Содержание журналов

Баннер
PERSONA GRATA

Content of journals

Баннер
Баннер
Баннер
Баннер


Национальная стратегия экологической безопасности России: проблемы и перспективы
Научные статьи
06.07.16 11:38


Национальная стратегия экологической безопасности России: проблемы и перспективы



ЭКОЛОГИЧЕСКОЕ ПРАВО
Бегак М. В., Кодолова А. В.
2 93 2016
Cтатья посвящена вопросам разработки Стратегии экологической безопасности Российской Федерации. Делается акцент на различиях понятий «охрана окружающей среды» и «экологическая безопасность». Предложено новое определение понятия «экологическая безопасность» как общественного института, гарантирующего предотвращение неприемлемого риска и вреда окружающей среде и здоровью человека, обусловленному факторами среды обитания. Рассмотрены инструменты обеспечения экологической безопасности страны.

В конце 2014 года на сайте Министерства природных ре­сурсов и экологии РФ был опубликован проект «Стратегии экологической безопасности Российской Федерации до 2025 года» (далее - Стратегия). Весной того же года была утвержде­на государственная программа Российской Федерации «Охра­на окружающей среды» на 2012-2020 годы (далее - Програм­ма). Простое сравнение текстов этих документов показывает, что они в значительной мере пересекаются и совпадают.


Так, например, целью Программы является «повышение уровня экологической безопасности и сохранения природных систем», а одной из целей Стратегии — «снижение текущего негативного воздействия на окружающую среду сохранение и восстановление видового разнообразия в наиболее экологиче­ских неблагополучных районах страны». Было бы логичным поменять эти цели местами. Одной из задач Стратегии явля­ется «защита граждан и хозяйствующих субъектов от негатив­ных воздействий окружающей среды», что перекликается с задачей «снижения общей антропогенной нагрузки на окру­жающую среду на основе повышения экологической эффек­тивности экономики», декларированной в Программе.

Есть совпадения в показателях оценки и индикаторах, как в качественном, так и в количественном выражениях. Напри­мер, среди ожидаемых количественных результатов Програм­мы:

- снижение объема выбросов вредных (загрязняющих) ве­ществ от стационарных источников на единицу валового вну­треннего продукта в 2,2 раза;

-      сокращение количе­ства городов с высоким и очень высоким уровнем за­грязнения атмосферного воздуха в 2,7 раза;

-      увеличение доли пло­щади Российской Федерации, занятой особо охраняемыми природными территориями всех уровней, до 13,5 процента территории страны.

Практически совпадают с ними (с учетом лишних 5 лет реализации) такие показатели Стратегии как:

-      снижение объема выбросов от стационарных источни­ков к 2025 году с 19,2 млн. т до 12-14 млн. т;

-      сокращение количества городов с высоким и очень вы­соким уровнем загрязнения атмосферного воздуха в 3,6 раза;

-      увеличение площади территории, занятой особо охра­няемыми природными территориями в 2025 году до 270 млн. га (до 15 процентов территории страны).

Вспомним английскую поговорку: «Если нечто выглядит как утка, плавает как утка и крякает как утка, то это, вероят­но, утка и есть». Применяя этот «утиный тест» к Стратегии и Программе, можно заключить, что авторы Стратегии считали что понятия «экологическая безопасность» и «охрана окружа­ющей среды» практически идентичны.

Действительно, подобное мнение разделяется многими российскими исследователями. Как отмечает А.С. Тимошен­ко, «экологическая безопасность - это логический результат эволюции проблемы охраны окружающей среды». По мне­нию автора, на современном этапе охране окружающей среды присущ «целостный, биосферный подход, диктующий единообразное применение научно обоснованных ограничений лю­бых воздействий человека на окружающую его среду».

Из приведенной точки зрения ясно, что, по мнению А.С. Тимошенко, «охрана окружающей среды» и «экологическая безопасность» являются близкими понятиями, поскольку он определяет одно через другое.

По мнению М. М. Бринчука, «экологическая безопас­ность - это основной принцип охраны окружающей среды, в соответствии с которым любая деятельность, связанная с вредным воздействием на окружающую среду, а также пред­усматриваемые в законодательстве и осуществляемые на прак­тике правовые и иные природоохранительные меры должны оцениваться с позиций экологической безопасности». В своей статье М.М. Бринчук5 высказывается еще более определенно: «Под обеспечением экологической безопасности понимается деятельность по охране окружающей среды и рациональному использованию природных ресурсов, отвечающую интересам сохранения благоприятного состояния окружающей среды, а также по защите экологических прав и законных интересов физических и юридических лиц». Согласно данной точке зре­ния понятие «экологическая безопасность» входит в понятие «охрана окружающей среды», является ее основным принци­пом и составной частью.

