Содержание журналов

Баннер
PERSONA GRATA

Группа ВКонтакте

Баннер
Баннер
Баннер
Баннер


Взаимовлияние индийской и таджикской культур на примере творчества Мирзо Абдулкодира Бедиля
Научные статьи
16.06.16 16:03

Взаимовлияние индийской и таджикской культур на примере творчества Мирзо Абдулкодира Бедиля


ФИЛОСОФСКИЕ НАУКИ
Садыкова Н. Н.
1 92 2016
Статья посвящена одной грани творчества Мирзо Абдулкодира Бедиля, которая имеет огромное значение в изучении наследия мыслителей Центральной Азии. Бедил является одним из ярких звезд таджикской культуры. Его творчество весьма своеобразно. Оно оказало мощное влияние на синтез мусульманской и индийской интеллектуальной культуры, и связано с развитием целого направления общественно-философской мысли ряда народов Центральной Азии. В статье рассматриваются особенности этого синтеза и как они проявляются.

Мирзо Абдулкодир Бедил (1644-1721) видный представи­тель таджикской культуры. Он был таджикоязычным предста­вителем Индии, который оставил яркий свет и своим творче­ством оказал столь мощное влияние на синтез мусульманской и индийской интеллектуальной культуры, которое связано с развитием целого направления общественно-философской мысли ряда народов Центральной Азии.

В центре литературно-философского творчества Бедиля на­ходится человек, который ищет путь к свободе, личному и обще­ственному счастью. Проблемы, которые волновали Бедиля сегод­ня, также выдвинуты на первый план.

Исследование философии Бедиля представляется весьма актуальным в связи с общечеловеческими ценностями, соз­данные общностью судеб многих народов мира, которые ныне в трудных, порою трагических условиях, ищут свою историче­скую перспективу. Последняя невозможна без творческого осво­ения мирового, прежде всего собственного, гуманистического наследия. Абдулкодир Бедил оставил неизгладимый след в истории литературной и философской мысли народов регио­на, в особенности таджикского народа.



Творчество и личность Бедиля до настоящего времени на­ходится в центре внимания литераторов и ученых Централь­ной Азии, Индии и Афганистана. Для изучения и интерпре­тации наследия Бедиля образовались специальные школы «бедилхони» и «бедилшиноси» («чтение Бедиля», «изучение Бедиля») в Афганистане и Средней Азии, прежде всего в лите­ратурных кругах Бухары, Самарканда, Худжанда, Истаравша- на, Кабула, Герата, Балха и др. городов.

На примере Бедиля можно нагляднее представить вза­имодействие индуистской и исламской, индийской и ира­но-язычной духовных традиций, положительные стороны которых воздействовали на формирование чувства веротер­пимости, совместного созидания, установления мира и взаи­модоверия между разными народами. «Родина Бедиля - вели­кого таджикского классика - Индия. Одно это обстоятельство говорит о том, что истоки его мировоззрения неотделимы от пространственно-временного контекста Ведийской философ­ской культуры». Ислам имел господствующее положение в Индии, однако его содержание значительно обогатилось. В произведениях представителей тамильской культуры ( Ума- рупуллавар, Паддикашупуллавар) использовались фрагмен­ты древнеиндийских эпосов, которые носили философский характер или использовались фрагменты биографии пророка Мухаммада. В их произведениях делались попытки синтеза су­ществующих мировоззрений и течений.

Тенденция к индо-мусульманскому синтезу встречалась по всей территорий Индии и в Бенгалии, и в Авадхи, и в Ас­саме.

Об    этом синтезе и влиянии ислама на индийскую куль­туру Дж. Неру пишет: «Буддизм и джайнизм, несомненно, не были индуизмом или даже ведической дхармой. Однако, они возникли в Индии и были неотъемлемым элементом ин­дийской жизни, культуры и философии. Буддисты и джайны в Индии - стопроцентный продукт индийского мышления и культуры, и все же ни те, ни другие не являются индусами по религии. Поэтому совершенно неправильно говорить об ин­дийской культуре, как о культуре индусской. В дальнейшем эта культура подвергалась сильному влиянию ислама, но тем не менее остались определенно индийской в своей сущности».

В силу своей близости к индийским религиозным уче­ниям, оппозиционные суфийские воззрения, возникшие на индийской почве, были распространены среди населения больше, чем ортодоксальный ислам, хотя последний считался господствующей религией в Индии и насильственно распро­странялся среди населения.

