Содержание журналов

Баннер
PERSONA GRATA

Content of journals

Баннер
Баннер
Баннер
Баннер


Коллизии законодательства по борьбе с коррупцией
Научные статьи
02.09.16 11:23

Коллизии законодательства по борьбе с коррупцией

     
  
АНТИКОРРУПЦИОННОЕ ПРАВО
Колдаев Д. Е.
3 94 2016
Статья посвящена изучению коллизий законодательства по борьбе с коррупцией. Основное внимание автора в работе уделяется столкновениям норм права, регулирующих одни и те же общественные отношения в законодательстве по борьбе с коррупцией.

Государственная корпорация это некоммерческая ор­ганизация, учрежденная органами государственной власти на основе имущественного взноса и созданная для осуществления социальных, управленческих, общественно полезных функ­ций.

Деятельность данной организации регулируется феде­ральным законом, в свою очередь деятельность сотрудников государственной корпорации регулируется положениями трудового кодекса.


Так, при проверке государственных компаний, корпора­ций контрольно-надзорными органами, такими как органы прокуратуры, МВД, Росфиннадзор, контрольно-счетные орга­ны РФ, возникает ситуация, при которой проверяемые органы руководствуются Федеральным законом «О государственной гражданской службе Российской Федерации» при проверке организаций, деятельность сотрудников которых регулирует­ся положениями Трудового кодекса, в результате чего возни­кает правовая коллизия, так как правовой статус сотрудников государственных корпораций на сегодняшний день законода­тельно не сформулирован. Налицо явные противоречия, раз­беремся в данном вопросе более подробно.

Применительно к каждой государственной корпорации принимается отдельный федеральный закон, положения ко­торого имеют приоритет к положениям законодательства о некоммерческих организациях как специальные. В частности, это следует из п. 4 ст. 7.1 ФЗ «О некоммерческих организаци­ях», согласно которому положения этого Федерального закона применяются к государственным корпорациям, если иное не предусмотрено законом, предусматривающим создание го­сударственной корпорации. Соответственно получается, что общее законодательство о некоммерческих организациях при­меняется к государственным корпорациям только в части, не урегулированной специальным законом.

В свою очередь законодательство о некоммерческих орга­низациях является специальным по отношению к положени­ям Гражданского кодекса РФ. Следует отметить, что положе­ния Гражданского кодекса РФ как кодифицированного акта, хотя это и прямо закреплено в его п. 2 ст. 3, не могут пользо­ваться безусловным приоритетом по отношению к положени­ям иных федеральных законов, поскольку это противоречит Конституции РФ. Согласно правовой позиции Конституцион­ного Суда РФ «в статье 76 Конституции Российской Федерации не определяется и не может определяться иерархия актов вну­три одного их вида», т. е. один федеральный закон, которым и является Гражданский кодекс РФ, не может быть всегда по юридической силе выше остальных других (см. абз. 8 п. 3 мо­тивировочной части Определения Конституционного Суда РФ от 5 ноября 1999 г. № 182-0 «По запросу Арбитражного суда города Москвы о проверке конституционности пунктов 1 и 4 части четвертой статьи 20 Федерального закона "О банках и банковской деятельности"»).

В свою очередь сотрудники государственных корпораций подчиняются общим законам, предусмотренным Трудовым кодексом.

Сотрудники государственных корпораций приравнены к государственным служащим. Служащие государственных корпораций подчиняются требованиям антикоррупционного законодательства. Например, они могут быть уволены в связи с утратой доверия, на них распространяется запреты на откры­тие счетов (вкладов), хранение наличных денежных средства и ценностей в банках, расположенных за пределами России. Им также запрещено владеть или пользоваться иностранными финансовыми инструментам.

ФЗ «О противодействии коррупции» содержит целый ряд запретов и ограничений для государственных и муници­пальных служащих, несоблюдение которых может привести к увольнению по новому основанию — утрата доверия. В то же время понимание ряда ограничений и запретов в связи с осуществлением государственной и муниципальной службы требует применения норм гражданского, жилищного, семей­ного законодательства и законодательства в сфере предприни­мательской деятельности.

Нормы указанных отраслей носят частный характер, при­менимый к определенному виду деятельности, в то время как нормы ФЗ «О противодействии коррупции» носят строго им­перативный, административный характер и не должны под­вергаться свободному или двоякому толкованию. Однако, как показывает опыт, правоприменительная практика сталкивает­ся с проблемами толкования ограничений для государствен­ных и муниципальных служащих, что является следствием недостатков системной связи административных норм о про­тиводействии коррупции с нормами гражданского, жилищ­ного, семейного законодательства, законодательства в сфере предпринимательской деятельности.

В самом ФЗ нет ни единого слова или упоминания о за­прете или ограничениях для служащих государственных кор­пораций к осуществлению предпринимательской деятельно­сти или участию управлении хозяйствующими субъектами независимо от их организационно-правовых форм. Отсутству­ет единство формулировок, влияющее на смысл норм ФЗ «О противодействии коррупции», содержащихся в ч. 6 ст. 11; п. 2 ч. 3 ст. 12.1; ст. 12.3.