Экологическая безопасность является одной из составля­ющих национальной безопасности государства, которая опре­деляется как «состояние защищенности личности, общества и государства от внутренних и внешних угроз, которое позво­ляет обеспечить конституционные права, свободы, достойные качество и уровень жизни граждан, суверенитет, территори­альную целостность и устойчивое развитие Российской Феде­рации, оборону и безопасность государства»6. Именно поэто­му существующее определение экологической безопасности как «состояния защищенности окружающей среды и жизнен­но важных интересов человека от возможных угроз, возника­ющих вследствие антропогенной и природной деятельности» несет в себе кальку от общего определения безопасности.

В. К. Донченко, разработчиком модельного закона об эко­логической безопасности государств участников СНГ, эколо­гическая безопасность определена как «система политических, правовых, экономических, технологических и иных мер, на­правленных на обеспечение гарантий защищенности окружа­ющей среды и жизненно важных интересов человека и граж­данина от возможного негативного воздействия хозяйственной и иной деятельности и угроз возникновения чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера в настоящем и будущем времени»7. В свою очередь, «гарантии защищенно­сти» (гарантии экологической безопасности) определены как «правовые и экономические обязательства, устанавливающие пределы гражданской ответственности физических и юри­дических лиц по обеспечению экологической безопасности, подтверждающие, что их осуществляемая или планируемая хозяйственная и иная деятельность, c учетом принятых мер предосторожности, не приводит и не может привести к воз­никновению угроз экологической безопасности».

Данное В. К. Донченко определение экологической безопас­ности открывает новые возможности использования понятия га­рантий экологической безопасности в вопросах экологического страхования и аудита. Гарантом в этом вопросе выступает госу­дарство. Именно оно должно установить «пределы гражданской ответственности».

Важная роль в разработке теоретических положений экологической безопасности принадлежит О. С. Колбасову, который создал концепцию экологической безопасности, дал определение данного понятия, раскрыл соотношение эколо­гической безопасности с экологическим развитием, обосновал стратегию для обозримого будущего и показал роль правовой науки в обеспечении экологической безопасности.

Исходя из данной концепции, «безопасность» - это «от­сутствие опасности», а «экологическая безопасность - это си­стема мер, устраняющих угрозу массовой гибели людей в ре­зультате такого неблагоприятного антропогенного изменения состояния природной среды на планете, при котором человек как биологический вид лишается возможности существовать, так как не сможет удовлетворять свои естественно-физиологи­ческие и социальные потребности жизнедеятельности за счет окружающего материального мира».

Экологический риск в вопросах экологической безопас­ности рассматривается как вероятность реализации некото­рого события, влекущего неблагоприятные последствия для окружающей среды и здоровья человека. Если быть точным, то не здоровья в целом, а здоровья, обусловленного факто­рами среды обитания. По данным ВОЗ факторы среды оби­тания «ответственны» за четверть всех заболеваний в мире. Экологический вред рассматривается как изменения окружа­ющей среды, негативно влияющие на функционирование эко­систем и на здоровье человека. Экономисты связывают вред с ухудшением качества экосистемных услуг, приводящим, в ко­нечном счете, к уменьшению природного капитала. Природ­ный капитал в современной системе знаний понимается как совокупность природных активов, представляющих человеку природные ресурсы (природное сырье) и услуги экосистем.

В восьмидесятых годах прошлого века, благодаря трудам академика Валерия Легасова, в обиход вошло понятие «при­емлемого» риска. В работе приемлемый риск определен как «риск, неразличимый человеком на фоне других рисков, кото­рым он подвергается в нормальных условиях жизни и рабо­ты». В те годы считалось, и в цитированной книге это отмеча­ется, что экологический риск может быть нулевым, в отличие от радиационного, исследованию которого были посвящены труды В.А. Легасова. Негативные изменения в организме про­исходят при любой интенсивности проникающего излучения, и порога здесь нет.