Жизнь и творчество Бедиля охватывает конец XVII нача­ло XVIII веков. Этот период очень богатый по насыщенности историческими событиями в Индии.

Проповедовавшаяся мусульманами идея всеобщего ра­венства людей перед Богом было весьма притягательна для наиболее бесправных каст. Большое влияние эти реформы оказали на сближение литератур и вообще в формировании культурного пласта. На таджикский язык были переведены несколько древнеиндийских книг, среди которых был и древ­неиндийский эпос «Махабхарата». Они были распространены среди мусульман, а в свою очередь переводились на хинди и распространялись среди индусов некоторые книги посвящен­ные философии, религии, истории и литературе.

Заметным явлением в сфере культуры было творение произведений представителями индоязычных и персоязыч­ных поэтов и ученых на разных языках. Бурное развитие по­лучил литературно-философский «сабки хинди» (индийский стиль).

Бедил всегда выступал за единство мусульман и индусов, о чем можно судить по следующему его мухаммасу:

Нет ислама и неверия, это ты - Истина или сомнение,

О,    гордящийся чистотой, это ты-Грешник мира!

Разбей зеркало, считай всех безгрешными.

Если среди суфиев были широко распространены от­шельничество и маджзубизм, которые подвергали себя чудо­вищным истязаниям, впадали в экстаз, морили себя голодом, не пользовались одеждой, жили в развалинах, упорно мол­чали, пытаясь таким путем доказать, что они «привлечены» Богом, то в буддизме и джайнизме также делали акцент на уход от жизни. В индийской истории наблюдалось широкое распространение бегства от жизни, например, когда много на­роду вступило в буддийские монастыри - вихра.

Можно согласиться с тем, что маджзубы были носи­телями прогрессивных идей суфизма в народе. В «Четырех элементах» Бедил отмечает, что ему удалось глубже узнать и разобрать важные вопросы индийской философии, и мыс­литель обсуждал с Шайх Камолом (его наставник и друг) на индийском языке отдельные философские проблемы. Мирзо Абдулкодир Бедил, видимо, основательно изучил индийскую философию и по персидскому переводу «Упанишад четырех Вед», который появился в 1656 г. под названием «Тайна тайн».

Мировоззрение Мирзо Абдулкодира Бедиля сформиро­валось главным образом на основе религии ислама, однако наряду с исламом в эпоху Бедиля в Индии широко были рас­пространены древние религии, почитаемые в Индии, типа ин­дуизм, буддизм, джайнизм, веданта, суфизм и другие секты и течения философско-религиозного характера.

Бедил хорошо изучил индийскую философию, в том чис­ле ведийскую. Значение их выходит далеко за пределы рели­гии, их истинное значение - «раскрытие человеческого разума на самых ранних стадиях мышления». В ведах постепенно возникают размышления о тайне природы, дух исследований. Именно на этой основе возникла философия Упанишад, кото­рая сыграла большую роль в формировании взглядов Бедиля о познании.

Бедил в своих произведениях ясно указывает на те мо­менты, когда он находился под влиянием индийских учений, в частности, брахманизма.

Влияние индийской философии на Бедиля, прежде всего, обуславливается его интересом к прошлому. Это дало возмож­ность мыслителю синтезировать в своем наследии различные учения, использовать идеи об Атмане, Рите, дхарме, карме, мокше и т.п. В Упанишадах брахман считается духовной осно­вой мира, которой тождественна духовная сущность человека - Атман. Каждый человек должен думать о единстве своей души с Брахманом. Материальными началами мира считались пять великих элементов - земля, вода, огонь, воздух, эфир.

Упанишады проникнуты духом исследования, искания, страстью и открытия Истины о вещах. Все наследие Мирзо Бедиля так же свидетельствует об этом. Созданная им философ­ская система, есть результат его непрерывных исследований, искания Истины.

Если в Упанишадах упор делается главным образом на самопознание, на познание личного «Я» и абсолютного «Я», причем оба они объявляются тождественными в своей сущ­ности. Объективный внешний мир не считается нереальным, но он реален в относительном смысле, как аспект внутренней реальности. Здесь общая тенденция направления к монизму и в них наблюдался путь синтеза, то именно такие идеями про­никнута поэма Бедиля «Талисман изумления».

Может под влиянием Упанишад, Бедил отрицает всякую силу вне мира и признает лишь единый мир.

Раскрывайся нам, о занавес тайны божественного мира,

Погруженный в многочисленных мелодиях инструментов подлунного мира.

