первичные институты по отношению к организациям, которые характе­ризуются как сложные институты.

На наш взгляд, необходимо проведение жесткой демар­кационной линии между двумя основными трактовками ин­ститута. То есть было бы недостаточно обосновано определять институт через два равнозначных, но совершенно разных по самой сути явления (институты как устоявшиеся нормы и ин­ституты как организации), тем самым смешивая их. В этой связи справедливо замечание Д. Норта, предложившего во­обще различать институты и организации. Последние, по его мнению, можно определить как группу людей, целью объединения которых является достижение общей цели. Ор­ганизациями являются политические органы и учреждения, экономические структуры, общественные и образовательные учреждения. Институты и организации взаимодействуют и существенно влияют друг на друга. В процессе движения к на­меченной цели организации становятся главными агентами институциональных изменений. Кроме того, в любых орга­низациях или учреждениях (например, партиях, органах го­сударственной власти и т.д.) также есть определенные нормы, ограничения, «правила игры», установления, в соответствии с которыми они функционируют. То есть институты являют­ся составной, структурной частью организаций, даже, можно сказать, системообразующей. Однако институты отнюдь, не тождественны организациям.

Таким образом, столь сильная взаимозависимость и вза­имодействие институтов (как устоявшихся норм, правил по­ведения) и организаций в значительной степени объясняет столь широкую, скорее даже, неопределенную интерпрета­цию институтов (и как устоявшихся норм, и как организаций, учреждений). Однако абсолютно ясно, что эти понятия нельзя смешивать. Тот факт, что эти два явления (институты и орга­низации) чаще всего встречаются как единое целое, не значит, что их невозможно разделять и изучать по отдельности.

В настоящее время институциональный подход является не только наиболее популярным направлением изучения по­литики и политических процессов, но и очень перспективным с точки зрения возможности объяснения социально-полити­ческих явлений. Институты в своей совокупности являются од­ним из основополагающих структурных компонентов любой политической системы. Основной целью создания институ­тов, как мы выяснили, является возможность агрегирования социальных интересов, упорядочение общественных связей и обеспечение политической стабильности. Это, в свою очередь, свидетельствует о сложности и необходимости дальнейшего исследования этой проблематики.

Право и политика



Следующие материалы:

Предыдущие материалы:

 

от Монро до Трампа


Blischenko 2017


Узнать больше?

Ваш email:
email рассылки Конфиденциальность гарантирована
email рассылки

ПОЗДРАВЛЕНИЯ!!!




КРУГЛЫЙ СТОЛ

по проблемам глобальной и региональной безопасности и общественного мнения в рамках международной конференции в Дипломатической академии МИД России

МЕЖДУНАРОДНОЕ ПРАВО

Право международной безопасности



Инсур Фархутдинов: Цикл статей об обеспечении мира и безопасности

№ 4 (104) 2016
Московский журнал международного права
Превентивная самооборона в международном праве: применение и злоупотребление (С.97-25)

№ 2 (105) 2017
Иранская доктрина о превентивной самообороне и международное право (окончание)

№ 1 (104) 2017
Иранская доктрина о превентивной самообороне и международное право

№ 11 (102) 2016
Стратегия Могерини и военная доктрина
Трампа: предстоящие вызовы России


№ 8 (99) 2016
Израильская доктрина o превентивной самообороне и международное право


7 (98) 2016
Международное право о применении государством военной силы против негосударственных участников

№ 2 (93) 2016
Международное право и доктрина США о превентивной самообороне

№ 1 (92) 2016 Международное право о самообороне государств

№ 11 (90) 2015 Международное право о принципе неприменения силы
или угрозы силой:теория и практика


№ 10 (89) 2015 Обеспечение мира и безопасности в Евразии
(Международно правовая оценка событий в Сирии)

Индексирование журнала

Баннер

Актуальная информация

Баннер
Баннер
Баннер

Дорога мира Вьетнама и России

Ирина Анатольевна Умнова (Конюхова) Зав. отделом конституционно-правовых исследований Российского государственного университета правосудия


Вступительное слово
Образ жизни Вьетнама
Лицом к народу
Красота по-вьетнамски
Справедливость и патриотизм Вьетнама
Дорогой мира вместе


ФОТО ОТЧЕТ
Copyright © 2007-2017 «Евразийский юридический журнал». Перепечатывание и публичное использование материалов возможно только с разрешения редакции
Яндекс.Метрика