Понятие нулевого экологического риска связывалось с по­роговым воздействием химических соединений на организмы биоты и человека. Считалось, что в концентрациях ниже опре­деленных предельных значений химические соединения не оказывают вредных воздействий, например, на организм чело­века, причем в течение всей его жизни. В глобальной экологии нулевой экологический риск связывается с принципом Ле Ша- телье-Брауна, утверждающим, что при внешнем воздействии на систему, которая находится в устойчивом равновесии, вы­водящем систему из такого состояния, равновесие смещается в том направлении, при котором эффект внешнего воздействия ослабляется. Применительно к экосистеме это означает, что негативные изменения экосистемы происходят только в том случае, если уровень внешнего воздействия выше порогового.

Представление о пороговом воздействии химических ве­ществ на живые организмы изменилось в начале 90-х годов прошлого века. В сборнике «Рекомендации по качеству возду­ха в Европе, второе издание» указывается, что канцерогенные вещества при вдыхании пороговых значений не имеют и по отношению к ним должна проводиться оценка приемлемого риска. Так, например, риск заболевания лейкемией при кон­центрации бензола во вдыхаемом воздухе 1 мкг/м3 составляет 6*10'6 в течение всей жизни. Поступая работать на бензоколон­ку, где концентрации бензола могут отличаться на порядки, каждый должен оценить для себя приемлемость этого риска.

Принцип Ле Шателье-Брауна в последнее десятилетие также подвергается сомнению. Согласно последним науч­ным представлениям, экосистемы следует рассматривать как открытые самоорганизующиеся системы, эволюционирую­щие в соответствии с принципами синергетики. Стабильность таких систем поддерживается нелинейными обратными свя­зями, а при нарушении условий устойчивости возникает со­стояние бифуркации.

Примером являются международные соглашения по климату, ограничивающие поступление в земную атмосферу парниковых газов. Задачей является определение такого уров­ня эмиссий, при котором биосфера Земли будет сохранять устойчивость в течение долгого времени, глобальная темпера­тура ограничит, а затем прекратит свой рост, и бифуркации удастся избежать.

Приемлемый риск — понятие конвенциональное. Его величина определяется общественными институтами. В Ни­дерландах, например, договорились считать, величину прием­лемого экологического риска равной 10-6, Такая же величина считается «золотым стандартом» в большинстве европейских стран и США. Однако зачастую обеспечение столь незначи­тельного риска обходится обществу слишком дорого. Поэто­му Агентство по охране окружающей среды США (EPA) ре­комендует для штатов выбирать величину приемлемого риска (acceptable risk) в диапазоне от 10-6 до 10-5. Для групп населения, находящихся под значительной нагрузкой при употреблении живущих в природной воде рыбы и моллюсков, содержащих повышенные концентрации тяжелых металлов, допускается снижать уровень допустимого риска до 10-4. Но эта мера мо­жет быть лишь временной и не должна устанавливаться как норматив.

В Российской Федерации величины приемлемых рисков для человека рекомендованы Руководством по оценке риска для здоровья населения при воздействии химических веществ, загрязняющих окружающую среду (Руководство Р 2.1.10.1920- 04). Оценки приемлемых рисков для окружающей среды не проводились. В Руководстве приемлемый риск определен как «уровень риска развития неблагоприятного эффекта, который не требует принятия дополнительных мер по его снижению, и оцениваемый как независимый, незначительный по отноше­нию к рискам, существующим в повседневной деятельности и жизни населения». В Руководстве величина приемлемого риска для здоровья населения, обусловленного воздействием химических веществ, загрязняющих окружающую среду, в те­чение всей жизни рекомендована более 10-6, но менее 10-4. Ин­дивидуальный риск в течение всей жизни для профессиональ­ных групп может быть принят более 10-4, но менее 10-3.

Такие степени риска требуют проведения оздорови­тельных мероприятий и неприемлемы для населения. Риски равные или более 10-3 являются неприемлемыми и для на­селения, и для профессиональных групп и требуют проведе­ния немедленных оздоровительных мероприятий. Целевыми значениями приемлемых уровней риска для населенных мест в Российской Федерации являются, согласно Руководству Р 2.1.10.1920-04, величины от 10-5 до 10-6.

Практически все российские государственные программы в области безопасности декларируют необходимость сниже­ние уровней риска до приемлемых. Так, например, в програм­ме «Основы государственной политики в области обеспечения химической и биологической безопасности Российской Феде­рации на период до 2025 года и дальнейшую перспективу» «последовательное снижение до приемлемого уровня риска негативного воздействия опасных химических и биологиче­ских факторов на население и окружающую среду» установле­на как цель государственной политики.