Иногда в мечетях просить помощь у Бога,

Иногда в храме огнепоклонников дружить с недругами нашими.

До каких пор мелодия в удивлении от инструмента?

До каких пор, язык подобно мотыльку кружится в плену звука?

Ты, только ты, начало познания мира,

Старайся, ибо поиск вложен в тебе.8

В Упанишадах Бедил находит ответ на вопрос- «Что такое вселенная? Из чего она возникает? Во что она переходит?» Бедил ответы на эти вопросы находит только в познании:

Однажды ночью в радости от размышления над словом,

Моя тайна приступила к познанию моей (сути).

Я постучал в дверь сердца и спросил:

Кто находится в этом доме?

Чья страсть отражается в моем зерцале?9

Бедил, который хорошо знал индийскую философию, подобно Шанкаре, пытался через познания индивидуально­го "Я" постичь сущность абсолютного "Я", т.е. Бога. Главная задача для Бедиля в соответствии с требованиями его эпохи была в поиске путей к свободе человека, а чтобы достичь ее, он считал необходимым доказать божественную природу ин­дивидуального "Я", которая содержит в себе универсальную божественную сущность.

Бедил хорошо знал Веды и поэтому идеи индийской фи­лософии синтезированы с суфизмом и исламской философи­ей. Он сам был очевидцем или участником многих ритуалов и традиций различных сект и направлений своего времени. Поэтому все это нашло отражение в произведениях Бедиля,

Комментарии Шанкары (8 в. н.э.) наибольше оказали ми­ровоззренческое влияние на Бедиля. Эти комментарии стали основой Веданты, которые явно выражены в произведениях Бедиля в частности в «Талисмане изумления». Основа и нача­ло всего - понимается абсолютная первооснова всего сущего, «пребывающая в абсолютном покое, вечная и бесконечная, не только объект поклонения, но и объект абстрактного мыш­ления, посредством которого верующий стремится слиться с ней. В ней все находит начало и конец, она единственная реальность...».10 Перед познанием ставилась цель - освободить­ся от личных представлений о мире, постичь истину, заклю­ченную в Брахме(Упанишады)- Истины (у Бедиля), а перед этикой ставилась цель- очищение от страстей, ложных привя­занностей, от других грехов, к которым относятся люди, кло­уны. В конечном счете, все это приводило к слиянию Атмана (индивидуальной души) с Брахманом - мировым духом.

Мирзо Бедил в основном утверждал, что мир существу­ет вечно и находится в непрерывном движении и изменении. Исчезновение он понимает не как абсолютное исчезновение существующих тел, а как изменение этих тел, как превраще­нии их в иное состояние. Он опровергает абсолютное исчез­новение. С его точки зрения, бытии присуща вечность. Бедил признавал индивидуальную смерть как изменение отдельных, конкретных вещей.

Некоторые космогонические идеи, изложенные Бедилем в поэме «Мухити аъзам» ("Великий океан") напоминают буддийское представление о круге рождений. Мир, который состоит из дхармы- частицы вечно текущей и изменяющийся поток. Круг рождений - сансара и нирвана это две формы бы­тия: проявленное - сансара ( путь превращений) и не прояв­ленное - нирвана. В творчестве Бедиля есть такие моменты, как и в раннем буддизме не признается вечная и неизменяемая душа, которая отягощена материей. Считалось, что реально проходящие ощущения и мысли вместе с физическим соста­вом, с которым они связанны, а идея о какой-либо душе, воз­вышающая над всем этим, есть нечто иное, как предрассудок, тогда как идеей Упанишад было то, что душа является чистой субстанцией неподверженной никакими изменениями. По­скольку, дескать, душа есть первичная реальность, то все кон­кретные психические состояния в конечном счете реальные

А в некоторых местах он допускал, что есть некоторая целостность, поток жизни, который обусловлен непрерывно­стью причинно взаимосвязанных изменений. Новое рождение не есть переселение души, переход ее в другое тело, ибо оно есть возникновение последующей жизни, вызванное настоя­щей. В поэме «Ирфон» («Познание») Бедил приводит рассказ об индусе-юноше, который верит в теорию метемпсихоза, и затем Бедил корректно отвергает данную теорию переселения души.