Согласно ч. 6 ст. 11 Закона правило о владении ценными бумагами, долями участия, паями в уставных (складочных ка­питалах) организаций сформулировано как безусловный за­прет. «В случае, если государственный или муниципальный служащий владеет ценными бумагами, акциями (долями участия, паями в уставных (складочных) капиталах организа­ций), он обязан в целях предотвращения конфликта интересов передать принадлежащие ему ценные бумаги, акции (доли участия, паи в уставных (складочных) капиталах организаций) в доверительное управление в соответствии с законодатель­ством Российской Федерации».

Это правило подкреплено запретом на участие в управле­нии хозяйствующими субъектами независимо от их организа­ционно-правовых форм в п. 2 ч. 3 ст. 12.1 Закона: «Лица, заме­щающие государственные должности Российской Федерации, для которых федеральными конституционными законами или федеральными законами не установлено иное, лица, заме­щающие государственные должности субъектов Российской Федерации, муниципальные должности и осуществляющие свои полномочия на постоянной основе, не вправе: заниматься предпринимательской деятельностью лично или через дове­ренных лиц, участвовать в управлении хозяйствующими субъ­ектами независимо от их организационно-правовых форм».

В то же время правило о владении ценными бумагами, долями, паями в уставных капиталах организаций в ст. 12.3. Закона сформулировано уже как ограничение, наступающее лишь при определенных условиях: «В случае, если владение лицом, замещающим государственную должность Россий­ской Федерации, государственную должность субъекта Рос­сийской Федерации, муниципальную должность, должность федеральной государственной службы, должность муници­пальной службы, должность в государственной корпорации, Пенсионном фонде Российской Федерации, Фонде социаль­ного страхования Российской Федерации, Федеральном фонде обязательного медицинского страхования, иной организации, создаваемой Российской Федерацией на основании федераль­ного закона, должность на основании трудового договора в ор­ганизации, создаваемой для выполнения задач, поставленных перед федеральными государственными органами, ценными бумагами, акциями (долями участия, паями в уставных (скла­дочных) капиталах организаций) приводит или может приве­сти к конфликту интересов, указанное лицо обязано передать принадлежащие ему ценные бумаги, акции (доли участия, паи в уставных (складочных) капиталах организаций) в дове­рительное управление в соответствии с гражданским законо­дательством Российской Федерации.

Таким образом, из указанных норм одновременно следу­ет:

     владеть государственным (муниципальным служащим и др.) ценными бумагами, паями, долями в уставных (складоч­ных) капиталах организаций нельзя категорически (и по нор­ме ч. 6 ст. 11 закона, так как такое владение потенциально спо­собно привести к конфликту интересов, и по норме п. 2 ч. 3 ст. 12.1 Закона - так как владение ценными бумагами, долями, па­ями дает право на управление хозяйствующими субъектами);

     владеть указанным лицам ценными бумагами, долями, паями можно, но при конкретных обстоятельствах, которые свидетельствуют о том, что владение указанными объектами приводит или может привести к конфликту интересов, цен­ные бумаги, доли участия, паи должны быть переданы в до­верительное управление.

Двойственность отмеченных положений Закона вызвана несогласованностью норм закона о противодействии корруп­ции с отраслевыми нормами, регулирующими корпоратив­ные отношения, имущественные отношения сферы частных интересов государственных (муниципальных служащих). В связи с этим возникает целый ряд вопросов, требующих зако­нодательного решения:

    уточнение предпринимательской деятельности, заня­тие которой запрещается (формы);

    установление соотношения предпринимательской и иной экономической деятельности, а соответственно, запре­тов и ограничений для служащих (вопросы сдачи имущества в наем, получения выгоды от управления многоквартирными домами или инфраструктурой коттеджных домов);

     уточнение видов ценных бумаг, владение которыми допустимо и не требует участия в управлении организации, либо участие в управлении носит исключительно информаци­онный характер;

     установление особенностей декларирования отдель­ных видов имущества (в частности общего имущества в много­квартирных домах);

    установление однозначного запрета на дарение даже подарков на сумму 3000 рублей в связи с осуществление слу­жебной деятельности.

Так, при проверке Генеральной прокуратурой одной из государственных корпораций Российской Федерации было выписано предписание в части устранения выявленных нару­шений законодательства о противодействии коррупции, где и была обнаружена коллизия.

В результате проверки исполнения законодательства о противодействии коррупции в государственной корпорации указано, что в нарушение п. 26 Положения, утвержденного Указом Президента РФ от 21 сентября 2009 г. № 1065, в По­ложении об осуществлении должностными лицами корпорации, ответственными за работу по профилактике корруп­ционных и иных правонарушений, проверки достоверности и полноты сведений, представляемых гражданами, претенду­ющими на замещение должностей в корпорации, и работни­ками корпорации, и соблюдения работниками корпорации требований к служебному поведению, не предусмотрена про­цедура отстранения работника от замещаемой должности на период проведения в отношении его проверки.