Аналогично понятию приемлемого риска, используя по­зицию, отечественных исследователей, можно ввести понятие «приемлемого вреда», как вреда, который общество считает допустимым и компенсируемым в натуральном, либо, по со­глашению с причинителем вреда, монетарном вид. Из опре­деления понятно, что эта величина также является продуктом договора. Учитывая, что негативное воздействие существует и при приемлемом уровне риска, будем считать, что приемле­мый вред соответствует приемлемым уровням риска.

Предотвращение неприемлемых рисков и неприемлемо­го вреда является обязанностью государства и гарантируется его институтами. Так, Конституция Российской Федерации дает своим гражданам «право на благоприятную окружаю­щую среду, достоверную информацию о ее состоянии и на воз­мещение ущерба, причиненного его здоровью или имуществу экологическим правонарушением» (ст. 42). В ст. 45 гражданам РФ гарантируется государственная защита этого и других прав и свобод человека и гражданина, а ст. 53 дает каждому право на возмещение государством вреда, причиненного незаконны­ми действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Экологическая безопасность, собственно, и представляет собой некоторый институт, обеспечивающий предотвраще­ние экологического риска и, как следствие, вреда. Поскольку конституция гарантирует государственную защиту от вреда, то экологическая безопасность является институтом общества. Поскольку риск является первичным по отношению к вреду, можно дать следующее определение: Экологическая безопас­ность - общественный институт, гарантирующий предотвра­щение неприемлемого риска и вреда окружающей среде и здоровью человека, обусловленному факторами среды обита­ния.

Поскольку экологическая безопасность является обще­ственным институтом, то, организуясь в различные структу­ры, общество стремится обеспечить экологическую безопас­ность своих членов и окружающей среды. Иными словами, сохранить или улучшить качество экосистемных услуг и на­растить природный капитал. Социальными структурами, ставящими задачи по обеспечению экологической безопас­ности, являются, в первую очередь, государство, а также различные формы местного самоуправления. В федераль­ном государстве к этим структурам добавляются субъекты федерации.

Исходя из приведенного выше определения, целями го­сударства, его субъектов и органов местного самоуправления в части обеспечения экологической безопасности должны быть создание гарантий предотвращения неприемлемого риска и вреда окружающей среде и здоровью человека, обусловленно­му факторами среды обитания.

Строго говоря, и в определении, и в приведенных выше целях должна идти речь о предотвращении неприемлемого вреда, но, поскольку государство не должно ставить цель при­чинения вреда, хотя бы и приемлемого, то конкретизация умышленно опущена.

Экологический риск и экологический вред необязательно являются независимыми величинами. В большинстве случаев, касающихся, например, промышленной безопасности, они зависят друг от друга. Предусматриваемые технологические и технические меры направлены, в первую очередь, на предот­вращение крупных аварий, которые поэтому и случаются реже. Так что более высокий экологический риск, скорее всего, будет соответствовать меньшему экологическому вреду. Мож­но также предположить, что вред здоровью человеку будет ра­сти с ростом концентрации вредных для здоровья веществ, по­требляемых с пищей, водой и при дыхании. Хотя здесь связь является нелинейной.

Кроме того, будем помнить о том, что в вопросах эколо­гической безопасности речь идет о предотвращении вреда, а не о ликвидации последствий. Превентивные меры, как прави­ло, обходятся дешевле, если говорить об ущербе - монетарном выражении вреда.

Рассмотрим теперь инструменты, с помощью которых государство (далее, для простоты, будем говорить только об этой социальной структуре) гарантирует экологическую без­опасность общества.

Эти инструменты, раз речь идет о предотвращении риска, должны быть превентивными. Поэтому, в первую очередь, это - стратегическая экологическая оценка (СЭО), оценка воздей­ствия на окружающую среду (ОВОС) и экологическая экспер­тиза.

Что касается СЭО, то, если говорить о стратегических задачах обеспечения экологической безопасности, необхо­димо ратифицировать Конвенцию об оценке воздействия на окружающую среду в трансграничном контексте (Конвенция Эспоо) и Протокол по стратегической экологической оценке к этой Конвенции.

Что касается экологической экспертизы, то частично не­достатки законодательства были исправлены поправкой ФЗ- 219 относительно необходимости ГЭЭ проектной докумен­тации объектов капитального строительства, относящихся в соответствии с законодательством в области охраны окружаю­щей среды к объектам I категории (вступает в силу с 01.01.2018).

Важными инструментами обеспечения экологической безопасности производств является сертификация на соответ­ствие стандартам серий ИСО:

-       ИСО 9000 (управление качеством);

-       ИСО 14000 (экологический менеджмент);

-       ИСО 50001 (энергетический менеджмент).