Философская система Бедиля по нашему мнению являет­ся синтезом идеи различных философских школ и направле­ний. Изучение его трудов свидетельствуют о том, что в них пе­реплетены разные философские учения. Что касается влияния индийских философских учений, то явно выражено, например такие буддийские идеи как в морально-этических вопросах. Хотелось бы здесь привести высказывание известного ученого Ирана Саида Нафиси при влиянии буддизма на суфизм: «По­этическая привлекательность и нежность, чрезвычайно гностическое, миролюбивое учение, покорность, довольствование малым, гордость бедностью, любовь к прекрасному, содержа­щиеся в этой религии миролюбивые идеи, очень понравились людям, которым запретили экстремистские, воинствующие идеи и которые искали умеренных неагрессивных учений. И можно с уверенностью сказать, что буддизм был единственной религией, которая распространилась без войны, кровопроли­тия, не была навязана людям силой меча. В период ислама эти миролюбивые взгляды получили большое одобрение среди суфиев восточного Ирана», а нам можно добавить и на миро­воззрение Бедиля.

Взгляды Бедиля об индивидуальности души соответству­ют идеям джайянизма, например если две главные тайны (основное учение джайнизма) - это джива (душа), основное свойство которой сознание, и аджива ( все, не являющийся ду­шой). Материя в джайнизме - одна из разновидностей аджи- вы, обладающая качествами осязаемости, звука, цвета и вкуса. В мире существует огромное и неизменное количество душ, воплощенных в живые существа или невоплощенных. Душа как и материя, существует изначально и всегда. Всякая душа потенциально всеведуща, все проникающая и всемогуща, но ее возможности ограничены конкретным телом, в котором она живет, то Бедил является сторонником того, что в каждом теле имеется своя отдельная душа. Но нам кажется, что этика джайнизма имела большое влияние на формирование индий­ской и мусульманской мысли, в том числе на этические взгля­ды Бедиля. Поскольку любое воплощение, любая связь души с телом, а тело считается источником страданий, поскольку целью этического учения джайнизма является, прежде всего освобождение души от всякой зависимости от материального мира - это приведет к достижению совершенства и погруже­нию в недеятельное бытие, т.е. спасению души. Как и в буд­дизме, в джайнизме в зависимости от современных в одном рождении благих и дурных поступков и от накопления заслуг и грехов души в следующем рождении силой действий кармы принимают одно из четырех состояний: животное, адское, че­ловеческое и божественное. Бедил был сторонником того, что в результате благих поступков душа бывает чистой и ближе к Абсолютной истине.

Основной чертой многих верований и индусской фило­софии является то, что мир считается тождеством, впавшим в различие. Эти различия не изолированы друг от друга. Бог комментируется как имманентная причина, основой тожде­ства, а мир является внешним проявлением, воплощением самосознания.

«Абсолютное бытие превращается в Бога - творца, суще­ствующего в неком пространстве и движущего всеми предме­тами, не меняя своего собственного места. Бог - это абсолют, объективированный где-то как нечто, дух, пронизывающий собой все. Он есть бытие - небытие, Брахман - майл, субъект - объект, вечная сила, неподвижный двигатель Аристотеля, абсолютный дух Гегеля, вишешта-адвайта (абсолютно-относи­тельное) Рамануджи, как порождающего, так и конечная при­чина вселенной»[, - так справедливо отмечает индийский уче­ный Радхакришнан, и с чем мы считаем в отдельных случаях можно согласиться. Говоря о тождественности философских воззрений разных школ и направлений, мы вновь убеждаемся, что философия Бедиля синкретична. Здесь хотелось бы от­метить так же о влиянии классической санкхьи, где говорится об эволюции пракриты, которая очень похожа на воззрение Бедиля в «Талисмане изумления». «В результате взаимодей­ствия трех противоречивых составных частей пракриты (гун) начинается процесс эволюции пракриты, которого ее продук­ты: махат, или будхи, соответствующий примерно интеллекту, абстрактному сознания. Из него появляется ахашкара - орган субъектирования, чувство «Я» или волевой способности ин­дивида; из ахашкира развитие происходит по двум линиям: с одной стороны, из нее образуются одиннадцать органов чувств (пять воспринимающих - зрение, слух, обоняние, вкус и ося­зание. Пять действующих или наполнительных - речь, руки, ноги, органы выделения и размножения и, наконец, (гуман­ное) синтезирующий данные всех чувств, с другой стороны, из ахамкары возникают пять тонких, не воспринимаемых чув­ствами элементов (танматры), являющиеся субтильными ан­тецедентами пяти вещественных элементов - эфира, воздуха, огня, воды и земли».