Согласно указанному пункту 26 на период проведения проверки государственный служащий может быть отстранен от замещаемой должности федеральной государственной службы на срок, не превышающий 60 дней со дня принятия решения о ее проведении. Указанный срок может быть прод­лен до 90 дней лицом, принявшим решение о проведении проверки. На период отстранения государственного служаще­го от замещаемой должности федеральной государственной службы денежное содержание по замещаемой им должности сохраняется.

Следует обратить внимание на то, что отношения между работником и работодателем в корпорации регулируются трудовым законодательством РФ. Трудовой кодекс РФ содер­жит лишь основания реализации такого понятия, как «отстра­нение от работы (недопущение к работе)», установленные ст. 76 ТК РФ (соответственно, понятия «отстранение от замещае­мой должности» ТК РФ не содержит).

При этом работники корпорации получают не денежное содержание, а заработную плату. Кроме того, по общему пра­вилу, установленному ст. 76 ТК РФ, в период отстранения от работы (недопущения к работе) заработная плата работнику не начисляется, за исключением случаев, предусмотренных ТК РФ или иными федеральными законами.

Согласно ч. 2 ст. 50 Федерального закона от 27 июля 2004 г. № 79-ФЗ «О государственной гражданской службе РФ» денеж­ное содержание гражданского служащего состоит из месячно­го оклада гражданского служащего в соответствии с замещае­мой им должностью гражданской службы и месячного оклада гражданского служащего в соответствии с присвоенным ему классным чином гражданской службы, которые составляют оклад месячного денежного содержания гражданского слу­жащего, а также из ежемесячных и иных дополнительных вы­плат.

Согласно ст. 129 ТК РФ заработная плата (оплата труда работника) — вознаграждение за труд в зависимости от квали­фикации работника, сложности, количества, качества и усло­вий выполняемой работы, а также компенсационные выпла­ты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выпла­ты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты). Следует обратить внимание на то, что случаи (основания) оплаты за все время отстране­ния работника от работы могут быть установлены только фе­деральным законом, который в настоящее время отсутствует.

Согласно ст. 349.1 ТК РФ «Особенности регулирования труда работников государственных корпораций, государствен­ных компаний» и Постановлению Правительства Российской Федерации от 21 августа 2012 г. № 841 «О соблюдении работ­никами государственных корпораций и государственных ком­паний положений статьи 3491 Трудового кодекса Российской Федерации» запреты, предусмотренные пунктами 5 и 6 ча­сти четвертой статьи 349.1 ТК РФ, распространяются на всех работников государственной корпорации, а запреты, пред­усмотренные пунктами 1 — 4 и 7 — 11 ч. 4 ст. 3491 ТК РФ, рас­пространяются на работников государственной корпорации, замещающих должности, назначение на которые и освобож­дение от которых осуществляется Президентом Российской Федерации или Правительством Российской Федерации, или другие должности, включенные в перечень, установленный ло­кальным нормативным актом государственной корпорации.



Следующие материалы:

Предыдущие материалы:

 

от Монро до Трампа


Узнать больше?

Ваш email:
email рассылки Конфиденциальность гарантирована
email рассылки

Blischenko 2017


ПОЗДРАВЛЕНИЯ!!!




КРУГЛЫЙ СТОЛ

по проблемам глобальной и региональной безопасности и общественного мнения в рамках международной конференции в Дипломатической академии МИД России

МЕЖДУНАРОДНОЕ ПРАВО

Право международной безопасности



Инсур Фархутдинов: Цикл статей об обеспечении мира и безопасности

№ 4 (104) 2016
Московский журнал международного права
Превентивная самооборона в международном праве: применение и злоупотребление (С.97-25)

№ 2 (105) 2017
Иранская доктрина о превентивной самообороне и международное право (окончание)

№ 1 (104) 2017
Иранская доктрина о превентивной самообороне и международное право

№ 11 (102) 2016
Стратегия Могерини и военная доктрина
Трампа: предстоящие вызовы России


№ 8 (99) 2016
Израильская доктрина o превентивной самообороне и международное право


7 (98) 2016
Международное право о применении государством военной силы против негосударственных участников

№ 2 (93) 2016
Международное право и доктрина США о превентивной самообороне

№ 1 (92) 2016 Международное право о самообороне государств

№ 11 (90) 2015 Международное право о принципе неприменения силы
или угрозы силой:теория и практика


№ 10 (89) 2015 Обеспечение мира и безопасности в Евразии
(Международно правовая оценка событий в Сирии)

Индексирование журнала

Баннер

Актуальная информация

Баннер
Баннер
Баннер

Дорога мира Вьетнама и России

Ирина Анатольевна Умнова (Конюхова) Зав. отделом конституционно-правовых исследований Российского государственного университета правосудия


Вступительное слово
Образ жизни Вьетнама
Лицом к народу
Красота по-вьетнамски
Справедливость и патриотизм Вьетнама
Дорогой мира вместе


ФОТО ОТЧЕТ
Copyright © 2007-2017 «Евразийский юридический журнал». Перепечатывание и публичное использование материалов возможно только с разрешения редакции
Яндекс.Метрика