Сертификация на соответствие стандартам ИСО 26000

(социальная ответственность производителей) и ИСО 31000 (управление рисками) не производится, но эти стандарты мо­гут использоваться в качестве рекомендаций.

Например, сертификат ИСО 14001 подтверждает, что де­ятельность предприятия соответствует требованием стандарта ГОСТ Р ИСО 14001-2007 (ISO 14001:2004), то есть подтверждает эффективную работу системы экологического менеджмента на предприятии. Наличие сертификата ИСО 14001 подтверж­дает, что:

-      определено негативное влияние предприятия на окру­жающую среду и идентифицированы способы уменьшения этого влияния;

-      сформулирована экологическая политика предпри­ятия, определена цель и способы уменьшения влияния пред­приятия на окружающую среду;

-      принято обязательство постоянного совершенствования системы экологического менеджмента;

-      производится периодический мониторинг воздействия предприятия на окружающую среду и приняты все разумные меры для предотвращения аварийных выбросов.

Система экологического менеджмента и аудита EMAS во многом опирается на требования стандарта ISO 14001. Серти­фикация по системе EMAS предусматривает детальную про­верку достоверности данных и выполнения предприятием экологических требований. Контроль за выполнением обязан­ностей по отчетности и внедрению системы EMAS берет на себя аккредитованная сертифицирующая организация.

Сертификаты системы экологического менеджмента, EMAS и энергетического менеджмента являются свидетель­ствами того, что предприятие соответствует экологическим требованиям, то есть представляют собой гарантии экологиче­ской безопасности предприятия. Периодически проводимый экологический и энергетический аудит позволяет обществу быть уверенным в том, что обеспечение экологической без­опасности на предприятии представляет собой постоянный процесс, а не разовую процедуру.

Количество организаций, сертифицированных на соот­ветствие стандартам ISO 14001 и EMAS в России должно стать одними из показателей Стратегии экологической безопасно­сти.

С принятием ФЗ-219 в Российской Федерации появля­ется новый инструмент обеспечения экологической безопас­ности крупных промышленных и сельскохозяйственных про­изводств: комплексные экологические разрешения на основе технологических показателей наилучших доступных техноло­гий (НДТ). Закон и принимаемые в его развитие подзаконные акты открывает широкое поле деятельности в области обеспе­чения экологической безопасности.

Упомянутый федеральный закон определяет НДТ как «технологию производства продукции (товаров), выполне­ния работ, оказания услуг, определяемую на основе совре­менных достижений науки и техники и наилучшего соче­тания критериев достижения целей охраны окружающей среды при условии наличия технической возможности ее применения».

Основными параметрами НДТ являются ее технологиче­ские показатели: «концентрации загрязняющих веществ, объ­ема и (или) массы выбросов, сбросов загрязняющих веществ, образования отходов, потребления воды и использования энергетических ресурсов в расчете на единицу времени или единицу производимой продукции (товара), выполняемой работы, оказываемой услуги». В данном, цитированном по тексту закона, определении «единица времени» появилась, скорее всего, по ошибке или по инерции измерения выбросов в г/с. Но удельные значения эмиссий (выбросы, сбросы, обра­зовавшиеся отходы), а также удельные величины потребления ресурсов и энергии на единицу продукции являются важней­шими характеристиками применяемой технологии. Эти вели­чины являются также одними из критериев идентификации технологии как НДТ.

Описание применяемых в Российской Федерации техно­логий по конкретным отраслям будет содержаться в Справоч­никах по наилучшим доступным технологиям (справочниках НДТ). Планируется разработать 47 справочников НДТ, из них не менее 10-ти в 2015 году. Справочники НДТ будут россий­скими документами по стандартизации. С целью разработки справочников уже созданы Технический Комитет 113 «Наи­лучшие доступные технологии» и Национальное Бюро НДТ. Идет формирование рабочих групп, разработаны стандарты по сбору и представлению информации.

Собранная информация по технологиям и технологиче­ским показателям даст возможность впервые в России про­вести обширный отраслевой бенчмаркинг, который позволит определить предприятия-лидеры в области обеспечения эко­логической безопасности. При этом будут оцениваться следу­ющие параметры технологий и предприятий, определяющие их экологическую безопасность:

-      наличие на предприятии системы экологического ме­неджмента, сертификатов ИСО 14001 и EMAS;

-       использование малоотходной технологии;

-      использование веществ, в наименьшей степени опасных для человека и окружающей среды;

-      возможность регенерации и рециклинга веществ, ис­пользующихся в процессе;

-      природа, характер воздействия и удельные значения масс выбросов и сбросов (эмиссий), связанных с процессом;

-      потребление и характер сырья (включая воду), исполь­зуемых в процессе;

-       энергоэффективность;

-      общее негативное воздействие эмиссий на окружаю­щую среду и связанные с этим риски;

-       вероятность аварий и связанные с этим риски.