Эти идеи индийской философии, в определенной мере, оказали влияние на взгляды Бедиля,

Бедил рассматривает бытие как постоянно меняющуюся наличность, которая имеет различные ступени проявления.

Таким образом, в заключении хочу остановиться еще раз на том, что влияние индийской философии достаточно явно выражена во взглядах Бедиля относительно Абсолютного мо­низма (Вахдати вучуди мутлак), эстетики, этики и некоторые выражения философских понятий Бедиля встречаются в ве- дантической философии. Это подтверждает версию о том, что он хорошо был осведомлен содержанием и концепциями, вы­ражающими основы ведийской философии.

Изучив индийскую, древнегреческую философию, вос­точных перипатетиков, пытаясь примирить их с суфизмом, Бедил хотел создать собственную компромиссную философ­скую систему, богатую свободолюбивым содержанием.

Таким образом, философское наследие Бедиля является определенным его вкладом, обогатившим духовную культуру таджикского народа и народов региона. Бедил создал панте­истическое и гуманистическое учение. Его творчество и есть синтез мусульманской и индийской культур.

Синтетическая философия Бедиля пустила глубокие кор­ни в философии и в литературе ряда народов Центральной Азии, а так же и в самой Индии, Пакистане и в Иране. Филосо­фия Бедиля, которая носит гуманистический характер, сегод­ня является весьма актуальной. Вся его философия пронизана идеями толерантности и гуманизма. Философское творчество Бедиля ныне обладает большим значением в плане взаимодей­ствия, взаимовлияния, взаимообогащения и синтеза различ­ных культур, прежде всего, для определения взаимодействия индуистской и мусульманской культур; философия Бедиля способствует пониманию и освоению опыта предыдущих мыслителей для содействия современному обществу в форми­ровании чувства веротерпимости, взаимодоверия в обществе, борьбы против насилия и разврата; в определении концепции Бедиля о роли и места человека в мире, его онтологической, эстетической, этической оригинальности и неповторимости как завершения процесса эманации в общепланетарном и в общекосмическом масштабах; согласно Бедилу, установление мира есть важнейшее условие формирования Совершенного Человека, поэтому данная идея и концепция имеет непрехо­дящее значение.



Следующие материалы:

Предыдущие материалы:

 

от Монро до Трампа


Blischenko 2017


Узнать больше?

Ваш email:
email рассылки Конфиденциальность гарантирована
email рассылки

ПОЗДРАВЛЕНИЯ!!!




КРУГЛЫЙ СТОЛ

по проблемам глобальной и региональной безопасности и общественного мнения в рамках международной конференции в Дипломатической академии МИД России

МЕЖДУНАРОДНОЕ ПРАВО

Право международной безопасности



Инсур Фархутдинов: Цикл статей об обеспечении мира и безопасности

№ 4 (104) 2016
Московский журнал международного права
Превентивная самооборона в международном праве: применение и злоупотребление (С.97-25)

№ 2 (105) 2017
Иранская доктрина о превентивной самообороне и международное право (окончание)

№ 1 (104) 2017
Иранская доктрина о превентивной самообороне и международное право

№ 11 (102) 2016
Стратегия Могерини и военная доктрина
Трампа: предстоящие вызовы России


№ 8 (99) 2016
Израильская доктрина o превентивной самообороне и международное право


7 (98) 2016
Международное право о применении государством военной силы против негосударственных участников

№ 2 (93) 2016
Международное право и доктрина США о превентивной самообороне

№ 1 (92) 2016 Международное право о самообороне государств

№ 11 (90) 2015 Международное право о принципе неприменения силы
или угрозы силой:теория и практика


№ 10 (89) 2015 Обеспечение мира и безопасности в Евразии
(Международно правовая оценка событий в Сирии)

Индексирование журнала

Баннер

Актуальная информация

Баннер
Баннер
Баннер

Дорога мира Вьетнама и России

Ирина Анатольевна Умнова (Конюхова) Зав. отделом конституционно-правовых исследований Российского государственного университета правосудия


Вступительное слово
Образ жизни Вьетнама
Лицом к народу
Красота по-вьетнамски
Справедливость и патриотизм Вьетнама
Дорогой мира вместе


ФОТО ОТЧЕТ
Copyright © 2007-2017 «Евразийский юридический журнал». Перепечатывание и публичное использование материалов возможно только с разрешения редакции
Яндекс.Метрика