Процесс перехода на принципы НДТ достаточно длите­лен. Первые комплексные экологические разрешения появят­ся не раньше 2019 года. Облегчить этот процесс для предпри­ятий поможет добровольная сертификация на соответствие параметрам НДТ. Для проведения добровольной сертифика­ции уполномоченным органом федеральной исполнительной власти необходимо будет разработать соответствующие пра­вила и процедуры. Оценка соответствия может проводиться в рамках добровольных систем сертификации, в рамках кото­рых должны действовать соответствующие органы по серти­фикации.

экологическое право



Следующие материалы:

Предыдущие материалы:

 

РЕЦЕНЗИЯ НА КНИГУ

РЕЦЕНЗИЯ НА КНИГУ: ФАРХУТДИНОВ И.З. АМЕРИКАНСКАЯ ДОКТРИНА О ПРЕВЕНТИВНОМ ВОЕННОМ УДАРЕ ОТ МОНРО ДО ТРАМПА: МЕЖДУНАРОДНО-ПРАВОВЫЕ АСПЕКТЫ. М., 2017. 338 С.

МОСКОВСКИЙ ЖУРНАЛ МЕЖДУНАРОДНОГО ПРАВА
Выпуск 4 - 2007

Владимир Васильевич АЛЕШИН,

заместитель начальника Правового управления Аппарата Совета Федерации Федерального Собрания РФ, начальник отдела административного, уголовного и процессуального права, доктор юридических наук, профессор

Рубен Амаякович КАЛАМКАРЯН,
ведущий научный сотрудник Института государства и права РАН, доктор юридический наук, профессор, профессор Юридического института им. М.М. Сперанского Владимирского государственного университета им. А.Г. и Н.Г. Столетовых

Вячеслав Николаевич КУЛЕБЯКИН,
профессор кафедры международного права Московского государственного института международных отношений (Университета) МИД России, кандидат юридических наук, чрезвычайный и полномочный посланник МИД России

от Монро до Трампа


Узнать больше?

Ваш email:
email рассылки Конфиденциальность гарантирована
email рассылки

Blischenko 2017


ПОЗДРАВЛЕНИЯ!!!




КРУГЛЫЙ СТОЛ

по проблемам глобальной и региональной безопасности и общественного мнения в рамках международной конференции в Дипломатической академии МИД России

МЕЖДУНАРОДНОЕ ПРАВО

Право международной безопасности



Инсур Фархутдинов: Цикл статей об обеспечении мира и безопасности

№ 4 (104) 2016
Московский журнал международного права
Превентивная самооборона в международном праве: применение и злоупотребление (С.97-25)

№ 2 (105) 2017
Иранская доктрина о превентивной самообороне и международное право (окончание)

№ 1 (104) 2017
Иранская доктрина о превентивной самообороне и международное право

№ 11 (102) 2016
Стратегия Могерини и военная доктрина
Трампа: предстоящие вызовы России


№ 8 (99) 2016
Израильская доктрина o превентивной самообороне и международное право


7 (98) 2016
Международное право о применении государством военной силы против негосударственных участников

№ 2 (93) 2016
Международное право и доктрина США о превентивной самообороне

№ 1 (92) 2016 Международное право о самообороне государств

№ 11 (90) 2015 Международное право о принципе неприменения силы
или угрозы силой:теория и практика


№ 10 (89) 2015 Обеспечение мира и безопасности в Евразии
(Международно правовая оценка событий в Сирии)

Индексирование журнала

Баннер

Актуальная информация

Баннер
Баннер
Баннер

Дорога мира Вьетнама и России

Ирина Анатольевна Умнова (Конюхова) Зав. отделом конституционно-правовых исследований Российского государственного университета правосудия


Вступительное слово
Образ жизни Вьетнама
Лицом к народу
Красота по-вьетнамски
Справедливость и патриотизм Вьетнама
Дорогой мира вместе


ФОТО ОТЧЕТ
Copyright © 2007-2017 «Евразийский юридический журнал». Перепечатывание и публичное использование материалов возможно только с разрешения редакции
Яндекс.Метрика